След Мантикоры

Шпионка-горничная скромно стояла в сторонке, опустив голову и сложив руки перед собой, но на её лице Риоре заметила довольную улыбку. 'Сколько тебе заплатили, гадина?!' — хотелось ей бросить в лицо обвинения, но она сдержалась. Этого следовало ожидать, что мать попытается запустить к ним в дом своего человека. Между тем, пользуясь замешательством и молчанием Риоре, Сиана продолжила развивать бурную деятельность:

— Ах, жаль, муж и Арно после обеда по делам уехали, но ничего, они скоро вернутся и займутся организацией всего необходимого, — сиятельная лорна попыталась обнять Риоре, но та резко отстранилась и вскочила с дивана, с ужасом глядя на мать.

К счастью Ри, в гостиную вошёл хмурый доктор, бросил на лорну мрачный взгляд.

— Вы не видите, госпожа Телме слегка не в себе? — заявил он не слишком приветливо. — Она пережила такое потрясение, куда ей сейчас переезжать? Она должна немедленно лечь в постель и принять успокоительного, девушка на грани нервного срыва!

Риоре готова была расцеловать доктора за такие нужные слова. Подарив ему благодарный взгляд, она слабо улыбнулась и тихо произнесла:

— Спасибо, доктор.

— О, да, конечно, пусть отдохнёт, — тут же согласилась Сиана, видимо, считая, что никуда уже теперь дочь от неё не денется.

И миллионы и тайна её отца тоже.

— Я пока осмотрю дом, — с хозяйским видом произнесла саера эр Лаано и тоже поднялась.

Риоре, выходя из гостиной, лихорадочно думала, к кому же обратиться за помощью, и по всему выходило, что в самый трудный момент её жизни поблизости не оказалось никого. Родители Эггена, может, и попытались ей помочь, но — они менее родовиты, чем Сиана и её муж, и их попытки вряд ли увенчались бы успехом. Тут до неё донёсся негромкий, полный сдержанного возмущения, голос дворецкого:

— Простите, саера, что вы собираетесь осматривать? Дом вам не принадлежит!..

— Ты вообще кто такой? — с неприкрытым презрением бросила Сиана. — Как смеешь со мной так разговаривать?! Уволен, можешь собирать вещи, — и она с величественным видом и недовольным лицом прошла мимо слуги. — Извини, Риоре, иди, собирай вещи, я всё-таки сначала отвезу тебя к себе, а потом уже буду здесь разбираться, — и в твёрдом голосе лорны ни следа недавнего сочувствия.

Девушка уставилась на мать, не зная, что делать, и чувствуя себя ужасно беспомощно. От отчаяния защипало глаза, и в горле встал ком, но тут совершенно неожиданно раздался ещё один голос — Риоре и не услышала, как в дом вошёл новый посетитель.

— По какому праву вы здесь командуете, саера? — холодный, надменный голос Ригаста.

Взгляд Ри метнулся к бывшему жениху, и несмотря на тяжёлые воспоминания, она почувствовала некоторое облегчение: всё же, он появился очень вовремя. И уж точно не заодно с её матерью.

— Я — её мать, между прочим, — Сиана вздёрнула подбородок, её глаза прищурились, опасно блеснув. — А вот кто вы такой, саер? И по какому праву находитесь в этом доме и так разговариваете со мной?!

— По праву жениха, — веско ответил Ригаст, бросив мимолётный взгляд на Риоре.

Услышанное оказалось неожиданностью для всех, и если доктор, дворецкий и служитель закона выглядели просто удивлёнными, то Риоре растерялась, а вот мать — насторожилась.

— Какой жених, саер, помолвка расторгнута три года назад! — несколько принуждённо рассмеялась Сиана. — Риоре же днём, за обедом, говорила, что ни с кем не помолвлена, и вообще, отец дал ей право самой выбирать мужа!..

— Мы с отцом госпожи Телме сегодня возобновили наш давний договор, — спокойно пояснил Ригаст, и Риоре чуть не издала возглас, с трудом веря своим ушам.

Отец не посоветовался с ней?.. Но что сейчас злиться и обижаться, для неё этот договор явился настоящим спасением. Саер эр Ратео тем временем, словно наслаждаясь напряжённым ожиданием и испытывая терпение и Сианы, и остальных, медленно достал из кармана аккуратно сложенный лист бумаги со свисающей печатью, развернул и продемонстрировал присутствующим. Лорна Лаано подскочила, протянула руки, но Ригаст, по-прежнему невозмутимый, ловко убрал ценный документ и спрятал за спину. На губах гостя мелькнула насмешливая улыбка.

— Я не верю вам! — воскликнула Сиана, в её голосе отчётливо слышался гнев и возмущение. — Это подделка!..

— Уважаемый, не соблаговолите ли подтвердить подлинность? — вежливо обратился к человеку в форме Ригаст и подошёл к нему, протянув договор.

Тот с несколько растерянным видом внимательно оглядел печать, подписи и развёл руками.

— Всё законно, — кивнул он. — Права равные и у вас, саер Ригаст, и у вас, саера Сиана. Пусть выбирает девушка, — и все взгляды сошлись на Риоре, растерянной не меньше представителя закона.

Сиятельная лорна громко фыркнула.

— Да что за ерунда, как она может выбирать... — начала было она, явно злясь на такое решение, но Риоре не дала ей договорить.

— Я не знала о решении отца, — тихо произнесла девушка, не сводя взгляда с Ригаста. — Но это было последнее его решение, и я не буду возражать, — закончила она уверенно.

Богиня знает, как контракт появился у Ригаста, да ещё и подлинный, судя по всему, но это всё Риоре выяснит потом, позже. Сейчас главное — отделаться от матери. А даже если саер эр Ратео настоит на браке, он всяко лучше Арно — по крайней мере, мысль о его прикосновениях и поцелуях не вызывает отвращения. Даже наоборот...

— Глупо, — хмыкнула насмешливо Сиана, смерив дочь недобрым взглядом. — Я ещё вернусь, Риоре, — не скрывая угрозы, добавила она, резко развернулась и вышла из дома, к облегчению госпожи Телме.

Ей даже показалось, в воздухе раздался дружный невидимый вздох облегчения после ухода Сианы. Кажется, все здесь понимали, для чего на самом деле пришла саера эр Лаано, и вовсе не для выражения соболезнования дочери.

— Господа, вы всё осмотрели наверху? — Ригаст посмотрел на доктора и на представителя Секретной службы.

— Да, — ответил доктор и вздохнул. — К сожалению, у господина Телме не выдержало сердце.

А Риоре невольно подумала, отчего же отцу стало так плохо...

— Не смеем вас больше задерживать, саер эр Ратео, — человек в форме поклонился. — Если обнаружится что-то подозрительное, мы вам сообщим.

— Хорошо, — они раскланялись, и служитель закона вместе с доктором направились к выходу из дома. — А вы что здесь делаете? — холодно обратился Ригаст к замершей у стены горничной Селине, едва закрылась дверь за ними — на её лице промелькнуло беспокойство. — Ваша хозяйка уже ушла, — он выразительно глянул на вздрогнувшую девушку. — В этом доме вы точно больше не работаете. Если ждёте рекомендаций и жалования, их не будет, — Риг прищурился. — У вас ровно пять минут для того, чтобы покинуть этот дом.

Дворецкий с одобрением покосился на лорна, потом кивнул Селине, не скрывая презрения, и направился к коридору, который вёл в помещения для прислуги. Ригаст же подошёл к Риоре, и его лицо сразу смягчилось, он нежно улыбнулся и взял её за руку, заглянув в глаза.

— Как ты, милая? — заботливо спросил он и тихонько погладил прохладные пальцы девушки. — Поедем ко мне или тут останешься?

— К в-вам, — вздрогнув, поспешно ответила Риоре, с испугом покосившись на лестницу на второй этаж.

Кроме того, что сюда спокойно могла снова заявиться мать, только уже с поддержкой мужа и Арно, пугала перспектива остаться одной в этом доме, ставшем слишком большим для неё после смерти отца.

— Я распоряжусь собрать вещи госпожи Риоре, — снова появившийся дворецкий почтительно поклонился.

— ...О чём задумалась, Ри? — голос хозяина дома вернул девушку в настоящее, в уютную гостиную с огнём.

Она улыбнулась, покачала головой и снова прижалась к нему.

— Ни о чём, — пробормотала Риоре.

— Всё хорошо будет, — повторил Ригаст и снова погладил её по спине. — Обязательно, милая. Я никому не дам тебя в обиду.

Они ещё некоторое время молча постояли, потом Риоре пошевелилась, высвобождаясь, отвернулась и прошлась по комнате. Потрясение последних часов немного утихло, эмоции схлынули, и вернулись прежние страхи и обиды. Отец ведь не знал, почему Ри на самом деле расторгла помолвку, и неизвестно, что с этим новым договором, как Ригаст ухитрился его получить. Может, ему по-прежнему нужны только его деньги, и о чувствах речи вообще не идёт. Она оглянулась, посмотрела на хозяина дома, стоявшего у камина и опиравшегося на мраморную полку, и на её губах снова появилась грустная улыбка.

— А кто защитит меня от вас, саер? — тихо спросила Риоре, желая наконец-то выяснить, что же случилось тогда, три года назад, как бы болезненны не были воспоминания.

Эту занозу давно следует вытащить. Брови Ригаста поднялись, в глазах мелькнуло удивление. — Почему так официально сразу, Ри? — негромко ответил он. — Я уж точно не сделаю тебе ничего плохого, уверяю.

— Я знаю, как вы три года назад ко мне относились! — прервала его девушка, чуть резче, чем ей хотелось бы. — Вы... ничуть не лучше моей матери! — выпалила она, а в голосе слышалась горечь.

В гостиной повисла тишина. Риоре отвернулась и обхватила себя руками, отойдя к окну. Сердце колотилось в груди, там теснились вспыхнувшие давние обида и стыд за своё тогдашнее поведение — явиться в дом к мужчине, зная, что там никого нет! Но раз уж завела разговор, надо продолжать. И, набравшись смелости, Риоре продолжила, глядя в окно на темнеющее небо.

— Мне тогда пришла записка, якобы написанная вами, — начала Ри, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Что вы... приглашаете меня к себе, и никого не будет, — тут лицу девушки стало ещё жарче, она опустила голову, смущаясь с каждой минутой всё больше. — К письму ключ прилагался, — тем не менее, продолжила Риоре. — Я... решила прийти, — она помолчала, собираясь с духом. — И увидела вас с любовницей, — опять в голосе девушки прорвалась горечь. — Вы весьма откровенно поведали ей о своих планах на меня. Или скажете, не говорили ей, что возьмёте второй женой, а меня отошлёте в деревню? — Риоре обернулась, желая видеть лицо Ригаста, когда он услышит правду.

Он же спокойно смотрел на неё, без тени замешательства или возмущения. Потом молча подошёл к креслу, придвинул ближе к камину, взял плед и подошёл к замершей в напряжении Риоре. Снова укутал, легко поднял ойкнувшую девушку на руки и усадил обратно в кресло, вручил ей кружку с глинтвейном.

— Выпей, пожалуйста, — попросил Ригаст, потом придвинул второе кресло, поставил его так, чтобы сидеть лицом к Риоре, и устроился в нём со второй кружкой. Потом внимательно посмотрел на гостью, и в глубине золотистых глаз Ри заметила всё ту же нежность. — Нет, не буду возражать. Да, говорил, и да, я знаю, что ты там была.

Госпожа Телме от неожиданности растерялась на несколько мгновений, сделала глоток горячего пряного напитка. Он знал?.. Как? Неужели записка всё же от него была?!

— И... как верить, что вы добра мне желаете? — вернулась Риоре к прежней теме. — Только не надо про любовь говорить, в это я тоже не верю, — поспешно добавила девушка, а сердце болезненно сжалось.

Ригаст перевёл взгляд на пляшущие язычки пламени, отпил из кружки, его лицо сделалось задумчивым и немного отстранённым.

— Хорошо, не буду, хотя действительно люблю тебя, — заговорил он и невесело усмехнулся. — Но и от тех слов, что ты услышала три года назад, не отказываюсь. Действительно, говорил. Только не для твоих ушек они предназначались, — Ригаст бросил на неё взгляд, и Риоре смешалась, уткнувшись носом в кружку. — Иллевии слишком сильно хотелось за меня замуж, и она решила открыть тебе глаза на недостойного жениха, — лорн поджал губы, его глаза зло сверкнули. — Записка и ключ её рук дело, о чём она любезно сообщила, когда я известил её о разводе, — в голосе Ригаста мелькнуло мрачное удовлетворение. — А тогда думал, ты действительно поменяла решение по каким-то своим причинам, может, в самом деле испугалась замужества. И невольно создала мне много сложностей, — несмотря на смысл слов, осуждения Ри не услышала. Но всё равно снова смутилась, мучительно решая важный вопрос: верить или нет тому, что слышала? Не собираются ли её в очередной раз обмануть? — Я женился на Иллевии только потому, что ты разорвала помолвку, Ри. Я собирался расстаться с этой женщиной через пару недель, мне нужны были только её связи и частично деньги, — Ригаст с равнодушным видом пожал плечами, а когда снова посмотрел на Риоре, взгляд потеплел. — Ты для меня тогда была ещё девчонкой тогда, какая там любовь, — он тихо рассмеялся, но необидно, без насмешки. — Я боялся напугать тебя или обидеть ненароком, относился, скорее как к младшей сестре, что ли. Хотя в любом случае, поступать, как сказал Иллевии, точно не собирался, — твёрдо произнёс Ригаст, глядя в глаза Риоре. — И даже не думал так делать.

Девушка растерялась окончательно. Обхватив ладонями кружку, она смотрела на собеседника, молча его слушая, а когда он закончил, беспомощно пробормотала:

— Я не понимаю... Зачем всё это? Зачем вам вообще нужен был брак со мной, если вы так относились ко мне?

Она сидела, нахохлившись, в кресле, на лице ещё виднелись следы слёз, волосы немного растрёпаны, и выглядела девушка, несмотря ни на что, очень мило и трогательно беззащитно. Ригасту ужасно захотелось подойти, нежно сгрести в охапку и снова усадить на колени, укрыть от всех невзгод и проблем, но он не стал этого делать. Сначала следовало успокоить её и отвлечь от горя. Впрочем, им давно надо уже поговорить. По-хорошему, ещё тогда, три года назад, ему стоило сразу рассказать Риоре всё о той ситуации, в которой он оказался. Возможно, удалось бы избежать многих недоразумений. И лучше пусть она узнает от Ригаста, чем снова от какого-нибудь очередного 'доброжелателя'.

— Риоре, а что ты знаешь об устройстве нашего мира? — задал он неожиданный вопрос.

Девушка нахмурилась, пожала плечами, глотнув вина с пряностями.

— При чём здесь устройство нашего мира и наши с вами отношения? — с недоумением переспросила она.

— Поверь, они связаны, как ни удивительно для тебя звучит, — Ригаст невесело усмехнулся. — Так что ты знаешь о возникновении нашего мира?

Риоре помолчала, вспоминая, что рассказывали учителя, и начала отвечать.

— Наш мир сотворила Богиня из пустоты, и когда посмотрела на дело своих рук, ей не понравилось — ровные, пустые материки, продуваемые ветрами, — голос девушки звучал плавно, напевно, и Ригаст невольно заслушался, хотя и так хорошо знал легенду о сотворении мира. — Тогда Богиня населила моря жизнью, и подняла из тверди материков горы, разделившие сушу на долины, создала реки и озёра, леса и поля, населила животными и вырастила растения. В каждой долине возник свой мирок, они получились разными: большими и маленькими, равнинными, лесными, тёплыми и не очень, где-то росли фрукты, и можно было снимать по два урожая в год, а где-то хорошо росли пшеница, рожь и другие культуры. И понравилось Богине, — Риоре ненадолго прервалась, смочив горло глинтвейном, и продолжила. — Но чего-то не хватало, и она создала людей, чтобы они могли пользоваться богатством долин и жить в этом мире, и потом — их защитников, лорнов. Для удобства перемещения своих творений между долинами — в горах вокруг не было перевалов и удобных проходов, — Богиня даровала людям и лорнам Дорогу, идущую по её следам и связавшую все долины между собой и облегчившую связь между ними. А потом Богиня покинула наш мир.