Cyclum purgatorio

 Так же, как и ручное лазерное оружие среди гражданских. Ибо после того как Конфедерация продала эту технологию, отобрав у саларианцев титул самых лучших "лазеров начальников", она заимела огромную популярность у тех самых убийц. Невидимый для невооруженного взгляда лазерный луч поражал точно и бесшумно, что принесло лучевому оружию своеобразную признательность в определенных кругах.

 По мнению Николаса, Конфедерация дала Совету больше чем получила.

 Люди продали технологию гравитационных двигателей, чертежи лазерных вооружений и что получили взамен?

 Ограничение флота, запрет на определенные исследования, возню с непонятным статусом СПЕКТРов и репутацию чудиков, погрязших в мракобесии?

 Пожалуй, единственная реальная польза от Совета — информация и технология масс эффекта. Остальное в лице стабилизации внутриполитической обстановки на ближайшие время — заслуга именно его, его команды и Господа. Единственное, что Конфедерация даже не думала продавать и чем не собирается делиться — ТЭП.

 Технологии Энергетического Плетения — официальное название. По сути же это тонкая грань между мистицизмом и наукой. Новая математика, новый взгляд на мир основанный на сакральных текстах, технологий демонов и допросов пленных тварей Ада. Что бы понять эту науку недостаточно иметь высокий интеллект.

 Требуется интуитивное понимание и возможность принять за факт то, что звучит как минимум странно. Даже если тебе скажут, что квадрат имеет сорок восемь углов. Гравитационные технологии, поглощающие поля, мощное пучковое оружие — все это производное от ТЭП. И это лишь то, что лежит на поверхности подобно многим тайнам.

 Ведь даже после Судного дня человечество еще не готово принять всю правду об этом мире и своей планете. Ксеносы же не готовы принять даже ту малую часть, что известна каждому человеку.

 Еще одной победой можно считать тот факт, что Орденам удалось выйти на контакт с кварианцами. Пусть сами нелюди относятся к окружающим с недоверием, но у Конфедерации есть, что предложить.

 Нет причин играть лишь на одном поле. Совету может не нравится наше переосмысление военно-космических сил либо любая иная "наглая" деятельность, но глупо не налаживать связи с игроками вне Совета. Тем более с игроками доказавшими, что способны вернуть свой собственный мир без помощи галактической триады.

 Если человечество хочет быть сильным, то оно должно доказать, что с его мнением следует считаться. Иначе можно на тысячу лет застрять в статусе державы третьего мира, как некоторые из участников Совета.

 Пожалуй, единственное чем недоволен был Николас в данный момент времени, это личностью мистера Грея. Нет, он не ставил под сомнения лояльность этой личности, как и стремление защищать род людской. Так же как не боялся того, что его свяжут с ним. Во всей Конфедерации было не более тысячи человек знающим о его существовании. Еще меньше подозревающих о связи мистера Грея с президентом. И лишь единицы знали о том, как все обстоит на самом деле.

 Но президенту было бы просто спокойнее если бы один из них не страдал синдромом шила в заднице и подобно остальным не покидал бы человеческое пространство.

 Увы, но эта личность обладала как возможностями, так и харизмой позволяющими добиться своего, не взирая на голос разума и чужие желания.

  Комментарий к Интерлюдия: собирая камни — черновик

  итак... предыстория закончена

 ========== Глава 5 ==========

 2535 год н.э.

 — Итак, мистер Джонс, — произнес батарианец в богатой одежде сидя за столом. — Должен признать, что ваши инженеры смогли приятно удивить мое правительство.

 — Мне кажется, — улыбнулся Джонс, — что удивлять окружающих стало для Конфедерации чем-то вроде визитной карточки.

 На этих словах батарианец слегка наклонил голову влево, едва дернув правым плечом. Насколько успел понять Джонс, подобный жест у четырехглазого народа считался неким аналогом соглашения либо поддержки. Вообще, отношения с Гегемонией налаживались куда более благоприятные чем с "триадой" Цитадели. Отчасти из-за того, что четырехглазые рабовладельцы умели ценить хитрожопость. Поскольку сами были не лучше. А кем еще следует быть, чтобы назвать рабство, к которому в Пространстве Цитадели относились отнюдь не с пониманием, культурными ценностями и на протяжении поколений от них не отказываться, оставаясь в рамках галактической политики?

 О влиянии на просторах Терминуса Гегемонии, на которую, как подозревал Джонс, уже влияет сам Совет, можно и не упоминать. Хотя, если пораскинуть мозгами, для приемлемых отношений с ближайшим соседом имеется масса причин.

 Первая — Конфедерация не претендует на батарианскую зону интересов в Пределе четко ограниченную сетью ретрансляторов.

 Вторая и не менее важная — наиболее близкие к территории батарианцев миры имеют хорошую защиту, что отпугивает всяких охотников до живого товара из Гегемонии. Системы с Ретрансляторами вообще хорошо охраняются.

 Третья — Гегемония не предлагает пересмотреть Фариксенское Соглашение с завидной регулярностью. И с точно такой же регулярностью не получает отказ.

 Четвертая, если всего выше перечисленного недостаточно, — Гегемония так же не испытывает теплых чувств к Фариксенксим договоренностям.

 Именно по этой причине Джонс мило беседует с нынешним послом Гегемонии — Анто Гуэро.

 После появления людей на галактической арене многие цивилизации пересмотрели свой взгляд на космические носители основной огневой мощью которых являются малые летательные аппараты. Так же нашлось применение и гравитационным технологиям без нулевого элемента, но в конструкции звездолетов Цитадельцы все же предпочитают привычные технологии на эффекте массы. В основном из-за скорости.

 Если опустить ряд условностей и учитывать необходимость торможение на середине пути, то средняя скорость крейсера на расстоянии длиною в шесть световых лет будет в пять сотен раз превосходить скорость света. В то время как с современный инерционный двигатель Конфедерации достигнет ее лишь на пятый месяц полета. Разница, как говорится, на лицо. Тем не менее, это не отменяет прочих недостатков ССД на эффекте массы: потребность в топливе и разрядки ядра.

 Ядро массы — это устройство обеспечивающие саму возможность сверх светового путешествия, но оно накапливает излишнюю энергию, которую требуется выпускать во вне.

 Обычно для этого используется метод "заземления", когда корабль садится на планету либо подлетает к газовому гиганту.

 Сама скорость накопления зависит от скорости сверхсветового перелета и массы корабля. Так крейсеры, в среднем, могут лететь без разрядки около семи дней. Фрегаты больше. Дредноуты меньше. При более низкой скорости эту временную границу можно несколько расширить.

 Это одна из причин почему корабли с ядром массы не строят больше километра в длину — ядро слишком большого корабля накопит энергию до завершения межзвездного перелета, что приведет к уничтожению самого корабля.

 Единственное исключение из правил — азарийский Левиафан "Путь Предназначения" достигающий в длину тысячи восьми ста метров и чье ядро потребует разрядки менее чем через неделю при межзвездном полете.

 Что до путешествий в приделах солнечной системы, то корабли Конфедерации использовали фотонно-импульсные двигатели своей мощностью компенсирующие отсутствие ядра.

 Гегемония же решила перенять технологии Конфедерации для создания собственных кораблей носителей. Пока остальные цивилизации пачками производят километровые корабли, забитые МЛА под завязку, батары решили начать строительство полтора километровых носителей, которых, к вящему недовольству Совета, не касается ограничения.

 Пусть они не могут быть настолько же мобильны как их аналоги на эффекте массы, но для защиты своих территорий и перемещения через ретрансляторы вполне удобны.

 А отсутствие ядра автоматически снижает себестоимость и перечеркивает ряд сложностей в постройке и эксплуатации.

 По сути корабли носители класса "Длань Солнца" с модифицированными антипротонными двигателями это совместный проект Гегемонии и Конфедерации.

 Так инженерная группа людей помогала батарам устранить ряд проблем и модернизировать конструкцию носителей. Данный заказ был выгоден даже не столько в финансовом вопросе, сколько в политическом.

 — А что ваше правительство? — спросил Анто. — Какое ваше решение на счет передачи Гегемонии синтетических технологии фотонной кристаллизации?

 — На данный момент времени, Конфедерация рассматривает данную возможность, — уклончиво ответил Джонс.

 Создание кристаллов "твердого света" не было чем-то новым. Первые успешные опыты по "заморозке"" фотонов и созданию искусственных "атомов света" были проведены еще пять сотен лет назад.

 Нынешние фотонные двигатели, топливо для них, одноразовые источники питания для ручного оружия, а также ряд особых материалов, включая броню, — продукты дальнейшего развития этой технологии. Которой, человечество во многом обязано почившей в бездне Судного дня ОАК.

 Между тем, нельзя сказать, что у Чужих совсем нет мозгов, дабы повторить эту технологию. Раз уж ее смогло создать не вышедшее в большой космос человечество, то у галактов это не должно составить труда.

 Научная база есть, технологии позволяют, но...

 Всегда есть это самое "но". Не сложно создать "твердый свет", куда сложнее поставить это на поток и добиться удовлетворительных результатов.

 Чужие предпочитали развивать технологии на нулевом элементе, что было вполне логично. Ни одно человеческое правительство не станет финансировать какой-то-там-проект-некоего-сумрачного-гения что может быть окупится спустя десятилетия, когда археологи, работающие в древних инопланетных руинах, обещают расшифровать чертежи нового-мега-оружия спустя лишь год!

 Чужие, в этом плане не далеко ушли от людей.

 Так и здесь. Если сравнивать автомат Калашникова двадцатого века и первые мушкеты, то увидим, что первое, как и второе, есть огнестрельное оружие. Да вот отличий намного больше чем можно было подумать.

 Насколько знал Джонс Гегемония, как собственно и "триада", пытались сами разобраться с технологией "твердого света", а заодно фотонного топлива, одноразовых фотонных батарей и прочего. Кое каких успехов они достигли, но КПД их устройств был крайне мал, что делает подобные технологии не рентабельными. Но низкий КПД это, как известно, болезнь детская и если проекты чужих вдруг не потеряют финансирование, то они имеют все шансы догнать Конфедерацию... Лет через десять.

 Вот и идут в определенных кругах обсуждение — стоит ли ждать этого времени либо лучше продать технологии и получить с этого выгоду до того, как чужие поймут все сами? Сам Джонс считал, что следует продать, пока чужие не додумались до всего сами.

 Анто похоже не был огорчен этим ответом, что не помешало ему задать иную тему разговора.

 — Так же, я хотел бы обсудить с вами деятельность террориста мистера Грея на просторах терминуса...

 — А что с ним? — спросил Джонс даже не моргнув.

 Если в плане "соседских" отношений с Гегемоний все шло более — менее ровно, то мистер Грей являлся больной темой. Как Конфедерация косвенно обвинила некоторых влиятельных коллекционеров в терроризме, так Гегемония нарекла мистера Грея террористом на что получила полную поддержку Конфедерации.

 Удивительно? Да не очень.

 Одно дело согласиться с данной трактовкой деятельности данной личности и несколько иное потребовать от Гегемонии информацию о самой личности мистера Грея. В результате складывается забавная ситуация — они знают, что мистер Грей не просто террорист. Мы знаем, что они это знают. Они же знают, что мы знаем, что они знают.

 Как результат — требования выдать Гегемонии террориста для честного, быстрого и справедливого батарианского суда. Конфедерация же в ответ просит дать больше информации о террористе и установить его личность для экстрадиции.

 Гегемония настаивает и жалуется "триаде" которой, по извечной традиции толерантного общества, плевать на личные проблемы иных толерастов. Собственно, именно из-за подобных нюансов Гегемония и сменила своего старого посла на Цитадели.

 Как говорится — терроризм терроризмом, но вопрос прибыли важнее. Старый посол этой неписанной истины не понимал, увы. То ли убитый по заказу мистера Грея рабовладелец был его другом, то ли на его поведение влияли некие "радикальные" силы, а может все было дело в странной батарианской чести?

 Ответа у Джонса на этот вопрос не было. Да и не нужен он был поскольку новый посол больше интересовался экономическим сотрудничеством чем мифической охотой на неуловимого Грея.

 — До меня доходили слухи, что его деятельностью заинтересовался спец корпус тактической разведки, — ответил Анто. Как бы невзначай сложив руки в жесте выжидания.

 — Ну, раз им заинтересовались СПЕКТРы, то этот террорист обязательно предстанет перед честным и справедливым судом, — ответил Джонс раздумывая над услышанным.

 СПЕКТРы — это агенты Цитадели получившие частичный иммунитет на нарушение закона Цитадели. Они имеют различные звания и должности, но не имеют определенных полномочий, за исключением тех случаев, когда Совет наделяет СПЕКТРов особыми полномочиями временного характера.

 Вообще с ними та еще заморочка.

 Так, если СПЕКТРу придется нарушить закон для выполнения задания, то на это, как правило, закрывают глаза. Пример — СПЕКТР взорвал гражданский корабль с террористами на борту и его не станут судить. С другой стороны, если спектр придет в дом к турианскому генералу либо человеческому послу и застрелит его прикрываясь своим статусом — его посадят.

 СПЕКТРы не имеют права доступа к военным объектам без соответствующего постановления Совета, и любой караульный имеет полное право застрелить засранца, пытающегося тайно проникнуть на охраняемый объект.

 Так же спектр имеет право пользоваться запрещенным оружием, иметь дела с запрещенными организациями и ряд иных плюшек. Но, пожалуй, самое главное, в правовом обществе — на них нельзя подать в суд. Все иски против СПЕКТРов рассматриваются "триадой" в частном порядке. А многие просто отклоняются даже без разбирательства. Но что более важно — СПЕКТРы набираются из самой "триады".

 Турианцы, азари, саларианцы — все они могут стать СПЕКТРами. Для ассоциативных участников этот путь закрыт наглухо иначе за тысячи лет уже появились бы СПЕКТРы батарианцы, СПЕКТРы волусы и прочие. И вмешиваются они лишь тогда, когда в дело затрагивают интересы "триады". А значит, мистер Грей перешел дорогу кому-то из вышестоящих трио. Но кому? И собственно — как?