— Спасибо, доктор! — Андрей Петрович подумал, что доктора надо будет поблагодарить отдельно, как только будет возможность.
Они вместе с Саншайн вкусно пообедали в больничной столовой, затем инженер вернулся в палату и осмотрел свою одежду. По больнице он ходил в халате немного странной формы, напоминавшем большой мешок. Саншайн объяснила, что халат сшит на яка и носят его обычно не так.
Одежда была чисто выстирана и аккуратно заштопана в месте прострела. Никаких следов крови не осталось. Пони сложили в узел всё, включая его ботинки, аккуратно завернув каждый в отдельную тряпочку. В кармане куртки Андрей Петрович обнаружил свой смартфон. Он даже ещё не до конца разрядился.
— О! Вот это отлично! — он проверил смартфон и выключил его, чтобы сэкономить заряд.
— А что это? — спросила Саншайн. — Мы его нашли в кармане перед стиркой, вынули, но не поняли, что это такое.
— Это смартфон, — пояснил инженер. — Устройство глобальной связи, фотоаппарат, видеокамера, компьютер, музыкальный плеер, видеоплеер, устройство для навигации и много-много всего ещё. Но здесь будет работать только воспроизведение музыки, фильмов и фотоаппарат с видеозаписью. Сейчас у него аккумулятор почти разряжен. Надо будет потом подумать, как его заряжать.
— Я что-нибудь придумаю, скажи только параметры тока и напряжения, какие нужны, — пообещала метеоролог.
Инженер оделся и вместе с Саншайн вышел на улицу. В первый момент он даже остановился от удивления. Город сверкал. Всё вокруг: дома, мостовая, фонарные столбы, ограды — было сделано из разноцветных кристаллов. Сверху в просветах между домами было видно светящуюся поверхность погодного купола. Пони на улицах было немного, зато они во множестве выглядывали из окон, из лавочек и мастерских на первых этажах. На большинстве домов висели средневекового вида вывески, подвешенные на консольном железном штыре, торчащем из стены. На вывесках были по большей части не надписи, а аналоги пиктограмм, вырезанные из кристаллов или выкованные из железа: пивная кружка, молоток и подкова, и тому подобное.
В городе было на удивление тепло для конца сентября, тем более, на севере. Андрей Петрович надел походные штаны, ботинки на тонкие носки, футболку и свитер, но его сразу же пришлось снять.
— Тут всегда так тепло? — спросил он. — Это из-за купола?
— Да, — ответила метеоролог. — В Кристальной под куполом всегда ночью не ниже двадцати градусов, днём двадцать два — двадцать четыре. Поэтому тут по три-четыре урожая в год созревает, да ещё за счёт высокого уровня магии всё растёт быстро, овощи вырастают крупные. Такой большой морковки, как в Кристальной, я даже у Голден не видела, уж на что она мастерица. Но вот из фруктов в Кристальной растут только яблоки. Овощи и ягоды — пожалуйста, любые. Томаты, правда, завезли только год назад, но уже тоже вовсю выращивают. А вот апельсины, мандарины, лимоны, бананы, манго — только привозные. Вообще, если сравнивать, лето лучше проводить в Понивилле, — поделилась наблюдениями пегаска. — Там теплее, можно купаться, овощи и фрукты дешёвые, особенно в сезон. Но зимой там крупец полный. Снег, холод. Всего три месяца, конечно, но радости мало, только в День Согревающего Очага пони более-менее оживают. Позднюю осень, зиму и раннюю весну в Кристальной пережить намного легче и приятнее.
Больница располагалась на Восьмом луче, совсем близко от центральной площади. Андрей Петрович и Саншайн прошли мимо нескольких домов и вышли на площадь. Инженер отметил, что застройка в Кристальной империи не блокированная, как следовало бы ожидать от средневекового города. Каждый дом стоял отдельно, у большинства домов были задние дворики с садами и огородами, их было видно через проходы между домами.
На площади выделялись два здания — величественная библиотека Кристальной империи с колоннами и высоким входом и уходящий ввысь Кристальный за́мок, опиравшийся на четыре пилона. Под за́мком между пилонами стояли и ходили пони, там, за невысокой оградой, висело в воздухе Кристальное сердце. Инженер и пегаска подошли поближе. Он заметил, что пони поглядывали на него с опаской, но никто с криком не убегал и стражу не звал. При их приближении кристальные гвардейцы подобрались, перехватили копья поудобнее, но стояли спокойно.
Андрей Петрович с Саншайн обошли вокруг Кристального сердца. При дневном свете магия, проходящая сквозь артефакт, едва светилась, но само сердце сверкало, отбрасывая блики на свод замка над ним. В своде виднелось отверстие, через которое магия поднималась к шпилю и выбрасывалась вверх, питая погодный купол. В каждом из четырёх пилонов внутри была дверь в стрельчатой арке. Походив вокруг Кристального сердца, инженер и Саншайн подошли к одному из гвардейцев:
— Здравствуйте, офицер.
— Я — капрал, сэр, — ответил кристальный пони. — Чем могу помочь?
— Нам сказали, что сегодня у Её Высочества приёмный день?
— Совершенно верно, сэр. Вы можете пройти в за́мок и спросить там у дежурного администратора, — гвардеец показал на арку входной двери в одном из пилонов.
— Благодарю, капрал, — Андрей Петрович и пегаска направились к арке.
Внутри пилона была лестница, по которой они вышли в большой зал, находившийся явно выше первого этажа над пилонами. Здесь была стойка, за которой сидела кристальная пони глубокого изумрудного оттенка. Она удивлённо уставилась на странную пару, но не паниковала, а терпеливо ждала. Также в зале стояли несколько гвардейцев.
— Здравствуйте, — инженер обратился к дежурной. — Её Высочество сегодня принимает?
— Да, сэр. Вы можете пройти туда, — пони-администратор указала на одну из арок, где стояли несколько гвардейцев. — У Её Высочества почти нет посетителей.
— А могу ли я увидеть сначала леди Рённ или леди Эйелинн? — спросил Андрей Петрович. — Они обещали помочь мне с оформлением прошения.
— Да, конечно, — пони помахала одному из гвардейцев. — Пожалуйста, проводите просителей к леди Рённ. Скажите, — в голосе администраторши чувствовалось любопытство. — Вы и есть тот самый 'человек', про которого уже несколько дней все говорят?
— Да, мэм, я тот самый человек, — ответил инженер. — Меня зовут Андрей.
— Прошу за мной, сэр, мадам, — пригласил их подошедший гвардеец.
Они вошли в другую арку, поднялись по лестнице, прошли по сверкающему белому коридору, украшенному льдисто-голубоватыми колоннами в виде кристаллов. Гвардеец остановился перед высокой стрельчатой тёмно-серой двустворчатой дверью, окантованной фиолетовым, с золотыми кольцами дверных молотков.
— Советницы Её Высочества здесь, сэр.
Андрей Петрович открыл дверь и вошёл, Саншайн зашла следом. За дверью был довольно обычный кабинет, похожий на канцелярию. Один стол пустовал, но на нём лежали стопки бумаг, за другим работала голубая механическая пони.
— Здравствуйте, леди Рённ!
— Здравствуйте, Андрей, Саншайн! — автоматон вышла из-за стола и вежливо поклонилась. — Как вы себя чувствуете, Андрей?
— Уже лучше, меня даже отпустили из больницы, надо только будет ходить на осмотры, — ответил инженер.
— Леди Рённ, не могли бы вы помочь Андрею с прошением для Её Высочества? — спросила Саншайн.
— Конечно, — механическая пони вернулась за стол. — Сейчас сформулируем. Сегодня как раз приём у Её Высочества.
Вместе они составили короткий текст прошения, Рённ написала его на листе гербовой бумаги, приложила печать. Инженер только расписался.
— Пойдёмте, я вас провожу к Её Высочеству.
Они вышли из кабинета, и Рённ провела гостей по коридору к дверям в торце коридора, над которыми стена была украшена фиолетовыми кристаллами, расположенными по дуге.
— Посетители с прошением к Её Высочеству принцессе Ми Аморе Кадензе, — объявила автоматон стоявшим у дверей гвардейцам.
— Прошу, сэр, мадам, — гвардеец распахнул перед ними двустворчатые двери.
Они вошли в величественный зал, похожий на ротонду из-за множества узких стрельчатых окон с серо-фиолетовыми занавесками, белый, украшенный высокими голубыми кристаллами, как и в коридоре. Пол тоже был голубой, полупрозрачный и блестел как зеркало. Розовая ковровая дорожка с белыми окантовками по краям вела к впечатляющему трёхярусному трону, вырезанному из огромного кристалла, переливающегося фиолетовыми, синими и голубыми цветами, с огромным фиолетовым кристаллическим столбом над высокой спинкой. На нём скучала без единого посетителя принцесса Кэйденс. Она о чём-то беседовала с Эйелинн, стоявшей на второй ступени тронного возвышения. Увидев, кто пришёл, Её Высочество явно обрадовалась. Андрей Петрович и метеоролог в сопровождении Рённ подошли по ковровой дорожке, остановились перед троном и поклонились.
— Здравствуйте, Ваше Высочество, — одновременно произнесли инженер и Саншайн.
Он с интересом разглядывал принцессу Кэйденс. Она была розовая. По-настоящему розовая и очень красивая, с трёхцветной жёлто-красно-фиолетовой гривой и хвостом. Принцесса носила маленькую золотую корону с фиолетовым кристаллом, нагрудное украшение-пейтраль с золотой завитушкой и золотые накопытники. Никаких пышных платьев или множества вычурных украшений — всё довольно строго и скромно.
— Здравствуйте, Андрей, Саншайн, — поздоровалась принцесса. — Как ваше самочувствие, Андрей? Вижу, вам лучше? — она разглядывала человека с не меньшим интересом.
— Намного лучше, Ваше Высочество, спасибо, — ответил инженер. — Пока ещё мне нужно посещать врача каждый день, но постоянно быть в больнице уже не обязательно.
— Я очень рада, — улыбнулась Кэйденс. — Я ведь была в тот день в зале портала вместе с принцессой Лу́ной. Как же иначе, если двое дорогих мне пони, Шайнинг Армор и Твайлайт, отправились встречать вас в другой мир? Мы ждали вас, чтобы приветствовать, как долгожданного гостя, а вместо этого мисс Глиммер и мисс Луламун внесли в зал ваше тело... Это было ужасное потрясение, — принцесса отчётливо вздрогнула. — А потом мы стали свидетелями самого впечатляющего магического ритуала, который я только видела, когда мисс Глиммер читала аэтаслибрум и едва не стала аликорном. Я тогда всерьёз подумала, что сейчас в Эквестрии появится пятая принцесса.
— Благодарю за участие и за приглашение посетить Кристальную империю, Ваше Высочество, — ответил Андрей Петрович. — Признаюсь, не ожидал, что поход окажется настолько опасным.
— Мы как раз недавно обсуждали с Шайнингом риски того, что человеки могут вторгнуться к нам через портал, — рассказала Кэйденс. — Это меня больше всего настораживает и останавливает в принятии решения.
— Насколько я понял, портал на стороне Земли расположен в подземном комплексе, по типу того, что находится под Кристальной, — ответил инженер. — Специально для меня демикорны проложили отдельный входной тоннель, чтобы скрыть место входа в комплекс. Если они этот тоннель взорвут или ещё как-то завалят, никто кроме них к порталу не попадёт. Но этот вопрос лучше, конечно, обсуждать с ними.
— Кто вас преследовал, и почему они вас чуть не убили? — спросила Её Высочество.
— Точно не знаю, какие-то военные в камуфляже, — ответил Андрей Петрович. — Возможно, кому-то взбрело в голову, что я передаю пони какие-то секретные сведения, а может, просто не хотели выпускать меня из страны. Всё, что я передавал, у нас лежит в открытом доступе. Они подловили меня буквально на пороге портала, ещё пара метров, и я бы ушёл сюда.
— Шайнинг Армор очень жалеет, что он опоздал всего на долю секунды, — огорчённо призналась принцесса. — Чуть бы пораньше, и он прикрыл бы вас щитом. То, что случилось возле портала потом, было ужасно. Шайнинга, Твайлайт, мисс Глиммер и мисс Луламун едва не убили. Они с риском для жизни сумели вас вытащить. Когда они вернулись, они были смертельно напуганы. Я ещё никогда не видела таких испуганных пони.
Кэйденс приосанилась на троне, внимательно глядя на гостей:
— Моя дорогая помощница Эйелинн рассказала мне, что вас беспокоит ваше нынешнее положение и статус. Раз уж вы пришли ко мне в приёмный день с прошением, изложите вашу просьбу.
— Ваше Высочество! — произнёс инженер. — Происшествие возле портала показало, что возвращаться в свой мир для меня теперь смертельно опасно. В связи с этим я прошу политического убежища в Кристальной империи.
Андрей Петрович за всю свою жизнь никогда не предполагал, что ему придётся произнести нечто подобное. Он сделал шаг вперёд и протянул прошение, составленное Рённ:
— Также мне хотелось бы получить разрешение на работу и постоянное проживание.
Эйелинн взяла свиток телекинезом и передала принцессе. Кэйденс взяла его, развернула, бросила быстрый взгляд на текст.
— Вот, значит, как это называется в вашем мире... — задумчиво произнесла принцесса. — Нам не знаком такой термин. Теперь буду знать. Я хорошо понимаю, какие причины вынудили вас принять такое решение. Мне просто интересно, если бы этого не случилось, вы бы стали просить убежища?
— Нет, Ваше Высочество, — ответил инженер. — Изначально я собирался всего лишь передать книгу. Я даже с работы не увольнялся. Буквально перед отъездом я узнал, что у нас принят закон, по которому любого человека или семью, проживающих в домах определённого периода постройки, могут выселить с мизерной компенсацией, которой гарантированно не хватит на новое жильё. Мой дом как раз попадает под эти условия.
— Что?! — искренне изумилась Кэйденс. — Да как такое возможно?
— У нас возможно. У нас олигархический капитализм, власть срослась с крупным капиталом, и законы принимаются в интересах капитала, — пояснил он. — Бенефициары этого закона — строительные компании и банки. Компенсация выплачивается ровно такая, чтобы хватило на первый взнос, а дальше человек вынужден брать кредит лет на тридцать, и никого не волнует, сможет ли он этот кредит вернуть. Не смог — твоя проблема, будешь бездомным.
— Это чудовищно... — Кэйденс даже поблёкла, буквально став менее розовой, чем была. — Пока я правлю Кристальной империей, у нас такого не будет. Никогда, — твёрдо произнесла аликорн. — Продолжайте, я вас перебила.
— После этого я оформил на знакомого доверенность и оставил распоряжение продать моё жильё, если не вернусь через год, — продолжил Андрей Петрович. — Но всё равно планировал вернуться. Мне уже достаточно много лет, чтобы начинать жизнь с нуля в совершенно незнакомом мире. Потом я получил от Джемми ваше приглашение. Я очень благодарен, — он слегка склонил голову. — Но и тогда я предполагал всего лишь сходить в гости на несколько дней, встретиться лично со всеми пони, с кем успел подружиться, и всё равно затем вернуться. Но когда в последнюю ночь перед уходом демикорн предупредила меня, что за мной погоня, а на следующий день этот придурок в погонах едва меня не убил, тут уж у меня просто не осталось другого выхода.
— Как же это ужасно... — Кэйденс пыталась осмыслить рассказанное. — Выходит, те, кто вас преследовал, сами, по сути, вынудили вас эмигрировать?
— Выходит, так, — инженер кивнул. — Изначально у меня и мысли такой не было.
— А демикорн, что вас предупредила, что вы о ней скажете? — спросила принцесса. — В контексте переданного вами послания — как вы думаете, можно ли им доверять?
