— Я вся внимание, принц! Что хорошего ты собираешься мне сказать?
Поли, ты не будешь возражать, если я и Филипп, мя к тебе сейчас подъедим для одного небольшого конфиденциального разговора?
— Приезжайте, мальчики, я вас хорошим кофе угощу с магрибскими слабостями! Только я сейчас не в министерстве нахожусь, а у себя дома, в загородном доме! Вы его адрес хорошо знаете, так что я вас жду!
Вдвоем с Филиппом мы, молча, прошли мимо Нелли Йоркшир, которая работала за своим терминалом. Она подняла голову, посмотрела нам в след, ее женское любопытство не выдержало пытки молчанием и, когда я уже переступал порог приемной, то мне в спину раздался вопрос:
— Ты это куда, принц, собрался?
Я хорошо знал о том, что, если сейчас не отвечу секретарю, то через минуту все секретные службы поднимут по тревоге, поэтому на пороге задержался на секунду, повернул к ней голову и коротко сказал:
— Мы с Филиппом едем к Поли попить кофе и полакомиться магрибскими сладостями!
Женский окрик с командирскими оттенками:
— А где охрана?
Остался за порогом, я сделал вид, что его мы так и не услышали!
Поли встретила нас на пороге своего особняка. Одета она была сногсшибательно. На ее плечах висел легкий по весу кусочек отличной зеленой материи, который женщины называют сарафанчиком, на ее шикарном теле никакой другой одежды уже не было, даже трусиков. Дорогих украшений тоже! Копна тщательно расчесанных волос, уложенных слегка вправо, и этот сарафанчик! Мы с Филиппом тяжело вздохнули, вслед за министром последовали в одну из гостиных особняка, уставленную мягкими диванами. Наши глаза, не отрываясь, сами собой наблюдали за тем, как тяжело, но одновременно, как красиво играли ее бедра, едва прикрываемые этим зеленым сарафанчиком.
Эта гостиная, по моему мнению, подходила только для одного, для занятий сексом на этих разнокалиберных диванчиках, но не для серьезного разговора. Поэтому я, молча, развернулся, пошел в обратном направлении, когда последний раз мы поворачивали налево в гостиную с диванами, имелся еще один поворот, который вел на кухню. Я оказался прав, этот поворот вел на кухню, где мы спокойно могли поговорить о своих делах, если бы не гора грязной посуды в моечной раковине. Эта раковина красноречива говорила о том, что Поли не очень-то любила заниматься домашними делами, убираться по дому, протирать полы, мыть грязную посуду. Мой добровольный осведомитель в своих донесениях не раз мне говорил о том, что этот особняк Поли использовала только в одном случае, когда первый раз отдавалась своему очередному любовнику или эже какому-либо кандидату в любовники.
В ответ на мой демарш, Поли поступила по-своему, пока мы с Филиппом готовили себе эспрессо, она собрала всю грязную посуду и попросту начала ее выбрасывать за окно. Какая-то кастрюлька, падая вниз, совершенно случайно задела стальную каску эмведовского спецназовца, послышался металлический звон! В тот момент я любовался пейзажем дворика особняка, Филипп следил за нагревателем воды, а Поли вышвыряла посуду за окно, поэтому только я мог увидеть ствол укороченного фазерного автомата и каску этого эмведовского спецназовца. Словом, получилось так, что мы с Филиппом сами приехали в особняк ловушку для любовников имперского министра внутренних дел. Нам осталось только дождаться, когда эти спецназовцы войдут в кухню, наставят на нас свои фазерные автоматы, а Поли же скинет с себя перед нами этот маленький зеленый лоскуток материи, она начнет полностью обнаженной танцевать перед нами танец живота.
Пока кофе еще не было готово, я принялся мысленно вызывать своего Герцега, который на этот вызов мне грубо поинтересовался:
— Чего надо, Барк? Опять без меня во что-то вляпался?
Я попытался гному объяснить внезапно изменившуюся ситуацию в особняке Поли Ньювумен, но Герцег меня прервал:
— Не надо объясняться, Барк! Гюрза давно меня нашла, она приказала повсюду за тобой следовать тенью. Вот я и следовал! Сейчас мои гномы окружают ваш особняк, а затем мы примемся за его охрану. Так что, принц, не боись, гномы тебя не бросят в трудную минуту!
Мы все втроем устроились за столом, в молчании смаковали кофе, приготовленное Филиппом! Ни мне, ни ему не хотелось первым задавать вопросы. Тогда имперский министр первой не выдержала этого глупейшего молчания и поинтересовалась:
— Ну, и что, мальчики, вас ко мне принесло?
— Поли, ты нас предавала или нет? — Робко поинтересовался Филипп.
— Ну, ты вшивый кирианский аристократ, откуда у тебя вообще такая мысль могла появиться? — Несколько по-нашему поинтересовалась прекрасная дева. — Следил, что ли за мной? Или прослушивал?
— Ни то, ни другое, ни третье! — Тихо сказал я. — На тебя от сэра Роберта, Магистра клана Ястребов, поступила информация. Вернее, донос, в котором он рассказывает о твоих делах с генерал-лейтенантом Рапидом, генерал майором Ленске. К тому Оливер Дермье разбил 77-ю дивизию генерала Рапида, а его самого взял в плен, так он тоже подтверждает донос Роберта.
— Канон Рапид мог так поступить, так как он считает, что в его случае я его предала, но сэр Роберто не мог такого написать, и этот донос послать тебе донос, когда он только что сделал мне официальное предложение выйти за него замуж!
— И сколько раз ты с ним встречалась, что он успел тебе предложить выйти за него замуж?!
— Раз десять! Он занятый кирианин, ему очень трудно в своем чрезвычайно загруженном рабочем графике, найти время для встречи с женщиной?!
По вспыхнувшим глазам Поли, а также после того, когда я немного в ее сознании поработал своим мысленным зондом, мне стало многое понятным. А главное, я узнал, почему имперский министр Поли так легко переступила Рубикон предательства! Она была и все это время оставалось простой женщиной! В свое время я ее оскорбил, в присутствии многих кириан отказав ей в близости, женщины такого не прощают! Они мстят, или пытаются отомстить своей первой любви, стараясь найти такого любовника, интимная связь с которым могла бы покоробить чувства того первого кирианина! Находясь на посту имперского министра, Поли основное свое время отдавала не работе, для этого она заставляла в полную силу работать своих заместителей, а сама плела интриги, занималась любовниками.
— Когда ты сэру Роберто рассказала о принцессе Лиане, о месторасположении имперской резиденции, где она находилась вместе с нашими детьми?
Поли внезапно заплакала, она не хотела плакать, главное, она попросту не умела этого делать так, как плачут все женщины. Внезапно из ее зеленых глаз, тонкой струйкой полились слезы. Тут же вся ее косметика размазалась по щеках!
— Барк, я этого не хотела! Это получилось совершенно случайно! Когда однажды в разговоре, Роберт поинтересовался...
Но я не стал ее слушать, поднялся на ноги и отправился к выходу, ничего вокруг не замечая! Это страшная вещь знать, кто тебя предал! Я догадывался, что это могла сделать Поли, но между знать и догадываться существует очень большая разница. Я был почти у выхода, когда за стенами особняка прозвучали первые выстрелы, этот мои гномы приступили к ликвидации охраны этого особняка. Герцег ни за какие имперские кредиты теперь, когда он через меня узнал о том, кто именно нас предал, не позволит Поли живой покинуть этот ее особняк. Я же не хотел присутствовать при очередной казни!
В этот момент я почувствовал плечо Филиппа, который догнал меня и сейчас шагал рядом со мной. Мы шли плечо в плечо!
5
Рассвет пока еще не наступил, провинциальный городок Коалам крепко спал, когда несколько десятков десантных глайдеров, тихо посвистывая своими гравитационными двигателями, начали приземляться в нескольких секторах по внешнему периметру этого небольшого имперского городка. На обзорных экранах, установленных под потолком КП, хорошо было видно, как пехотинцы 1-й ударной дивизии генерала майора Оливер Дермье торопливо покидали десантные отсеки глайдеров, исчезая в темноте ночи. Штабные терминалы, за которыми работали имперские офицеры, анимационно воспроизводили, как эти цепочки пехотинцев из разных секторов бежали навстречу друг другу, встречались, образовывая двухрядное оцепление Коалама.
— Сир, поступило донесение, что высадка подразделений обоих полков моей дивизии завершилась, она прошла удачно. Город Коалам оцеплен моими пехотинцами. Но на дорогах все еще продолжается строительство блокпостов, возводиться препятствия, которые не смогут преодолеть ни глайдеры, ни скиммеры. — Доложил генерал майор Дермье.
— Сир, подразделения гномьего спецназа высадились в аэропорту городка Коалам, они без выстрела его захватили. — Доложил полковник Герцег. — Персонал аэропорта, а так его пассажиры интернированы, они сгруппированы в зале прибытия аэропорта.
— Слушай, Герцег! Когда докладываешь начальству, то говори четко, ясно и понятно, я так и не понял твоих слов "персонал аэропорта и пассажиры интернированы"! Что это означает, они что все гномами расстреляны? Знаешь, что с тобой и твоим Гийомом будет, если ваши головорезы, гномы, по своей злобе к кирианам, хотя бы одного кирианина пальцем тронут?!
— Сир, все гномы перед началом операции прошли специальное собеседования с психологами, психиатрами по этому вопросу!
— Ты, Герцег, все же присматривай за своими гномами, сдерживай их, когда они будут иметь дело с простыми кирианами!
— Сир, что нам следует делать для того, чтобы угадать, когда перед нами будет стоять "простой" или "не простой кирианин"?
Но на этот вопрос Герцега я уже не ответил, так как по мысленному каналу связи меня вызвал Филипп, руководитель ИСБ, он не здороваясь, поинтересовался:
— Барк, ты помнишь того лейтенанта гвардии по имени Эллисон Барсье?
— Конечно, помню! Ведь он командовал теми молодыми ястребами, которых под видом студентов, поддерживающих императора Иоанна, выбросили на улицы Сааны. Они еще стреляли в манифестантов...
— Да, правильно! Так вот мои следователи только что выяснили, что этот Элиссон был штатным работником 5-го главного разведывательного управления имперского министерства обороны!
— Кто начальник этого управления? Говорил ли ты с Гийомом по этому вопросу?
— Да, Барк, я только что положил телефонную трубку после разговора с сэром Гийомом. Он был сильно расстроен этим обстоятельством! 5-е главное разведуправление у него давно в любимчиках ходит! Но Гийом мне только что сообщил весьма интересную информацию, которую я тут же решил довести до твоего сведения. В пригороде Коалама находится летний тренировочный лагерь 5-го управления, где тренируются, шлифуются действия его оперативных разведчиков, диверсантов. Так что, сам понимаешь, что этот лагерь нельзя оставлять без особого внимания! Лагерь рассчитан на проживание и тренировку до ста военных разведчиков и диверсантов, плюс там сейчас находится примерно двадцать преподавателей, а также десять кириан технического и обслуживающего персонала.
— Подожди минутку, Филипп! Операция по нейтрализации батальона майора Агильо Гилераса уже началась. Все участники операции заняты выполнением своих боевых задач, но для нейтрализации военных разведчиков у меня есть еще одна специальная команда. Позволь, мне переговорить с командиром этой команды, после разговора с ним мы продолжим наш разговор.
— Я останусь с тобой на постоянной связи!
— Хорошо, Филипп!
— Эй. Сашка, куда ты, черт тебя подери, подевался? Ты мне нужен! — Я крикнул в пустое пространство.
Разумеется, на КП в этот момент находилось очень много кириан, там собрались офицеры, чьи подразделения принимали непосредственное участие в этой операции. но Сашки Хлыща там и в помине не было. Но только я успел после своего крика, развернуться в сторону входа, как там мелькнула его тень, вскоре Сашка уже стоял передо мной, одетый в черный комбез армейского спецназовца. К моему великому удивлению адъютант был трезв, через плечо у него висел фазовый пехотный пулемет. Я аж даже этому удивился, почему этот "Фигаро" на себя навесил такой тяжелый пулемет, когда он вообще мог бы обойтись без оружия или, по крайней мере, вооружиться одним ручным офицерским фазером!
— Александр, мне срочно нужен полковник Кехлер, найди его, пожалуйста.
В этот момент генерал майор Дермье мне доложил о том, что два полка его дивизии полностью обложили город Коалам со всех сторон, что теперь никто из жителей не сможет его покинуть! Я собрался поблагодарить Оливер за хорошо и по графику выполненное его дивизией задание, но в этот момент генерал майор с умным видом добавил:
— Сир, я готов выдвинуть вперед свой третий город, чтобы им начать зачистку этого города, а то что-то гномы особо не спешат с выполнением своего задания!
Это заявление такого замечательного кирианина, как полковника Дермье, которому я всегда и во всем доверял, меня взбеленило. На какую-то долю минуты я забыл о том, что каждый участник этой операции частично информировал, но никто из них не знал о конечной цели операции, которую мы сейчас проводили в этом провинциальном имперском городке Коаламе. Я повернулся к Оливеру Дермье сначала тихим голосом, переходящим в истерический крик, заявил:
— Да, что это такое ты говоришь Дермье? Ты хочешь своим полком, в который ты сам только что набрал сельскую молодежь, провести зачистку этого городка. А знаешь ли ты, Оливер, что этот городок Коалам является местом проживания, а также местом дислокации батальона специального назначение, которым командует некий майор Агильо Гилерас. Этот майор является начальником службы дознания, разведки и контрразведки имперского клана Ястребов! Три дня назад его батальон атаковал и уничтожил нашу имперскую резиденцию, где мы укрывали противника принцессу Лиану, моих детей — Артура и Лану, а также Императрисса, супругу императора Иоанна.
— В результате операции, проведенной этим батальоном, все имперские родственники погибли!
— Майор Гилерас собственноручно расстрелял тяжелораненого полковника Лацио, командира охраны резиденции, а затем он убил мою жену! Ты понимаешь, в беззащитную беременную женщину этот изувер стрелял из своего ручного фазера, он три раза выстрелив ей в голову. А знаешь ли ты, Оливер Дермье, также и то, что его батальон молодых, но хорошо подготовленных ястребовских диверсантов способен в течение каких-то пары минут положить на землю весь этот твой полк, или нанести ему такой урон, от которое он уже не оправится. Его придется расформировывать! И что ты, Оливер Дермье, тогда скажешь родителям, сыновья которых только начали служить в твоем полку? Так что этим батальоном займутся мои гномы, ты же постарайся сделать так, чтобы ни один из этих диверсантов не смог бы покинуть пределы этого своего города.
Когда я прекратил этот свой истерически крик, то сразу же обратил внимания на то, что вокруг меня воцарилась тишина. Все офицеры на командном пункте стояли по стойке смирно, чтобы почтить память моих погибших родственников! Кто в это момент дернул меня за рукав камзола, привлекая к себе внимание. Я скосил глаза в том направлении, и увидел своего грустного, почти плачущего полковника Герцега. Мой гном все еще не мог успокоиться от той страшной беды, которая так внезапно обрушилась на наши головы. Он страшно продолжал переживать мою личную катастрофу. Гном никак не мог поверить в то, что он больше никогда не встретит принцессы Лианы, Ланы и Императриссы!
