В тоже время дракон явно что-то для себя решил. Вытащив морду из пещеры, он в нее вдохнул. Вначале это был предупреждающий залп воздухом. Лиин заскулила. Она уже с сотню раз успела пожалеть, о своем решение украсть скорлупу. Вот только если бы в пещере, куда кариса сунулась, не оказалось детеныша дракона. Ну а дальше все банально — обозленная мамаша, решившая, что на ее ненаглядного отпрыска покушаются, бросилась за "обидчицей".
Кариса попыталась сменить ипостась. Это дало бы шанс на лечение и возможность телепортироваться. Но попытка была тщетной, поскольку ей не хватало ни много, ни мало — половинки сущности серебряного воина.
Мирта охватила паника. Заметив, как изменилось лицо мужчины, Лиан подскочил к нему.
— Что ты чувствуешь?
— Жарко и страшно, — прошептал артефактор, усилием воли пытаясь отделить свои собственные мысли и чувства от инородных, так внезапно хлынувших в сознание.
— Расслабься. Это скорее всего налаживается связь с Лиин. Попробуй сконцентрировать свое внимание на единственном желании оказаться рядом с ней, — продолжал поспешные объяснения карис.
Мирт внимательно выслушал ученика, друга и фактического родственника в одном лице и попытался расслабиться. И хотя он представлял, какого эффекта старается достичь, резкий пространственный рывок, перенесший его в душную и жаркую пещерку оказался неожиданным. И почти тут же был сбит с ног чумазой карисой в рваной одежде.
— Мирт, ты пришел, — прорыдала девушка, на миг забыв о ранениях и нежившейся в объятиях любимого, которого уже не чаяла когда-нибудь увидеть.
— Что происходит?.. — восстановив дыхание, прохрипел Мирт, но тут же поправился: — Что делать? — ему даже удалось сесть, устроить Лиин у себя на коленях и укачивать как малое дитя, бережно, опасаясь сделать больно.
— Слияние, — прошептала девушка, морщась от боли, но стараясь казаться сильной, — пока нас не поджарили.
Мирт растерялся, но быстро взял себя в руки — когда играешь в прятки со смертью. Не время для сомнений и пространных размышлений. Оставалось одно единственное всепоглощающее желание: Лиин должна выжить. Он с нежностью посмотрел в глаза карисы, вопросительно взирающей на него в немом ожидании, и даже пропустил миг, когда начал растворяться не только во взгляде, но и в сущности Лиин, полностью отдав ей бразды правления в непростом процессе единения. Лишь только незнакомое чувство довершонности слегка кружило голову.
Лучший друг Шинара с интересом поглядывал на главу клана. Тот довольно отхлебнул коньяк из пузатого бокала и наконец посмотрел на него.
— Ну, спрашивай.
— И зачем все это?
— А сам еще не понял? — усмехнулся глава клана. — Мне надо было разобраться с Ретаро. В конце концов, сейчас это единственный клан, сравнимый и даже превосходящий наш по влиянию.
— То есть, — подался вперед его собеседник, — ты разыграл сложную коротенькую интригу...
— Ты недооцениваешь меня, — рассмеялся Шинар, — в отличии от моей внучки, я люблю многоходовки.
— Не удивлюсь, если ты сам и помог ей найти Рейна, когда она была маленькая. Ты действительно старый лис!
— Самое главное, мой дорогой друг, что все прошло, как по нотам, и моя внучка счастлива, а внук занимает достойное его место, так что давай еще выпьем.
В качестве эпилога
Фредерик недовольно зашипел, когда его разбудил дребезжание магического зеркала связи на рассвете, судя по тому что брат не поленился почти пол часа трезвонить, дело было срочное.
— Да?
— Фредерик!!! Что делать?!
Спросонья князь даже не понял, о чем спрашивает брат.
— Еще раз...
— Ты издеваешься? — запричитал Тиур... — Акенкара выбрали президентом студсовета, а меня секретарем...
Фредерик сполз по стене от хохота — паника брата была понятна. Последние три президента на своих секретарях женились, к тому же... заявки на эти посты они подавали исключительно на спор.
Вечер. Заходящее солнце золотило малую гостиную городского особняка Ретаро. Молодая женщина чему-то улыбалась, перед ней на столе стояла чашка обжигающе горячего кофе и чашечка мятного чая, с минуты на минуту он должен был вернуться.
Грейд возник прямо по середине комнаты, шагнув из малого телепорта, и улыбнулся жене.
— Добрый вечер, — мягко ответила она такой же улыбкой. — Ты сегодня поздно, что-то случилось?
— И это учитывая, что я просто сбежал, — хмыкнул он, на миг прижавшись к Гелари и целуя ее в лоб. — Отец, сославшись на болезнь, сбросил на меня свою работу.
— Болезнь, — нахмурилась Гелари, — странно, он не выглядел больным, когда забирал Иридана в парк?.. Знаешь, наверно это эпидемия, пол часа назад Рейн сказал, что дед тоже ушел с заседания, сославшись на болезнь.
— Ага, ты спроси у Виолы, что за "эпидемия". Могу поспорить, что она тебе выдаст какое-то оригинальное название, под которым будет иметься в виду лишь одно: отлынивание от работы, чтобы погулять с внуками.
Гелари честно старалась сдержать смех.
— Знаешь, если я от своего деда еще что-то подобное и ожидала, то от твоего отца — нет, страшно представить, что с ним будет, когда родится девочка.
— Ну, если она будет светловолосая и зеленоглазая, то Адриан, возможно, перестанет бурчать, что ты испортила породу Ретаро, — подмигнул ей демон.
— Ну, не знаю, — серьезно задумалась женщина, — этот вопрос выяснится где-то месяцев через восемь.
Грейд так спокойно поставил чашку на блюдце, что даже не звякнул фарфор, и поднял глаза на супругу. На губах медленно расползалась довольная улыбка.
Шили поудобней устроилась на каменной плите саркофага, не обращая внимания на то, что снизу царапались, выли и активно пытались вырваться. Небольшой огонек повис над плечом, позволяя рассмотреть ровные строчки в только что пришедшем письме, выведенные красивым каллиграфическим почерком. Демоница поправила очки.
"Привет, Шили! Абсолютно уверен, что опять отвлекаю тебя от важных дел..."
Отвлекает, кивнула некромантка. У нее контрольная по определонию умертвий. Хорошо еще, что группа большая — пока проверка до нее дойдет, как раз дочитать успеет.
"...Сколько тебе еще учиться? И вообще, зачем тебе эта аспирантура?!!!!"
Ничего нового, этот вопрос ей задвался с того момента, как он узнал, что она идет учиться дальше — то есть весь последний курс в Сайоране и последующие три года ее учебы в Тайоле. Смысла отвечать на него она не видела.
"...Ладно, фиг с ней, с аспирантурой! Ты когда на каникулы приедешь?! Три года тебя не видел!!!"
Ну вот, как всегда жалуемся, а ей с Таеоля до Ассары надо через пять миров добираться, тем более на каникулах у них проводились дополнительные семинары у лучших специалистов для особо жаждущих грызть гранит науки.
"...Хотя я и так знаю твой ответ: "у меня практика, стажировка..." и так далее. Ну и ладно! Я сам приеду!!!"
Ну-ну, кто ж его сюда отпустит? Таеоль не входит в Ассарский союз миров, а академию Тайоль скорее можно было сравнить с государством в государстве.
"...Следующие три листа можешь не читать, я на жизнь жаловаться буду".
Шили усмехнулась и перевернула указанное количество страничек, решив прочесть их позже уже в своей комнате, и перешла к концу письма:
"P.S.: Поругался с матерью".
С императрицей он начал ругаться с третьего курса, так что ничего удивительного.
"P.P.S.: Поругался с отцом".
С императором — еще раньше.
"P.P.P.S.: Поругался с советом".
Четвертый курс.
"P.P.P.P.S.: Выслушал Грейда. Принял к сведенью и обещал подумать".
Без комментариев.
— Шили, — демоница подняла глаза на подоспевшего преподавателя, — что у тебя там?
— Умертвие класса А, уровень опасности по шкале Лиональ — тринадцать, по шкале Фрьебера — восемьдесят семь, по шкале Триуса семь с половиной! — отрапортовала некромантка, спрыгивая с саркофага и отодвигая крышку. — Плюс ко всему, остаточная псионичекая деятельность.
— Отлично, — кивнул экзаменатор. — Как будем упокаивать?
— В текущей ситуации — руной Альдо.
— Прошу.
На кончиках пальцев Шили засиял яркий огонек, мгновенно принявший форму руны. Девушка стряхнула ее на лоб скалящегося умертвия и мгновенно закрыла крышку.
— Как всегда великолепна! — раздался знакомый голос.
Всегда невозмутимая Шили едва не подпрыгнула от неожиданности, но прежде чем обернуться и проверить, не подводит ли ее слух, посмотрела на преподавателя.
— Свободна, — кивнул учитель, не выразивший удивления от присутвия чужака в святая святых Тайольских некромагов. Девушка подняла с землю сумку, сунула туда письмо, которое все еще сжимала в руке — необходимость читать его отпадала в связи с присутствием в катакомбах его непосредственного автора. Во что она все еще с трудом верила. И тут же сунула необьемную торбу улыбающемуся во все клыки Акенкару.
— Пошли, — скомандовала она, ощущая, как невольная улыбка растягивает губы.
