Индустриализация ускорила в Нидерландах процесс развития рабочего класса. К тому же степень урбанизации в Нидерландах была традиционно высокая: более 70 % населения проживали в городах. Самыми населенными городами были Амстердам и Роттердам. Население Амстердама за XIX в. возросло более чем в три раза: 140 тыс. человек — в 1815 г.; 250 тыс. — в 1850 г.; 510 тыс. — в 1900 г. Население Роттердама только за двадцать лет — с 1880 до 1900 г. увеличилось со 160 тыс. человек до 315 тыс. Естественно, что в последние десятилетия века концентрация рабочих в крупных промышленных центрах (прежде всего в Амстердаме и Роттердаме) также увеличилась, они превращаются в отдельную социальную группу, с требованиями которой приходилось считаться не только промышленникам и государству, но и всему обществу. Но в то же время, в отличие от других стран Западной Европы, в Нидерландах традиционно важное значение имела сфера услуг, поэтому рабочий класс был здесь не столь социально значимым, и, как следствие, достаточно слабым было рабочее движение.
Тем не менее начавшиеся в последней трети XIX в. изменения в социальной структуре нидерландского общества способствовали развитию в нем новых идеологий (например, социалистической) и наряду с этим вели к выражению социального протеста, имевшего уже и идеологическую направленность. Определенное влияние на развитие рабочего движения в стране оказало создание в Амстердаме в 1868 г. нидерландской секции 1-го Интернационала, а первой национальной организацией рабочих, пропагандировавшей социалистические идеи, был созданный в 1871 г. и объединивший двадцать профессиональных союзов Всеобщий союз рабочих Нидерландов. В 1876 г. от него отделились рабочие-протестанты, организовавшие в 1877 г. свой союз «Патримониум». В 1878 г. их примеру последовали рабочие-социалисты. В 1881 г. они объединились под руководством Фердинанда Домелы Ньювегейса (1846—1919) в Социал-демократический союз Нидерландов, а в 1894 г. группа его членов во главе с Питером Йеллесом Трульстрой (1860—1930) образовала Социал-демократическую рабочую партию Нидерландов (СДРПН). В результате раскола СДРПН в 1909 г. на базе ее левого крыла («трибунистов») сформировалась Социал-демократическая партия (СДПН).
Появилась в Нидерландах и группа марксистов, объединившаяся в 1896 г. вокруг журнала «Новое время». Но нидерландское социал-демократическое движение, как и марксистская группа были малочисленными и не пользовались большим влиянием среди рабочих. Наличие в Нидерландах значительной прослойки мелких собственников, подкуп буржуазией верхушки рабочего класса, влияние протестантского и католического духовенства обусловили широкое распространение в рабочем движении анархистских идей, ревизионизма и реформизма.
Результатом сильного влияния церкви на рабочий класс стало формирование помимо социалистического еще и протестантского и католического рабочего движения. По такому же принципу пошло в стране и разделение профсоюзов. Этот процесс был частью гораздо более широкого общественного явления, имевшего место в Нидерландах — размежевания общества на множество групп неоднородного социального состава, внутренняя связь в которых обусловливалась общей идеологией (религиозной — протестантской или католической) или мировоззрением (социалистическим или либеральным). Отсюда берет начало и нидерландская многопартийность.
В политических устремлениях нидерландского рабочего движения торжествовала умеренность, что выражалось прежде всего в выдвижении основного требования — всеобщего избирательного права.
Борьбу за расширение избирательного права вели все нидерландские политические партии. Принятие ряда законов в последние десятилетия XIX в. позволило уже 70 % мужского населения иметь право голоса (всеобщее избирательное право для мужчин было введено в 1917 г., а с 1919 г. оно распространялось и на женщин).
На волне за предоставление женщинам избирательного права зародилось в Нидерландах и феминистское движение, которое также было намного слабее, чем в других странах Европы. Доля работающих женщин в Нидерландах была очень низкой (к 1890 г. около 16 % от женского населения), что в определенной мере объяснялось мировоззрением, в соответствии с которым нидерландская женщина являлась прежде всего домашней хозяйкой. Нидерландское женское движение неразрывно связано с именами Алетты Якобс (1854—1929), первой нидерландской женщины-врача, посвятившей себя организации медицинских просветительских обществ для женщин, и Вильгельмины Дрюккер (1847—1925), по инициативе которой в 1894 г. было создано Объединение в пользу избирательного права для женщин.
Пик подъема рабочего движения в Нидерландах пришелся на апрель 1903 г. на момент всеобщей стачки портовых и железнодорожных рабочих ряда крупных городов страны, которая, однако, из-за расхождения во взглядах и требованиях участвовавших в ней социалистических, профсоюзных и конфессиональных организаций не дала ощутимых результатов. Надежда организовать позже общенидерландскую забастовку рабочих также не оправдалась.
Колониальная политика и колониальные владения Нидерландов в XIX — начале XX века
После освобождения Нидерландов от французского господства 3 августа 1814 г. было подписано англо-нидерландское соглашение, в соответствии с которым Великобритания возвращала им все колонии, кроме Эссекибо и Демерары (Британская Гвиана, ныне Гайана), Капской колонии и о. Цейлон. По Лондонскому договору от 17 марта 1824 г. Нидерланды уступили Великобритании свои владения на Малаккском полуострове в обмен на фактории на Суматре и право свободы действий на Малайском архипелаге.
Нидерландская колониальная империя, управление которой находилось в руках нидерландского правительства, включала Нидерландскую Индию (современную Индонезию), Нидерландскую Вест-Индию (колонии в Центральной Америке — Суринам и острова в Карибском море: Кюрасао, Аруба, Бонайре, Синт-Эстатиус, Саба и южная часть о. Сен-Мартен) и несколько фортов на западном побережье Африки.
С 1830 г. в ряде областей Нидерландской Индии была введена так называемая «система принудительных культур», ставшая идеальным источником пополнения нидерландской казны. Реализация на европейском рынке экспортных культур с Явы приносила метрополии колоссальный доход. До конца 1860-х годов экономика в Нидерландской Индии основывалась на «системе принудительных культур», но критика «системы» либералами и последовавшая за этим череда правительственных кризисов привели к ее отмене.
«Система принудительных культур»
Проект вывода нидерландского колониального хозяйства из финансового тупика был разработан чиновником колониальной администрации и бывшим губернатором Нидерландской Гвианы Иоаном ван ден Босом и еще в 1829 г. передан на рассмотрение королю Вильгельму I. Суть предложенной Ван ден Босом так называемой «системы принудительных культур» сводилась к тому, что в принудительном порядке (главным образом на Яве) индонезийские крестьяне на определенной части своей земли вместо выплаты земельного налога регентам-индонезийцам должны были выращивать сельскохозяйственные культуры, пользовавшиеся спросом на мировом рынке. Метрополия рассчитывала добиться в колониальном бюджете превышения доходов над расходами, так называемого активного баланса или положительного сальдо.
Выгодными для метрополии экспортными культурами были кофе, чай, табак, индиго, сахарный тростник. Внедрение экспортных культур осуществлялось через регентов-индонезийцев, выполнявших, таким образом, функции нидерландских чиновников. После сбора урожая «принудительных культур» и обязательной его продажи по низким фиксированным ценам правительственным агентам Нидерландского торгового общества (НТО, созданного в 1824 г.) крестьянам выплачивалась небольшая сумма в виде заработной платы. Часть крестьян вместо принудительной работы на плантациях должна была трудиться на построенных нидерландцами примитивных предприятиях по переработке урожая (60 дней в году на каждого главу семьи): сахарных заводах, индиговарнях, сушильнях табака. Таким образом, «система культур» представляла собой принудительный труд в форме монопольной государственно-крепостнической эксплуатации, знакомой еще со времен Ост-Индской компании. Только теперь прежние функции ОИК выполняло нидерландское государство, являвшееся одновременно и плантатором, и купцом.
Сельхозпродукция отправлялась на правительственные склады. Все функции по ее экспорту с Явы и дальнейшей реализации были сосредоточены в руках НТО, которое по заключенному с нидерландским правительством договору вело всю торговлю с Индонезией.
Наибольшую выгоду от «системы культур» получала нидерландская казна. Введение «системы культур», препятствовавшей эксплуатации колонии частным капиталом, и совершенствование методов торговли колониальным товаром позволили Нидерландам достаточно быстро вновь воплотить в жизнь идеалы их «золотого XVII в.» — стать одним из важных в мире финансистов, продавцов и транспортировщиков товаров. Индонезийское положительное сальдо за 1831—1840 гг. составило 93 млн гульденов, а в 1851—1860 гг. — уже 267 млн (что равнялось 31 % от общих поступлений в нидерландскую казну). За 1849—1866 гг. нидерландская казна извлекла из «системы культур» чистую прибыль в размере 473 млн гульденов. К 1870 г. ее применение принесло нидерландской казне 900 млн гульденов чистой прибыли. Поэтапная ликвидация «системы культур» началась еще в середине 1860-х годов, но в 1870 г. колониальная администрация Нидерландской Индии, обвиненная либералами в жестокой эксплуатации индонезийцев, вынуждена была отказаться от прибыльного метода возделывания всех культур (кроме кофе и сахарного тростника) и перейти к традиционному налогообложению. Окончательно «система культур» была отменена в 1915 г.
На основании принятых в 1870 г. так называемых «аграрного» и «сахарного» законов часть земель Нидерландской Индии перешла в государственную собственность и по льготным ценам стала передаваться в аренду частным предпринимателям или компаниям. Открытие правительством доступа в колониальные владения в Юго-Восточной Азии частному нидерландскому капиталу способствовало возникновению там колониальных монополий, началу активной разработки месторождений нефти, олова, бокситов. Политика «открытых дверей» и снижение таможенных пошлин привлекли туда и частный иностранный капитал, главным образом английский.
Сохраняя нейтралитет в европейской политике и оберегая таким образом от возможного вмешательства великих держав в свои заокеанские владения, Нидерланды, для того, чтобы установить над ними полный политический контроль, начали проводить в Юго-Восточной Азии активную завоевательную политику. После того как в ноябре 1871 г. был подписан англо-нидерландский Суматранский договор, по которому Нидерланды получили свободу действий на Суматре, нидерландская колониальная армия в течение сорока лет вела там кровопролитную войну, покоряя сохранившие независимость внутренние районы острова (так называемая Ачехская война 1873—1913 гг.). С той же целью были предприняты нидерландские военные экспедиции на о. Ломбок в 1894 г. и на острова Калимантан и Сулавеси в 1901—1908 гг.
Нидерландская Индия стала для метрополии источником аграрно-сырьевых ресурсов, главным образом нефти (в 1907 г. была создана крупнейшая англо-голландская нефтяная монополия «Ройял датч — Шелл»), рынком сбыта нидерландских промышленных товаров и источником дешевой рабочей силы.
Подъем антиколониального движения в Нидерландской Индии (Индонезии) с началом XX в. нидерландские власти пытались остановить посредством проведения там социально-политических реформ. После прихода к власти в Нидерландах в 1901 г. партийной коалиции во главе с лидером Антиреволюционной партии А. Кейпером правительственный кабинет начал осуществлять новый курс колониальной политики (он получил название «этический курс», «этическая политика»), целью которого было создание благоприятных условий для эксплуатации Нидерландской Индии экономическими методами.
Экономика нидерландских владений в Вест-Индии основывалась на плантационном хозяйстве (выращивание сахарного тростника, кофе, какао), в котором использовался сначала рабский труд, а с отменой там 1 июля 1863 г. рабства — труд батраков и законтрактованных индийских и китайских наемных рабочих (это право Нидерланды получили после ратификации в феврале 1872 г. англо-нидерландского соглашения о передаче Великобритании нидерландских фортов на Золотом Берегу в Африке). В 1866 г. Нидерландская Гвиана (Суринам) официально получила статус колонии Нидерландов.
Островная часть Нидерландской Вест-Индии играла роль важного торгово-транспортного узла в бассейне Карибского моря, значение которого еще больше возросло с постройкой Панамского канала. В начале XX в. на Кюрасао началось строительство нефтеперерабатывающих предприятий (первый завод вступил в строй в 1916 г.), работавших на венесуэльской нефти.
К 1913 г. Нидерландская Индия охватила всю территорию (1,9 млн кв. км) современной Индонезии. Общая площадь нидерландских владений в Ост— и Вест-Индии составляла 2 045 647 кв. км и превышала размер метрополии в 50 раз. По числу подданных (ок. 40 млн чел.) Нидерланды уступали лишь Великобритании и Франции, а по площади своих колониальных владений занимали пятое место в мире (после Великобритании, Франции, Германии и Бельгии).
В начале XX в. Королевство Нидерландов занимало видное место в системе империалистических государств. Значение этой небольшой по территории и численности населения страны (6,251 млн в 1914 г., из которых 60 % были протестантами и 35 % католиками) определялось финансовым могуществом нидерландской буржуазии, ее традиционными торговыми связями со многими странами мира и контролем над обширной колониальной империей. Наличие огромной по размерам и человеческим ресурсам колониальной империи у малой европейской страны в период завершения передела мира великими державами являлось как основной причиной, по которой Нидерланды старались во всех вооруженных конфликтах континентальных держав придерживаться политики нейтралитета, так и самым надежным гарантом их нейтральной внешней политики. Финансовые возможности, которые имелись у метрополии благодаря колониям, и умелое направление этих финансовых потоков в сферу внешнего кредита практически исключали ситуацию, в которой великие державы могли бы посягнуть на нидерландский нейтралитет. Нидерланды стремились занять место государства-арбитра в вопросах международного права и сохранить за собой положение дипломатического центра Европы. Они активно участвовали в организации европейских конгрессов и конференций — Гаагских мирных конференций 1899 г. и 1907 г., целью которых была выработка механизмов решения международных споров мирными средствами, предотвращение военных столкновений и обсуждение проблемы разоружения.
