| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Глава 20
С горы спускаться веселее — ноги сами бегут, знай успевай их приподнимать. Я шел и думал над тем, что мне говорил колдун.
Свастика — это символ движения солнечного диска вокруг земли с востока на запад. Мы-то знаем, что не солнце вращается вокруг земли, а мы вращаемся вокруг солнца и, если бы мы не вращались, мы улетели бы с нашей земли в разные стороны. Создатели свастики, похоже, этого не знали или не хотели знать, считая себя центром мироздания. Нынешние владельцы символа свастики тоже считают себя пупком земли, сверхчеловеками, призванными стать господами на этой земле, а все остальные — их рабами. И их нужно остановить.
В 1945 году фашизм остановили, но не уничтожили гидру полностью. Кое-кто из антигитлеровской коалиции взял под крыло гитлеровских недобитков, дал им свое гражданство, поменял имена и фамилии и предоставил возможность трудиться на благо будущего Рейха. И мне предстояло остановить их, не прилагая никаких усилий, следя за тем, чтобы налитая мною вода вылилась именно туда, куда она должна вылиться. Загадок полный карман. И как их разгадать, ума не приложу.
Дед Сашка шел впереди, внимательно приглядываясь к торчащим среди камней травинкам, выдергивая их и пробуя на зуб. Кто растолкует данное мне предзнаменование? Может, это он и есть мой толкователь. Я в двух словах рассказал ему содержание разговора с колдуном.
— Правильно мужик говорит, — сказал дон Алехандро, — нечего дергаться, все случится так, как оно должно случиться. Висящее на сцене ружье все равно выстрелит, — резюмировал он, — а мы в этом городишке как на мелкоскопе, чуть дернись и все об этом узнают. Поэтому и нужно ждать развития событий. Ты человек в этой истории не последний, без тебя там не обойдутся.
— Где там и в какой истории? — не понял я.
— В этой, — рассерженно сказал дед, раздосадованный, что его оторвали от любимого занятия, — ты что, не знаешь, зачем мы приехали сюда? Если не знаешь, так поехали в Буэнос-Айрес, там намного веселее, и никто в щелку не подглядывает, о чем ты с дамой разговариваешь, уединившись в широкой постели.
Честно говоря, я сам не мог объяснить себе, почему мы поехали именно сюда. По всем методикам выполнения оперативных заданий, в первую очередь нужно определить, где могут концентрироваться фашистские элементы и собираться бывшие руководители Рейха, ускользнувшие от правосудия.
Со страной мы определились, а вот как с конкретным местом в этой стране. Аргентина — это не маленькая страна и выбрать какой-то регион можно только на основании данных, которые могут находиться в департаменте полиции. Данные о приезде иностранцев или данные о натурализовавшихся в стране иностранцах и местах их расселения. Кто может дать такие данные? Только агент в этом органе, но этого агента нужно еще найти. Поэтому, у разведчика открываются такие же возможности, которые есть у вратаря, стоящего один на один с игроком, стоящим на одиннадцатиметровой отметке. Бросился не в ту сторону — гол в воротах.
Что-то мне подсказывало, что сбор будет в местах, связанных с древними центрами индейской цивилизации, и вроде бы я не ошибся. Колдун косвенно сказал, что я на правильном пути. Кто мне может дать информацию о здешних местах? Любой человек после первого же заданного вопроса побежит в полицейский участок, и через час я буду пылиться в старенькой полицейской машине, направляясь в провинциальное управление безопасности.
В этих раздумьях я и пришел в гостиницу. Дед Сашка завалился спать, а я попросил хозяина принести мне обед в номер. Не хотелось сидеть на людях и давать им повод посудачить о моей личности. Чем меньше привлекаешь к себе внимание, тем меньше людей будет думать о том, как бы насолить этому гринго.
В дверь постучали. С подносом вошла Изабель.
— Ваш обед, сеньор, — сказала она, — если что-нибудь еще будет нужно, то вы только скажите.
— Изабель, вы помните о предоставляемых вами дополнительных услугах, — сказал я, — так вот, я хотел бы воспользоваться этим предложением.
— Я сегодня заканчиваю работу в восемь часов и в десять часов я могу быть у вас, — скромно сказала девушка.
— Хорошо, — сказал я, — я буду ждать.
Пообедав, я лег на кровать и крепко уснул.
Глава 21
Разбудил меня стук в дверь. В дверях стояла нарядно одетая Изабель. Я посмотрел на часы. Десять часов вечера.
— По ней можно часы проверять, — подумал я, — а я выспался и вряд ли в эту ночь мне придется спать.
— Заходите, Изабель, — пригласил я девушку, — я проспал и даже не приготовил вина, чтобы угостить вас.
— Я принесла с собой, — сказала девушка и поставила на стол бутылку без этикетки с головкой, запечатанной сургучом. — Сеньору лучше сразу оплатить предоставляемые услуги, потому что Изабель не хочет быть обманутой.
Я достал деньги и по одной купюре стал класть на стол, глядя в глаза девушке. Когда на столе оказалось пятьсот песо, девушка кивнула головой. Затем она взяла деньги и спрятала их в складках широкой цветной юбки. Я не успел моргнуть глазом, как она разделась и в одной хлопчатобумажной белой рубашке оказалась у меня в постели.
Открыв бутылку и налив стаканы вино, я подошел с ними к постели и подал один стакан девушке. Вино было действительно хорошее, местного разлива.
— Понимаешь, Изабель, — сказал я, — честно говоря, я хотел поговорить о других вопросах
— Конечно, сеньор, мы обязательно поговорим, — сказала девушка, — но сначала нужно сделать то, за что я получила деньги. Изабель девушка честная и никогда не обманывает.
Я понимал, что если я буду приставать к ней с разговорами, то могу просто обидеть женщину, а обиженная женщина — это пантера, которая будет мстить всеми доступными ей средствами. Не нужно будить я женщине спящую пантеру. Я разделся и окунулся в пропасть горячей латиноамериканской любви.
Через час Изабель лежала на моем плече и мурлыкала как кошка.
— Сеньор Казанова, вы не родственник тому Казанове, который давно-давно жил в Европе? — спросила она.
— Все мужчины его родственники, — сказал я, — а разве в ваших краях мало приезжих из Европы?
— У нас их вообще не было, — сказала Изабель, — а сейчас что-то зачастили и все монахи в капюшонах. В монастырь на богомолье идут.
— А ты-то откуда об этом знаешь? — спросил я.
— У меня брат работает в полиции, — сказала девушка, — ему по работе это положено знать. Поцелуй меня еще раз, Казанова, — сказала она, сладко потянувшись.
Вот и совмещение приятного с полезным. Всех чекистов губят деньги, вино и бабы и они же их спасают. Правильно говорят — чем заболел, тем и лечись.
Утром я зашел к деду Сашке и сказал, что ухожу на несколько дней. Предупредил, что если меня не будет в течение недели, то чтобы он ничего не предпринимал и возвращался к себе во Францию. Меня искать не нужно.
Я выяснил, где находится монастырь, надел рясу и пешком побрел в том направлении. Где-то в полдень меня нагнала повозка, в которой сидел монах-бенедектинец.
— Садитесь, брат, подвезу, — сказал он.
Я сел в повозку. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. По моим подсчетам от городка до монастыря было порядка тридцати километров. В монастыре нужно идти представляться о прибытии. Нелегально находиться там нельзя. Все как в военной организации. Брату ключарю я доложил о том, что приехал из Испании из известного мне монастыря по обету посетить все бенедиктинские монастыри.
Обет штука серьезная. Еще в средние века кто-то давал какой-то дурацкий обет, а потом всю жизнь странствовал по свету, не смея показаться у себя на родине, потому что обет оказался невыполнимым.
Брат ключарь определил меня в помещение для приезжих и поставил на довольствие в общей трапезной. Странным мне показалось то, что в монастыре ходили какие-то господа импозантного вида, все в возрасте и по виду как будто государственные чиновники средней руки из какого-то европейского государства.
Монахи вообще-то люди нелюбопытные и никто не приставал ко мне с разговорами или с расспросами. На молитву ходит, в трапезной порядками не возмущается, такой же, как и все, никаких больших пожертвований в кружку не опускает. Бросил с десяток мелких монет, и это как у всех, кто и сколько мог собрать при общении с внемонастырским миром. Бенедиктинец не видит ничего перед собой кроме дороги и встречного человека до пояса. Так и никто не видит его.
На второй день пребывания в монастыре я увидел, что некоторые монахи и люди в цивильном одеянии стали заходить в двухэтажное здание, расположенное недалеко от дома для братии. При входе стоящие у двери два человека протягивают руку каждому подходящему и те ее пожимают. В том числе и монахи. Странное дело. Похоже, что здесь собираются единомышленники, но какие? Похоже, что каждый знает какой-то пароль, и они называют его при входе. Думай, Дон Казанов, что ты будешь делать. Похоже, что ты на пороге разгадки той задачи, которую тебе поставил Миронов.
Глава 22
Я стоял и не знал, как мне проникнуть в это здание и присутствовать в намечающемся мероприятии. Похоже, что входящие туда монахи такие же священнослужители, как и я. Время было одиннадцать часов пятьдесят три минуты. Учитывая то, что все мероприятия начинаются во время ноль-ноль минут, у меня в запасе было всего семь минут. Успею ли я за это время разобраться с ситуацией и без скандала проникнуть в здание?
Когда я первый раз надел рясу монаха-бенедиктинца с капюшоном, то поразился тому, как монахи находят дорогу и как они могут определить по ногам личность человека, с кем можно поговорить о вере или попросить вспомоществование для монашеского ордена. Оказалось, все очень просто. В верхней части капюшона на уровне глаз грубая ткань прореживается и сквозь нее можно смотреть так же, как восточные женщины смотрят через паранджу. Так что монаха-бенедиктинца смело можно назвать паранджистом только по одежде, но не по вере.
Глядя на людей, заходящих на какое-то мероприятие, я обратил внимание на то, как они подают руки стоящим на входе людям. Они подают руку лодочкой. Так подают руки шпионы, масоны и геи.
Если в руке как будто что-то зажато, и это что-то нужно передать в такую же ладонь-лодочку, то это шпионы.
Из какой ложи собираются масоны здесь? Какой у них опознавательный знак? Можно элементарно попасть в третий разряд, что уже само собой предосудительно для человека монашеского сана, хотя грех однополой любви не так редок в мужских и женских монастырях. Думай, Казанов, думай, время идет, и скоро закроются двери, скрыв ту тайну, которая тебе жизненно важна.
Я решительно пошел к дверям и пожал протянутую мне руку, легонько стукнув указательным пальцем по запястью протянутой мне руки, и получил точно такой же ответный сигнал. Похоже, что я угадал скрытую карту. Иногда для угадывания этой карты нужно везение, а иногда нужно только знание о ведущейся игре и количестве карт, оставшихся в колоде.
Сразу за мной дверь была закрыта. Я присел на крайний свободный стул и очутился в кромешной темноте. Я не видел никого и меня не видит никто, зато в центре помещения было освященное пятно.
В пятно вышел человек в запоне Великого мастера ложи. Запон это маленький фартук, на котором изображены масонские знаки в соответствии с рангом владельца.
В темноте раздался звук открываемой двери и в освещенное пятно два офицера ложи ввели человека в колпаке и с веревкой на шее. Конец веревки волочился по земле. Одна нога была босой.
Человек в колпаке встал на обнаженное левое колено, а его правая нога была поставлена впереди под прямым углом. Началась процедура посвящения нового члена. Новичок не был молодым человеком. Чувствовалось, что это человек в возрасте и что левая рука работает плохо, потому что офицеры бережно поддерживали его под локти.
На небольшом столике лежало открытое Священное писание, на нем циркуль и треугольник. Левую руку кандидата положили на Библию ладонью вверх, а правую руку — на циркуль и угольник ладонью вниз. Было отчетливо видно, что левая рука дергается и Великий мастер ложи придавил ее своей рукой.
В тишине зазвучала знакомая немецкая речь:
— Я торжественно обещаю с сего момента и впредь всегда и везде хранить в тайне, никогда и никому не открывать уменья, части или стороны тайной вести древнего братства Вольных каменщиков. Никому на этом свете никогда не напечатаю, не нарисую, не сниму отпечаток, не отрежу, не вырежу, не помечу и не сделаю гравюры ни с чего, что движется или неподвижно, что бы дало малейшее представление о слове, букве и знаке, пусть читаемом или нечитаемом. И таким образом, не допущу, чтобы тайна масонства из-за моей неосторожности стала достоянием посторонних.
После торжественного обещания Великий мастер снял колпак с кандидата и нашему взору предстал тот, кого ищут спецслужбы всего мира. Живой. С бородкой-эспаньолкой и с зачесанными назад волосами. Участники церемонии зашевелились, переговариваясь между собой. Мне показалось, что все они были готовы в едином порыве вскочить, вскинуть в римском приветствии руку и кричать:
— Хайль Гитлер или Зиг Хайль!
Глава 23
Великий мастер взял в руки кинжал, положил его лезвие на плечо новообращенного и сказал:
— Брат Алоиз, я поздравляю вас с вступлением в ряды нашего братства, которое всей душой будет рядом с вами в решении той исторической миссии, которое было прервано предателями дела мирового масонства. Мы исключили из своих рядов владельцев красных щитов, но мы оставили зоркий глаз и символ солнца. Вручаю вам этот меч, — он передал кинжал брату Алоизу, — для побед над сионизмом и большевизмом во всем мире.
Полуодетый экс-фюрер поднялся с колен и поцеловал лезвие клинка. Затем поднял правую руку с клинком и крикнул Хайль и стал медленно валиться на левый бок.
Раздавшийся в темноте голос Мюллера закричал:
— Врача! Скорее врача! Закройте все выходы из монастыря!
Специфика профессии дает о себе знать. Место преступления нужно оцеплять мгновенно, чтобы никто не мог вырваться из круга. Всех попавших в круг тщательно проверить. У нас редко кто так делает, не успевают, и потом к имеющимся на присутствующих людей данным возвращаются только тогда, когда все поиски и розыски оканчиваются неудачей. Интересно видеть охи и ахи по поводу того, что в руках было, но сплыло. Мюллер не из этой породы. Это старый сторожевой бульдог, вцепился — не отпустит.
В тишине вдруг раздался голос Великого мастера ложи:
— Откуда здесь взялся русский кинжал. Это же двуглавый герб России. И слова на нем написаны не на немецком языке. Нужно искать русский след.
В зале зажгли свет. Всего было три десятка участников собрания. И среди них трое монахов. Вернее сказать, людей, одетых в рясы.
— Прошу всех монахов поднять капюшоны, — распорядился Мюллер.
Когда что-то происходит, то никакие инкогнито уже не помогают. Подозреваемыми становятся все. А тут такое дело. Человек выскользнул из пасти хищного русского зверя и только для того, чтобы принять смерть от русских в другом месте. Поистине — длинные у русских руки. Уж на что Лев Давидович Троцкий-Бронштейн считал себя в безопасности в огромном Мехико, но и там его достал агент НКВД Рамон Меркадер. И брат Алоиз, как его ни охраняли, ни берегли, пал жертвой русского НКВД. Кто следующий?
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
