— Я не знаю, — пожав плечами, ответил Гарри. — Но я чувствую, что связь между нами крепнет, а моя сила растёт, всё это началось незадолго до моего шестнадцатилетия.

— Нет… это невозможно! Неужели твоя магия созревает так рано…

— И что это значит? — осведомился юноша.

Белла закатила глаза: манипуляциям Дамблдора не было границ. Как можно было держать мальчика слепым как котёнка?

— Все ведьмы и волшебники достигают волшебной зрелости, — монотонным голосом начала она. — У ведьм это происходит примерно в двадцать, у волшебников где-то в двадцать два, всё это длится от шести месяцев до года. И чем быстрее это происходит, тем больше силы получает волшебник. Но даже сейчас твоя сила ОЧЕНЬ велика.

— А, ну тогда всё нормально, — спокойно ответил подросток, и ведьма в который раз оторопело уставилась на него.

— Это не… знаешь… возбуждает или что-то в этом роде?

— А должно? Я не волнуюсь о могуществе, кроме того, я ненавижу свою особенность. Как по мне, то этот маленький факт имеет только два значения. Во-первых, я очень хорошо знаю, что ты любишь власть, и я рад этому, так как смогу защищать тебя. Во-вторых, это поможет мне победить Волдеморта, а все остальное неважно.

Беллатрикс обняла его.

— Я ценю это, Гарри. И, да, я люблю власть, но выстоишь ли ты перед ней? Я боюсь, ведь последствия могут быть необратимы, именно поэтому Тёмный Лорд обезумел. — Казалось, она над чем-то размышляет, но, в конце концов, ведьма сказала: — Знаешь, могущественные колдуны когда-то обходились без палочек, те попросту не выдерживали такой большой нагрузки. А для некромантии существовали посохи.

— Посохи? Думаешь, я хоть что-нибудь слышал о них?

— Но нет достаточно могущественных магов, чтобы создавать такие вещи. Но у тебя получится, я в тебя верю, и помогу тебе, а пока нам нужно сосредоточиться на изучении магии.

Кивнув, он нежно поцеловал её.

* * *

Месяцем позже группа людей опасливо прошла сквозь перегородку между платформами 9 и 10 на вокзале Кингс-Кросс. Появившись на другой стороне, они немедленно стали оглядываться в поисках друга.

— Где он? — спросила Гермиона, не прекращая всматриваться в толпу.

— Я ведь говорила тебе, что его не будет, — разочарованно проговорила девочка поменьше. — Я чувствую это.

— Как это? — непонимающе поинтересовался Рон. — А как же образование?

— Никогда бы не подумала, что ты скажешь что-то в этом роде, — хихикнула Грейнджер.

— Дела, — сказал рыжий, смеясь вместе со спутницами.

Так они простояли до последнего гудка паровоза.

— Черт, он действительно не придёт, — уверился Рон.

Попрощавшись с родителями, Тонкс и Люпином, который всё ещё надеялся увидеть парня, они вошли в вагон.

— С ним всё будет в порядке, — прошептала Тонкс.

— Я надеюсь, — отозвался Ремус, наблюдая за тем, как паровоз трогается с места.

Исчезновение Избранного вызвало среди учеников Хогвартса явный переполох. Не всем он нравился, но многие возлагали на него большие надежды, вдобавок ко всему, Пожиратели стали проявлять себя намного активней, хотя пока смертей и не было. Это значило только одно: Волдеморт сосредоточился на поисках своего врага. И все надеялись, что пока он ищет мальчишку, остальные находятся в сравнительной безопасности.

Двумя неделями позже явно возмужавший Гарри Поттер вошёл в тренажёрный зал Гриффиндор-мэнора. Казалось, его физическое развитие ни капельки не отстает от роста магической силы. Кроме того, он сильно вытянулся за последний месяц, и его подруга сделала предположение, что до конца года он достигнет шести футов в высоту.

Белла сидела за небольшим столом орехового дерева, обложившись стопками книг, какими-то деревяшками и другими предметами. Взгляд Гарри стал напряженным, когда он увидел, как женщина схватилась за предплечье, где, как он знал, была чёрная метка.

— Дьявол. — Женщина не слышала, как он вошёл, поэтому, чертыхнувшись, поспешно спрятала руку.

— Сколько? — холодным обвиняющим тоном потребовал он ответа.

— С момента «предательства», — не отводя взгляда, с вызовом ответила колдунья.

Гарри кивнул, понимая, что женщина не хотела беспокоить его или втягивать в свои проблемы, но теперь он знал наверняка, что займётся этим. Подойдя ближе, он резким движением схватил её за руку, и Белла поняла, что сопротивляться бесполезно. За то время, что они провели вместе, бывшая Пожирательница точно уяснила, что если юноша что-то вбил в голову, то от этого не отступится.

Осторожно осмотрев покрасневшую вокруг чёрной татуировки кожу, Гарри закрыл глаза, сосредоточился на шраме и приложил палец к метке. Оба еле сдержали крики, когда острая боль захлестнула их. Парень позволил себе почувствовать то волшебство, которое удерживало татуировку на её теле. Он воспользовался своей связью с Волдемортом, чтобы обнаружить тёмную магию, зная, что ЕГО боль в этот момент в десятки раз сильнее их вместе взятой. Сила парня и связь с Тёмным Лордом давали возможность практически видеть зелёную ауру магии, удерживающей женщину, и юноша позволил своей тёмно-красной, практически черной ауре влиться внутрь колдуньи и выжечь оковы, созданные Волдемортом.

Беллатрикс выла от нестерпимой боли, но Гарри не обращал на это внимания, крепко держа её руку и не давая разорвать связь. Подросток продолжал делать это, пока магия не выжгла последнюю крупицу инородного вмешательства. Всё это время ведьма не переставала кричать, а горькие слёзы текли по её покрасневшим щекам.

Он знал, что это подобно аду, так как его девушка никогда не кричала от боли и не позволяла себе плакать. Она терпела Круциатус Волдеморта, но это оказалось выше неё.

Не отпуская её руки, он нежно проговорил:

— А теперь нам осталось всего лишь удалить эту уродливую татуировку с твоего красивого тела… давай посмотрим… гм… оригинал звучал как «Морсмодре»… значит, чтобы обратить… «Ердомсром».

Она вскрикнула опять, когда зеленое пламя накрыло место с меткой. Улыбнувшись, Гарри убрал палочку и взглянул на чистую покрасневшую кожу на руке ведьмы.

— Извини за это, дорогая, — проговорил он, бережно обнимая женщину.

Боль медленно уходила, когда Белла расслабилась в его руках, в которых она чувствовала себя защищённой.

— Спасибо, Гарри. Если бы я знала, что ты сможешь сделать это, я бы сказала тебе раньше. Извини…

— Я знаю, у меня самого едва хватило силы, так что это не имеет никакого значения. Важно только одно, теперь ты свободна, — проговорил парень, не прекращая успокаивающе поглаживать волшебницу по спине.

— По правде говоря, я была уверена, что только тот, кто ставит метку, может её снять.

— Я знаю, — улыбнувшись, ответил парень. — Моя связь с Волдемортом позволила сделать это, правда, был один нюанс.

— И что же? — и интересом спросила она, всматриваясь в глаза Поттера.

— Ну, Том ведь был связан с тобой через это, так что я сделал ему чуть-чуть больнее, чем тебе.

Белла засмеялась, невзирая на не угасшую боль, а Гарри смеялся вместе с ней.

— Итак, как продвигаются дела с посохом? — поинтересовался юноша.

— Я нашла нужные заклинания и подобрала материал специально для тебя.

— Те, которые мы выбирали вчера?

Белла кивнула и начала объяснять заклинания.

— У тебя хватит сил, чтобы попытаться воспользоваться ими?

— Я попытаюсь, дорогая.

— Не называй меня этой гадостью, — буркнула она, закатив глаза.

— Не буду, дорогая, — улыбнувшись, ответил парень. — Но как тогда? Принцесса? Ангел? Красотуля?..

— Сучонок! — вспылила она.

— Не… сучонок — это тоже ты, но только в постели.

Влепив ему пощёчину, Белла еще раз напомнила себе о данной клятве.

— Хм… ты красивый и безрассудный филин, буду называть тебя Коготь. Так лучше?

— Лучше.

— И не убивай меня, если я случайно забуду, чтобы не называть тебя ласково, хорошо?

— Посмотрим, не могу ничего обещать, — сказала она с деланной улыбкой, играя собственной палочкой.

— В любом случае, я выучил много заклинаний, Коготь, и мне надо попрактиковаться в них.

— Что же, давай попробуем.

Посох получился с первой попытки, он был сделан из дерева жизни, волоса из хвоста древнего мудрого грифона, сердечных струн черного дракона и его собственной чешуи — чешуи виверны. Сверху посох был увенчан кроваво-красным камнем, более всего походившим на рубин, размером примерно с мячик для гольфа, закрепленный когтями дракона.

Камень слабо пульсировал в ритм дыхания парня, и как только пальцы Гарри коснулись поверхности посоха, он сразу ощутил энергию, теплом вливающуюся внутрь. Это было новое, ни с чем несравнимое ощущение, словно юноша прикасался к части себя.

Они и вправду гордились результатом, поэтому в тот день расслабились и наслаждались очередной маленькой победой. После этого Гарри с двойным упорством изучал некромантию.

За бесконечными занятиями год пролетел как один день.

Глава 7. Очередное появление.

В июне следующего года состоялось последнее заседание Ордена Феникса, проходило оно в одном из секретных подвалов Хогвартса. К тому времени Рон с Гермионой уже стали полноправными членами основной свиты директора.

— Во-первых, мы должны решить, как отправить студентов на каникулы так, чтобы они не пострадали, — открыл заседание Дамблдор. — Но прежде, мне хотелось бы знать, нет ли каких-то иных новостей.

— С подозреваемыми студентами ничего нового, — серьезно ответил Рон.

— Есть какие-то новости о Гарри? — осведомилась Гермиона.

Глаза директора засветились маниакальным блеском, и он выпалил:

— Действительно.

— Что? — возопила Молли.

— Кажется, наш малыш опомнился, ведь только вчера я получил от него письмо с просьбой разрешить вернуться и окончить образование.

— Великолепно, — вскрикнул Рон.

— А как быть со всеми занятиями, которые он пропустил? — обеспокоенно спросила Гриффиндорская староста.

— Да, Гарри упоминал об этом, кажется, он сказал, что обучался весь предыдущий год, тем не менее, если это окажется не так, то я попрошу вас, мисс Грейнджер, помочь своему другу, — ухмыляясь, проговорил Дамблдор.

— Конечно, — просияла девушка.

— Итак, разве больше нет новостей? — опять спросил директор.

— За последний месяц было несколько нападений Пожирателей, — начал Снэйп.

— Что? Почему же в газетах ничего не писали? — поинтересовался Уизли-младший.

— Да потому, что ни одно из них так и не увенчалось успехом. Кстати, никто из них не вернулся… живым.

— Значит ли это, что кто-то убивает их? — спросил Ремус.

— Так оно и есть, — продолжил зельевар. — Но нет, их не просто убивают, их калечат и потрошат; разорванные тела были отправлены к Невыразимцам.

— Это необычно, — задумчиво проговорил Альбус. — Нужно быть очень могущественным, чтобы творить такое. Слава Мерлину, что эта сила направлена против Пожирателей, иначе это был бы конец.

— Северус, знаешь ли ты еще что-нибудь?

— Говорят, что перед тем, как это случается, на том месте появляется предвестник смерти в виде черного филина, если вы это имеете в виду.

— Похоже на миф, что-нибудь ещё?

— Это всё, что я знаю, но меня беспокоит следующее: как он или она узнают о нападениях? — задумался Снэйп.

— Значит, есть другой шпион, — восхищенно предположил Рон.

— Мне так не кажется, на это не способен ни один Пожиратель, — уверенно ответил Снэйп, беря в расчет и себя.

— Везение? — поинтересовался Ремус.

— Невозможно, тогда хоть одно нападение должно было увенчаться успехом.

— Это неважно, так как сражаются за нас, — размышлял Рон. — Как по мне, то нужно ценить это, по крайней мере, больше не будет побегов из Азкабана.

— Никогда не думала, что скажу это, Рон. — Нахмурилась Гермиона. — Но ты как никогда прав, однако эти методы… они просто непозволительны.

— Посмотрим, удастся ли нам узнать еще что-то об этом незнакомце, — подытожил Дамблдор.

— Подождите! Еще кое-что, — прервал Снэйп. — У меня плохие предчувствия по этому поводу, Альбус. Не пересекайтесь с ним, иначе… мне кажется, он убьет каждого, кто встанет между ним и его целью. Нам на руку, что у него другая мишень… но если мы когда-нибудь попробуем остановить его…

Рон кивнул:

— Мне жаль признавать это, но я полностью согласен.

Снэйп улыбнулся рыжему и одобрительно кивнул, так как сейчас была важна любая поддержка, даже если она от Гриффиндорца.

— Мы будем осторожны с ним, — согласился Дамблдор. — Теперь насчет студентов: мисс Грейнджер, мистер Уизли, надеюсь, АД готова защищать учеников?

— Мы сделали всё от нас зависящее, — ответила Гермиона. — Ученики превосходно освоили ЗОТИ, но никто не знает, как они поведут себя в битве, кроме того, без Гарри, который был их лидером, все продвигается не так хорошо, как в прошлом году.

— Спасибо. Ремус, Тонкс и Бруствер будут сопровождать поезд, к сожалению, не могу отправить Северуса с вами, так как попросту не хочу поставить под угрозу его анонимность.

Подростки кивнули.

— Вы действительно верите, что нападение состоится? — обеспокоенно поинтересовалась Молли.

— Теперь, когда Волдеморт стал таким раздраженным, всё возможно, он даже прекратил поиски Гарри, как мне кажется. И если он решится ударить — он будет бить туда, где будет больнее всего.

Женщина согласно кивнула.

Несколько дней спустя подростки сидели в своем купе и обсуждали прошедший год.

— Жаль, что Гарри не с нами, — вздохнула Джинни.

— Он объявится в этом году, — успокоила её Гермиона.

— Но в АД он выучил бы намного больше, чем сам. Разве он не чувствует себя одиноким?

— Я так не думаю. Из тех писем, которые он отправил нам, стало понятно, что он в порядке и вскоре вернется, и тогда, может быть, тебе удастся совратить его, — поддразнила Гермиона.