Настоящий извращенец 2

— Ты вообще кто такой?! Че ты лезешь не в свое дело?!

— Не твое собачье дело, — отрезал мужик. — Просто козлов не люблю.

Он повернулся к Лисицыну:

— Парень, че у тебя там сперли-то?

Лисицын ответил без эмоций:

— Камни силы. Служебная выдача от военных.

В коридоре на секунду воцарилась звонкая тишина. Девчонка с телефоном ахнула и полностью вывалилась из-за двери:

— Это вы... вы тот самый, который над Лондоном летал?!

Лисицын даже не повернулся. Но девахе подтверждений не требовалось — она признала его с первого взгляда.

— Точно он! Я же стрим смотрела! Вы тот самый бессмертный! Охренеть, мы в одном подъезде живем!

Ее визг раскатился по всему этажу. Пижамная деваха тут же шире распахнула дверь, вгляделась в Лисицына и рот разинула буквой "О". На других этажах тоже заскрипели петли. Кто знал, кто не знал, но после шепотка девчонки народ начал судорожно шушукаться:

— Это тот, что европейских чинуш по небу гонял?

— Ага, он самый! В сетях ролик висел!

— Ничего себе, он у нас на третьем живет?

Мужик без майки тоже на мгновение выпал в осадок. Он посмотрел на Лисицына, потом на побледневшую парочку, и у него уголок рта пополз вверх:

— Ну вы, блин, даете. У бессмертных по карманам тырить — это мощно.

Сынок окончательно сдулся. Сделал шаг назад, голос задрожал:

— Какой еще бессмертный... Не слушайте его... Это обычный паренёк из соседней квартиры, какой он бессмертный...

— Раз так, я пошел под вашей кроватью зыркну, — ровно произнес Лисицын.

Мужик побледнел как полотно. Тетка мгновенно перестала реветь, подорвалась с пола и встала грудью в дверном проеме. Голос ее визгливо резал слух:

— Ты куда намылился?! Это моя квартира! Кто тебе разрешал под кровать лазить?! Взлом! Самоуправство! Я полицию вызову, дядька вас всех закроет!

Мужик без майки смерил её отстраненным взглядом, повернулся к Лисицыну и бросил:

— Парень, обожди секунду.

Он метнулся к себе, выскочил оттуда с тяжелым ящиком для инструментов, откуда торчали разводной ключ и увесистая отвертка. Подошел вплотную к дверному проему.

— Отойди, Захаровна.

Тетка и не думала двигаться. Вцепилась в косяки клешнями, как наседка над гнездом:

— Не пущу! Это частная собственность! Полиция!

Мужик даже спорить не стал: просто взял ее за грудки, подвинул в сторону и шагнет внутрь. Тетка заверещала и ринулась за ним, но тут сынок перехватил ее за руку. Сам он порывался было зайти следом, но глянул на ключ в руке соседа, на толпу на площадке — и сдулся, оставшись на месте. Из глубины квартиры пару секунд доносилось громыхание, после чего мужик вышел обратно. В руках он держал увесистый тканевый мешок, набитый чем-то твердым.

— Держи, — он протянул мешок Лисицыну.

Глава 6

Мужик без майки развязал мешок и кивнул Лисицыну:

— Глянь, оно?

Лисицын заглянул внутрь. Там ровной кучкой лежали сотни бледновато-голубых минералов, от которых веяло едва уловимым свечением. Камни силы — качество так себе, среднего пошиба, но явно из свежей армейской добычи. На мешке даже остался несорванный стикер: "Служебный груз. Получить под роспись". Вот именно, под роспись! Ох уж эти логистические компании...

В коридоре сделалось тихо-тихо. Кто-то из соседей сзади еле слышно шепнул:

— И правда, они...

Тетка с сыном синхронно взбледнули. Сынок так и застыл с открытым ртом, глядя на голубые булыжники, и не мог вымолвить ни слова.

— Это наше! Сыночек купил! — неожиданно взвизгнула тетка, снова заводя свою пластинку. — Это вообще витамины для здоровья! С какого перепуга вы мое имущество грабите?!

Мужик без майки хохотнул:

— Захаровна, ну и витамины у тебя. Светом изнутри пышут.

Толпа на площадочке не выдержала и дружно прыснула. Тетка на глазах меняла цвет — из бледной стала красной, потом бурой. Хотела визжать дальше, но дыхалку перехватило. В итоге она просто рухнула на пол и принялась с удвоенной силой колотить руками по бедрам:

— Ограбили! Извели старуху! Людоеды!

В этот самый момент дзинькнул лифт, и на этаже показались двое полицейских при полной экипировке.

— Кто наряд вызывал? — спросил старший.

— Я! — Сынок ринулся к сотрудникам, будто увидел спасательный круг, и ткнул пальцем в Лисицына и соседа. — Товарищ сержант, вот они! Вломились ко мне в квартиру, сперли имущество! Вязать их надо!

Полицейский хмуро перевел взгляд со взмыленного сынка на мешок в руках Лисицына:

— Что за шум?

Сосед без майки в трех словах изложил суть балагана. Офицер повернулся к Лисицыну:

— Ваше?

Ли вытащил из кармана телефон, отыскал сообщение от Лады Вех с подтверждением доставки, где на фото четко виднелись дверь их квартиры и коробка на коврике, и протянул экран сотруднику.

Полицейский въедливо изучил фото, потом сличил номера на армейской пломбе мешка и кивнул:

— Все сходится. Груз учетный, номера и пломба на месте.

Он вернул смартфон Лисицыну и строго посмотрел на соседей:

— Отдавайте вещи владельцу и разбегайтесь. Писать заявление не советую.

— С какой стати?! — снова взвился сынок. — Докажите сначала, что это его! Это материнские БАДы, а наклейку любой дурак присобачить может!

— БАДы, говоришь? — спокойно уточнил полицейский. — Чек на покупку покажи. Сейчас в базу вобьем и проверим.

Сынок рот-то открыл, а выдать ничего не смог. Тетка на полу тоже мгновенно перестала орать и лишь ошарашенно хлопала глазами.

Полицейский вздохнул:

— Возвращайте имущество, извиняйтесь — и расходимся. Захочет парень дать ход делу — пойдете по статье за грабеж всей компанией.

У сынка лицо окончательно сползло. Тетка, дрожа всем телом, поднялась с пола, сгорбилась и легонько подтолкнула мешок к Лисицыну:

— Забирай... — выдохнула она едва слышно.

Лисицын забрал камни силы, не проронив ни слова. Пару секунд он молча разглядывал парочку. Затем слегка шевельнул пальцами — и от его руки отделились две незаметные тонкие струйки энергии. Они абсолютно бесшумно впились в тела соседей, прошили кожу и затаились глубоко в энергетических каналах. Ни полицейские, ни зеваки ничего не заметили. Лисицын не собирался их убивать, но ближайший месяц парочку ждала веселая жизнь: постоянные спотыкания на ровном месте, укушенные языки за обедом, ночные кошмары и пролитый на ноги кипяток. Каждый день по мелкой пакости, ровно тридцать дней подряд.

Закончив с этим, Лисицын запустил руку в мешок, достал два камня силы и протянул их соседу без майки и девчонке с телефоном:

— Держите. Спасибо за подмогу.

Оба оторопели. Мужик мазнул ладонью по воздуху:

— Да брось, парень, не ради этого...

Ли просто впихнул камень ему в ладонь, развернулся и пошагал к себе. Мама и папа переглянулись и поспешили за сыном. Дверь квартиры захлопнулась.

На площадке народ постепенно начал расходиться. Мужик без майки крутил в пальцах голубой кристалл, поглядывал на закрытую дверь Лисицына и только хмыкал про себя. Девчонка с зажатым в кулаке камнем от счастья аж покраснела и побежала к себе хвастаться подругам. И только мать с сыном так и стояли у порога со смущенными физиономиями, абсолютно никому не нужные.

Вернувшись в свою комнату, Лисицын запер дверь и сел на кровать. Он закрыл глаза и прислушался к внутренним ощущениям. Внутри копошились два странных, незнакомых потока энергии. Ли погрузил сознание на восемнадцатый уровень. Там, на железном столбе, все так же висела серовато-белая липкая тварь — полуживая, обессиленная, даже стонать уже не способная. Ли сдернул инопланетного философа со столба и швырнул на пол:

— Глянь-ка на это.

Он передал твари свои ощущения от двух полученных потоков. Паразит закорчился на полу, напряг остатки разума, улавливая суть, и прохрипел:

— Это... благовония... сила веры... энергия людской признательности...

Лисицын чуть приподнял бровь:

— Врать не резон?

— Не вру... такое не спутаешь... — с перерывами прохрипел философ. — Когда кто-то искренне признает тебя, благодарен или готов идти следом... возникает эта сила...

Ли задумчиво прикинул: ровно два потока. Мужик с отверткой и деваха с телефоном. Обычные зеваки на площадке ничего подобного не выделили.

— И какие еще условия? — спросил он.

— Далеко не от каждого идет... Нужно искреннее уважение, благодарность... И еще: уровень у отдающего должен быть ниже Основания...

Голос инопланетной твари совсем затих.

Лисицын кивнул и снова прикрутил мерзость к столбу:

— Ладно, сегодня у тебя выходной, пытать больше не буду.

Тварь осталась висеть, у нее даже на плач сил не нашлось. Лисицын вернул сознание в реальность и открыл глаза. Для прорыва на уровень Инфернала и преодоления невзгод ему требовалось два ключевых элемента. Девятый уровень он уже перешагнул, но будет ли эта сила полезна для следующего рывка, пока оставалось загадкой. Инфернал — штука грандиозная, но сам по себе он — это лишь суть, а не готовая тропа для прорыва. А вот как пробить дорогу от прошлых испытаний к новым высотам, знал только один источник.

— Искусственный Интеллект, — позвал Ли.

Из его груди выпорхнул золотистый силуэт и завис перед лицом:

— Хозяин.

— Сколько народу зашло на испытание?

— Семь миллионов. Первую стадию прошли двадцать три тысячи.

Лисицын нахмурился:

— Медленно.

Он поднялся и подошел к окну. За стеклом над городом все так же парил золотистый дворец Тыловой базы материально технического снабжения Космического Флота No6587, заливая окрестности мягким светом. Очередь к нему вытянулась на несколько кварталов и, казалось, не имела конца.

— Надо ускоряться, — резюмировал Ли.

* * *

Глубокая ночь. В соседней квартире едва слышно бубнил телевизор — звук скрутили почти на минимум. Тетка стояла в гостиной, скрестив руки на груди, лицом серые, как больничный кафель, и то и дело скашивала глаза на входную дверь, словно ждала заступников. Ее сынок вытащил мобилу, потыкал в экран и приложил к уху. Гудок, еще гудок, третий, пятый... На восьмом ответили.

— Алло, дядь... — заискивающе выдохнул мужик, мгновенно сбавив спесь.

— Че надо? — рявнул из динамика сухой, суровый голос. Человек на том конце явно не горел желанием трындеть среди ночи.

— Дядь, нас тут обижают! Соседи совсем страх потеряли, ихний сынок...

— Ты че мне сопли в трубку пускаешь? — перебил дядька. — У меня своих забот выше крыши, чтоб еще с вашими склоками разбираться!

Мужик мгновенно пошел красными пятнами, но пикнуть против не посмел. Наоборот, заговорил еще елейнее:

— Дядя, да тут дело серьезное! Соседский пацан — он этот, бессмертный! Представляешь? Сегодня толпу привел, хату нам выставили, все вверх дном перерыли, добро с концами утащили...

— Ты дебил или притворяешься?! — рявкнул мужик в трубке так, что динамик захрипел. — Знаешь, что он бессмертный, и один хрен к нему лезешь?! Законы на них нынче не работают, доперло?! Мне сейчас только ваших разборок не хватало! Сам заварил — сам и расхлебывай! Пойди, в ножки поклонись да извинись, пока он тебе башку не оторвал!

— Дядя, ну как так-то...

— Всё, некогда мне!

Гудки. Мужик так и остался стоять посреди комнаты с телефонной трубкой у уха, ошарашенно хлопая глазами.

Тетка бледнела на глазах. Губы у нее затряслись:

— Ну? Че дядька-то сказал?

— Сказал... сам крутись, — глухо выцедил сынок.

Тетка как завыла на всю хату, снова заколотив себя по бедрам:

— Да что ж это за наказание-то такое?! Родной дядька открестился! Извели, сиротушек, ни за грош пропали!

— Заткнись! — гаркнул сынок.

Тетка аж поперхнулась от неожиданности и мгновенно прикусила язык. Сынок принялся нарезать круги по гостиной, судорожно сжимая и разжимая кулаки. В голове у него до сих пор стояла та картинка: сотни голубых кристаллов, ярко мерцающих в полутьме. Он-то в этих булыжниках ни черта не смыслил, а вот пацан из сети на днях рассказывал — это ж камни силы! За каждый такой на черном рынке дают по несколько десятков тысяч, да еще и не найдешь. Это же десятки миллионов под ногами валялись! Ради таких бабок можно и из города дриснуть, на другой конец страны уехать. Не верил он, что Лисицын реально настолько всемогущий, чтоб его из-под земли достать.

А дядька в этот самый момент сидел за сотни километров от столицы — в глухих горах Северного Урала. Сидел в тесном кабинете и выглядел хуже покойника. Еще пару дней назад он просиживал штаны в чине секретаря у крупного чинуши. Погоны вроде небольшие, зато реальной власти — хоть лопатой греби. А буквально на днях армейское руководство назначило его главным заправщиком на жильной шахте в Северном Урале.

Все добытые камни силы, их распределение и отправка шли строго через его руки. Вот только до завтрашнего утра он мог и не дожить.

— Начальник, — в дверь осторожно постучали, и на пороге возник подчиненный с заискивающей миной. — Проверяющие уехали. Сказали... пока копать не будут.

Захаров медленно повернулся. В руках у зама пухлел черный пакет, внутри что-то глухо позвякивало. Начальник сцапал пакет, взвесил на руке — тяжело. Внутри мягко перекатывались пару десятков дешевых камней силы.

— Взяли? — хрипло спросил он.

— Взяли, — кивнул зам. — Начальник проверяющих сказал, тему закрываем. Наверх докладывать не станет.

Захаров выдохнул так, будто у него с груди сняли чугунный утюг.

— Схорони куда подальше, — он швырнул пакет обратно.

Зам аккуратно подхватил добычу, пожевал губу и не удержался:

— Начальник... А кто хоть слил-то? Сколько лет обычно шито-крыто было, и на тебе...

— А я почем ебу?! — рявкнул Захаров, вылупив глаза. — Язык за зубами держи и лишнего не спрашивай!

Зам сжался в точку и шустро испарился. Захаров поднялся, вышел из кабинета и побрел вглубь шахты. Штольня уходила глубоко под землю. Чем дальше он шагал, тем сырее и тяжелее становился воздух. Редкие лампы под потолком бросали тусклый желтый свет на каменные стены, где то и дело вспыхивали голубые жилы камней силы. Вчера эти голубые огоньки радовали глаз. Столько добра через его руки идет — отщипни малую малость, и до конца дней на икру с маслом хватит. А сегодня от этого синего свечения его тошнило.

За эти годы он чего только не проворачивал: и спецсредства налево сбывал, и армейские ресурсы толкал, и откаты греб лопатой. И ведь ни разу не погорел! Чинишко-то средний: для крупной рыбы слишком мелкий, для мелкой — чересчур зубастый. Самая безопасная зона. Но в этот раз он крупно обсчитался.

На последнюю операцию в Северном Урале верхи выделили кругленькую сумму — почти миллиард. Он, недолго думая, девяносто девять загреб себе, а на дело пустил что осталось. Был уверен — шито-крыто. Настоящим бессмертным до бумажек дела нет. В отчете для Лады Вех он так и написал: "миллиард". И Лада Вех молча подписала! Он уже и дырочку на кителе под орден ковырял, когда его назначили главным на шахту. А вечером того же дня за ним пришли.

Причем приказ о проверке спустят с самого верху. Десять стариков, десять главных традиционалистов страны, к которым он за всю жизнь и на сто шагов подступиться бы не смел, лично курировали следствие и каждый час обрывали телефоны! Захаров тогда чуть в штаны не наложил. Пришлось поднять все заначки, раздать кучу камней силы, занести кому надо и кому не надо, лишь бы замять дело. Последние дни он не спал, не ел, волосы клоками лезли от нервяка. И вот сегодня проверка наконец отвалила. Прверяющий пообещал дело замять.