Мисс Грейнджер? Продолжение истории

— М-да. Продолжай, пожалуйста. Что там дальше?

— Да почти все уже. Тело этой девушки нашли через пару дней в Запретном лесу. По официальной версии — она пошла с горя прогуляться, и ее там загрызли то ли оборотни, то ли какие другие твари. Но слухи среди волшебников распространялись. Что никуда она сама не ходила. И что оборотни ее не случайно там встретили. Доказательств, конечно, никаких.

— Печальный финал, — проговорила Падма.

— Это еще не финал. Парень, как про смерть любимой узнал, проклял Уизли и свел счеты с жизнью. Дочь Уизли повредилась умом от всех этих переживаний. Видимо, тонкая натура была. Как итог — два рода прервались, дочь сумасшедшая, а семья Уизли получила в обществе клеймо предателей крови за нарушение клятвы и весь этот бардак.

— Ничего себе история. Страсти покруче, чем у Шекспира, — пробормотал Корнер. — Но это было давно. Все участники событий мертвы. Какие к современным Уизли есть претензии?

— Репутация семьи, — пожал плечами Энтони. — В нашем тесном обществе репутация важна. Это одна из причин, почему они такие бедные. Никто не хочет вести с ними серьезных дел.

— А другие причины? — заинтересовалась Грейнджер.

— Ну, я же говорил. Тот Уизли набрал у гоблинов кредитов. Почти все имущество пришлось распродать, чтобы расплатиться.

— Ясно. Кстати о гоблинах. Старший сын Уизли работает на Гринготтс. Никогда не поверю, что гоблины не знают про репутацию. Как они его приняли на работу?

— А ты знаешь, сколько нерушимых обетов дает работник Гринготтса? Уильям Уизли не сможет обмануть гоблинов, даже если захочет. Да и не думаю, что он захочет, если честно. Он вроде нормальный, как я слышал.

— Спасибо за рассказ, — сказала Падма, — это было познавательно.

— Пожалуйста. В общем, вы тоже лучше не связывайтесь с Уизли. Нет, ну если очень хочется -то вперед. Вам жить.

— Мы и не собирались. Вы бы лучше Пенелопе сказали, пока она училась и роман с Перси крутила.

— Да ей и сказали. Они с Перси разбежались. Вы только не особо об этом распространяйтесь и на меня не ссылайтесь. Как я уже сказал, все чистокровные об этом знают, но остальных особо не посвящают. В конце концов, Уизли, какие бы они ни были, старинная семья из списка двадцати восьми. Надо же им из кого-то супругов находить. Грейнджер, извини, ничего личного.

— Без проблем. Я что-то такое и предполагала. Спасибо, что просветил.

— Пожалуйста. Ладно, завтрак заканчивается. Пойдем, Майкл? Грейнджер, я 'Придиру' возьму?

— Бери, конечно.

— Спасибо. Надо бы подписаться на него, забываю все время... Классные тут ребусы. Да и статьи бывают очень даже.

— Это к Луне обращайся.

— Ага. Я подойду вечером, если хочешь, — отвлеклась Луна от овсяной копии, кажется, Хогвартса.

— Да, подходи. А то я опять забуду. Пока.

Мальчишки, да и остальные равенкловцы, стали расходиться.

— Какие у кого планы? — спросила Гермиона у подруг.

— Я в библиотеку. А потом, наверное, пойдем в Хогсмит с Гарри. Ну и с Парвати. Присоединяйтесь.

— Ты как насчет Хогсмита? — спросила Гермиона у Луны.

— Пойдем.

— Надеюсь, в кафе к мадам Паддифут вы нас не потащите? Будет странно, если мы завалимся туда такой толпой, — обратилась к индианке Грейнджер.

— Нет. Да я и не люблю его. Пусть Парвати с Гарри туда идут. Она как раз розовый цвет любит. Там этого цвета — завались. Хоть залейся. Такое впечатление, что там разбилась цистерна с розовой краской. А перед этим -вагон с кружевами. Жуть, в общем.

— А Гарри как к розовому цвету относится?

— Ну, он же с Парвати будет. И смотреть будет на нее. Даже если мадам Паддифут, внезапно, полностью выкрасит свое кафе в нейтральный черный цвет, Гарри все равно не заметит изменений, скорее всего, — рассмеялась Падма.

Шагая по коридорам Хогвартса, Гермиона думала о рассказе Голдстейна. В каком-то смысле, она сочувствовала семье Уизли. Серьезно, нынешние Уизли никак могли быть ответственны за то, что сто лет назад какой-то из Уизли был мудаком. Причем по рассказам посторонних. Общественное мнение, оно такое. Возможно, у самих Уизли был свой взгляд на эту историю.

С другой стороны, это не отменяло того, что Гермионе лично никто из семьи Уизли особо не нравился. Вроде бы, многим нравятся близнецы, но Гермиона восторгов не разделяла. С Артуром и Молли Гермиона тоже, считай, не общалась. И не горела желанием, поскольку они не произвели на нее хорошего впечатления. Она никогда не встречала Билла и Чарли и не исключала возможности того, что они замечательные люди. Но на планете есть миллионы замечательных людей, которых Гермиона никогда не встречала и никогда не встретит, так что, какого черта?

Перси был... нормальным? Немного чересчур занудным, но в целом, у Гермионы не осталось о нем негативных воспоминаний

Что касается Рональда, то он Гермиону просто бесил. Чисто субъективная неприязнь, пожалуй. То есть, у него же должны быть положительные качества? Гарри с ним дружил же как-то, и другие студенты общаются... Он же в шахматы играет! Это, конечно, в корне меняет дело, с сарказмом размышляла девушка.

А вот Джинни... Гермиона задумалась. Джинни — седьмой ребенок в небогатой семье. И единственная дочь. Похоже, родители чувствуют себя виноватыми перед девочкой за то, что не могли обеспечить ее всем. Вот и компенсировали это преувеличенной заботой. Ну и решили, хотя бы, пристроить дочь удачно замуж. А за кого? Нужен богатый наследник, в идеале. В понимании Уизли — наследник богатого рода. Но никто из чистокровных на такую свадьбу не пойдет, поскольку репутация у Уизли подмочена, да и нечего с них взять. А тут Поттер, который ничего не знает про волшебный мир. А наследство у него есть... Идиоты, решила Гермиона. Были бы умные, посоветовали бы Джинни присмотреть маглорожденного из обеспеченной семьи. Тот же Джастин Финч-Флетчли, в перспективе, куда богаче Поттера и Малфоя вместе взятых.

* * *

Ребята выбрались в Хогсмит дружной компанией. Прошлись по всем магазинам, которых, по правде, с последнего раза не прибавилось. Потом проводили влюбленного героя и его подругу до кафе мадам Паддифут. Затем Луна, Гермиона и Падма отправились в 'Три метлы'. Равенкловки заказали сливочное пиво, а Гермиона чай. Поскольку приторную гадость, по недоразумению называющуюся пивом, терпеть не могла.

— Вот как вы это пьете? — в который раз спросила Гермиона.

— Н-у-у, оно из молока, — протянула Падма.

— Сладкое, — коротко кивнула Луна и продолжила пить.

— Исчерпывающие ответы, — с сарказмом проговорила Грейнджер и вернулась к своему чаю. Без сахара. Видимо, в знак протеста. — Все волшебники — извращенцы.

— Почему это?

— Потому. Как не тыквенный сок, так сливочное пиво. Будто нормальных напитков мало. Я вообще удивлена, что в Хогвартсе можно раздобыть нормальный чай. По этой вашей извращенной логике, вместо чая должны бы быть какие-нибудь засушенные лепестки барбантюреров.

— Ты преувеличиваешь, — заметила Падма.

— Может быть, — согласилась Гермиона. — Но не сильно. Впрочем, чего еще было ждать? Все стало понятно сразу, еще в первую поездку на Хогвартс экспрессе. Когда честно купленный мной шоколад попытался от меня убежать.

— Ты его поймала? — заинтересованно спросила Луна.

— Еще бы. Еще не родилась та лягушка, шоколадная или нет, которая смогла бы от меня скрыться.

— Не знаю, не знаю, — заметила индианка. — Я бы поставила на Тревора.

— Кроме Тревора, — признала Гермиона, вспомнив легендарную жабу Лонгботтома. — Но Тревор — особый случай и непримиримый борец за свободу. Такие свободолюбивые жабы рождаются раз в столетие.

— В следующей жизни он будет птицей, — хихикнула Падма.

— Угу. Главное, чтоб не компьютером, — тихо пробормотала Гермиона. — Только восстания машин нам и не хватало для полного счастья.

— Что?

— Ничего. Пойдем, спрашиваю? Или еще посидим?

— Пойдем. Я пойду в замок, почитаю, наверное. А вы?

— А мы? — Гермиона переадресовала вопрос Луне.

— Погуляем? Погода хорошая. Можно к фестралам сходить.

— Значит, мы к фестралам, — сообщила Гермиона Падме, когда девушки вышли на улицу.

— Что вы в них находите?

— Они, в принципе, симпатичные. Если привыкнуть, — пожала плечами гриффиндорка. — А ты не расстроена? Может, с нами погуляешь?

— Чем я могу быть расстроена?

— Ну, у твоей сестры с Гарри там сейчас романтика в разгаре. А ты идешь читать в одиночестве.

— Подумаешь. Я свою долю романтики не упущу. Вечером.

— Цветы, свечи, приятная музыка?

— Угадала, — рассмеялась Падма. — Ладно, хорошей вам прогулки. Не скучайте.

— Не будем, — пообещала Луна.

Девушки вышли на поляну, по которой разгуливали фестралы. Кое-где уже пробивалась молодая трава, в воздухе пахло весной, и звери были в хорошем настроении. Привычно гладя теплую гладкую шкуру, Гермиона внезапно подумала, что кое-что она в школе упустила, не записавшись на уроки УЗМС. Например, она упустила шанс полетать на гиппогрифе. Но кому нужны психованные гиппогрифы, если есть такие милашки? Пусть они и зубастые.

— Луна, а может полетаем? — спросила Гермиона.

— Полетаем?

— Да, на фестралах. Я никогда на них не летала. Это должно быть интересно.

— И правда, — согласилась Луна, поглаживая зубастую морду вожака стаи. — Ты нас покатаешь? — спросила она у зверя.

Тот всхрапнул и расправил широкие кожистые крылья.

— Он нас покатает, — сообщила Луна.

Гермиона вспомнила уроки верховой езды и забралась на спину фестрала. Потом протянула руку и помогла забраться Луне, которая уселась позади и обхватила гриффиндорку за талию.

— Вперед и выше, мой кожаный крылатый друг, вперед и выше, — улыбнулась Грейнджер и легко сдавила коленями костлявые бока зверя. Фестрал коротко разбежался по поляне, расправляя крылья, и резко ударил ими, отрываясь от земли. Крылья били о воздух со звуком, напоминающем звук мокрой простыни, полощущейся на сильном ветру.

— Йуу-хуу! — не сдержалась Гермиона. Лететь на сильном звере оказалось совсем не тем же самым, что на какой-то деревяшке.

Луна вцепилась в подругу и, кажется, смеялась. Насколько могла услышать Грейнджер за шумом ветра в ушах. Гермиона похлопала фестрала по боку и указала в сторону Запретного леса. Летать над озером или школой было бы слишком неосмотрительно. Интересно, как они смотрятся со стороны, на секунду задумалась девушка. Учитывая, что большинство студентов фестралов не видит, две девичьи фигуры, парящие в небе, смотрелись бы странно... Или их тоже никто бы не увидел? Да ладно, какая разница, решила Гермиона. Главное, что это здорово. Запретный лес проплывал внизу. Сейчас они летели над частью леса, затянутой белесой паутиной. Видимо, территория акромантулов. Похоже на Мирквуд Толкина, хмыкнула гриффиндорка. Затем паутина осталась позади, и со всех сторон раскинулся дремучий лес. Молодая листва уже кое-где зеленела на ветвях. Внизу промелькнуло небольшое лесное озеро. Интересно, кто там может жить? Но ответ на этот вопрос так и остался тайной.

Полет продолжался примерно полчаса. Фестрал сделал большой круг и вернул своих седоков на ту же поляну. Гермиона и Луна соскочили на землю и сразу затискали млеющего от такого внимания зверя. Поддавшись порыву, Гермиона подхватила подругу и закружила по поляне. Луна улыбалась. Гермиона остановилась, заглянула в глаза Луны и медленно склонилась к ее губам. Она почти ждала, что равенкловка отстранится. Но та не отстранилась, а наоборот, подалась навстречу. Губы Луны были сладкие. Поцелуй прервался через несколько минут... наверное.

— Знаешь, я тебя люблю, — призналась Гермиона, не разжимая объятий.

— Знаю, — серьезно кивнула Луна.

— Я что, уже говорила?

— Нет. Но я все равно знаю. Я тебя тоже люблю, — улыбнулась блондинка.

— Это же хорошо?

— Конечно, — уверенно ответила Луна. — Это очень хорошо.

— Вот и отлично. Но, наверное, не стоит никому об этом говорить.

— Совсем-совсем никому? Даже сестричкам?

— Сестричкам можно, — признала Гермиона. — Хотя они и так знают.

— Знают. Но пусть они знают, что мы тоже знаем.

— Да-да, хотя это как-то запутанно. Пошли в замок?

— Пошли. Я знаю, где найти Падму.

— Тоже мне, бином Ньютона...

Две фигуры удалялись от полянки по извилистой тропе:

— А Хагриду мы скажем?

— Нет.

— А Гарри?

— Нет.

— А профессору Флитвику?

— Нет, Луна.

— А Чжоу Чанг?

— Нет.

— А миссис Норрис?

— Не... Ладно, ей можно сказать.

— А Тревору?

— Если сможем его поймать.

— А Энтони Голдстейну?

— Нет.

— А Живоглоту?

— Он живет у моих родителей.

— А Джеремии Смитсону?

— Нет... Кто это, вообще, такой?

— А гигантскому кальмару в Черном озере?

— Ну, думаю, это никому не повредит, — признала Гермиона.

— Здорово! — восхитилась Луна, и вприпрыжку побежала к берегу озера с криками — Тентакля-сама, Тентакля-сама, я должна вам кое-что рассказать!

— Когда моя жизнь свернула не туда и превратилась в лавкрафтианский фарс? — тихо спросила себя Гермиона, глядя на гигантское щупальце, высунувшееся из озера и изогнувшееся в виде вопросительного знака, — И чего еще я не знаю о Луне Лавгуд?

========== Интерлюдия. ==========

— Гарри, мальчик мой, проходи, присаживайся. — Дамблдор указал на кресло, — Чаю? Лимонных долек?

— Спасибо, профессор, — Поттер осторожно присел в кресло. — Не стоит. Я только что с ужина.

— Вот как? А я, с твоего разрешения, угощусь, — Дамблдор налил себе чашку из пышущего паром чайника. — Мальчик мой... — директор заметил, как Гарри едва заметно поморщился. Не нравится ему это обращение? Странно, раньше он вроде бы не возражал... Ладно, Альбус решил, что постарается так Поттера не называть. Но привычка, привычка...

— Да? Директор, Вы хотели поговорить со мной?

— Да, ма... Гарри. Я подумал, что было бы неплохо начать твое обучение некоторым разделам магии, которым не учат на уроках.

— Правда? А каким именно?

— Оклюменции. Знаешь, что это такое?

— Защита разума.

— Да, Гарри. Мне показалось, что тебе это будет полезно.

— Вы хотите сами со мной заниматься?

— Боюсь, что не могу себе этого позволить. У меня совершенно нет времени на регулярные занятия. Думаю, профессор Снейп вполне сможет тебя научить всему необходимому.

— У меня с ним не очень хорошие отношения. Я не хочу брать у него уроки.

— Ну-ну, Гарри, я полностью доверяю профессору Снейпу. Он на нашей стороне, поверь мне.

— Да, я верю, что у вас есть основания для этого мнения. Но дело в том, что я ему не доверяю. Мне он не нравится, и это взаимно. В книгах по оклюменции, которые я читал, ясно сказано, что доверие между учителем и учеником непременное условие для эффективного обучения. Я не позволю профессору Снейпу копаться в моем разуме. Никогда.

Дамблдор был несколько ошарашен такой резкой отповедью.

— Гарри, ты читал книги по оклюменции? Откуда они у тебя, позволь спросить?

— Кое-что я нашел в своем сейфе. Другие купил. Я выполняю предписанные упражнения и, кажется, у меня получается. Лучше я и дальше буду тренироваться самостоятельно, чем заниматься со Снейпом.