Хотя реформы Аранды и не покушались на основные привилегии аристократии и дворянства, они вызвали недовольство в феодальных кругах. Инквизиция, на которую Аранда не рискнул посягнуть, добилась его смещения. На смену пришел другой реформатор, граф Флоридабланка, более осторожно продолживший реформы предшественника. Если в 1773 г. идальго, низшему дворянству, было разрешено участвовать в торговле, то в 1783 г. совместимым с дворянским достоинством было объявлено занятие ремеслом. Флоридабланка и Кампоманес, министр финансов с 1762 по 1791 г., постепенно сняли многочисленные запреты на торговлю с латиноамериканскими и тихоокеанскими колониями. В 1778 г. все испанские порты получили право свободно торговать с Латинской Америкой, за исключением Венесуэлы и Мексики (запрет снят соответственно в 1785 и в 1789 гг.). Благодаря экономической политике — поощрению мануфактур, отмене цеховых привилегий, протекционизму — резко выдвинулись вперед Валенсия, Астурия, Баскские провинции и особенно Каталония, которая резко контрастировала с остальной отсталой частью страны. Каталонская хлопчатобумажная промышленность в конце XVIII в. даже заняла второе место в Европе после британской.
Другим признаком влияния Просвещения было создание в ряде городов страны экономических обществ. Однако в целом, за исключением Каталонии, ремесло преобладало над мануфактурой.
Смерть Карла III в 1788 г., а затем начавшаяся революция во Франции положили конец реформам. На поборников реформ, прежде всего на Кампоманеса и Ховельяноса, обрушились репрессии инквизиции.
В Португалии «просвещенный абсолютизм» связан с именем министра внутренних дел короля Жозе I (1750—1777) маркиза Помбала, фактически всевластного диктатора страны. Начавший свою карьеру как дипломат в Вене и Лондоне, Помбал стремился преобразовать застывшую, впавшую в крайний упадок Португалию. Он выдвинулся на первый план в 1756 г. после того, как под его руководством было проведено восстановление Лиссабона, разрушенного в 1755 г. ужасным землетрясением.
Помбал стремился к централизации управления, поощрению промышленности и торговли. Реформы он проводил безжалостно и даже жестоко, превратив Португалию в настоящее полицейское государство. Помбал вел политику протекционизма и меркантилизма, поощряя увеличение производства хлеба в стране и уменьшение его импорта. Чтобы поднять цены на вино, один из основных предметов экспорта, сокращались площади виноградников. Организовывались монополистические компании, в частности Генеральная сельскохозяйственная компания виноградников Алту-Дору (создана в 1756 г.), Азиатская компания, ряд компаний для торговли с бразильскими провинциями и др. Создавались королевские мануфактуры. Помбал считал католическую церковь препятствием на пути модернизации страны и резко ограничил сферу ее влияния, 50-е годы прошли под знаком ожесточенной борьбы с иезуитами, которая завершилась в 1759 г. сначала конфискацией их имущества, а затем высылкой из страны. В 1759 г. начались реформы в области образования. Открывались школы. Радикально был преобразован университет Коимбры; для детей буржуазии была создана в Лиссабоне Торговая школа.
Однако Просвещению в собственном смысле слова дверь в Португалию была в сущности закрыта: хотя церковную цензуру отменили, но была создана не менее строгая государственная цензура. Книги Дидро, Руссо, Локка, Спинозы и других философов оставались запрещенными. Поэтому для Португалии понятие «просвещенный абсолютизм» может быть лишь довольно условным.
Помбал покровительствовал буржуазии, но это делалось с целью опять-таки использовать ее и ее богатства в интересах укрепления абсолютистского государства. Господство дворянства и аристократии, несмотря на репрессии против некоторых оппозиционно настроенных ее представителей, оставалось незыблемым, в том числе и в экономической области. Политика Помбала натолкнулась на сопротивление, причем не только представителей консервативных верхов. Его сельскохозяйственные меры, в частности уничтожение виноградников, вызвали восстание в провинции Порту в 1757 г., очень жестоко подавленное. Мелкая и средняя буржуазия также не всегда была довольна политикой создания монополий. Не случайно, что смерть Жозе I, покровителя Помбала, привела к краху политики «просвещенного абсолютизма», к низложению всесильного диктатора.
Дальше всего реформы «просвещенного абсолютизма» зашли в Датско-норвежском королевстве, однако осуществление их с первого захода потерпело сокрушительную неудачу. Первая попытка реформ была предпринята в 1770—1772 гг. и связана была с прогремевшим на всю Европу именем немецкого врача Иоганна Фридриха Струэнзе, придворного лекаря короля Кристиана VII и любовника его жены Каролины Матильды. Обеспечив себе почти диктаторскую власть и располагая подписью душевнобольного короля, Струэнзе опубликовал за 16 месяцев 1069 декретов: была отменена цензура, преобразован Тайный совет, запрещена продажа должностей, установлена независимость судебной власти от исполнительной, провозглашено равенство всех перед судом, запрещены пытки, реорганизованы финансы, учреждена финанс-коллегия. Было существенно изменено положение в деревне. Струэнзе не рискнул, правда, отменить военно-приписную систему, однако все натуральные повинности были конвертированы в денежные, поступавшие отныне не помещику, а в казну. 20 февраля 1771 г. была установлена барщина в зависимости от цены земли и расстояния крестьянского двора от усадьбы господина. Военно-приписная зависимость распространялась отныне лишь на лиц мужского пола от 15 до 34 лет (раньше от 4 до 40 лет). Началась разработка закона о полной отмене и ее, и барщины. Была продолжена и расширена продажа коронных земель крестьянам. Фактически был ликвидирован цеховой строй. Впервые в Европе была провозглашена полная свобода совести для любых христианских и нехристианских исповеданий. Неслыханными также являлись законы в области семейных отношений: отменена дискриминация внебрачных детей, даже запрещался термин «незаконнорожденные», был принят закон, разрешавший крестить детей не в церкви, а дома, отменена ответственность за адюльтер. Впервые организовали дом для подкидышей. Были отменены сословные ограничения для горожан в быту. Струэнзе покушался также на права аристократии и дворян в армии и гвардии.
Реформы Струэнзе, введенная им свобода печати послужили толчком для проявления национально-сепаратистских настроений в Норвегии.
Однако эти реформы не получили какой-либо поддержки ни в высших классах, ни в народе. Струэнзе игнорировал национальное чувство датчан: все его указы были составлены по-немецки, а сам временщик не знал датского языка. Реформы были часто не продуманы, поспешны, проведение их в жизнь не подготовлено. Закрытие нерентабельных мануфактур привело к росту безработицы, вспыхнули волнения среди моряков и рабочих закрытой шелковой мануфактуры. Аристократическая верхушка готовила заговор: в ночь на 17 января 1772 г. переворот совершился. Струэнзе и 17 его сподвижников были арестованы, затем состоялся судебный фарс, и в апреле Струэнзе и один из его ближайших помощников были варварски казнены. Все реформы были отменены, кроме дома для сирот.
В Дании и Норвегии установился реакционный режим вплоть до 1784 г., когда в результате опять-таки дворцового переворота к власти пришли сторонники проведения реформ, которые группировались вокруг кронпринца Фредерика, ставшего отныне регентом при душевнобольном Кристиане VII. Экономические и социальные реформы, проведенные в Дании — Норвегии в последние полтора десятилетия XVIII в., стали важнейшей фазой «просвещенного абсолютизма». Самыми главными явились преобразования в сельском хозяйстве.
Уже в 1786—1787 гг. помещикам запретили физически наказывать своих крестьян. Затем в сельской местности были созданы независимые от помещиков суды. И наконец, в 1788 г. была окончательно отменена военно-приписная система (ставнсбонд). Указом 1790 г. арендный договор крестьянина с помещиком был в обязательном порядке сделан пожизненным. Затем реформы стали носить характер экономической рационализации сельского хозяйства в духе перестройки его уже на чисто буржуазных рельсах: начались передел земель, раздел общинной собственности, хуторизация, преобразования арендованных участков в крестьянскую собственность путем продажи.
Устранялись многие ограничения торговли: был отменен запрет на импорт хлеба из-за границы в Данию и Южную Норвегию — тем самым датские производители теряли монополию на норвежском рынке, была отменена монополия земельных магнатов на экспорт скота. Таможенная реформа 1797 г., разработанная выходцем из Норвегии К. Кольбьёрнсеном, вводила весьма умеренные тарифы, отменяя многочисленные запреты. Закон о ремесленниках 1800 г. уменьшал власть корпорации и цехов, продвижение подмастерьев в мастера облегчалось.
В 1784 г. была также восстановлена относительная свобода печати, при которой стало возможно обсуждать экономические вопросы, но не затрагивать существующий политический режим.
Реформы «просвещенного абсолютизма» в Датско-норвежском королевстве проводились уже в тот период, когда «просвещенный абсолютизм» как общеевропейское явление в целом сошел со сцены. Более того, они осуществлялись, когда уже в Париже началась великая революция. Эти реформы фактически вышли за рамки «просвещенного абсолютизма», поскольку они затрагивали не только надстроечные явления, но и базисные отношения. Во многом они стали составной частью перехода от феодальных отношений к капиталистическим, своего рода «революцией сверху», хотя в политическом отношении Датско-норвежское королевство оставалось абсолютной монархией. Именно это и отличало реформы датского «просвещенного абсолютизма» от реформ в других европейских странах, не вышедших за рамки феодального строя.
В Швеции к концу 60-х годов XVIII в. режим сословного парламентаризма «эры свобод» вступил в полосу кризиса, вызванного обострением внутриполитической борьбы (см. выше). Выход из кризиса был найден инициативным и молодым королем Густавом III, осуществившим 19 августа 1772 г. государственный переворот: правительство партии «младших колпаков» было низвергнуто, всевластие риксдага и его органов уничтожено, восстановлен полуабсолютистский строй. Новая конституция оставляла за собранием сословий лишь вопросы налогового обложения.
Густав III был своего рода моделью просвещенного монарха. Воспитанный на французской культуре, поклонник Вольтера и физиократов, он был к тому же драматургом и писателем, подобно его дяде по матери, Фридриху II, и кузине, Екатерине II. Философы, в частности Вольтер, с восторгом встретили весть о перевороте. Они считали, плохо разбираясь в шведских реалиях, что здесь речь шла о столкновении феодальной аристократии с монархом. Несмотря на это, уже первые мероприятия короля не во всем вписывались в программу «просвещенного абсолютизма». Новый закон о свободе печати был значительно строже, нежели принятый еще в 1766 г., носивший уже буржуазно-демократический характер.
Однако в экономической области реформы Густава III во многом вдохновлялись идеями физиократов. В 1775 г. была разрешена свободная торговля хлебом. В 1783 г. было принято новое положение о межевании для ликвидации чересполосицы. Густаву III удалось во многом стабилизировать денежную систему. Торговые привилегии крупных городов были ограничены, и монополия ремесленных цехов урезана. В то же время в интересах помещиков Густав III запретил крестьянам выкупать коронную землю. Дворянам, основной движущей силе переворота, король гарантировал преимущество в продвижении по службе, прежде всего в армии.
В духе идей Просвещения Густав III в 1781 г. принял закон о провозглашении свободы отправления религиозного культа для нелютеран, что привлекло в Швецию богатых купцов-евреев из Германии. Был принят ряд мер гуманитарного характера: улучшен статус незаконнорожденных детей, в судопроизводстве запрещена пытка, сокращено применение смертной казни. Густаву III удалось покончить в основном с процветавшей в «эру свобод» коррупцией должностных лиц и судов. Противоречивость в политике самого короля проявлялась даже чисто внешне, когда, с одной стороны, он вводил некоторые архаичные ритуалы, заимствованные у Людовика XIV (lever), поощрял аристократическую кичливость, а с другой — в практической деятельности опирался на выходцев из разночинцев.
Однако реформы Густава III не смогли решить вставшие перед страной проблемы. К концу 80-х годов оппозиционные настроения, особенно в дворянстве, значительно выросли. Попытка короля найти выход во внешней экспансии (планы присоединить Норвегию, затем спровоцированная война против России в 1788 г.) привела к острому кризису. Король пошел в 1789 г. на новый государственный переворот, поддержанный на этот раз податными сословиями в борьбе против дворянства. Власть монарха была им усилена, абсолютизм был восстановлен почти полностью.
Несмотря на некоторые положительные результаты, нигде в Европе, за исключением Дании, «просвещенный абсолютизм» не привел и не мог привести к замене феодального строя капиталистическим. Но в то же время нельзя сказать, что его эпоха прошла бесследно. Устраняя наиболее одиозные пережитки феодализма, просвещенные монархи объективно готовили, очищали путь для дальнейшего развития созревающего в недрах феодализма капиталистического уклада. Политика централизации и унификации способствовала складыванию буржуазной интеллигенции, все в большей степени являвшейся носителем новых идей.
Глава 9
РЕЛИГИЯ И ЦЕРКОВЬ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В XVII—XVIII ВЕКАХ
Немногие эпохи в истории Европы можно сравнить с тем переломом, который произошел в духовной жизни народов европейской цивилизации в XVII—XVIII вв. Именно в этот период в сознании европейского общества начался переход от геоцентрического к секуляризованному, индивидуалистическому мироощущению.
В самом деле: если в начале этой эпохи, в первые десятилетия XVII в., идут ожесточенные религиозные споры, втягивающие Европу в Тридцатилетнюю войну, а в Англии под религиозными же лозунгами совершается революция; если европейский мир кишит разнообразнейшего толка религиозными сектами и ересями, а человек на первое место в своих исканиях ставит отношение к Богу, проблемы личного греха, спасения и стяжания благодати, то уже к концу XVII в. и особенно в XVIII в. человек словно бы отдаляет Бога от себя, начинает больше доверять собственному разуму и данным науки. На смену ощущению постоянного присутствия Бога в жизни каждой отдельной личности приходит деизм, признающий невмешательство Бога в дела человеческие после акта творения; на смену пламенной вере — стремление к личному рационализированному благочестию.
КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ В XVII—XVIII вв.
Вызванный Реформацией раскол западной ветви христианства изменил религиозную карту Европы. Наряду с западной (римско-католической) и восточной (греко-православной) появилась северная (протестантская) церковь. Безраздельно господствовавшая в Западной Европе римско-католическая церковь была вынуждена уступать место молодым протестантским церквам, в кровопролитных войнах завоевавшим право на существование и независимое развитие.
