Прекрасный новый мир (Мв-23)

Поскольку достоверно определено, что он не симулирует — лишился памяти о многих обычных сторонах повседневной жизни. К примеру, обычная перьевая ручка, которую все знают с детства, со школы, если не раньше — он осматривал ее с явным удивлением, как предмет смутно похожий на что-то знакомое, но все же не знакомый. Совершенно не знал, что такое промокашка и для чего ее используют. Вот карандаши он узнал. Но вообще писал плохо, словно никогда не учился чистописанию и не писал ничего сам очень давно. И это при том, что он был совершенно грамотным человеком, то есть не мог не учиться в школе! Возможно, он даже был хорошо образованным человеком, хотя тут сказать труднее, так как некоторые школьные знания у него сохранились в памяти неплохо, а другие или отсутствуют совсем, или заменены ложными воспоминаниями — как, например, с историей. Неплохо помнит Древнюю историю, Средние века, а вот в Новой истории уже есть пробелы, а особенно в Новейшей, и чем ближе к настоящему времени, тем больше. Представьте себе, он не помнил дату победы в Великой Отечественной Войне! И вообще помнил о ней немного, как, впрочем, и о Гражданской. Также большое удивление у него вызвало упоминание о дружественных отношениях СССР и Ватикана, операции по спасению папы во время войны, освобождении от фашистов Италии... Его представления о наших отношениях с Католической Церковью словно так и застряли где-то на довоенных позициях... Мало того, он иногда по ошибке называл Ленинград Петербургом, хотя обычно потом спохватывался и исправлялся — потому что уже узнал, что сейчас город называется Ленинградом.

Да, так вот, несмотря на явное наличие образования и грамотности — впрочем, и тут он писал порой не без ошибок — было похоже на то, что он частично потерял навык письма. Обычно же, хорошо выученные навыки при ретроградной амнезии сохраняются. Хотя в тысяча девятьсот сорок третьем году был случай, когда человек в результате ранения головы потерял все свои полученные за жизнь знания и навыки — полностью — но у него был физически поврежден мозг с утратой его части. Кстати, бедняга так и не смог восстановить память, ему пришлось заново учиться азам грамоты, и это при том, что и запоминать что-либо после ранения ему стало весьма трудно, говорить-то он не разучился, но вот мыслит и понимает чужую речь теперь гораздо медленнее нормы... Но я отвлекся, простите. Так вот, у нашего же пациента, несмотря на черепно-мозговую травму, проведенными нами процедурами (в медкарте все подробно) не нашли органических патологий. Однако ему казалось незнакомым и многое другое, не только ручки и промокашки. Печки, некоторые детали одежды, другие мелочи быта. Что касается трудовой терапии... Знаете, в нашей больнице для нее до сих пор не так много возможностей. Женщины чинят белье, мужчины помогают в строительных работах, заготовке дров в лесу, на сенокосах в подсобном хозяйстве и колхозе рядом, есть также небольшая сапожная мастерская. Он не умел ничего. Даже пришить пуговицу. Более того, казалось, он и иголку-то в первый раз в жизни видит. Хотя он, вроде бы, понимал, что это и для чего нужно — в отличие от наперстка, о смысле которого вообще не догадался! Точно так же и сапожное дело вызвало у него изумление — он почему-то полагал, что вся обувь выпускается только на фабриках, на каких-нибудь станках.

Да, печатающая машинка. Это странно, но именно она сразу показалась ему знакомой — тоже лишь отчасти, он не имел никакого опыта в чистке и уходе за машинкой, во вставке бумаги, но именно печатать у него получалось неплохо, тут явно был наработанный навык. Хотя тоже какой-то странный — буквы на клавиатуре находил легко, а силу удара по клавишам контролировать не умел, и "перевод каретки" тоже поначалу забывал нажать.

Умел играть в шахматы — вот это знание сохранилось у него полностью. Возможно, прежде он ходил в какой-нибудь кружок или секцию.

Но общий итог лечения этого пациента был не очень утешительным. Восстановить память о его биографии так и не удалось, там до сих пор зияют или дыры, или ложные воспоминания, заменившие настоящие. Когда с ним удалось немного наладить контакт, он описывал своих родителей и называл их имена, вспомнил, где жил с ними, в какую школу ходил. Так вот — ничего этого не существует. Нет в Ленинграде школы с таким номером, такого ВУЗа, а по названному адресу, где якобы жили его родители, на самом деле располагается дача довольно высокопоставленного лица из ленинградского Обкома Партии. Естественно, люди с именами его родителей там никогда не жили. И возможно, именно из страха узнать ложность оставшихся у него воспоминаний он и не особо стремился делиться ими...

Но что хуже всего, мне показалось, что наш пациент в итоге сдался — он махнул рукой и перестал пытаться работать над собой, чтобы вспомнить что-то еще, перестал пытаться разобраться в своих воспоминаниях, какие из них истинные, а какие ложные. Впрочем, возможно, и мы действительно уже сделали для него все, что могли... ведь при ретроградной амнезии бывают случаи, когда память так и не удается восстановить до конца жизни. Или же она позже возвращается сама собой. В подобных случаях остается постараться помочь больному снова вжиться в покинутое им общество и выписать его, что мы и сделали. И похоже, что его нынешняя жизнь его вполне устраивает.

Думаете ему помочь? Не уверен, что из этого что-нибудь выйдет, ведь, насколько мне известно, для лечения ретроградной амнезии и сейчас не появилось никаких методов, отличающихся от применяемых нами ранее, пусть Валдай и считается провинциальным городом. Но попробуйте. По крайней мере, изучение его болезни в любом случае пойдет на пользу медицине.

Что?! Он написал повесть?! Это очень интересно, ранее он не показывал никаких стремлений к литературной деятельности. И странно, что Наденька сама мне об этом не сообщила — ведь такие сдвиги могут быть очень важны для излечения больных! Пусть он официально более не наш пациент, но он остается больным человеком и, конечно, хотелось бы знать о том, что можно использовать ему на пользу. Вы не могли бы предоставить мне экземпляр?

Надежда Мизюрина.

Все верно, товарищ профессор, он к нам поступил в пятидесятом, как раз и я тогда сюда, после училища. И был он тогда, как дите малое — не умел ну совсем ничего, что взрослый человек знать обязан. Поскольку, это даже в учебниках написано — при помутнении рассудка, заученные двигательные навыки, моторика, как правило, сохраняются, ну а если нет, то это уже значит, что и человека нет, а только оболочка. А он все же рассудок сохранил — просто навыки стерлись, вот непонятно, как такое может быть!

Его ведь еще тогда проверяли — наш оперуполномоченный, капитан Сафронов, ему лопату дал, и сразу видно, что он ее в руках не держал никогда — ну значит, точно не "лесной" из чухонии, и не бандеровец, эти схроны копать привычны. И мозоли на пальце нет, и набитого плеча нет — значит, не солдат. В розыске не значился, на скрывающегося с войны дезертира возрастом не подходит, ему на вид определили тогда, не больше двадцати. Значит, не враг, не преступник, не шпион! Ну и потеряли к нему милиция и госбезопасность всякий интерес — это ваш клиент, вы его и лечите.

Он ведь не только не умел — и по жизни не знал ничего — как, куда, к кому, если надо что. Даже сейчас, хотя он уже не пациент, а при больнице трудоустроен, у нас же все по нашему советскому закону — пациентов положено не только лечить, но и чтоб в наше общество после включились! Ну а куда ему — он же, хотя теперь и подтянулся, в сравнении с тем что было, так все равно, много не знает и не умеет. Так его при нашей больнице и трудоустроили, и даже комнату дали. Работа — на машинке печатать, ну что делать, если барышень-машинисток не хватает, а документы оформлять надо? Оклад конечно небольшой — зато жилплощадь служебная, и кормят бесплатно в нашей столовой. Так верите, он в город выходить боится один — только если со мной, как дитя с мамкой!

Он ведь не идиот, а умный, в чем-то! Я ему кубик подарила, ну эту игрушку с разноцветными гранями, которую крутить и собирать надо, он так быстро его освоил — я не умею, хотя пробовала, а он так быстро все собирает! Так его наши, из персонала, за это Кубиком и прозвали. "Эй, Кубик" — а он даже не обижается. Еще в шахматы играет с Ильей Степанычем, нашим фельдшером — и ведь выигрывает часто! А зимой он даже повесть сочинил — и попросил меня в издательство отдать напечатать. Так я послушав, ходила — и к нам, в Новгород, и зимой ездила в Ленинград, и была в самой главной редакции, которая на Фонтанке — так там услышав что автор из дурки, лишь смеялись сказали что таких "авторов" у них по сто в день. Так и не взяли.

Товарищ профессор, я вот что думаю — ну не похож он на деревенского, иногда мелькает в нем что-то такое, явно из городских и образованных. А что если он из ленинградских эвакуированных — было ведь, что в самом начале войны детей оттуда вывозили в область, опасаясь бомбежек, ну кто ж знал что немцы так быстро сюда дойдут? После кого-то успели назад, а кого-то и нет. И если он как раз из таких, родители и воспитатели погибли — это страшно представить, что он пережил, тут немудрено рассудком тронуться! Чудом жив остался, добрые люди кормили — и вот, как-то так даже после войны скитаясь, протянул? А вдруг у него память восстановится, и он в Ленинград вернется, родных найдет, в вуз поступит, большим человеком станет?

Что вы говорите, товарищ профессор — случай интересный, у вас в Военно-Медицинской изучат, и возможно, Ванечку вылечат? И он вспомнит, кем раньше был? Товарищ профессор, я хоть и комсомолка — но за такое, в церкви свечку поставлю!

Некто, пока без имени, время тоже не определено.

Ну, попал! А как все начиналось — приезд в этот город по делам бизнеса, и как раз встреча однокашников! Дружба в наш век, понятие очень относительное — ну а вдруг кто-то завтра тебе окажется полезен? Да и самолюбие потешить — что ты, на фоне прочих, не неудачник, а чемпион.

Какое самое выгодное вложение капитала — даже не в акции самой крутой фирмы, а в себя, любимого. Поскольку человек человеку люпус — провал совкового эксперимента это доказал. Папахен мой, хотя здоровые основы мне заложил, сам подняться так и не успел, поскольку от совкового мышления так и не избавился окончательно, оставалось в нем что-то, через которое не мог перешагнуть. Ну а мне подвезло — два высших образования (универ, и сертифицированные курсы, читали настоящие спецы из США и ЕС!), кой-какие полезные связи (поначалу от папахена, затем уже мои), и как результат, отличная карьера — мой босс, мистер Джервис, может пинком открывать дверь к любому здешнему министру. Верно сказано — что в нашей говняной стране нормально работают лишь те органы которыми руководят такие вот настоящие эффективные западные менеджеры — раньше было, повальное воровство и бардак, теперь порядок. А тот, кто этого не понимает — тот идиот. Или патриот — что равно идиоту.

Вроде того, с кем на сегодняшней встрече поцапался. Бизнесмен недоделанный, недоволен что заводы у нас закрывают. Ты знаешь, что такое конкурентное преимущество, дебил? У нашей страны-говняшки, с населением из дебилов и алкашей, какой уровень технологии — не смешите! Единственно, на чем мы можем в выигрыше, это добыча и продажа сырья. И чем переводить это сырье на говняную продукцию нашей промышленности, которую никто не покупает — гораздо выгоднее продать тем, кто из этого сделает товар-конфетку и нам же после продаст по нормальной цене! Ну а ты, дебил, если хотел что-то у нас производить, и прогорел, так кто тебе доктор?

Он не послушал, буянить стал — а после уснул, пьяной мордой ткнувшись в салат. Дурак дважды — вот у меня правило, здоровый образ жизни, а то медицина нынче дорогая — не в бесплатной же, сидеть в очереди с быдлотой? Не курю, в фитнесс-зал хожу — кстати, там с красивыми телочками можно познакомиться, приятно ночь провести — а то б..й даже элитных приглашать стремно, во-первых, неизвестно на кого они работают, а во-вторых, СПИД не лечится пока, если подцепишь. И в ночные клубы и прочие места порока хожу редко — предпочитаю стресс снимать не выпивкой и наркотой, а тренируя интеллект. Папахен мой в спортивном мире был фигурой, мастер по шахматам и международный арбитр — я тоже играю, в основном с компом. Ну и хобби, книжки пишу на одном из литературных сайтов. В жанре фентези — чем он хорош, можно придумывать что угодно, "а вот я так вижу". Как крутой герой рубит в лапшу всех плохишей, а красотки вешаются ему на шею. Особенно если этот герой, попаданец из современного развитого мира, и может тем отсталым, фору в миллион пунктов дать — глядя на моего босса среди нашей быдлоты, вполне в это верю!

Сидели допоздна, разъезжаться стали за полночь, уже комендантский час — так у меня, как у большинства компании, пропуска-"вездеходы" (а кого нет, их проблемы). Всегда, как показываю полиции или военным — отпускают, козырнув. У нас ведь войнушка где-то идет — кто из великих когда-то сказал, "чтоб мои подданные о том лучше и не знали"? Вот и мы не замечаем — в смысле, приличные люди, как я. Ну а у быдлоты, карма такая и долг, в мирное время оплачивать наши счета, а в военное, сдохнуть за наши интересы, хехе!

Ну вот, останавливают. Не полиция — а вояки. Хотят проверить, не уклонист ли я, избегающий патриотического долга умереть за отечество. Сейчас им документы покажу.. что за ... ?!!

Я чужую барсетку взял! В ней только деньги и пара каких-то карт. Пытаюсь договориться со старшим патруля — даже не офицером, а сержантом — а он лишь лыбится, мало! Нет документов — пошел в бусик, в центре комплектования объяснишься! Вы не имеете права, я работаю в аппарате американского советника!

-Ну а я тогда, президент США. Пшел в бус, москаль поганый! Знаешь, вот если я тебя пристрелю за сопротивление, мне ничего не будет?

Бандеровцы проклятые, говорят их с самой дикой западенщины набирают! Наших еще можно было на жалость взять — а этим просто удовольствие, людей нагибать под себя! Окей, дайте тогда всего один звонок сделаю. А они мне руки крутят, мобилу отбирают, и пихают в фургон. Еще и карманы вывернули, все отобрали, хрен теперь вернут. И поехали.

Что ж делать?! Говорят, сейчас мясо прямо в окопы шлют, с отлова! А я умирать не хочу — пусть простецы воюют, или как цивилизованных странах принято, строго по контракту, и для тех, у кого шило в заднице! Да и даже пару дней в вонючей казарме — мне тоже удовольствие маленькое. Черт, ну как свою задницу от фронта спасти?

В животе заурчало. Падлы, остановите, или я прямо тут обделаюсь, вам же хуже будет! Воздух испортил — тогда они остановились, я прямо на тротуаре присел. Один из военных вылез тоже, рядом стоял — но затем отвернулся и даже чуть отошел назад, вонь ему не понравилась, брезгливый! А я смотрю, тут подворотня рядом — джинсы натянув, рванул прямо с низкого старта — лишь бы от этой сволоты оторваться, а там видно будет! Мобилы нет — так спросить у кого угодно, есть же добрые люди, или в квартиры стучать, кто пустит — и звонок в полицию, имя свое назвать, и заявить о якобы ограблении — чтоб меня домой доставили! Документы после восстановлю, ну а если и правда на встрече забыл, то еще легче — вернуть должны! Проклятье, мне ж тачку даже закрыть не дали — угонят, или поснимают все что можно! Но сейчас, задницу бы свою от казармы спасти!