Записки офисной ведьмы

Нас всех разбросало. Мы все остались одни. И мы сами виноваты — ведь видели же, к чему все идет. Но ничего не делали — нас это не касалось. Меня не касалось. А теперь коснулось — и меня хватает только на то, чтобы жаловаться..."

-Девушка, кошмар! Вы представляете — связываюсь со своей третьей женой по палантиру. И что я вижу? На постели не жена, а какой-то монстр, весь в жутких тентаклях! Ваша компания чуть не довела меня до разрыва седьмого предсердия!!! Я подам на вас жалобу!!!

Разбираюсь с тентаклями. То ли сбой изображения, то ли супружеская измена.

-Палантир под рукой? Что вы там видите?

-Тентакли! Розовые! С присосками....

Перезагружаю палантир.

-А теперь что?

На том конце жуткий вопль:

-Они... они! Боже, что он делает с моей женой!!! Я убью тебя, изменница!!!

Отключается, погружая меня в бездну печальных размышлений о семейной жизни... Может и хорошо, что он меня послал? А то ведь через годик начал бы контролировать мои звонки и письма, требовать борща на обед и трахать раз в месяц по обещанию. Пытаюсь убедить себя, что все к лучшему, и семейная жизнь не для меня. Не получается.

Игнорирую письмо от начальницы:

"Как ты сегодня работаешь? На тебя два вчерашних демона подали жалобу, а еще ты обещала вероятностным драконам разблокировать три аккаунта. И где? Вон они у меня висят на линии — тебе их переключить, или все-таки сделаешь?".

Одной рукой разблокирую какого-то очередного глаурунга, другой звоню Тому:

-Что у вас там стряслось?! В смысле, с Пифией, с тобой все ясно.

Том серьезен и сдержан:

-Плохо у нас. Не знает никто, что. Пифии плохо.

-А поконкретней? Что там — переломы, сотрясения?

-Магическая атака. У патриотов, которые против магии, да. Не спрашивай меня как, не знаю... Как раз хотел к тебе — у тебя целители есть знакомые? Правильные... Наши местные умельцы стабилизировали и сказали, что неделю проживет, но что ним и как лечить — увы.

Пожимаю плечами:

-Найдется правильный целитель. Еще... четыре часа потерпите? Работа прежде всего — никто меня не отпустит раньше.

-Потерпим... мы теперь долго потерпим...

По крайней мере милый со своей вампиршей прочно вылетают у меня из головы.....

Кое-как отработав четыре часа, рву к Тому. Том бледен и не очень трезв, а комната пропахла какой-то мерзкой противомагической микстурой. На кровати лежит Пифия. Глаза у него закрыты, все тело напряжено и прямо-таки фонит какой-то гадостью. Аура зеленая и в черных проблесках. Брры.

-Давно так?

-С утра. Ни хуже, ни лучше. Не меняется, не говорит, откачать не можем.

-Собирайся, — командую я, — На руках его утащишь?

Том неожиданно легко берет Пифию на руки, а я сосредотачиваюсь колдовать портал. Без сосредоточения туда никак. Туда вообще в идеале — после пары дней поста и очищения сердца от страстей, но у нас форм-мажор — раненый на руках, пропустят и без поста.

Между окном и книжным шкафом открывается круглый сияющий проход и мы с Томом проваливаемся туда.

...Нас сразу охватывает Тишина.

Каждый раз, попадая сюда, я будто глохну — так тут тихо. Но это продолжается пару секунд — потом слух начинает воспринимать звуки — просто они совсем другие, чем в городе, чем в офисе и квартире. Ни машин, ни привычного жужжания палантиров, ни бормотания домовых из-за холодильника — тут шелестят листья и поют птицы. И еще где-то вода журчит — но до Источника далеко, и прямо сейчас мы туда не пойдем.

Том ошеломленно замирает перед каменной невысокой оградой в поисках двери, а я уверенно стучусь костяшками пальцев по белому замшелому камню:

-Пропустите нас! У нас больной, нам в больницу!

Часть стены бесшумно уходит куда-то в землю, открывая проход. Том вносит Пифию, и опускает его на траву — держать, видно уже не может, Пифия мужик здоровый. А к нам уже идет Отец Привратник — все такой же сухонький и улыбчивый, как обычно. Он не меняется, говорят, уже лет триста, а на вопросы отвечает спокойно:

-Долгое это послушание — привратничать... Да и некому больше.

Он молча кивает нам, так молча опускается на колени около Пифии, кладет ему руку на лоб. А через мгновение уже стоит, и отдает краткие приказания невесть откуда возникшим санитарам в монашеских белых балахонах:

-В пятый сектор, поражение третьей степени, — а потом поворачивается к нам, — Мир вам, дети. С ним все будет хорошо — правда, не знаю, когда. Но раз к нам привезли — значит будет. Примерно через час точно скажем диагноз, а пока — прогуляйтесь-ка тут. Вам полезно, а то запылились вы в мире. А через час к трапезной — там все и узнаете.

-Спасибо, отче,— кланяюсь я. Том порывается что-то сказать, но в итоге тоже молча кланяется и поворачивает за мной — к широкой липовой аллее, уходящей вдоль стены.

Минут пять мы идем по аллее и вдыхаем густой липовый запах. Деревья тут всегда в цвету и вокруг них с тихим жужжанием вьются пчелы. Воздух необыкновенно чист и небо необыкновенно светло — такое уж место. Том, наконец, дозревает:

-Что это за место? Где мы?

-Про Святой Грааль слышал? Вот это неподалеку. Больница при Монастыре Святого Грааля.

Том сглатывает:

-Так это что все — правда? Про Грааль?

-Ну смотря что это "все". Но вообще — да, правда. Сам же чувствуешь.

Том опять замолкает, прислушиваясь к себе, я не мешаю. В этом месте далеко не сразу становится понятно, что свет, тепло и тишина льются из одного источника, и он где-то неподалеку. Многие не чувствуют. Многие вообще не знают, что рядом с Больницей, известной везде и всюду, есть Монастырь, хотя тут именно больница при Монастыре, а не монастырь при Больнице. И далеко не все знают, что хранится в Монастыре. И далеко не все, кто знают — видели. Способны увидеть.

Я-то знаю совсем случайно, и сам Грааль мне ни разу не показывался, и, боюсь, при моем офисном образе жизни еще долго не покажется. Очень моя работа не способствует. Хотя Отец Привратник и внушал мне как-то, что работа у меня — самое то, и позволяет в полной мере проявлять любовь и милосердие, и что мне нужно только чуть-чуть терпения — и я сама это пойму. Нету во мне терпения, до сих пор не понимаю...

-А увидеть его можно? Грааль?

Мы медленно идем по липовой аллее. Я не знаю, как отвечать и пытаюсь сказать честно, как есть:

-Не знаю. Я не видела. Чтобы Грааль увидеть надо что-то такое сделать... ну подвиг там совершить... очень-очень этого захотеть. Просто так не покажется. Его рыцари всю жизнь искали. Обеты давали. Жизнью жертвовали.

Аллея приводит нас к круглой маленькой площади, вымощенной розоватыми грубыми булыжниками. В центре журчит фонтан сделанный почему-то в виде статуи пеликана. Вода сверкает и переливается — и мы с Томом понимаем, как хотим пить.

Вода ледяная, и от нее сводит зубы, а все мысли вышибает из головы — остается только ощущение спокойствия и правильности происходящего. Я неожиданно понимаю, что грызущая изнутри боль от того, что меня бросили — отступает и затихает. Бросил и бросил, и пусть у него все будет хорошо — я-то ведь его все равно люблю? Люблю — и значит хочу, чтоб он был счастлив.

Неожиданно до нас доносится отчетливый запах свежеиспеченного хлеба — такой вкусный, что в желудке немедленно начинает урчать и бурлить. Ну да, нам к трапезной. Дальше по аллее.

Оказывается, мы уже не одни. Впереди кто-то напевает мелодичными эльфийскими голосами, позади кто-то рассказывает:

-Раймон после пленения был выведен на городские стены и его жизнь была предложена в качестве выкупа за свободу города. Но Раймон Порше со стены города призвал своих братьев по вере считать его, Раймона, человеком давно умершим, не обращать на его гибель внимания и смело брать город...

У дверей трапезной нас встречает Отец Привратник.

-С ним все будет в порядке, — отвечает он на невысказанный вопрос, — Но не скоро.

-То есть как — не скоро?

-Не знаю. Может быть неделя, может — месяц. Может — год. Как Господь даст. Но потом все будет в порядке, это точно. А вы молитесь. Когда что-то изменится — мы сообщим. Навещать можно. Молодой человек, вы ведь у нас первый раз? — это он Тому.

-Да... я... — Том пытается что-то сказать, но видно, что никак не может сформулировать.

-Тогда держите ключ от портала.

Он протягивает Тому на ладони полустертую монетку с изображением какого-то ангела с мечом. У меня такая же, только с голубем.

Том наклоняет голову, а Привратник теперь обращается ко мне:

-Давно тебя не было, дочка... Ты приходи к нам почаще — полегче станет.

Теперь киваю я. Он стопудово знает про меня все — и про Милого, и про абонентов, и про ежедневные попойки с тоски... Однако, почему-то не ругает — и это каждый раз приводит меня в оторопелое недоумение.

...Конечно, в трапезную мы заходим — как же пройти мимо-то? Хлеб, мед, яблоки, чай, пахнущий мятой. Том уже кажется, пришел в себя, переварил все, что увидел и теперь допрашивает меня:

-А где сам Монастырь? Одни стены кругом.

-Дальше, за западной стеной... ты с Отцом Привратником поговори — он объяснит, как и что. Ты же все равно приходить будешь навещать Пифию?

-Буду.

...Когда мы снова вваливаемся в родной город — нас оглушает, но уже совсем другим. Нестройный гул холодильника и палантира, завывания сирены на улице, навязчивый запах болезни и беды, и плотная тьма за окном (уходили-то из нежно-розового прозрачного заката). Том трясет головой, как будто ему попала вода в уши, я на автомате тянусь к банке пива и жадно глотаю. Почти сразу снова наваливается депра. Хочется обратно, и я даже порываюсь сотворить портал снова, ну тут палантир взрывается разухабистым демоническим хохотом. Ну да, это я на Суккубу такой звонок недавно поставила...

-Ты где? — вопит она возмущенно, — Я тебе звоню-звоню...

-Я с Томом сейчас. А что?

-Домой не возвращайся. Мы тут больше не живем.

-То есть?

Суккуба встрепана, зла и дымит сигаретой так, что запах долетает через палантир:

-Защита наша не сработала, и нам устроили погромчик дома. Патриоты, мать их, ведьм искали. Соседку взяли. Зеркало разбили... Я к самому концу появилась, пугнула их, но ... короче, мы переезжаем.

Зеркало разбили, заразы! Оно живое было!

-Домовые целы?

-Целы, только перепуганы. В общем-то все имущество цело... Только грязное оно теперь, чистить надо. Гадостью какой-то пропахло. Брызгали тут чем-то.... Я не спец, но это похоже на жертвенную кровь... Упс, грузчики пришли. Короче, я сейчас все перевожу к Горгоне, я с ней договорилась, поживем у нее, а там посмотрим. Езжай прямо к ней.

Суккуба отключается, а я сижу на месте и тупо хлопаю глазами. Реальность наконец-то добралась до меня. Хорошо сидеть в своей уютной квартирке под тремя защитными мантиями и слушать новости о погромах и очередных оперных похождениях Фарнабазова, и даже попавших приятелей между делом выручать. А потом — хоп! — оказывается, что охота идет уже на тебя. И главное, делать-то в общем нечего, ситуация не в твоих руках, можно только смыться побыстрее. И завтра, как обычно, на работу, налаживать связь между Ехо и Талигойей, и какое кому дело до соседки, которую "забрали"?

На секунду сосредотачиваюсь, улавливаю, что соседка жива и даже не слишком испугана, — и откладываю спасение на потом. Не отбивать же я ее в одиночку пойду? Сейчас с жильем разберусь и сообщу куда надо... А куда надо?

Палантир взрывается еще более противным трезвоном. Начальство. Там-то что стряслось, я два часа как с работы ушла?

Глаза у начальства квадратные.

-Срочно на работу! Я все понимаю, вечер уже, но оплачиваем как сверхурочные, по итогам будет премия и дополнительный выходной. Сейчас — надо! Речь идет о судьбе Компании!

-Что случилось-то? — Я уже понимаю, что это из тех предложений от которых нельзя отказаться, и пытаюсь вспомнить, пьет ли Том кофе — без кофе я сейчас на работу не смогу.

-Сбой связи по всем секторам. Конкуренты скорее всего... Пока наши специалисты работают — мы обязаны извиниться перед каждым клиентом. Людей не хватает. Давай, я тебя жду через полчаса.

-Это надолго?

-Пока не починят.

Я без сил опускаюсь в кресло. Полчаса. 10 минут на кофе, 5 минут на портал, и еще пятнадцать — на то, чтобы потупить на работе перед включением на линию и сообразить, в чем именно мы извиняемся перед клиентами.

-Том, меня срочно на работу... Ты тут сам ... справишься?

Том грустнеет. В общем-то мы оба рассчитывали надраться сегодня, а теперь ему куковать в одиночестве. А мне в офис. Облом.

-Справлюсь, — отвечает он, — как не справиться-то?

...В офисе все залито ослепительным светом. Даром что ночь на дворе и северное сияние над снегами, тут рабочий день в разгаре. Почти все на своих местах. Даже оборотней повязали, вон сидят в своей углу, глазами сверкают красными. Но извиняются как все, то есть как автоматы. Смотрю почту.

Первое письмо гласит:

"Всем внимание! Мелкие неполадки на линии. Клиентам говорим "проблема будет решена в течение часа"

Ага, как раз, когда я уходила — оно и началось.

Через полтора часа второе:

"Всем внимание! Сбой связи, предположительно охвативший целый ряд миров (Кринн, Этерна и др. ). Приносим извинения клиентам, сообщаем, что проблема будет решена в течение трех часов"

Письмо, пришедшее только что:

"Все внимание! Глобальный сбой, связь отсутствие практически во всех охваченных сетью мирах. Приносим клиентам извинения, сообщаем, что проблема обязательно будет решена. Информация для сотрудников: будьте предельно вежливы и корректны! Клиенты ожидают на линии более часа — вы обязаны дать исчерпывающие объяснения по всем вопросам. Среднее время разговора не должно превышать двух минут".

Бормочу мантру сосредоточения, дохлебываю одним длинным глотком скверную камру и включаюсь.

-Девушка, я звоню в четвертый раз! Три часа назад вы сказали мне, что проблема будет решена в течение трех минут. Через полчаса — что все сделаете через два часа. Потом — через три. Что вы скажите теперь?!

-Слышь, чувиха! У меня сделка погорела! На тридцать три сребреника! Ты сама мне их возмещать будешь или начальство позовешь? Я недвижимость покупаю!

-Юноша, соедините меня немедленно с вашим руководством. Как кто? Бог Шива. Нет, я не аватара, я он и есть!

-Что мне теперь делать?! Ведь он не узнает, что она не умерла, а просто выпила такое средство... ну, для летаргии! Он ведь покончит с собой, если ему скажут, что она отравилась! Спасите их, девушка, вы же можете через свои каналы... ну, смс-ку послать? Ну, пожалуйста!

-Ты! Ты хоть понимаешь. Что. Что если я с ним не свяжусь. Рухнет весь этот. Весь этот гребаный мир. Гребаный мир. Гребаный мир. Гребаный...

Через час я перестаю их различать.

Через два в почту сваливается:

"Мужайтесь! По последней информации против Компании была совершена диверсия. Взломана магическая защита нашего основного сетевого оборудования. Ведущие специалисты отдела по магическим воздействия работают над решением проблемы. Сроки решения пока неизвестны".