Департамент Правосудия

— Нет, — я замотала головой, — может, попробовать пока самим всё уладить? Я не понимаю, почему я так ему нужна, что во мне такого и почему самой Смерти есть дело... — я осеклась

— Ты Избранная, — снова вместе сообщили мне они.

— Вы все это говорите, но не объясняете, что это значит! — Не выдержала я.

— К сожалению, ты должна это понять сама. Мы не обещаем не сообщать ему, но пока мы можем не подпускать Смерть к тебе и твоим близким.

— Почему вы мне помогаете?

— Ты нам нравишься и ты Избранная.

Я помотала головой.

— Я не понимаю вас, но в любом случае спасибо.

Я зашла в холл больницы, а мои спутники растворились в воздухе, но я чувствовала, что они рядом, не знаю, сложно объяснить, но я интуитивно знала— они рядом.

Отца я увидела сразу, он сидел, опустив голову на грудь возле палаты, в которую привезли маму.

— Пап, — я подошла и присела рядом, — как она?

Отец поднял на меня взгляд.

— Немного лучше, но всё было так хорошо, Даш, и вдруг, вдруг ей стало плохо, она же ничем не болела никогда серьёзным, не понимаю.

Он помотал головой и вздохнул.

Зато я понимала, да, сильно я рисковала, отказывая Смерти, но как я могу предать того, кто доверял мне? Да и отрицать мою привязанность к нему было глупо.

Стало неприятно, от всего этого противно. Неужели четвертому Всаднику

настолько нужна я, что он опускается до такого? Тот, кто может разрушать миры, поступает, как обычный богатый хлыщ, который не понимает слово "нет". Он увидел "игрушку" у другого и ему надо её отобрать, просто не по тому, что любит, просто надо и всё.

Стало плохо, непроизвольно из глаз скатились соленые капли.

Вышел доктор и сообщил нам, что с мамой всё нормально, пару дней они её понаблюдают, а потом мы можем забрать её домой.

Стало легче. Я ещё часок побыла с отцом, потом собралась идти до дому. На улице было холодно, и ветер поднимал воздух недавно нападавший на асфальт снег.

— Куда бежишь? — раздался насмешливый голос. Я вздрогнула и обернулась, на рядом стоящей лавочке сидел Смерть в белом осеннем плаще, явно не по сезону.

Ох, как я хотела ему всё сказать, да и не только сказать, но взяла себя в руки и улыбнулась, кивнула ему:

— Чем обязана вашему вниманию, сэр?

— Ты знаешь, — холодно сообщил он мне и поднялся на встречу. Я сделала шаг назад. — Ты, я думаю, догадалась, что я не останавливаюсь на полпути?

Я молчала. Он приблизился ещё на один шаг и склонился надомной и, едва касаясь губами моей щеки, прошептал:

— Мне жаль, что тебя, Избранная, нашёл не я, но ты же можешь решить, с кем тебе быть, думаю, ты передумаешь, ты человек, тебя легко сломить.

— Мор! — раздался гневный голос Войны, — отойди от неё немедленно!

— О, братишка, — Мор выпрямился и посмотрел поверх моей головы на того, кто был за моей спиной.

— Ты не слышишь меня?

Господи, я этого и боялась, видимо ребята всё-таки сообщили ему. Я зажмурилась.

— Мы тебя ждём на совещании, а ты тут, я смотрю, решил втихую увести её у меня? Пойми, она девушка умная, а не пустышка, чтобы бездумно идти за тобой, неужели ты этого до сих пор не понял?

Я вздрагивала внутренне от каждого слова произнесённого Судьёй.

— Ой, — Смерть сморщился, — только не говори, что ты её любишь?

— Это наше личное дело, Мор, — отрезал Война — малышка, отойди от него, немедленно! — приказал он мне. Я, не оборачиваясь к нему, отошла на пару шагов и остановилась только тогда, когда упёрлась спиной в него, а он положил руки мне на плечи.

— Послушная, — хмыкнул Смерть.

— Прошу по-хорошему, уйди, — холодно попросил Война.

Смерть задумчиво посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на брата, улыбнулся, и шуточно отвесив поклон, пропал.

— И давно это продолжается? — шеф развернул меня к себе лицом и заглянул в мои глаза, — я слушаю, очень внимательно, твой рассказ на сей счёт.

Голос его был ледяной и холодный, как воздух вокруг нас. Мне стало жутко, говорить я не хотела, слова довались с трудом. Я рассказала про слухи, которые о нас ходят, о первом визите Смерти, про Милану и потом про маму и втором появления его брата.

— Почему ты мне сразу не сказала? — спросил он.

Я, молча, опустила голову. Было холодно, руки и ноги замёрзли.

— Простите, сэр, — кажется, я сейчас расплачусь. "Не надо Даша, только не плачь! Не достойно, проявлять эту слабость".

— Даш? — позвал шеф, его голос потеплел, он аккуратно коснулся моих волос, а потом обнял. И я окончательно расклеилась и заревела. Потом мне было стыдно, но сейчас я об этом не думала.

Глава 16

— Дарья, спустись в следственный отдел, — раздался спокойный голос шефа в трубке.

Не задавая вопросов, я спустилась на этаж ниже и вошла в мрачный полутёмный коридор следственного отдела. Люди, которые работали тут, напоминали больше бесплотные серые тени, чем людей, даже малочисленные Духи и то выглядели более живыми. Обстановка в этом отделе была гнетущая. Я шла, со мной здоровались и почтительно кивали, я в ответ, но на душе было тоскливо.

Интересно, за какие грехи попадают в следственный отдел судебного надзора? Наконец, я остановилась перед железной дверью, толкнув, вошла в большое помещение с низким потолком, окон тут не было, только тусклый свет от энергосберегающих ламп еле-еле освещал пространство комнаты. Они её называли "Малый зал". На зал, правда, это мало было похоже. Большой стол, похожий на тот, который обычно ставят для комиссии, принимающей экзамены.

И напротив этого стола находился стул. Окон в помещении не было из-за этого зал буквально давил на тебя со всех сторон. Я содрогалась внутренне, пока шла к столу, за которым седел мой шеф и пара работников отдела.

Увидев меня, он слегка улыбнулся, кивнул.

— Подойди сюда, Дарья, — Судья выпрямился и протянул мне небольшую папку. — Это надо размножить и отправить моим братьям на рассмотрение.

Я потянулась и взяла документы.

Он продолжил:

— Когда будешь отдавать, скажи, что заключение и окончательный вердикт по данному миру будет вынесен сегодня на заседании.

Я кивнула. Ровным счётам ничего не понимая, но, если не поясняют, значит, так надо. Развернувшись, пошла обратно к двери, неожиданно за спиной услышала голос, видимо одного из тех, кто сидел рядом с шефом.

— Милорд, вы уверены, что стоит этому миру присоединяться к альянсу?

— Этот мир довольно интересен. Лабиринт уникален, мир иллюзий, думаю, нам стоит его включить.

Я остановилась, уже у самой двери.

Лабиринт, мир иллюзий? А не тот это мир, в который я иногда попадаю?

— Людей лабиринта у нас нет, кто будет исследовать его, милорд? — услышала, я всё тот же голос.

— Найдём, — коротко кинул Судья.

Я сглотнула и развернулась обратно к столу, под удивлённый взгляд шефа подошла к нему обратно.

— Сэр, — обратилась я к Войне, — можно с вами переговорить сейчас.

В душе всё переворачивалось. Я чувствовала себя очень важной. Ведь они не могли найти исследователя нового мира, а я могла им помочь. Я конечно, много не понимаю, но я могу помочь.

Мой шеф поднял бровь и удивлённо посмотрел на меня.

Затем кивнул сидящим за столом, поднялся, и мы вышли из "Малого зала".

— Что такое, малыш? — спросил он, прикрыв за нами дверь.

Я огляделась. Коридор был пуст. Выдохнув и набрав в грудь воздуха, я сказала:

— Сэр, простите, я тут услышала случайно ваш разговор, думаю, я смогу вам помочь. Дело в том, что в Мёртвый город я попала через Лабиринт, с тех пор регулярно туда попадаю во сне.

Война обеспокоенно посмотрел на меня. Затем приподнял за подбородок и всмотрелся в мои глаза и неожиданно задал вопрос:

— Как ты себя чувствуешь?

— Что? — непонимающе смотрю на него.

— Лабиринт отнимает силы утех, кто ходит по нему. Они обычно долго не живут, маленькая, я повторяю свой вопрос, как ты себя чувствуешь?

— Всё нормально, сэр, — кивнула я, — правда, я хорошо себя чувствую.

— Как часто ты там находишься? — его голос был холодный и равнодушный.

— Была всего два раза, первый, когда искала Ад, а второй... — я запнулась, я так и не сказала про странный клинок, уверена это важно, — недавно, — уклончиво сообщила. Про клинок потом скажу.

— Ты никого там не встречала? — снова последовал вопрос.

Чувствую себя на допросе, как преступник.

— Нет, сэр никого. — Я помотала головой.

Пару минут, он всматривался в мои глаза, затем, вздохнув, отпустил моё лицо. Но я всё ещё стояла и смотрела на него.

— Не говори никому об этом, поняла меня?

— Да, — я кивнула.

— Никто не должен узнать об этом, пока. — Он кивнул на документы.

— Иди, работай.

Я поклонилась и пошла по коридору к лифтам. За спиной послышался лязг закрывающейся двери. Стало тихо.

Его реакция меня пугает, определённо я ожидала чего угодно, но только не такого. Стиснув папку в руке, я вызвала лифт. Скорей бы покинуть этот этаж, жутко тут.

17 глава

— Мне кажется, ты мне многого не говоришь, Дарья, — шеф сидел за своим столом, а я стояла у дверей и мялась с ноги на ногу.

— Кроме того, что ты посещаешь опасный и неизученный мир, что я должен ещё знать? Но почему-то не знаю? — его голос был спокойный, но я почувствовала раздражения в его тоне.

Я по привычке зажмурилась.

— Я слушаю тебя.

Я приоткрыла глаза и потихоньку прошла поближе к его столу села и стала говорить про встречу с девушками, про то, что я потеряла сознание и оказалась в Лабиринте, про клинок, про то, что не знаю, как попала домой. Всё до встречи со Смертью.

Он, молча, выслушал меня, кивая иногда.

— Давай по порядку, что касается девушек. Твоё впечатление о них?

— Вероника — болтушка и сплетница, вряд ли она причастна к заговору. Милана истеричка, и откровенно дура, — честно ответила я. — Ирма, она странная, — я задумалась, — я могу допустить её причастность, как и Миланы, последняя уж сильно из кожи вон лезет, чтобы обратить на себя внимание, распускает слухи, безнадёжно влюблена в своего шефа.

Война задумчиво смотрел на меня, тихо обронил, опять же обращаясь не совсем, как мне показалась, ко мне:

— Мор не такая скатина, как тебе кажется. Он самый старший из нас. Возможно, его поступки и кажутся мелкими и незначительными, порой безумными, но он никогда ничего бездумно не делает. Я понимаю, что он тебе не приятен, да и признаюсь, его поведение меня не радует, он определённо затеял опасную игру на этот раз, но поверь, в его действиях есть смысл.

Я удивлённо посмотрела на Судью.

— Вы его защищаете?

— Нет, — Война покачал головой? — но и не осуждаю. Пойми, мы не мыслим человеческими категориями, возможно, для вас это и дико, и глубоко противно, но, когда у тебя есть возможности уничтожать миры, жизнь одного конкретного человека перестаёт иметь ценность, мы мыслим другими категориями, пойми, Даш.

Я вздрогнула. Но смысл в его словах был, и с этим я поспорить не могла.

Вдруг дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился тот, о ком минуту назад мы говорили. Поманишь черта, как говориться...

Смерть был бледнее обычного. За его спиной стояли два молодых парня один коротко стриженый брюнет с такими же, как у смерти, бесцветными глазами, у другого были вьющиеся короткие светлые волосы, он походил на подростка лет пятнадцати. Его глаза были болотного цвета почти без радужки. Меня передёрнуло. Похоже, это Адепты Смерти, что-то подсказывало мне, что это именно они. Отвратительные личности.

— Кольцо пропало и Милана тоже, — сообщил четвертый Всадник.

Судья резко поднялся и щёлкнул пальцами, рядом с ним из воздуха появились Страх и Ужас. Определённо они мне нравились гораздо больше.

— Идите с ними, мне нужны подробности.

Все четверо адептов, не произнеся ни слова, удалились.

— Где остальные? — спросил Война.

— Чума отбыл на Юг Лангрида, Голод в тот же мир, только на Север, запланированная поездка. — Сообщил Смерть.

— Кольца при них?

— Да, — кивнул он. — Твоё?

На пальце шефа сверкнул знакомый перстень.

— На месте, пока.

— Когда пропала девчонка?

Мор задумался.

Сначала пропала она, потом кольцо.

— Мор, я не понимаю, как можно забрать кольцо? — Судья подошёл к окну.

— Я тоже этого не знаю, — задумался Смерть, если они ещё и найдут способ им пользоваться, то все просто вымрут. Контролировать его могу только я.

Я окаменела. Стала очень страшно и жутко, браслет на моей руке сверкнул. И в тоже время в помещении появились все четыре адепта.

— Учитель, — Обратился Страх к Войне, — всё чисто, очень грамотно сработано, ларец вскрыт, проклятье, наложенное на него, разбито на части, само кольцо просто, как говорят люди, телепортировали. Куда мы не смогли понять, след теряется у Западных границ.

— Учитель, — Ужас, кивнул на перстень шефа, — ваше кольцо связанно с кольцом четвертого Всадника, возможно с его помощью...

Война прервал его:

— Нужны остальные три кольца, — Судья легонько сжал кольцо, и яркое пламя из него на миг взметнулось вверх.

— Вызов, срочный, — Мор понимающе кивнул. — Думаешь, услышат?

— Должны.

— Даш, — Война повернулся ко мне.

Я отмерла. Мне казалось, о моём присутствие все забыли, но, похоже, нет.

— Да, сэр, — тихо прошептала я. Голос почему-то осип, язык прилип к нёму, а губы пересохли.

— Медальон, — он кивнул на него.

Почему-то стало страшно, а вдруг он его заберёт, ужасно не хотелось с ним расставаться.

Но нет, шеф кивнул и просто попросил:

— Мне нужно узнать, что он думает на сей счёт, спроси.

Я потянулась к нему и сжала. В голове всё поплыло. Перед глазами плясали разноцветные пятна. Затем они пропали. Я увидела знакомый подвал. Опять! В небольшой нише противоположной той, где лежал клинок, я заметила девушку в белом шифоновом платье, её волосы были спутанные заляпанные грязью и кровью. Милана? Я потянулась к ней, и уже проваливаясь в Лабиринт, услышала голос шефа.

— Даш! Не делай глупостей! Дарья!!!

Голос пропал, а я стояла в сыром подвале напротив лежащей на полу девушки, которую терпеть не могла...

18 глава

Я осторожно огляделась. Тихо, похоже тут никого, я очень на это надеялась. Аккуратно подошла к девушке и, присев рядом, дотронулась до сонной артерии.

Вроде живая. Я выдохнула, затем позвала её по имени, ответам мне был тихий стон.

Она ранена? Что же делать? Руки и ноги её были связаны, развязать у меня никак не получалось, узлы затянуты на славу. Немного подумав, я вспомнила о кинжале и, поднявшись, пошла к чаше, в которой, как я надеялась, всё ещё лежит кинжал. Он был там же, поблёскивая в прозрачной воде. Я взяла его, провела по пальцам, на коже выступила алая кровь. Острый. Перерезав верёвки, я помогла ей встать. Как бы я не относилась к ней, но не помочь мне не дадут моральные принципы. Когда, человеку плохо, тут уж не до выяснения отношений, это в фильме при крушении какого-то самолёта или корабля заклятые враги могут вместо того что бы забыть хоть на время вражду и помочь, начинают выяснять отношения. Всегда не нравились такие фильмы.