В архитектуре продолжали развиваться традиции народного деревянного зодчества. Шедевром народного творчества стала 22-главая Преображенская церковь на о-ве Кижи на Онежском озере, построенная в 1714 г. Вместе с тем в конце XVII — начале XVIII в. зарождается и получает распространение новый архитектурный стиль — барокко. В культовом зодчестве он представлен выдающимися работами И. П. Зарудного — церковь Архангела Гавриила (Меншикова башня) в Москве, величественный иконостас Петропавловского собора в Петербурге и др. В светской архитектуре вершиной нового стиля являются творения великого зодчего В. В. Растрелли (1700—1771) — Зимний дворец в Петербурге, Большой Царскосельский дворец, Большой дворец в Петергофе. В пригородах новой столицы появляется ряд загородных царских резиденций. Среди них особо выделяется Петергоф (Петродворец), созданный на берегу Финского залива трудами Ж. Леблона, М. Г. Земцова, Т. Усова, Д. Кваренги и других зодчих. Этот великолепный парк с его неповторимыми дворцами и грандиозными фонтанами сыграл исключительную роль в развитии русской архитектуры и садово-паркового искусства и вообще в истории русской культуры.
На смену пышности и парадности барокко постепенно приходит классицизм с его строгостью, простотой и величием, который должен был лучше отразить мощь и величие новой империи. Классицизм приобрел наибольшее распространение во второй половине XVIII в. Гениальным русским зодчим той эпохи был В. И. Баженов (1734—1799). Сохранилась лишь малая доля того, что было построено Баженовым, и в их числе непревзойденный по красоте дом Пашкова в Москве. Он создал проект и модель Большого Кремлевского дворца, который по отзывам современников должен был стать «восьмым чудом света». Однако правительство не выделило нужных средств, и замысел не был осуществлен. В Москве творил другой великий русский архитектор М. Ф. Казаков (1738—1813). Им созданы такие великолепные памятники, как здания Московского университета» Сената в Кремле, Дворянского собрания (Дом Союзов с Колонным залом).
В целом русская архитектура в XVIII в. переживает необычайный взлет, и, думается, не будет преувеличением сказать, что он стал золотым веком в ее истории.
Скульптура XVIII в. отмечена, прежде всего, именами таких выдающихся мастеров, как Ф. И. Шубин (1740—1805) и М. И. Козловский (1753—1802). Земляк Ломоносова, Шубин был автором многих психологически глубоких скульптурных портретов. Резцу Козловского принадлежит знаменитая фигура Самсона для Большого каскада в Петергофе и памятник Суворову в Петербурге.
Русская живопись в XVIII в. наибольших успехов достигла в области портрета. Начало ему было положено уже в петровское время работами крупных живописцев А. Матвеева и И. Никитина. Во второй половине века это направление было продолжено в творчестве талантливых художников А. П. Антропова, Ф. С. Рокотова, Д. Г. Левицкого и В. Л. Боровиковского. Ими создана целая галерея портретов их современников, которые предстают перед нами во всей своей человеческой индивидуальности. В развитии русского изобразительного искусства большую роль сыграло основание в 1757 г. Академии художеств. А в конце века возникает Эрмитаж — один из самых крупных и известных художественных музеев мира.
В истории русской музыки XVIII век характерен прежде всего тем, что культовая церковная музыка отходит постепенно на второй план и все большее значение приобретает светская музыка в ее общественной функции. Она начинает широко использоваться на различных публичных торжествах. В начале века организуется Придворная капелла и ряд частных капелл, которые становятся школами воспитания высококлассных певцов и музыкальных исполнителей. В дальнейшем заметное место в музыкальной жизни страны занимают спектакли приглашенных ко двору итальянской и французской оперы. Последние десятилетия века имеют особое значение, так как именно в это время появляется национальная русская опера, складывается самостоятельная композиторская школа. Первой русской оперой стала «Анюта», поставленная в 1772 г. (музыка В. А. Пашкевича). В дальнейшем широкую популярность приобрели оперы «Мельник — колдун, обманщик и сват» М. М. Соколовского, «Ямщики на подставе» Е. И. Фомина и др. Большой вклад в развитие русской музыки внес Д. С. Бортнянский, автор духовных хоровых сочинений, опер, инструментальных произведений и романсов. В качестве самостоятельного музыкально-драматического жанра утверждается русский балет. Увеличивается интерес к собиранию и изучению народного музыкального творчества, издаются сборники русских песен.
Подводя общие итоги, можно сказать, что общественная мысль и культура России в XVIII в. сделали крупный шаг вперед. Опираясь на наследие предшествующей эпохи, был достигнут новый, более высокий уровень во всех сферах культурного развития. Выдвинулась целая плеяда выдающихся деятелей, обогативших культуру блестящими научными и художественными достижениями. В ряде областей науки и техники, в архитектуре и портретной живописи были заняты передовые позиции в мировой культуре. А в целом был подготовлен новый, еще более могучий взлет русской культуры в XIX в., ставшем ее золотым веком.
Глава 7
КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВЕННАЯ МЫСЛЬ СЛАВЯНСКИХ И БАЛКАНСКИХ НАРОДОВ В XVIII ВЕКЕ
Зарождавшиеся у народов остэльбского региона идеологии просветительского типа, будучи в определенной мере составной частью общеевропейского духовного движения эпохи Просвещения, обладали существенными чертами регионального своеобразия. Они породили комплекс общественно-культурных представлений и действий, нацеленных против феодально-клерикальных воззрений и в идеологической форме отразивших конкретные потребности развития славянских и балканских народов в период начавшегося перехода от феодализма к капитализму и становления наций, происходившего для подавляющей части народов ареала в обстановке борьбы с иноземным угнетением. Поэтому данный этап общественно-культурного развития у славянских и балканских народов Центральной и Юго-Восточной Европы может быть охарактеризован как национально-просветительский.
Сторонники национально-просветительского направления в культуре и общественной мысли славянских и балканских народов выступали за очищение местной этнокультурной традиции от груза феодально-клерикальных представления и за сочетание ее с философскими принципами европейского Просвещения. При этом, наряду с использованием и критическим усвоением опыта зарубежной, прежде всего английской, французской и немецкой общественной мысли, просветители рассматриваемого региона были во многом связаны друг с другом, проявляли значительный интерес к общественно-культурному развитию России, что способствовало укреплению международных культурных связей и интернационализации духовной жизни народов Восточной Европы в целом.
В Польше и чешских землях регулярное знакомство с зарубежной общественной мыслью приняли относительно устойчивый характер в 1730—1740-е годы. Начало активных выступления просветителей относилось к 60—80-м годам XVIII в. Национально-просветительское течение, представленное общественной и научно-литературной деятельностью историков Г. Добнера (1719—1790), М. А. Фойгга (1733—1787), естествоиспытателя И. Борна (1742—1791) и их единомышленников, складывается и оформляется организационно на рубеже 60— 70-х годов. Крупнейшим чешским просветителем последней трети XVIII в. был гениальный филолог и выдающийся общественный деятель Й. Добровский (1753—1829), один из основоположников славяноведения. В начале 1770-х годов выступают замечательные представители венгерского просвещения — мыс-литель и литератор Д. Бешеньеи (1747—1811), писатели Ф. Казинци (1759—1831), Й. Пейчели и др.
Новые веяния затронули в эти десятилетия и общественную мысль балканских народов. В 1762 г. Паисий Хилендарский (1722—1774) создал «Историю славяноболгарскую», которая открыла новую страницу в духовном развитии Болгарии. Пропагандистом просветительских взглядов в сербской среде стал в 1760-е годы 3. Орфелин (1726—1785). Почин его был продолжен замечательным общественным деятелем и ученым Д. Обрадовичем (1742—1811), явившимся подлинным основоположником сербского Просвещения. В конце 1760-х годов выступает первый словенский просветитель М. Похлин.
У истоков просветительского этапа румынской общественной мысли и культуры стояла так называемая «трансильванская триада» — С. Мику-Клайн, П. Майор и Г. Шинкаи. С начала 1770-х годов открывается эпоха греческого Просвещения, родоначальниками которой были выдающиеся ученые и педагоги Е. Вулгарис (1716—1806) и Н. Теотокис (ум. 1800), которые переселились в Россию. Важный вклад в греческую национально-просветительскую идеологию внесли А. Коране (1748—1833), А. Газис, П. Миснодакис, А. Псалидас, Р. Велестинлас и другие ученые и писатели. Греческая просветительская мысль оказала определенное влияние на духовную жизнь ряда балканских народов. Одним из первых словацких просветителей был А. Ф. Коллар (1718—1783), а в 1780-е годы в Словакии началась деятельность плеяды просветителей, среди которых ведущее место принадлежало историкам Я. Гридличке и Ю. Папанеку, а затем филологам, историкам и писателям И. Байзе (1755—1836), А. Бернолаку (1762—1813), Ю. Таблицу (1769—1832), Ю. Рибаю (1754—1812), Ю. Фандли (1750—1811) и др. В конце XVIII в. просветительские идеи проникали в хорватскую, а отчасти и албанскую среду.
Усвоение западноевропейских идей, содействовавшее выработке национально-просветительских воззрений, отразило глубокие сдвиги в общественной психологии, сопровождавшиеся существенными изменениями в видении мира. Прямым следствием этого была стилевая эволюция культуры славянских и балканских народов, характеризовавшаяся постепенным отходом от спиритуализма поэтики барокко, усилением в ней черт рационализма и последующей выработкой новых способов художественного воплощения идейно-эстетических представлений эпохи. Ввиду ускоренного развития культур народов Центральной и Юго-Восточной Европы это приводило к возникновению, наряду с классицизмом и предромантизмом, синкретических стилей, в которых в переосмысленном виде присутствовали элементы поэтики позднего барокко, а отчасти (особенно в болгарской и сербкой культурах) и отдельные черты стиля предшествующих эпох. Все это придавало не только искусству, но и остальным сферам культуры и быта славянских народов рассматриваемого региона черты регионального и национального своеобразия.
В эпоху Просвещения появились новые организационные формы культурной деятельности у многих народов. Первым опытом в этой области явилось «Общество неизвестных литераторов», возникшее в моравском городе Оломоуц в 1746 г. Это, еще достаточно космополитическое, научно-литературное объединение, просуществовавшее до 1751 г., имело собственный устав и издавало журнал «Ежемесячные извлечения о древних и новых ученых предметах». Наряду с учеными из Чешских земель в деятельности оломоуцкого общества участвовали словацкий и венгерский историк М. Бель (1680—1749), венский астроном и математик Д. Маринони (1670—1755), итальянский историк А. Муратори (1672—1750) и ряд других видных ученых и литераторов того времени. Журнал общества сообщал о книгах разнообразного содержания, публиковал хронику культурной жизни разных стран Европы; в 1747 г., например, на его страницах была помещена подробная информация о второй камчатской экспедиции В. Беринга и А.И. Чирикова. В 1770-е годы в Праге возникло и успешно развивалось Ученое общество, которое практически выполняло функции чешской национальной академии наук. В 1779 г. венгерский писатель и философ-просветитель Д. Бешеньеи ставил вопрос об основании академии наук Венгерского королевства. На протяжении второй половины XVIII в. неофициальные просветительские научно-литературные объединения возникали в разных землях Центральной Европы. Значительную роль в истории польского Просвещения сыграло объединение вокруг Г. Коллонтая (1750—1812), так называемая «Коллонтаевская кузница». На Балканах, где благоприятная обстановка для создания подобных объединений отсутствовала, их роль в культурной жизни южнославянского, восточнороманского и греческого населения выполняли отчасти кружки ученых книжников при некоторых православных монастырях.
Подобные объединения являлись, кроме всего прочего, важными формами зарождавшегося национально-освободительного движения. По мере развития и расширения его социальной базы, на исходе XVIII в. наряду с культурно-просветительскими объединениями у некоторых народов ареала создаются конспиративные кружки и союзы, в которых все большее влияние приобретали радикально-демократические настроения. На их рост заметное воздействие оказывали революционные события во Франции, особенный отклик получившие на польских землях и в Венгерском королевстве, где возникли организации и группы, участники которых получили название якобинцев.
Сохранявшиеся в XVIII в. различия в темпах и уровне духовного развития отдельных стран весьма ощутимо отразились на народном образовании. В Польше и Габсбургской монархии оно к началу рассматрияаемого периода контролировалось католической церковью и почти полностью находилось в руках монашеских орденов, прежде всего иезуитов и пиаров. Между тем нужды социально-экономического развития требовали распространения грамотности и придания школьному делу светского характера. Сам ход исторического развития подводил правящие круги к столкновению с церковной иерархией, подрывал один из устоев политики Контрреформации. Ранние симптомы конфликта выявились еще в первой половине XVIII в. В Польше С. Конарский (1700—1773), возглавивший учебные заведения ордена пиаров, добился в 1740-е годы важных преобразований, которые усиливали светский характер образования. В 1740 г. в Варшаве была открыта по инициативе С. Конарского средняя школа Коллегиум Нобилеум с хорошо оборудованными физическими кабинетами, в 1747 г. открылась библиотека Залусских, насчитывавшая около 300 тыс. томов книг. Эти усилия были продолжены затем польскими просветителями, услугами которых в этом отношении решил воспользоваться король Станислав Понятовский. В 1773 г. в Польше была учреждена так называемая Эдукационная комиссия, явившаяся первым в Европе министерством культуры и просвещения. Благодаря усилиям передовых польских ученых и общественных деятелей Г. Коллонтая и Я. Снядецкого (1756—1830) на рубеже 70—80-х годов была проведена реформа старейшего Краковского университета, в котором преподавание стало осуществляться на польском языке и в просветительском духе.
Сложную картину представляло собой дело народного образования в землях Австрийской монархии, где университеты и средняя школа находились в руках католической церкви, исключая отдельные районы Венгерского королевства и Трансильвании, в которых существенную роль играли протестантское и православное духовенство. В начале 1750-х годов австрийское правительство предприняло первые и весьма робкие шаги по реформе программ университетского образования. В 1760 г. в венгерском университете в Надьсомбате (Трнава) было введено чтение ряда естественнонаучных предметов, в 1769 г. открылся медицинский факультет, а в 1777 г. университет был переведен в Буду.
