— Э-э, доктор Акаги, вы, кажется, утверждали, что мыслесвязь действует только среди пилотов Евангелиона...
— Ну да, просто, Синдзи, в данном случае ты имеешь дело с женской интуицией.
Гм, ничего удивительно — Рицко Акаги представительница редкой категории людей, в которых исконно женская интуиция удачно сочетается с холодной логикой учёного.
— Мда-а, оказывается, под маской грубоватого вояки-солдафона прячется неистребимый романтик.
— Положение обязывает. — мастерски копирует мой жим плечами Чихиро.
И ты, Брут, со своими подколками...
Уши предательски краснеют, добавляя ещё больше веселья паре спевшихся блондинов — одна восседает напротив с ехидной ухмылочкой, другой -прыскает в кулачок рядом. Сразу видно — родственные души!
Издевательство над многострадальным капитаном прерывается появлением начальника оперативного отдела
— Ну, вояки, успели уже обсохнуть.
— Вовремя, подруга, а то, твой подопечный уже поглядывает на меня взором, полным романтики.
— Паршивец, а как же мы, как же твоя суженная?
— Решено, сегодня ночую в казарме охраны!
— Синдзи, как ты можешь быть таким жестоким, мы ведь тебя столько ждали?! — сцена женского страдания, достоянная услаждать взор самой Мельпомены.
— Угу, ждали с нетерпением возвращения любимой жертвы.
— Синдзи!! — вот эта игра! Без заламывания рук и выспренних поз, зато какая эмоциональная насыщенность! Эх, страна Ямато, знала бы ты, какую актрису упустила.
— Командир, в тебе умерла японская Софи Лорен или Джина Лоллобриджида.
— Паршивец, ты опять за своё.
— Вы зря, Мисато-сан, Синдзи сейчас, как никогда, прав. — тут же поддерживает меня О`Хара
— Подхалим!
— Твой подчинённый. — не удержалась в стороне Акаги.
За дверью послышался топот и девичий гомон. Принадлежность голосов не вызывала никакого сомнения — только Аска и МиниМи способны галдеть похлеще дюжины сверстниц. Уникумы, одним словом.
— Можно? — в дверном проёме возникли одновременно две мордашки. Младлеи Лэнгли и Каору. Посмотреть, действительно — белка с бурундуком! Волосы девушек ещё влажно поблёскивают — видно, что одевались в спешке. Позавди маячит голова Рэй.
— Вот что, мальчики и девочки. По глазам вижу — устали. — командир бымстро взяла бразды правления в свои руки. — Разбор полётов мы всегда успеем провести, а сейчас вам стоит отдохнуть. Тем более — время обеда. Идите, подкрепите силы.
— Есть! — харчеваться? Это мы всегда готовы.
— Синдзи. — немка напряжённо уставилась в свою тарелку.
— Да, Аска?
— Как ты думаешь, насколько серьёзно дела обстоят в НЕРВ-США? — по лицу девушки видно, что это отнюдь не праздное любопытство или попытка почесать от скуки язык.
— Боюсь, довольно серьёзно, Вторая. Только вот волноваться сильно не стоит — сегодня от тебя тревогой фонило не по детски.
— Мне уже все это говорят. — голос у Сорью по прежнему тихий, но напряжение в нём возрасло. — Да и Мисато со мной на эту тем тоже общалась.
— Тебе со вчерашнего дня удалось до отца или Кадзи дозвониться?
— Нет. — Аска наконец взглянула мне в лицо. В голубых глазах целый ураган чувств. Надежда, страх, тревога, растерянность. Хотя черты лица остаются невозмутимыми. Но это не спокойствие опытного бойца, это невозмутимость куклы. — Син, я боюсь, что что-то случилось а мне ничего не говорят. Берегут мою психику!
Последняя фраза буквально сочилась желчью.
— Не думаю, Аска.
— Пытаешься успокоить меня пустыми словами? — теперь появидось и раздражение.
— Нет. Просто, интуиция подсказывает, что ПОКА всё в порядке.
Снова всплеск надежды. Но с примесью скепсиса.
— Думаешь?
— По крайней мере, тьфу-тьфу-тьфу (стук по столу), случись то, чего ты опасаешься больше всего, то наше начальство не было бы таким спокойным.
— Надеюсь, ты прав.
Verdammte Scheisse, а как мне хочется оказаться правым!
— Взводный, ты не забыл, что у нас сегодня вечером — тренировочные поединки? — МиниМи коварно стрельнула глазами в сторону японо-американки. — Помнишь о страстном желании Аски.
— Не забыл, Нагиса. Разве о таком забудешь.
— И что будешь делать? — а сама смехом заливается.
— Попрошу у инструктора Ли комплект защиты.
Сорью на несколько секунд замирает, деловито окидывает меня оценивающим взглядом и, хмыкнув, выносит вердикт:
— Не поможет.
Что-то мне подсказывает, что она окажется права.
Тесты по выявлению механизмов и особенности телепатии у пилотов шли полным ходом. Параллельно с исследованиями останков Маториила и вышедшей из строя электроники Ев. Причём, наша гениальная Акаги, действительно, как Фигаро, умудрялась поспевать везде. И при этом умудрялась сохранять весьма презентабельный вид. То ли прибегала к услугам великолепного визажиста и отличной косметики, то ли от природы была такой стойкой. Впрочем, учитывая, что глава научников и прежде отличалась недюжинной работоспособностью, то ничего удивительного, что и в этот раз она продолжала держаться молодцом.
О`Хара, как ожидалось почтенной публикой, смог синхронизироваться с обеими Евами. Причём, если уровень синхронизации с моим ноль-первым составил 48 процентов, то с Евой-00 — целых 52! Я готов на что угодно поспорить, что причиной такой разницы стал взаимный интерес Первой и Пятого.
Точно так же, как и в случае с Аской. Уровень синхронизации с Евой-01 у немки был выше на пять процентов.
Получается, на уровень синхронизации с несерийником влияет то, какие эмоции его штатный пилот испытывает по отношению к кандидату. Проще говоря, синхронизация с несерийной Евой зависит от того любит или не любит тебя пилот Евы. Явное доказательство того, что в несерийных Евангелионах заключены родственные пилотам души.
Тесты убедительно доказали, что мыслесвязь возможна лишь в кабине Евы или симулятора и только после синхронизации. То есть, эта способность проявляется только у выбранных программой "Мардук" подростков. Интересно, по каким критериям ведётся отбор в пилоты Евангелиона? И какой именно указывает на телепатический потенциал? И какую роль во всём этом сыграл Второй Удар? Неужели телепатия и эмпатия доступна только тем, кто родился после ноября 2000-го? Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы... И где ответы на них? Scheisse, на место одного решёного приходит десять новых!
* * *
А события тем временем только набирали оборот. Ещё дым курился над местом упокоения Маториила, а батя со своей гопой уже принимал меры — через океан полетела депеша о приостановке всей деятельности на объектах НЕРВ-США и ограничении свободы передвижении его сотрудников.
И уже на второй день совместная русско-японо-германская следственная комиссия принялась оперативно драконить замерший по команде свыше американский филиал. В состав комиссии (охраняемой целой ротой безопасников) входили не только контрразведчики и научники, но и экономисты с бухгалтерами. Пользуясь санкциями моего и всяческой поддержкой аскиного отцов, господа и товарищи следователи и ревизоры, не распаковывая чемоданы, начали проверять всё, вся и всех. Причём, благодаря большой численности личного состава комиссии, работа не прерывалась даже в ночное время.
180 часов непрерывного раскапывания и разнюхивания принесли свои плоды. Как потом, под клятвенные гарантии неразглашения, поведала мне Мисато, весьма впечатляющие и наводящие на глубокие размышления.
Оказалось, что мои подозрения на счёт источника и причин плохого качества электронного оборудования ноль-второго и ноль-четвёртого оправдались на все сто. И если, первый комплект электроники аскиной Евы, изготовленный в Штатах, действительно, просто оказался не рассчитан на запредельные электромагнитные нагрузки, то со следующей партией вышла эпопея, достойная пера Агаты Кристи или Яна Флеминга. Если в первый раз дело было в невысоком уровне профессионализма разработчиков и производителей, то во второй раз всё было намного хуже.
Оказывается, сразу же после боя с Сандалфоном, в НЕРВ-США был сделан заказ на три партии электроники. Одну для достраивающегося Евангелиона Чихиро, другую для Евы-02 и третью — про запас. Тут как раз и подоспели распоряжения наших научников по модернизации, которые так же без промедления были перенаправлены поставщикам. Но, улучшить удалось только два комплекта, третий прибыл в американский НЕРВ уже готовым. Впрочем, после тестирования, потребность в модернизации отпала — эта партия электроники оказалась бракованной: отличалась особой нестабильностью работы.
В итоге было решено — ещё раз, перед установкой, протестировать два исправных комплекта, а третий вернуть назад для утилизации. Всё вроде бы понятно и ясно. При тестировании, в электронике Евы-04 тоже были замечены неполадки. Не смертельные и вполне даже терпимые, но в свете новых предписаний из штаб-квартиры, всё равно нуждающиеся в скорейшем устранении. Как оказалось, при этом без вполне реально можно было обойтись без отправки производителю — выездной бригаде специалистов подобное вполне под силу. Бригаду, разумеется, тут же направили в НЕРВ — ещё бы, терять такой выгодный заказ ни кто в здравом уме не станет.
А дальше началось интересное. По документам всё прошло как надо: два комплекта модернизированы, третий отправлен на доработку производителям. Но это по бумагам, а на деле... На деле документы на возвращаемое оборудование Евангелиона были перепутаны уже после того, как отправку одобрил сам генерал Лэнгли, не поленившийся самолично убедиться, что исправные запчасти для ноль-второго готовы к отправке в Японию, а брак — обратно на завод. Тут я Карла Лэнгли прекрасно понимаю — надо быть последней мразью, чтобы отправить бракованные детали для техники, на которой будет сражаться твоя дочь. Оставалось несколько часов до отправки грузов, когда возникла непонятная путаница с документами, из-за которой на заводы-изготовители было отправлено исправное оборудование, а мы получили Еву-04 с немодернизированной электроникой и бракованные запчасти к Еве-02!
Первоначальная версия была простой: нервовские долбозавры-бюрократы перепутали сопроводительные документы грузов и, в итоге, производителям была отправлена исправная и модернизированная электроника. И это можно понять, если бы не множество "но"...
Со стороны всё получалось, как совпадение неудачных обстоятельств и вопиющего разгильдяйства. Однако, стоило нашим спецам копнуть, как следует, как стали всплывать факты, говорящие о том, что придётся иметь дело с самой настоящей диверсией.
Именно диверсией. Чего, к примеру, стоит одна только эпопея с модернизацией электроники для Евы-04, которую контролировал непосредственно зам командующего Лэнгли. Этот полковник, не моргнув глазом, доложил генералу, что всё в порядке и все работы проведены как предписывалось. А после всех экспертиз и проверок обнаружилось, что никакой модернизации и доработки присланные спецы не делали!!! Вся возня ограничилась косметическим ремонтом, по сути — стиранием пыли, полировкой и чисткой контактов!
Когда же следователи поинтересовались, кто же производитель электронного оборудования для американских Ев и какова судьба отправленной обратно электроники, то и тут их ждала туева хуча открытий и сюрпризов. Во-первых, производителями заказанного оборудования оказались компании, очень тесно связанные с... да-да, той самой АКП. Оказывается, что в Сенате их интересы, так же как и интересы АКП, лоббируют одни и тек же шишки!
Во-вторых, "бракованное" оборудование по странному стечению обстоятельств было тут же утилизировано. Причём, оперативно и тщательно — вместе с тарой и сопроводительными документами! Интересная прыть, правда?
А дальше... Как в поговорке — чем дальше в лес, тем толще партизаны... Те самые террористы, устроившие в Геофронте "конец света" (заодно напакостившие, как оказалось, ещё и в самом Токио-3), действительно, оказались сотрудниками НЕРВ-США. Только вот, при приёме их на работу американские безопасники проявили поразительную безалаберность, проверяя спустя рукава все личные дела и биографии кандидатов. Так, например, отдел кадров почему-то закрыл глаза на то, что все оказавшиеся диверсантами до поступления в НЕРВ работали либо на АКП, либо на связанные с ними организации и структуры. А трое даже оказались бывшими членами "НоД", в своё время оформившими явку с повинной и подозрительно быстро получившие амнистию от американского правосудия, в этом мире обычно с террористами не миндальничающего. Тут и без семи пядей во лбу ясно, что американской филиал умудрился превратиться в самое настоящее гнездо диверсантов и саботажников.
На третий день после моей выписки началось непонятное и у нас, в НЕРВ-Япония. Снова, как и в день битвы с Маториилом, на каждом углу появились охранники. Про меры досмотра прибывающих в Геофронт, полагаю, и говорить не стоит. Эпитет "драконовские" в данном случае слишком мягкий.
Сами же пилоты, как очень ценные сотрудники (и не менее ценные лабораторные экземпляры) теперь даже по коридорам главного здания перемещались с охраной. А за пределами здания каждый из нас оказывался под присмотром целого отделения вооружённых до зубов спецназовцев. Именно спецуры, а не парней в чёрных пиджаках. По большей части это были парни Баскакова и практически всегда... Габриэлла Ферраро. Причём итальянка была приставлена персонально ко мне. Сама Габриэлла объяснила, что назначена моим телохранителем на время, и то только по причине большой занятости службы безопасности. Хотя, готов поспорить на своё послесмертие, что как раз охрана некоего Синдзи Икари и была её основной обязанностью, точнее — одной из. Впрочем, меня это только радовало — как-то на душе спокойней, когда рядом находятся итальянка с полудюжиной вооружённых до зубов головорезов. И если Ферраро держалась на расстоянии вытянутой руки, то "убивцы" Баскакова — на некотором удалении, не мозоля глаза, но при этом постоянно держа под контролем всё окружающее. В результате, задача ликвидации любого из пилотов Евангелиона, равно как и высших офицеров НЕРВ (их стерегли, замечу, так же тщательно), становилась весьма труднореализуемой.
Меры безопасности коснулись практически всех сторон личной жизни — наши контакты с внешним миром и теми, кто не обладал офицерским уровнем допуска, были сведены к минимуму. Со своими одноклассниками (тоже, кстати, оказавшимися в Геофронте) пообщаться удалось только пару раз, да и то по телефону. С Кенске и Судзухарой, ну и со старостой. Даже О'Харе с Ичигавой пришлось ограничиться болтовнёй по мобильнику или внутригеофронтовской электронке. Впрочем, учитывая загруженность нашего служебного графика, на страдания от нехватки общения у нас просто не было времени.
Вскоре, стала известна причина такого ахтунга. Оказывается, с началом расследования в НЕРВ-США начали происходить странные вещи.
Сперва, в ночь перед приездом спецкомиссии, не смотря на все принятые меры безопасности, прямо у себя в кабинете умудрился пустить пулю в висок замком, отвечавший за доработку электроники Евы-04. И, почему-то, именно этим вечером неожиданно забарахлили системы слежения в кабинете и прилегающих помещениях, затем рядом со сторожившими шишку безопасниками сработали системы пожаротушения. Как раз тогда, когда сэр полковник изволил стреляться.
