Мои демоны — мои друзья
Им сегодня доверяю я,
К черной пропасти стою спиной,
Улыбаюсь — ну и Черт со мной!
Когда музыка стихла, зал разразился бурными аплодисментами. Камила сдержанно улыбнулась, чуть опустив голову, словно делая им одолжение. Глен стоял перед сценой и тоже хлопал, выражая свой восторг от нового творения девушки. Певица перевела взгляд на стоящего неподалеку Ивана, который жестом дал ей понять, что сегодня все в норме и беспокоиться не о чем. Публика просила продолжения, и Камила настроилась подарить этот вечер музыке, не думая о том, что, возможно, больше не обнимет любимый инструмент.
Поздним вечером она спустилась со сцены, переводя дух и принимая бокал с водой из рук Глена, чтобы смочить уставшее горло.
-Агнес у себя? — тихо спросила девушка.
-Да, как и всегда, — удивленно ответил парень.
Она, не сказав ни слова, направилась в кабинет хозяйки, чтобы сообщить о своем уходе.
— Рада тебя видеть, девочка моя! — фальшиво улыбаясь, проговорила женщина. — Ты сегодня просто превзошла саму себя! Зал был просто переполнен! — продолжала она, улыбаясь все шире. И только потом вдруг заглянула в холодные и уставшие глаза девушки.
-Что-то случилось? — в голосе послышалась волнение, которое, впрочем, не было искренним: увы, но хозяйка таверны не смогла справиться со своей глупой ревностью, и если бы не упрямство Глена и не еженедельные выручки после концертов, она давно и с удовольствием вышвырнула бы смазливую девчонку на улицу.
-Я ухожу кетала. Завтра меня выпускают из приюта, и я должна буду начать жить самостоятельно, вы ведь знаете, я хочу уехать... — она замолчала и заглянула в глаза начальнице. Агнес не выглядела разочарованной, ее глаза словно засветились от счастья и облегчения.
Камила воспринимала ее немногим лучше, чем директрису приюта Мидлену,которая продавала сирот, но за прошедшие годы так и не простила ее предвзятого отношения к сироте, требовавшей для себя достойной работы, а вот ее ревность теперь вызывала у девушки только жалость
-Могла и заранее предупредить, — проворчала женщина, выдвигая в столе ящичек с наличными, чтобы дать расчет и молча протянула его девушке. Камила прищурилась, с усмешкой отмечая неприкрытую радость в глазах женщины. "Да с чего ты, вообще, вздумала ревновать меня к этому "мачо"?!" — мысленно укоряла ее девушка. Она нередко замечала томные взгляды, которыми Агнесс прожигала молодого музыканта, иногда они казались ей тоскливыми и наполненными отчаянием. "Что ж ты нашла в этом пустом и безмозглом парне, у него ж кроме харизмы и смазливой мордашки ничего в душе и не было!" — Камила была уверена в том, что между ними был роман, который совершенно очевидно к великому сожалению женщины давно закончился.
-У меня будет к вам одна просьба! — забирая деньги, холодно проговорила девушка.
-Какая же? — удивленно вздернула бровь женщина.
-Не говорите об этом никому! — подчеркивая последнее слова, сказала Камила.
Женщина едва заметно выдохнула. "И чего она так опасалась услышать?"
-Что ж, мне все ровно...если ты так хочешь, пожалуйста. И, удачи тебе, детка, — совладав со своей глупой ревностью, примирительно проговорила она, что выглядело вполне искренне.
Камила переоделась в привычные для нее брюки и широкую рубашку, сменила неудобные туфли на мягкие замшевые ботинки и вернулась в зал, чтобы помочь официантам перед закрытием, а заодно и дождаться конца смены Ивана, ради их последней тренировки.
* * *
-Ну, что разомнем мышцы? — улыбнулся добродушный гигант, становясь в боевую позу.
-Конечно, тем более что это наша с тобой последняя битва! — грустно ответила девушка. Громила, стоящий напротив, замер и удивленно уставился на девушку.
-Ты уезжаешь, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Иван.
-Да, Ван, я уже большая девочка и мне пора во взрослую жизнь, а благодаря тебе у меня есть неплохие шансы выжить! — она искренне улыбнулась ему уголками губ, а он ей в ответ.
-Ты сегодня на удивление разговорчива, — заметил он.
-Сама не знаю, что со мной! — проворчала девушка.
-Почему никому не сказала? — он знал ответ на свой вопрос, но с печальной улыбкой заглянул в глаза девушки, чтобы увидеть подтверждение.
-По мне там никто скучать не будет... — она задумалась, — но, тебе я решила во всем признаться! — она снова улыбнулась краешком губ.
-Ммм, неужели за эти годы я таки заслужил твое доверие? — усмехнулся парень.
-Немного моего доверия, — поправила девушка.
-А я был уверен, что Глен отговорит тебя от этого... — напомнил он о настырном музыканте.
Камила сморщилась, как если бы ей пришлось съесть корзину кислючих желтеньких фруктов. Глен последнее время напирал все больше и больше и она уже просто задыхалась от одного его общества, с трудом сдерживая отвращение, и нередко грубила, на что он впрочем не обращал внимания, считая, что это особая манера общения у девушки, выросшей в столь неблагоприятных условиях, и как следствие неумение проявлять свои чувства и симпатии.
"Зачем тебе эта столица, малышка? Ты пропадешь в этом огромном, погрязшем в разврате и жестокости городе. А здесь у тебя есть я! Останься со мной и будь моей музой!" — вдохновлено щебетал парень, пытаясь уцепиться за ее ладонь, которую девушка старательно от него отдергивала. Он не клялся ей в любви и ,более того, не скрывал, что, ответь она ему взаимностью, он бы никогда не женился на ней. "Ты ведь понимаешь, детка, в нашем закостенелом обществе совершенно невозможны такие браки — мои родители приближены ко двору императора, а ты даже не средний класс — ты сирота, без имени, рода и семьи...мне так жаль...!" Таким образом, этот напыщенный говнюк предлагал ей стать его любовницей, а Камила вместо того, чтобы растаять у его ног розовой лужицей лишь возмущенно фыркала, а иногда и посылала наглого музыканта в далекие дали вампирам на съедение.
-Пусть поищет себе другую дурочку, — пробубнила Камила, наконец-то оторвавшись от неприятных воспоминаний. Она подняла кулаки, тем самым давая парню понять, что пора заняться делом.
В ответ Иван лишь одобрительно хмыкнул и тоже сжал руки в кулаки.
-Рад это слышать! Предлагаю повторить несколько сложных связок, у тебя удар левой слабоват, надо бы больше тренироваться, не забывай выставлять блок и не опускай рук! — учительским тоном наставлял парень.
Камила не ответила и приступила к тренировкам, за что она уважала Ивана, так это за его серьезность и ответственность. А еще ее удивлял этот дружелюбный и теплый тон его голоса сегодня, она даже не заметила, когда смогла перешагнуть эту невидимую ступень холодного безразличия, ограничивающегося только деловым общением.
Глубокой ночью они закончили свои тренировки и строгий учитель, прощаясь со своей нерадивой ученицей, расщедрился настолько, что не стал брать денег за прошедший день.
-Прощай, Ван, не думала, что когда-нибудь это кому-то скажу, но, наверное, я буду по тебе скучать, — она размотала лоскутки из плотной ткани, благодаря которым ее руки больше не походили на кровавое месиво, и протянула ему руку в прощальном пожатии.
-Я знаю, что ты редкая зануда, но мне все же хотелось бы кое-что тебе подарить, — не выпуская ее из своей железной хватки, проговорил парень, вперив в девушку серьезный не принимающий отказа взгляд. На какое-то мгновение Камила почувствовала привычный страх, но быстро взяла себя в руки и лишь удивленно приподняла правую бровь. Иван достал что-то из кармана и вложил в ее правую ладонь что-то маленькое и холодное. Камила сделала шаг к свету и с удивлением обнаружила достаточно объемный и тяжелый перстень из темного нержавеющего сплава, на нем не было никаких драгоценных камней лишь странный витиеватый узор, напоминающий переплетающиеся ветки плюща с крохотными острыми лепесточками.
Девушка в недоумении уставилась на парня.
-Ван, ты чего совсем из ума выжил, да? Зачем ты мне его подарил?
-Не переживай, я не посягаю на твою свободу, — по-доброму улыбнулся парень, однако от глаз девушки не ускользнула затаенная грусть во льдисто-серых глазах добродушного громилы. — Это всего лишь подарок на память, он принадлежал одному моему другу...— он тяжело вздохнул.
— Она все просила меня научить ее драться, а я был убежден, что не бабское это занятие, уверенный в том, что всегда смогу ее защитить. Но меня не было рядом, когда на нее напали, да и она не смогла дать должного отпора, — в этот момент глаза его были переполнены от невыносимой боли, тоски и чувства вины. — Я не прошу тебя носить этот перстень, вовсе нет, но если соберешься начистить чью-нибудь морду, — одень его, и тогда ты оставишь на физиономии своего врага неизгладимые воспоминания о вашей встрече. Это сплав из темного ратакса, — оцарапанная им кожа плохо заживает и оставляет некрасивые шрамы, — тут он, чуть справившись со своими воспоминаниями, улыбнулся и снова стал прежним задумчиво-добродушным и таким огромным дядькой.
Камила была поражена неожиданным подарком и его предысторией: еще никто и никогда не приоткрывал для нее свою душу и не показывал своих истинных глубинных чувств. Сердце девушки сжалось, сопереживая с сердцем друга, и она молча примерила перстень на указательный палец правой руки.
-Спасибо, обязательно раскрою им парочку рож! — она улыбнулась и, поддавшись порыву, приобняла друга, совсем чуть-чуть, слегка касаясь плеч. Он тоже, зная ее нрав, не пытался прижать ее сильнее, лишь по-отечески взъерошил ее макушку и пожелал на прощание "задать жару в столице и не забывать про свою малую родину".
Камила в ответ пообещала вернуться, если ее объявят преступницей и будут разыскивать, взяв слово с Вана спрятать ее от "имперских ищеек".
ЧАСТЬ 2 МАГИАТ
ГЛАВА 1
Где-то в темных подземельях замка столицы Миартании Ивриаль...
Невысокий полнотелый мужчина в сером балахоне с огромным капюшоном на голове нервно расхаживал из стороны в сторону, разрезая воздух и то и дело бросая недовольные взгляды в темный угол давно пустующей камеры.
-Жалкий ни на что не годный пес! — От тебя же нет никакого толка, одни неприятности, я устал покрывать твои промахи! — он нервно жестикулировал, словно с трудом сдерживая ярость.
Нечто подобное происходило и с его собеседником.
-Это не так просто, — сквозь зубы прорычал зверь.
-Не так просто? — возмутился первый советник империи. -Ты ТВАРЬ! Ты обладаешь идеальным слухом, нюхом, скоростью и силой! А теперь скажи мне: что сложного в том, чтобы убить маленькую сопливую девчонку? — взбесился мужчина и угрожающе ткнул пальцем в притаившегося в темноте хищника.
-Я не знаю, как ей это удалось! — голос его был гортанным, грубым и угрожающим. — Возможно, мое второе я было слишком к ней привязано, вы выбрали для грязной работы щенка, а теперь недовольны последствиями! — зверь сжимал кулаки, все в его позе свидетельствовало о готовности наброситься на ненавистного старика и разорвать.
Что его останавливало? Магический договор, скрепленный кровью. Твари, созданные много веков назад черными магами, живущими за северными границами человеческой империи, представляли собой опасную разновидность оборотней. Зверь имела два Я и два облика. Первый ничем не отличался от человеческого и обладал почти всеми чувствами и эмоциями людей. До наступления совершеннолетия Тварь и не подозревала, о том кем является на самом деле. Пока одной лунной ночью зверь не просыпался и не выбирался наружу: ногти превращались в острые, как эльфийский клинок, когти, вдоль спинного позвоночника вырастали длинные шипы, лицевая часть удлинялась, зубы становились больше ,острее и опаснее, не говоря уже о нечеловеческой силе, которой обладал такой зверь.
Тварь в своей второй форме также способна мыслить и изъясняться, обладает хорошей памятью и мышлением, но ничего не помнит из жизни своего первого я. Заказчик подписывает с оборотнем магический договор, скрепленный кровью, ослушаться которого невозможно. Взамен зверь получает вечную свободу от своего хозяина, а он, в свою очередь, может легко и безболезненно для себя избавиться от ненужного ему человека. Твари были идеальными убийцами, способными проникнуть куда угодно и убить кого угодно...даже самого сильно мага среди людей, и даже если он является императором. Единственное, чего не мог понять зверь — это то, каким образом этот человеческий выродок смог получить магическую власть над ним.
-Семнадцать жертв и все напрасные! — прервав размышления зверя, произносит хозяин. Ему было плевать на всех этих девочек, его сердце не знало жалости, но вот опасность поднять шумиху и подпалить при этом собственную задницу беспокоила его неимоверно. Именно поэтому он неустанно трепал нервы своему личному рабу, которому ничего не оставалось как рычать сквозь зубы и покорно выслушивать.
-Так обязательно их всех убивать? В провинции уже распространился слух о маньяке, охотящемся на рыжеволосых девочек! И это только начало — родители этих несчастных не будут молчать! Может, ты давно потерял нюх и убиваешь наугад? — с подозрением уставился на него черный пустой капюшон.
В ответ последовал разъяренный рык.
-Ну-ну, не скалься! Видел я твои зубки — не впечатлили, знаешь ли! — фыркнул хозяин.
-Ее локон все еще у меня, и я не забуду этот запах, даже если захочу!
Все эти годы он безрезультатно разыскивал ненавистный аромат сбежавшей принцессы. Из года в год путешествовал по городам, сбрасывая по ночам свою первую личину, и убивая всех, чей аромат хоть отдаленно напоминал ее. Единственное, что могло стать неопровержимым подтверждением— это вкус королевской крови, вкус ее матери и отца, самый сладкий и живительный напиток — только ее кровь может излечить его от тяжелой головной боли, мучащей зверя с того дня, как он провалил свое задание и убил не ту девчонку.
-Довольно! Я больше не доверяю твоему нюху, пес! — закричал хозяин. В темноте блеснули два былых огонька, и маг замахнулся на зверя одним режущим движением руки.
Поток холодного воздуха тут же сорвался и острой бритвой вспорол шкуру оборотня чуть ниже горла. Тварь злобно рыкнул, но даже не попытался остановить кровь или напасть, лишь покорно встал на колени перед магом.
Больше всего советник ненавидел этого пса за то, что он до сих пор не мертв. Ведь если бы с девчонкой что-либо случилось после побега, если бы только она умерла сама любой другой смертью, хищник в тот же день бы сдох или сошел с ума, но он продолжал жить, а значит, дочь мертвого императора жива.
-Она здесь! Вчера ночью я уловил этот запах на улицах Изриали, такой чистый след я еще никогда не находил, — это она, хозяин! Девчонка в этом городе и вы должны дать мне шанс найти ее.
-Ты всего лишь пытаешься спасти свою шкуру, — не поверил маг.
-Она здесь! — повторил зверь и уставился прямо в черноту капюшона, надеясь увидеть лицо своего хозяина.
-Я даю тебе последний шанс, не подведи меня! Иначе я найду того, кто справится с этим лучше, чем ты!
-Ивриаль большой город, больше чем все другие, и он просто кишит патрульными и смотрителями — потребуется какое-то время, — хладнокровно рассуждал зверь.
