Отбрасываю дубинку в сторну, медленно отхожу к обрыву и сажусь на подвернувшийся камень. Демонстративно кладу руки на колени и замираю, спокойно — и без улыбки! — глядя на первого. От волнения немного подташнивает.

Сейчас слиняют и бросят меня здесь... или навалятся и убьют... Хотя, они так боятся, что дыхнуть в мою сторону не смеют. Минута, две. Напряжение потихоньку спадает. Постепенно они успокоились. Первый по дуге обошел меня, постоянно контролируя мое положение, и подошел к трупу. Задержал дыхание — я невольно криво улыбнулась про себя — и проверил пульс. Кивнул чему-то и внимательно уставился на меня. В этот момент Синий-водяной начал показывать какие-то странные знаки в мою сторону и что-то шептать. Я настороженно уставилась на него. Магия? Молитва? Ругается? Я подобралась, чтобы быстрее свалить, если что замечу странное. Остальные отошли от него подальше и неуверенно смотрели то на меня, то на шепчущего Водяного, то почему-то на Первого... Взгляды были примерно одинаково опасливые.

Вот странно — в этом книги не врут. Умер Вонючка, умерли скелетики в пещере... косвенно из-за меня умер человек на троне, а никакого сожаления или душевного волнения нет. Ну, разве что сами виноваты, что пытались меня убить. Да и сами смерти выглядят неестественно из-за крови. В современных игрушках больше реалистичности. А почему руки мелко трясутся — не знаю. Пришлось сцепить их в замок.

А может, это комьютерная игра нового поколения? У меня амнезия и я забыла в игре свое прошлое, ну или лет пять-шесть последних? Да нет, мое тело почти не изменилось, хотя это не показатель... Я в игре, забыла последнее время... Или по игре амнезия... или эксперимент, или у меня игровое тело... блин, мозги кипят! В этот момент виски кольнуло, а Водяной упал на камни. Интересно, это как-то связано? Все это время я внимательно наблюдала за обстановкой — кроме людей мне сильно не нравились затянутое белесой густой пленкой небо и звенящая тишина. Мерный далекий грохот на пределе слышимости, затянувшие небо полосы болезненно-желтых облаков... почти как перед вчерашним землетрясением.

Водяной поднялся, что-то сказал остальным. Решайте что-нибудь скорее! Мерзкая вибрация камней пробирала до печенок. Я начала прикидывать, где безопаснее отсидеться в случае землетрясения — высокое нагромождение камней напротив внушало опасение.

Первый шагнул вперед и снова развел ладони в стороны. Знакомство, дубль два? Повторила его действия, старательно стараясь не торопиться. Он мотнул головой и стукнул себя в грудь. Моя твоя знакомиться. Абориген — попаданка. Блин. Что-то на дурацкие шуточки пробивает.

— Хахшс, — что-то вроде этого. Или Ахшсах. Или еще как-то. Не важно, но хоть что-то теперь понятно.

— Али...к, — в последний момент проглотила окончание. Мысль о том, что они вряд ли заметят разницу, посетила слишком поздно. Да и фиг с ним, надо быстрее убиратся отсюда.

— Хахы..кх... — с трудом выговорил Первый. Это он матюкнулся или меня обозвал так?! Чего он цирк устраивает? Убираться отсюда надо!

— Нет, блин, Шехерезада Лучиэль Светозарная! — вырвалось у меня. Он открыл рот и тут же закрыл. Сосредоточенно уставился куда-то вдаль и пытался переварить услышанное. Ну, не одной мне мучится с их языком! Мать! Ритуал знакомства состоялся, чего они тянут?

Минуту изображала пантониму — идет землетрясение, пока до них не дошло и все резко не засобирались — причем туда, откуда я пришла. Пришлось еще показывать, что там ничего нет и тыкать пальцем в нужном направлении.

Грохот, земля уходит из-под ног, и я падаю на колени. Все трясется и рушится. Страшно. Далекий грохот больше похож не на гром, а на серию взрывов. Минут пять сильно грохотало, а потом землетрясение и шум почти сошли на нет. Настороженно переглядываясь, стали подниматся аборигены. На небе появилась белая пелена, окончательно скрывшая небо.

Вроде перестало трястись и, кроме Кенгура, пришибленного камнем по голове, никто не пострадал. Хотя, судя по виду, ему это не повредит. Нечему повреждаться...

Что-то стукнуло меня по голове. Ну что еще?! На поднятое лицо упала крупная капля. Вторая. А затем небеса разверзлись, и на нас обрушился водопад! Как в библии или где-то еще — и разверзлись хляби небесные... Противно пахнущая вода, какие-то мелкие камни и жирная грязь. Состояние было неописумым. Охренение, тоскливая покорность судьбе, беспомощность и ощущение собственной невезучести — лишь малая толика ощущений, поддающихся описанию.

Блин, под этим дождем даже помыться не получится. Села на камень и обреченно стала дожидатся конца грязепада. По броне со звяканьем попадали мелкие камешки, мерзкая теплая вода стекала по телу и закрывающим голову рукам... Но такой дождь не может долго продолжаться. Только я об этом подумала, как по мне простучал град особо крупных камней и дождь закончился! Раз — и перестал.

Тучки разошлись, небо очистилось, толчки почти прекратились — изредка земля чуть подрагивала и все. Солнышко засветило, вокруг журчание стекающей воды, шум и писк появившейся неизвестно откуда животной мелюзги, парящие камни... Благодать, чтоб ее. Я резко поднялась — со всех щелей полилась вода, в кроссовках противно захлюпало, штаны облепили ноги. На броне прямо на глазах расползались пятна ржавчины. Кроме серых потеков так и не вымытой вчерашней грязи я была испятнана подсохшей черной пылью, которая совершенно не оттиралась!

Ну, радует одно. Теперь мы все похожи на бомжей.

Е.

Глаза... Глаза... смотрят... Ошеломленные, растерянные. Лица в грязных пятнах и потеках. Оглядываются, неуверенно отряхиваются... Лучше всего Первый держится, да и Эльф не отстает. Не, пусть Гномом будет — слишком плохо выглядит для эльфа. Еще довольно бодро выглядит оклемавшийся Водяной. Или Синим звать? Нет, тут двое синеватых. Второй будет Крыланом.

Вот фигня... Ну и зачем я так старалась с ними встретиться? Очередной шаблон стандартной фентезятины развеялся — в другом мире не все жители могут быть опытными путешественниками и воинами, а сборная солянка типов различных рас не всегда является Отрядом Борцов За Правое Дело. Да они ведут себя, как едва знакомые люди! Второй совершенно бессмысленно топчется рядом с придавившим хвост Кенгуром, Мелкий пытается перевязать сам себе руку... грязной мокрой тряпкой. Крылан — совершенно отмороженный или пофигист, медитативно раскачивается на верхушке одного из невысоких камней. На рухнувший рядом запоздалый грязный ком перепутанных веток глянул мимолетно и продолжил слегка покачиватся...

Остальные активности не проявляют, заняты собой и проверкой оружия.

Звиздец.

На меня все еще нервно реагируют, присяду от греха подальше. Коленки расставлены для большей устойчивости, левый кулак подпирает лицо, правая рука опирается на вторую ногу и на кость. Чувствую, что сижу с видом "Ну, и чем хорошим еще порадуете?". Хорошим в переносном смысле...

Люди, вы гдееее?.. — тоскливо тяну про себя. На всякий случай шепотом. Вдруг появятся?

Такая усталость навалилась — плечи сами собой опускаются. Шла, бежала, падала, в землетрясениях побывала, мысли о доме отгоняла, от твари бегала — и все зря. Голодная, побитая, грязная. Без шансов на возвращение, почти без шансов на выживание... Почти — только потому, что я до сих пор жива. И тут меня совершенно не к месту посетила мысль: ведь сразу после переноса даже не подумала о возвращении! Ага, только сразу вспомнила — я за время бега по залу прошла один раз через эту дверь за алтарем! На секунду правда, но зато потом сразу вперед шагнула. Мысль о собственном тугоумии исчезла, но лучше не стало.

И вот я дошла — да только никого, кто бы взял на себя ответственность, так и не нашлось. Точно бежал-бежал стометровку, а на финише тебе говорят, что ты ошибся и на самом деле это дистанция в километр... или в пять километров... или вообще, здесь не бег сдают, а соревнование по шахматам проводят, так что давай, скорее, садись за стол, противник уже заждался...

А эти аборигены до сих пор вместе. Что-то мне подсказывает, что если бы поблизости были другие люди — они бы уже давно разбежались...

Полная упитанная полярная лисичка — физкультпривет!

Подставила лицо солнцу, которое практически не сдвинулось с места. Осточертело это место. Когда уже этот бесконечный день кончится?

Заорал Мелкий.

Отчаянно, с надрывом и испугом в голосе.

Вскочил, в ужасе глядя на свои руки, затем провел рукой по голове и за ней потянулись волосы... ого, целая прядь выпала!

На площадке все повскакивали и застыли, глядя на Мелкого. Черт, что с ним? Присмотрелась — под грязью его кожа на лице пошла пятнами! Такие же пятна потемневшей кожи обнаружились у остальных. Болезненно кривятся рожи, в воздухе пахнет паникой. Подвывает Второй. Болячка? Так быстро? Или что-то еще? Краем глаза замечаю что-то странное — неподалеку неловко снижается одна из летучих ящерок — тонкие перепонки крыльев потемнели и превратились в лохмотья. На ближайшем кустике пожухли и начали облетать листья... У меня слегка пощипывало кожу на лице.

Взгляд, беспорядочно метавшийся вокруг, зацепился за тонкое облако, похожее на дым из трубы и в голове будто щелкнуло: обрывки картинки сложились — желтая пелена, землетрясение, странный грохот... Извержение вулкана. Здесь, недалеко. Куча газов и пыли, выброшенные в воздух.

Кислотный дождь!

...как мне повезло, — проскакивает где-то на задворках сознания одна мысль, не относящаяся к поиску решение проблемы, — меня грязь спасла. Грязь?! Теперь целенаправленно изучаю землю вокруг. Глаз цепляется за привычную желтую глину в узкой расщелине между двумя большими обломками. Траву сбило камнями и сквозь дерн просвечивает грязная глина.

Химия, школа. Кислота и щелочь дают кислотный остаток и воду... Щелочь, где ее взять? Мыло вроде? Нда, где мыло взять... Глина. Из нее добывают алюминий. Алюминий-О-Аш сколько-то там... Не совсем то, что надо, но хоть жжение собьет...

Взгляд на аборигенов. Ха?! Ничего почти не изменилось. А, опять эффект замедления. Черт, я долго им буду объяснять, да и не послушают меня...

А оно мне надо? — секунду колеблюсь. Я ведь не в книге, и могу поступать, как захочу. Могу не спасть никого или даже... убить. — Да ладно! Раз уже взялась за них, буду продолжать. А вдруг не поможет? Ну и хрен с ними.

Глубокий вдох и...

— Молчать! — громко вышло. Я от эха сама вздрогнула. Местные вообще дернулись и застыли. Время пошло с обычной скоростью. Двенадцать шагов под настороженными взглядами к расселине, зачерпнуть жирной грязи с остатками корней и шмяк по щеке Мелкого! Ну, он ближе всех оказался. Ну и видок!

Лепешка медленно сползала по лицу... С подбородка аборигена закапала грязная вода. Вторая пошла! Хлюп. Эта разбрызгалась немного. Ступор сменился недоумением. Дотронулся до лица. Недоумение превратилось в надежду.

Не надо так не меня смотреть, я стесняюсь! Мелкий что-то радостно просвистел и принялся намазыватся уже сам. Тут и остальные сообразили... Эй, спокойнее! Да они сейчас здесь такое устроят...

Улыбка во весь рот. Шарахнулись. Тыкаю пальцем в Первого и показываю на глину. Больше двух там не поместятся. Тот мотнул головой и подскочил к Мелкому. Пять секунд и он проходит мимо с платком, наполненным глиной. Следом бежит Мелкий. Идут к Водяному. Приподнимаю бровь. Так, они мне уже нравятся.

Второй и Эльф. То есть Гном. Второго пришлось чуть ли не пинками отгонять, Эльф, в смысле, Гном, тьфу! Эльф он! Короче, он быстро справился. Ткнула пальцем в Кенгура — понятливо привел. Хотя тот почти не пострадал.

Про себя я дико веселилась с этой ситуации. Заторможенного Крылана оприходовали в шесть рук — Первый, Мелкий и Второй. На него пришлось грозно глянуть и улыбнуться. Крылан был как манекен и не шевелился. Хотя ему должно быть больнее всех — вон сколько крыльев отрастил. Нет, ненормально он себя ведет. Под кайфом, что ли? Или у него там просто нервных окончаний нет?

Закончили! Ха-ха! Ну и видок! Мокрые, ощипанные, покрытые толстым слоем грязи, но не побежденные! Ой, не могу. И на меня с таким выражением смотрят...

Е*ный мир...

Вернусь, могу к таджикам на стройку прорабом идти. Инопланетян уже построить удалось...

— Ха-ха! — меня пробило на истерический смех. Хотя, не такой уж истерический. Привыкаю потихоньку?

Смеялась долго, обстоятельно. Минут через пять надоело — тихо слишком, никто больше не смеется. Даже дыхания не слышно.

Внимательно на них посмотрела.

Ну, и что мне с ними делать?

Размазала остатки глины по своему лицу, собрала разбросанные повсюду вещи — кость, веревку, упавший тубус. Посмотрела на сползший к самому краю обрыва труп Вонючки. Интересно, здесь закапывают или сжигают? Лучше не лезть. Присела на корточки, рассматривая дубинку — на ней обнаружился простой геометрический узор. Ромб, квадрат, ромб и так по всей площади. Рукоятка обмотана тонкой затертой шкурой. Попыталась поднять. Ух! Килограмм десять-двенадцать. Я с трудом поднимаю, но почему Вонючка свое оружие еле поднимал? Он гораздо больше меня. Искоса посмотрела на толпящихся в отдалении местных. Да делайте же что-нибудь! Зря я, что ли здесь брожу? Скучковались по двое-трое и перешептываются, активно тыкая руками в разные стороны...

Первый и Мелкий, рядом Водяной. Актив группы? Второй и Эльф. Оппозиция? Кенгур и Крылан составляли некую аморфную массу. Вздохнула. Потащила дубинку за собой волоком. Черт, неудобно. Закинула на плечо и, пошатываясь, подошла к аборигенам. Дубинка — для солидности. Ну-ну, отступать некуда, враждебности я не проявляла... Бухнула дубинкой по камню, облегченно выдохнула.

— Короче. Вы, я так вижу, делать ничего не хотите? — внимают. Голос хриплый, горло немного саднит. — Меня бояться не надо, нападать не буду... — Молчат. Я занимаюсь сотрясением воздуха. Взгляд перескакивает с одного лица на другое. Господи, чем я занимаюсь?!

— Ты! — ткнула пальцем в Первого. — Ты будешь командиром. Ясно? — Неясно. Он меня не понимает. И чего делать? В этот момент что-то тихо сказал Водяной. Его послушали. Посмотрели на меня. Не знаю, что случилось — интуиция наверно обострилась или еще что-нибудь, но я отчетливо поняла, что он как-то меня понял. И перевел.

— Ты командир, — Первый мигнул и шагнул ко мне, — а кто против... — постаралась зловеще улыбнуться не открывая рта и снова закинула на плечо дубинку — заметила в прошлый раз, что кроме страха у них еще уважение просыпается в этот момент. Боже, что я творю? Пошлют меня сейчас далеко и надолго... Какого я нарываюсь? Шаблонная блондинка полезла?

— Ну что, пошли? — посмотрела на Водяного. Он покачал головой и опять зашипел. Я ткнула себе в грудь кулаком, махнула рукой в направлении их движения и подошла к ближайшему камню метра два высотой. Забросила на него веревку, поставила дубинку, подперла ее камнем и как по лестнице забралась наверх. Еще метров пять ползти, здесь самый сложный участок — закрепила и кинула вниз веревку. А теперь быстрее, пока им в голову чего-нибудь не стукнуло... Спиной к ним старалась не поворачиваться.