В мае 1997 г. был подписан, наконец. Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, называемый часто просто «Большим договором». «Большой договор в окончательной редакции, — вспоминает один из участников его подготовки от Украины Владимир Горбулин, — был согласован и парафирован с нашей стороны Евгением Марчуком как главой правительства, а со стороны России — Олегом Сосковцом, как первым заместителем председателя Совета Министров РФ еще в 1996 г… Жесткая позиция была со стороны Бориса Ельцина — без договоренности по ЧФ он отказывался подписывать Большой договор: подписываем соглашения по ЧФ — подписываем Большой договор».
Вопрос об условиях пребывания и самой возможности пребывания ЧФ РФ в Крыму, конечно, имел большое значение, но, на наш взгляд, он был далеко не самым важным в тогдашних российско-украинских отношениях. Он просто был очень удобен, чтобы сдерживать до времени (окончания раздела собственности в каждой из стран) развитие двусторонних межгосударственных отношений Сведение всего комплекса сложнейших вопросов, стоявших на повестке дня, к какому-либо произвольно выбранному, но «громкому» одному, было в духе Бориса Ельцина. В результате и Большой договор оказался весьма декларативным, и соглашения по ЧФ пострадали из-за спешки.
Следующий эпизод в этом отношении очень показателен. «Весной 1996 года в задней комнате Леонида Даниловича мы, — пишет В. Горбулин, — колдовали втроем над картой Севастополя: Виктор Черномырдин, Евгений Марчук и я. Карта была прекрасно исполнена, но Виктор Степанович в ней слабо ориентировался. Он не знал, где какая бухта, но знал их названия и стоял, как Брестская крепость, на своем. И все-таки нам вдовем удалось его переиграть». Здесь все интересно: и самоуверенность российских представителей, и их неподготовленность к обсуждению. и сам дух переговоров — «переиграть» — вот главная задача. Переигрывали же. как правило, обе стороны только самих себя и никого более.
Договор, как уже отмечалось, получился декларативным даже для «рамочного» международного документа. Но учитывая характер отношений между Россией и Украиной, и то как они складывались в первые годы новых межгосударственных отношений между ними, «Большой договор» был. несомненно, важной вехой в их развитии.
Общепринятые нормы международных отношений: взаимное уважение. суверенное равенство сторон, территориальная целостность и нерушимость границ, мирное урегулирование споров и отказ от использования силы или угрозы силой, включая экономические и иные способы давления, невмешательство во внутренние дела, взаимное соблюдение прав и свобод человека, выполнение принятых обязательств — в историческом контексте и в контексте двусторонних российско-украинских отношений звучали очень актуально.
Косвенно Большой договор признавал наличие и сохранение российского влияния в Украине. Стороны брали на себя обязательство координировать свои позиции и действия на международной арене. Министры иностранных дел обязались встречаться не реже, чем два раза в год. Украина и Россия обязались не заключать с третьими странами каких-либо соглашений, направленных друг против друга.
Обязательство соблюдать права человека и права граждан другой стороны, проживающих на их территории, в равной мере относились к обеим странам, но в силу с ложившихся обстоятельств налагали больше ограничений и обязательств на Украину. Требование воздерживаться от действий, способных нанести экономический ущерб ограничивали возможности Российской Федерации использовать свои экономические преимущества.
В Украине в большей мере, чем в Российской Федерации переход к рыночным отношениям и демократизация политической системы происходили и сверху, и снизу. Снизу рыночные отношения возникали и формировались стихийно. Большое число людей, потерявших постоянную работу, вынуждены были выживать за счет индивидуальных земельных участков и обслуживания тех из них, которые со временем приобретали все большую товарность.
Начались и изменения в социальной структуре украинского общества. которые, как вскоре выяснилось, значительно опережали аналогичные процессы в Российской Федерации. К. Бондаренко пишет: «Кучма видел, что в государстве появляется новая прослойка — средний класс, буржуазия, представители малого и среднего бизнеса… Он не мог понять, как вести себя с этой группой людей. Они были ментально чужды ему. Но ведь именно процессы перехода на рельсы рыночной экономики, инициированные в сове время Кучмой, породили ту прослойку. Украинская буржуазия стала порождением эпохи Кучмы и впоследствии она выступила в роли гробовщика эпохи Кучмы».
В 1991—2000 гг. в Украине были приватизированы все малые предприятия и 80 % средних и крупных. Если в 1990 г. в государственных, кооперативных и частных предприятиях было занято 70,4 %, 29,55 %, 0,05 %, то в 1999 г. уже соответственно 48,7 %, 50,6 % и 0,6 %. Спад производства начался еще в 80-е гг. Так, в 1981—1990 добыча угля сократилась на 13 %, газа — на 35 %, железной руды — на 12 %, производство тракторов на 22 %. автомобилей — на 8 %. Продолжался он в начале 90-х. Национальный доход в 1990 г. в УССР уменьшился на 3,6 %, а в 1991 г. — на 11,2 %, производство промышленной продукции соответственно на 0,1 % и 4,8 %, сельскохозяйственной производство — на 3,7 % и 13,2 %. В 1992—1998 гг. спад ускорился. Промышленное производство в Украине по отношению к 1990 г. составило в 1995 г. 52 %, в 1997 г. — 50 % и лишь к 2000 г. сменился небольшим ростом, составив 58 % к 1990 г. Экономический спад продолжался до 1995 г., замедлившись в дальнейшем и сменившись общей позитивной динамикой начиная с 1999 г.
Практически неизменной оставалась отраслевая структура производства в Украине. Доля топливно-энергетического комплекса и металлургии выросла с 1991 по 1995 гг. в 2,5 раза, а легкой промышленности уменьшилась в 8 раз. Еще показательнее выглядит в этот период распределение инвестиций. В 1991—1999 гг. 2/3 всех инвестиций поступило именно в эти экспортно ориентированные отрасли в о время как в машиностроение поступило 7 %, а в легкую промышленность лишь 1 % инвестиций.
То, что за сменой формы собственности не последовало никаких существенных структурных или технических изменений в украинской промышленности лучше всего видно на примере текущих затрат на производство единицы промышленной продукции в 1999 г. 68.5 % из них относились к материальным затратам, 7,6 % — к амортизации, заработная плата и социальные отчисления составляли всего соответственно 9,6 и 3,5 %. Экономика третьей украинской республики, как и экономика Российской империи и Советского Союза оставалась экономикой сверх эксплуатации, «людоедской» экономикой. С той лишь разницей, что в СССР недоплата работникам использовалась либо на развитие материальной базы самой экономики, либо на вооружения, то теперь во все больших размерах на сверхпотребление нового узкого социального слоя новых собственников и чиновничества.
В сельском хозяйстве Украины выход продукции в расчете на 1 га. сельскохозяйственных угодий уменьшился в эти годы (1991—1999) в 2,5 раза. Государственные капиталовложения в сельскохозяйственное производство за тот же период уменьшились в 60 раз.
То что в такой ситуации украинскому обществу удалось выжить и даже относительно мирно (в отличие, например, от Российской Федерации с расстрелом парламента в 1993 г.) пройти это очень трудное время, произошло, на наш взгляд, прежде всего из-за двух важнейших обстоятельств. Одно из которых экономическое, а второе, скорее, политическое.
В первом случае Президент Украины своими указами «О неотложных мерах по ускорению земельной реформы в сельскохозяйственном производстве» (1994 г.), «О порядке раздела земли на паи» (1995 г.) и «О неотложных мерах по ускорению реформирования аграрного сектора экономики» (1999 г.) запустил механизм мелкотоварного производства в сельском хозяйстве. А во втором, утвердив режим третьей президентско-парламентской украинской республики и укрепив власть президента до полу-авторитарной.
«Благодаря» этому Л. Кучма мог до определенного времени и в определенной мере противостоять алчности возникших в стране экспортно ориентированных монополий и криминалу. Вполне понятно, поэтому, что попытка передать власть преемнику, связь которого с этими монополиями была хорошо известна, наряду с некоторыми другими внутренними и внешними причинами, вызвала по существу первую общественно-политическую бифуркацию в Украине осенью и зимой 2004 г.
Фактическая неудача реформ и дискредитация идей, поднявших в те дни множество украинских граждан на борьбу за свои права, была преопределена тем, что массовой базой движения протеста были представители естественно возникшей и окрепшей без государственной помощи среды мелкотоварного производства и местного товарообмена, о которой шла речь выше. А во главе движения встали люди, связанные с крупным новым капиталом, сформировавшемся на бесплатной по существу приватизации и вешней торговле. Или люди, очень быстро перешедшие в этот лагерь. Некоторое скорее интуитивное понимание природы «оранжевой революции» и социальных обязательств ее вождей, если судить по действиям двух возглавлявшихся ею Кабинетов Министров Украины, присутствовало у Юлии Тимошенко. Но неравенство политических сил, непоследовательность и неразборчивость в методах политической борьбы привели этого безусловно яркого политика к поражению на президентских выборах в 2009 г.
Впрочем, это уже не история, а сегодняшний день Украины, текущая, так сказать, государственная политика, анализ которой не является нашей задачей.
В целом же, можно констатировать, что вопреки тому, что было провозглашено Декларацией о государственном суверенитете Украины в 1990 г. и положениями Конституции Украины 1996 г. украинское государство и по сей день не обрело черт ни демократического, ни правового. ни, тем более, социального. Впрочем, как и все другие новые независимые государства на постсоветском пространстве, включая даже бывшие союзные республики Прибалтики, которые, казалось бы, имели для этого идеальные условия и предпосылки.
Пока что украинская государственность в конкретно-исторической форме третьей украинской республики представляет собой большей частью лишь территорию и совокупность людей, живущих на ней, без ясно выраженных общих целей, обязательных для всех правил поведения и ведения бизнеса, без определенной внешнеполитической ориентации. Это, в значительной мере, реализовавшаяся ad hoc с очень большим опозданием, идея национальной украинской государственности, частично обесцененная еще и тем, что к тому моменту в мире полным ходом шел процесс глобализации и связанный с этим процесс деградации или, если это определение покажется слишком категоричным, глубоких внутренних изменений самого этого института.
Список использованной литературы
История Украинской ССР. — Киев, 1982. История Украины: научно-популярные очерки / Под редакцией В. А. Смолия. — М. -2008.
Очерки истории Украины / Под общей редак. П. П. Толочко. — Киев: «Киевская Русь», 2010.
Баран В. К., Даниленко В. М. Україна в умовах системної кризи (1946-1980-і рр.). — Київ: Видавничий Дім «Альтернативи», 1999.
Україна: утвердження незалежної держави (1991—2001 рр.). — Київ: Видавничий Дім Альтернативи, 2001.
Політична історія України. XX століття. У шести томах/ Ред. кол., Курас І. Ф. (голова). — К., Ґенеза. 2003.
Політична історія України / В. А. Греченко, В. І. Танцюра, В. В. Калініченко та інш. — 2-ге вид., допов. — К.: Академвидав, 2008.
Две Руси. Украина Incognita. Под общей ред. Ларисы Ившиной. — Киев: Издательство АОЗТ «Украинская пресс-группа», 2004
Хроники современной Украины. Том 1: 1993—1994. — К.: Основные ценности, 2001.
Хроники современной Украины. Том2: 1995—1996. -К.: Основные ценности, 2001.
Хроники современной Украины. ТомЗ: 1997—1998. -К.: Основные ценности, 2002.
Коммунистическая партия Украины в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК— Киев, 1977.
Касьянов Г. Україна 1991—2007: нариси новітньої історії. — К.: Наш час, 2008. Україна і Росія: хроніка взаємин 1991—2003 рр. Ред… Кол. Гол. М. І. Зверяков.
Одеса.: Астропринт. 2004.
Украина и Россия: общества и государства / Под ред. Д. Е.Фурман. — М.: «Права человека», 1997.
В Политбюро ЦК КПСС… По записям Анатолия Черняева, Вадима Медведева, Гергия Шахназарова (1985—1991). Сост. А. Черняев (рук. проекта), А. Вебер,
B. Медведев. — М.: Альпина Бизнес Букс, 2006.
Бойко О. Д. Украшав 1985—1991 рр.: основні тенденції суспільно-політичного розвитку. Монографія. — К.: ІПІЕНД, 2002.
Бондаренко К. П. Леонид Кучма. Портрет на фоне эпохи. — Харьков: Фолио, 2007.
Брайчевський М. Конспект історії України. — Київ: Видавничо-поліграфічний центр «Знання». 1993.
Виталий Врублевский. Владимир Щербицкий: правда и вымыслы. — Київ: Фірма «Довіра», 1993.
Горбачев М. С. Жизнь преформы. В 2-х книгах. — М., 1995.
Горбулин В. П. Без права на покаяние. — Харьков: Фолио, 2009
Иван Лысяк-Рудницкий. Советская Украина в исторической перспективе / Иван Лысяк-Рудницкий. Между историей и политикой. — М. — СПб, 2007.
Кравчук Леонід. Останні дні імперії… Перші кроки надії / Запис бесід
C. О. Кичигина.-К.: Видавництво «Довіра». 1994.
Кравчук Л. М. Маємо те, що маємо: Спогади і роздуми. К., 2002.
Крючков Г. К. Трудные уроки: Раздумья бывшего парт, работника. — Харьков, Фолио, 2009.
Кучма Л. Д. Украина — не Россия. М., 2003.
Кучма Л. Д. После Майдана. Записки президента. 2005—2006. К., 2006.
Кучма Л. Д. Зламане десятиліття. К., 2010.
Орест Субтельний. Україна. Історія. — Київ: «Либідь», 1991.
СОДЕРЖАНИЕ
ИСТОРИЯ УКРАИНЫ
Главный редактор издательства Игорь Александрович Савкин
Дизайн обложки И. Н. Граве Оригинал-макет Л.Г. Иванова Редактор В. В. Ищенко
Корректор Д.Ю. Былинкина
