— Если бы я был тогда с ней, она бы точно осталась жива, а я, скорее всего дожидался казни, или гнил в тюрьме. От моей старой базы осталось лишь пепелище. — Закрывает глаза, а по его лицу в этот раз эмоции определить не получается. — Лучше гнить в тюрьме, зная, что моя идеальная Анжи бродит по этому миру, чем жить в мире, в котором ее уже нет. Но система защиты сработала автоматически. — Рефлекторно сжимает кулаки.
— До нее все ломались, и после нее ломаются. — Звучит как-то очень безнадежно. — И ты сломаешься.
Стоит ли к нему сейчас подходить, и успокаивающе гладить по голове?
Думаю, не стоит. Тем более он уже вернулся из воспоминаний в реальность.
— Я хотел дать тебе первую ночь спокойно отдохнуть. — Обращаясь ко мне, он сдержанно говорит. — Но твое любопытство разбудило во мне плохие воспоминания. И помогать забыть их будешь тоже ты. — А вот теперь уже виден в его выражении лица совсем иной интерес. — Можешь пока заранее не напрягаться. Сегодня до откровенных пыток дело не дойдет. Все в рамках обычного взаимодействия… — Оценивающий и предвкушающий взгляд, которым мужчины смотрят на женщин. — …взрослых людей. Понятно?
— Угу. — Киваю. — Понятно. Только, я должна сказать… — Немного неуверенности в голос. И беспорядочные движения тела.
— Только не говори, что тебе надо в туалет. — Как-то скучающе это прозвучало. — Тянуть время бессмысленно. Все равно сейчас в душ пойдем. Вместе. — Дергаюсь на это его предложение.
Но надо кое-что все равно сказать. Иначе у него возникнут лишние вопросы.
— Нет, не туалет… — Все так же, всем видом показывая нежелание. — Я не невинна, вот! — Резко на выдохе. Закрываю лицо руками. — Отчим… — Надо же на кого-то повесить вину. Не говорить же этому похитителю, что я бессмертный монстр, которому давно не десять лет?
Да и так создается какое-никакое, но объяснение наличию, так называемого Не-Джимом, потенциала. Как я понимаю, он охотится только на девочек, которые уже повидали всякое, ну или просто ментально старше своего возраста.
Ему повезло, что он не наткнулся на кого-то вроде детей Золдиков, или иных монстров, которые с детства переживают гораздо худшие вещи, чем этот парень может даже представить.
— Ясно, это многое объясняет. — Без какой-либо особой реакции отвечает он на мое заявление. — Из дома сбежала, да?
Киваю в ответ, и направляюсь в душ. Как и думала, Не-Джиму не раз встречались девочки с плохими историями.
Ему везло раньше. Жертвы были обычными детьми.
Но ему не повезло со мной. Больше он никого похитить не сможет. Физически.
Пока меня наши с ним отношения забавляют, буду ему подыгрывать. Эдакая ролевая игра в жертву и маньяка.
А с другой стороны, иронично, что мое раскрытие явит ему его же лелеемый великий 'идеал'.
Хе-хе…
И роли могут просто поменяться местами. Он же псих. И скорее всего будет только рад, что такая, как я, вообще, существует.
Пока никто не видит, предвкушающей улыбкой сверкаю на этот раз уже я.
Как это прекрасно, что меня никто не знает в лицо. В моем мире такое просто невозможно, ведь я слишком знаменита.
Надо ловить момент! Когда еще меня похитит серийный убийца, чтобы сделать кучу нехороших вещей?
Надеюсь, он хорош. В самых разных смыслах.
Ведь от этого зависит сколько ему осталось жить и сколько я буду развлекаться.
Как минимум, у меня есть неделя. А там посмотрим…
ГЛАВА 85
Все же это забавно. Теодор, или просто Тео, утром собрался и уехал в свой официальный дом, так как у него на работе появились срочные дела.
И я тут совершенно не при чем. Точно-точно. И то, что у меня на ближайшие пару дней есть некоторые дела тоже лишь совпадение.
И, да, конечно, не мог он оставить меня на своей базе без каких-либо ограничений.
Вдруг решу сбежать?
А на одну лишь систему безопасности надеяться не очень разумно.
Запер в своем особом агрегате. Том, который одновременно морозильник и газовая камера. А еще, внутри есть специальная секция, очень миниатюрная, под туалет, душ и заодно слив воды для конденсата со стен. Выглядит, как нечто вроде ямы, пятьдесят на пятьдесят сантиметров, и в глубину метра полтора, с возможностью слива, и душевым шлангом.
Видимо, я тут не первая. Иначе объяснить наличие таких удобств не получится.
Пол разделен на квадраты, на которых включается охлаждение попеременно, чтобы не накапливать лёд. Аналогично с тремя стенами, две из которых постоянно работают на охлаждение, а третья сохнет.
И в итоге, получается, что в этой комнате в одной части поддерживается отрицательная температура, почти до минус десяти доходит, а в другой части, там, где находится и нано-санузел, из-за вентиляции стабильно держится плюс пять градусов.
Соответственно расположены и продукты. А из напитков тут, в принципе, только алкоголь. Пусть есть и не особо крепкие напитки. А обычную воду можно добыть из шланга для душа.
Зачем алкоголь, ясно не до конца. Ведь, все, что тут находится, он положил лишь для меня. Все же, это не продуктовый склад.
А вообще, тут полная почти абсолютная для обычного зрения темнота. И тишина.
Хех. По сути, Тео, с каждым своим ‘проектом’ занимается по особой программе. Это больше похоже на тренировочную программу, а не развлечения обычного маньяка.
У него есть целый разветвленный алгоритм различных испытаний. И в некоторых развилках этого ‘теста’ учитывается выбор самих девочек. Между разными вариантами. И этот выбор лишь дает ему дополнительную информацию, которую он использует, чтобы правильно выбрать будущие испытания.
Например, выбор между поеданием дождевых червей, гусениц, тараканов и прочего разного на ужин в течение трех дней и проведением лишь одной ночи без возможности пошевелить и пальцем внутри закрытого деревянного сундука. А скрытая суть в том, что отклоненный вариант однажды снова появится в будущем, но в еще более суровом виде. И среди других вариантов выбора.
Ну, и я полагаю, что, согласно его плану, испытания в один прекрасный момент должны дойти до необходимости лишать жизни других людей. Если ‘проект’ не срывается раньше, конечно.
Некоторые из этих испытаний сами по себе и ему самому не особо доставляют удовольствие. Если исключить, собственно, радость от власти над судьбой и жизнью и приближении к ‘идеалу’.
Ведь даже если процесс испытания не особо приятен для него, сам факт того, что ‘проект’ испытывает трудности, вызывает некий отклик, ага.
Многие испытания, тем не менее, нужны, в первую очередь лишь потому, что являются обязательной частью программы. Выявление того, что он считает слабостями и изъянами, и составление ‘упражнений’ направленных на уничтожение этих слабостей. Обычно очень экстремальных.
Он наблюдает, анализирует, и высматривает то, что вызывает больше проблем для испытуемой девочки. И заставляет пройти сквозь свои слабости. Снова и снова, пока они не престанут быть слабостями.
Либо преодолеть себя, либо…
Либо перестать быть проектом и стать просто способом сбросить стресс, полностью выпустить зверя и развлечься. А это дорога в один конец. На тот свет.
Первый этаж же территория быта. Место, где жизнь почти нормальная. Есть даже график по уборке и готовке.
И обязанность вести себя так, будто все хорошо, а происходящее в порядке вещей. И, кстати, общаться тоже надо соответственно этой идее.
Это главное требование первого этажа. Парень, девушка, вместе. И происходящее на других этажах остается на других этажах.
‘Почти’ нормальная. Не всякий человек посчитает творящееся в спальне нормальным. Но все же, многие такое практикуют. И ничего по-настоящему экстремального на первом этаже не происходит. Даже видеозапись практически не ведется. Может быть, только если камера будет частью игры в парочку.
Кроме того, тут нет дискриминации по возрастному признаку. Ага. Все считаются взрослыми.
Есть время для спокойного совместного просмотра сериалов, или игр в приставку. Иногда даже выдается возможность просто почитать книжки. А тут пусть и не целая библиотека, но коллекция у Тео достойна внимания.
Теоретически, такой контраст должен неплохо так давить на психику. Эта милая атмосфера из-за знания подоплеки отдает хорошей такой жутью. А вести себя надо ‘нормально’.
Думаю, нет, знаю, это тоже одно из испытаний. Всё для развития проекта и приближения ‘торжества идеала’ Тео.
Ведь особо запущенный случай стокгольмского синдрома тоже ведет к смерти. А вот его легкая форма, вполне повышает шансы, да.
Хех, этот человек, можно сказать, вмещает в себя целых двух маньяков. Первая сторона — это стандартный любитель чужой боли, власти над жизнью и смертью, а вторая — это педантичный и последовательный монстр, который преследует свой безумный идеал.
Во главе всего стоит вторая, последовательная, сторона Тео, она задает основную цель, и в меру дает волю первой стороне в процессе своих дел.
Но эта мера полностью исчезает, если очередной ‘проект’ переходит в разряд провальных. Надо же как-то компенсировать разочарование, ага, сбросить стресс, расслабиться и получить удовольствие.
Правда, проблема Тео в том, что именно подспудное, незаметное влияние первой стороны в итоге и приводит к постоянным провалам. Она подтачивает осторожность. Заставляет действовать более экстремально, чем требуется. Появляется мимолетная мысль, навеянная радостью от чувства власти и чужих страданий, что еще немного, еще чуть-чуть, и ничего не случится, а ‘проект’ закалится еще лучше, хотя на самом деле уже кристально ясно, что надо бы заканчивать и менять метод воздействия.
Тут нет каких-то разных личностей, или голосов в голове. Просто, как и у обычных людей, желания и сиюминутные инстинкты с потребностями противостоят более глобальным целям и амбициям. Это лишь очень странный и безумный вариант борьбы ‘хочу’ и ‘надо’.
Сейчас же идет испытание тишиной, холодом и одиночеством. Рассчитанное на длительный срок.
Я знала, что что-то подобное Тео использует, если ему необходимо длительно отсутствовать, вот и организовала ему командировку. С всемогущей лицензией это не трудно.
И главное, что камеры сейчас выключены. Специально, чтобы было ощущение полного отсутствия связи. Никто не смотрит. Никто не слышит. Никто не появится. И абсолютно неизвестно, когда это все прекратится. День, неделя, месяц, может год, или целая вечность…
Каждая секунда должна быть наполнена ожиданием, что вот сейчас двери откроются. Могут возникать мысли, что что-то случилось, и никто уже не вернется…
И секунды ожидания сливаются в минуты, в часы, в дни…
А сохранить рассудок и личность, согласно основному правилу этого дома, значит сохранить жизнь.
Но и без шутки Тео не смог обойтись. Есть в этом бункере лишь один единственный источник света. Лампочка-индикатор на одном специфическом электрическом устройстве.
Интересной формы, вполне неплохих габаритов. И…
С шипами. Да. Истинно так, с металлическими шипами. Пусть эти шипы и не заточены, максимум на уровне человеческих ногтей, да и длина у них символическая, так что это именно игрушка для особых людей. Пусть и требующая некоторой осторожности в использовании. Шипы все же остаются шипами.
А для обычного человека, после долгого времени во тьме, свет от индикатора будет неплохим фонариком. Это всего лишь шутка такая. В стиле Тео, правда.
Ну и…
Селфи я сделала. Как иначе?
Ага. С моей точки зрения, шутка у Тео неплохо удалась.
Неужели кто-то думает, что я выкинула смартфон тогда в машине? Так вот. Я лишь сделала вид, что выкинула его.
Да и Тиара у меня с собой. Как и постоянный контроль за происходящим в моём личном анклаве. А через него я даже остаюсь в курсе моих дел в настоящих мирах, через сервер.
Эх, ладно, дела не ждут. Зря я что ли, организовала Тео командировку?
Сегодня вечером Айзек Нетеро, мой, якобы, дедушка, собирается красиво совершить свой последний в жизни подвиг. Ну…
Направляю вытянутую руку в сторону одной из стен. Тянусь к океану темной энергии. Сдерживаю ее в рамках своей ауры. Материализую нить.
Одну единственную нить. Точнее, даже не нить, а настоящую углеродную нанотрубку. Ну, если сравнивать свойства. Пока эта нить не впитает реальные атомы из окружающей среды, она останется лишь подобием.
Но сейчас мне хватит и подобия, ведь для задуманного мной важна не трубка, а то, что внутри нее. Там уже используется не раздел ‘материализации’ и ‘специализации’, а некий гибрид между ‘трансформацией’ и ‘выделением’.
Протягиваю эту трубку, на многие километры, в сторону Штаб-квартиры Ассоциации Охотников. Через обратную связь точечно подвожу другой конец на крышу здания.
И, наконец, используя ауру внутри микроскопической трубки, искажаю пространство, и ее концы расширяются до метрового диаметра, и превращаются в черные воронки.
Прыжок, и я на другом конце канала.
Следом за мной, нити, созданные из нанотрубок, приносят мне через псевдо-червоточину мой смартфон. Позволяю пространственному каналу исчезнуть в ничто.
Набираю номер Миллуки Золдика. Один из его личных секретных номеров.
— Привет, Свин. — Много жизнерадостности в голосе. — Я на месте, жду посылку.
— Взорвать… — Звучи меланхолично из динамика — Или подождать…
— Не надо притворяться, что ты пожертвуешь историческими кадрами из-за мелкой обиды. — Пытаюсь интонацией передать всё своё сомнение.
— Кстати, на счет исторических кадров, хе-хе… — Он со всем усердием пытается показать мерзкий смех. — Мне в глубинах сети кое-что интересное попалось… — И многозначительное молчание.
— И как? — Спрашиваю якобы серьезным голосом, но позволяю проскользнуть едва уловимой насмешке. — Насколько похудел? — Невинным тоном, как будто у фразы нет никакого подтекста.
—Хек, Я и так весьма стройный. — Поспешно делает вид, что разговор действительно о весе. Да еще и имитирует наличие розовых очков.
— И давно ты за Теодором следишь? Стройным стал… — И вбрасываю бомбу. — Интересно, что об этом скажет твоя матушка? — А дама эта, весьма странная. Смесь сумасшедшей истерички и особо заботливой матери. Слово ‘особо’ тут можно понимать и буквально.
И ее реакцию даже я не берусь предугадать. Смотреть ролики маньяка она может посчитать вполне достойным занятием для члена семьи потомственных киллеров. А может и серьезно огорчиться, с тяжелыми телесными последствиями для Свина. Все же, жертвами у Тео всегда выступают маленькие девочки, и это уже совсем иное дело. С работой киллеров совсем не связанное.
