| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— И что? Нужно записаться к нему на прием?
— Нет, нет, слишком долго в нашем-то положении, — ответила девушка, постукивая указательным пальцем по плечу друга. — Кир, давай-ка отвлеки ее как-нибудь, а я проскачу. А?
— Что?
— Давай, давай, — подтолкнув Киррана, шепнула Ника. — Придумай что-нибудь. Только давай наверняка, я не Репентино, чтобы просто быть незамеченной.
Кирран озадаченно глянул на подругу — он не любил авантюр, поэтому неуверенными шагами поплелся к пакостной старухе. Когда его колени уперлись в стол секретаря, произнес:
— Добрый день.
Старуха Мирза посмотрела на юношу, затем подозрительно покосилась на агента Верис. Ника присела на диван, представив внезапно появившийся над головой нимб — так по ее мнению, она выглядела наиболее невинно.
— Добрый. Чем могу помочь? — поинтересовалась женщина, потеряв интерес к девушке с богатым воображением.
— Дааа, — заговорил Кирран, взволнованно осматривая предметы на столе чванливой секретарши. — Вы... да, только вы... можете мне помочь.
— Позвольте спросить чем?
— Позволяю.
Мгновение изумленного молчания. Затем старуха пренебрежительно дернула бровями и переспросила:
— Простите, что?
Кирран обернулся за поддержкой к подруге. Ника ободрительно подмигнула ему и тут понеслось:
— Вы просили позволения спросить, я сказал, что позволяю. Спрашивайте теперь. Или вы уже потеряли интерес к сути вопроса? И да, конечно, я вас прощаю.
Секретарша прищурила глаза, ее голос зазвучал противнее обычного:
— Я попрошу Вас...
— Конечно, просите. О чем угодно! — перебил Кирран.
— Я попрошу... Вас, изложить суть Вашего обращения — коротко, цедя сквозь зубы старуха Мирза начала терять самообладание.
— Изложить суть моего обращения?
— Коротко.
— Коротко?
— Очень коротко.
Кирран выпалил первое, что ему пришло на ум:
— Я за вами слежу!
— В каком смысле?
— В глубокоодержимом. Как маньяк!
Госпожа Мирза удивленно наклонила голову, выглянула из-за Киррана, устремив хищный взгляд, на упорно смотрящую в потолок девушку. Ника визуализировала над своей головой еще три нимба — судя по всему помогало. Секретарша взбила старомодную прическу и полностью растворилась в предстоящем конфликте.
— Вы, что пьяны?
— Опьянен лишь страстью.
— Непристойно появляться в нетрезвом виде перед начальником О-Чэ-Пэ.
Кирран схватил со стола подставку для карандашей и, прижав к груди, произнес:
— А я не к нему. Я к вам.
— Ко мне? Как Ваша фамилия? Я доложу о Вашем поведении в комиссариат!
— Без вас я никто. Ни имени, ни фамилии.
— Что Вы несете? — взвизгнула старуха, брезгливо выхватив карандашницу из рук нечаянного воздыхателя.
— Я хочу принести вам счастье, — сказал Кирран и присел на стол.
Доведя секретаршу до кондиции, он завел руку за спину и махнул 'четырехнимбой' подруге. Ника соскочила с места и, вообразив, что сливается с местностью, потрусила в кабинет начальника.
— Немедленно покиньте пределы моего стола... — последнее, что услышала девушка, прежде чем закрыла за собой дверь.
Агент Верис была полна решимости, а ее рот эмоций, но выплеснуть накопленное девушке не удалось. За столом начальника ОЧП, среди груды папок сидел совершенно другой маджикай.
— Ой, — осеклась Ника. — Здра-вствуйте.
Утомленный незнакомыми отчетами, словно назойливой мухой, господин Далистый неспешно поднял голову.
— День добрый, — тихо произнес он. — По какому поводу штурмуете кабинет?
— Я? А ну... мне... по срочному делу нужен начальник ОЧП.
— Срочному?
— Ооочень срочному, — серьезно кивнула Ника.
Чач Далистый лениво откинулся на спинку кресла и спросил:
— Представиться не хотите?
— Агент Никария Верис, — отчеканила девушка.
Праздная барственность маджикайя немного потухла.
— Ах, агент Верис, ну, конечно, я вспомнил вас. Как родители? Ваш отец не появлялся?
Ника выпрямилась — разговоры об отце напрягали, как судорога мышцы. Девушка сердито пробубнила в ответ:
— Если это произойдет, директорат ЦУМВД узнает об этом первым.
— Похвально, похвально. Погодите-ка... а это не вы вчера заявились сюда в непотребном виде... с документами того тролля?
— Да. Это была я.
— Сегодня вы выглядите намного прилежней.
— Гм, спасибо, — поблагодарила Ника, стараясь не поддерживать безжизненный разговор.
Господин Далистый манерно улыбнулся, и тонкая полоска его усов стала похожа на коромысло.
— Все же, ваши повадки оставляют желать лучшего. Распущенные агенты — наша беда, согласитесь. Нужна строгая дис-цип-ли-на. Но простите, так какое вы говорите у вас ко мне дело?
— Нет, не к вам, — импульсивно произнесла Ника. — А к начальнику ОЧП, господину Рик'Арду Масса.
— Любопытно, — усмехнулся Далистый. — Хочу заметить, что господин Рик'Ард Масса и начальник Отдела Чрезвычайных Происшествий совершенно разные люди. Вы определитесь, кто именно вам нужен?
— Не поняла, — удивилась Ника.
Младший заместитель разочарованно закрыл ладонью глаза.
— Неужели наш телепат не предупредил своих агентов? — аккуратно массируя лоб, риторически заметил он. — Предвижу кучу изумленных лиц...
— Простите, — Ника перебила размышления заместителя, — вы хотите сказать, что Масса больше здесь не начальник?
— Угу, — уперев острый подбородок в ладонь, ласково произнес Далистый. — Этот кабинет с сегодняшнего дня принадлежит мне.
— Но почему?
Новый начальник ОЧП быстро перешел на панибратский тон:
— Ты вообще знаешь, что такое субординация? Заметь, я не обязан отвечать на твои вопросы..., но в память о твоей матери... так уж и быть. Присаживайся.
— Спасибо, я постою, — воспротивилась Ника.
— Как угодно. Дело в том, — утомленно начал Далистый, — что репутация твоего любимого начальника... заметь бывшего начальника, пострадала из-за недавнего инцидента с троллем.
— Но виновника же нашли. Я думала, все уладилось.
— Ммм, да-да, — задумчиво протянул молодой начальник и посмотрел на часы. — Но вчера нашли одного мальчишку. И не завидна его дальнейшая судьба. И непростительна сия ошибка.
Ника пожалела, что не воспользовалась предложением присесть на стул, на нее словно вылили ведро стуженой баланды — стало холодно и противно. Девушка поборола желание рассказать о личной причастности к происшествию, желая оправдать бывшего начальника. Она спиной нащупала стену и, побоявшись сделать еще хуже, обиженно сказала:
— Начальников никто не свергает с должностей за один вечер. Это же происходит по решению совета...
— Или по приказу директора ЦУМВД, или по собственному желанию, — умильно добавил Далистый. — Признай, Масса серьезно оплошал.
— Оплошал? А разве вы никогда не плошали? Или когда дело касается замдиректоров ничего 'непростительного' не бывает?
Новый начальник желчно сверкнул глазами, тут же перестав быть вежливым. Мало кто в его присутствии решался напомнить о прошлом унижении: два года назад по всему управлению из телефона в телефон кочевало веселое видео плотских похождений младшего замдирекотра. Бульварная запись не была бы столь популярна, будь в нем господин Далистый вместе с пленительной кокоткой из ближайшего притона, но в кадре он был замечен поверх козлоногого элементаля. Сверхъестественной способностью молодого замдиректора являлось умение вызывать духов стихий — фаворитом как всем стало известно, оказался густошерстный фавн Мерх. Дело быстро замяли, нецензурное видео исчезло с телефонов любопытных агентов, но благожелателя заснявшего это так и не вычислили. Но даровитый Чач Далистый знал, что именно бесчинник Репентино приложил невидимую руку к этому делу, только доказательств не было. К тому же правонарушение покоилось под спудом отеческой любви господина Рик'Арда Масса, и объявиться было способно лишь на остром языке его непутевого сына.
Именно поэтому молодой замдиректор не выносил куртуазного телепата, который к тому же занимал вожделенное место начальника ОЧП. Далистый не был мерзавцем в том смысле, в котором шептали о нем в кулуарах управления, и не заслуживал колких усмешек за спиной. Он не перерезал горло младшему замдиректору Биллибо Бору, чтобы завладеть его местом и стать самым молодым маджикайем занимавшим этот пост. Держал слово, не клеветал, не пускался в сомнительные авантюры, и уж тем более не подсиживал уважаемого другими господина Масса. Далистому просто везло. Да, он был сластолюбцем со своими дикими страстями и увлечениями, но именно потворство похоти в сочетании с исключительной удачей вызывало у общества столь бурное отторжение его персоны. Ему определенно завидовали. Нике же он не нравился по другой причине: узнав, сколько средств и времени тратилось на восстановление ее жизнедеятельности, господин Далистый в лице нового замдиректора перестал спонсировать реаниматоров и проголосовал за эвтаназию агента Верис. С этого момента дочь знаменитых маджикайев должна была в очередной раз попрощаться с жизнью.
— Рекомендую сразу перейти к делу, — надменно заговорил новый начальник.
— Извините, но я пришла не к вам, — театрально склонив голову, сказала Ника и дернула дверную ручку.
— Я не отпускал вас, агент Верис.
Девушка улыбнулась и спесиво произнесла:
— Я больше не агент отдела чрезвычайных происшествий, а вы теперь не замдиректор, поэтому я не должна вам подчиняться.
Лицо Далистого зазеленело от злости.
— Всего доброго, — бросила Ника и выбежала из кабинета.
Сразу за дверью, она налетела на что-то огромное и мохнатое. От силы удара девушку, словно каучуковый мяч отбросило в стену. Ника подумала, что это козлоногий элементаль нового начальника и испуганно обернулась. Перед агентом Верис в сопровождении четырех конвоиров стоял темно-синий монстр высотой более двух метров. Он тяжело дышал и выглядел глубоко уставшим. Из свирепой морды вылетел угрюмый рык:
— Извините.
Холодный грудной бас подействовал на Нику, как отрубленная голова медузы горгоны на титана — девушка словно окаменела. Это был тот самый грозный тролль, чье личное дело, она вчера принесла из архива. Агент Верис пристыжено попятилась назад, не отводя глаз от могучего монстра. Именно ей сейчас стоило перед ним извиниться. Девушка осознала, что ее проступок, как закон не имеет обратной силы — никто никогда не выплывал, потопляя других.
— Проходи, чего встал! — рявкнул один из конвоиров и толкнул монстра вперед.
Тролль повернул морду в профиль и на мгновение дольше простого любопытства задержал взгляд на незнакомке.
Ника стояла поглощенная скользкими мыслями, пока подошедший сзади Кирран не дернул подругу за плечо.
— Что-то случилось? — заботливо спросил он.
— Нет...то есть да.
— Что произошло?
Ника проследила, как за троллем захлопнулась дверь кабинета нового начальника ОЧП, потом обернулась к другу.
— Это был он, — сказала девушка.
— Кто?
— Варпо Цератоп.
— Тот самый тролль?
— Тот самый.
— Масса собирается его допросить?
— Нет там Масса. Он здесь больше не работает. Там заседает Чач Далистый. Знаешь такого?
— Знаю, конечно. Но почему?
Ника посмотрела, как пара неуклюжих рабочих, вешает портрет двенадцатого начальника ОЧП на почетное место действующего руководителя и, выдохнув, ответила:
— Похоже, опять во всем виновата я.
— Оооо, ну, в этом я не сомневался, — протянул Кирран. Он уже привык к самобичеванию подруги и спокойно спросил:
— А где Масса? Ты же не рассказала все Далистому?
— Я что — дура, по-твоему? — возмутилась агент Верис и направилась к столу секретаря. — Я не знаю, пойдем, спросим у этой перечницы.
Как только девушка подошла настолько близко, чтобы быть услышанной, госпожа Мирза дернула густыми бровями, презрительно покосилась на стоящего позади Киррана и заговорила первой:
— Это было подло с Вашей стороны. Разыграть такую комедию, дабы пробраться к начальнику. Вы мерзопакостная девчонка, агент Верис.
Старая секретарша казалась по-настоящему обиженной.
— Да потому что вы — злая карга и никого не пускаете, — не выдержала Ника. — Вам, что, так сложно помочь?
— А Вы предполагаете, что после этих слов, Злая Карга должна будет это сделать? — ухмыльнулась Мирза, вернув на лицо привычную маску презрения. — Вы ведь именно для этого ко мне подошли? Верно, что-то хотели спросить?
Ника осеклась: действительно, можно было бы притворно лебезить перед хрычовкой, чтобы получить хотя бы наводящие намеки на вопрос, который девушка собиралась задать.
— Хотела, — озабочено согласилась Ника.
— Смею предполагать, Вас интересует нынешнее местоположение господина Масса?
— А вы знаете, где он?
Секретарша свернула сухие губы в трубочку и словно сова произнесла:
— Уху-уху.
— И мне ни за что не скажете? — догадалась Ника.
— Не имею такого желания, — довольно кивнула старуха, потом кашлянула в руку и исправила:
— Простите, оговорилась. Полномочий. Я не имею таких полномочий. Но Вы можете заполнить соответствующую форму и если...
Девушка не стала дослушивать занудную речь секретаря и не солоно хлебавши, поплелась к другу. Кирран уже вызвал лифт и, придерживая одной рукой задвигающуюся дверь, пропустил Нику вперед.
— Ну что? — спросил он. — Не вышло?
— Дура она. Пусть идет к черту! Масса не иголка в стогу сена, чтобы безвозвратно исчезнуть. Сидит там такая важная, будто я не узнаю где он.
Кирран нажал на кнопку, и они поехали вниз.
— Ладно, не кипятись. Она просто одинокая женщина.
Ника засмеялась
— С каких это пор ты стал тонким знатоком женских душ?
Кирран улыбнулся и, посчитав этот момент полезным для извинений, произнес:
— Ник, ты извини. Я сегодня наговорил лишнего.
Девушка стукнула друга по плечу и подмигнула в полуулыбке.
— Забыли. Я тоже была не права, — сказала Ника и тут же вспомнив, воскликнула:
— Репентино! Он же должен знать... ну, я предполагаю, что он должен знать, куда делся его отец. Позвоню-ка ему.
Агент Верис раскрыла любимую котомку и, отыскав мобильник, набрала номер пошляка. Репентино долго не брал трубку. Лифт уже спустился на первый этаж, а ответа Ника так и не дождалась.
— Да что он там спит что ли? — возмутилась девушка.
Она с другом вышли в просторный вестибюль ЦУМВД, наполненный шарканьем многих ног и голосами разных тональностей.
Куполообразный потолок возвышался над слонявшимися по залу маджикайями. Его украшали разноцветные фрески с изображением известных мужей обладающих сверхъестественными способностями или просто удачных спекулянтов, всем своим важным видом напоминавших о характере места, в котором служили. Полы вестибюля всегда натирались до зеркального блеска, и так сверкали, что по ним порой было страшно ходить. Здесь пахло свежей краской — недавно прошел косметический ремонт. Напротив главного входа, вдоль южной стены, были встроены пять основных лифтов, два из которых предназначались только сотрудникам управления. У мраморных колон, поддерживающих своды, для удобства посетителей находились резные диванчики и витиеватые урны. На восточной стене располагались одиннадцать регистрационных окон, отвечающих за прием и распределение потока посетителей. Западная же сторона вестибюля была отдана небольшим телефонным будкам и двум мраморным лестницам, одна из которых вела вверх, а другая — вниз.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
