| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
— Синхронизатор съесть не забудь — вклинился сонный голос сонбенима. Бдит. — Голубая капсула на ощупь более шершавая. Постарайся ее не уронить.
— Хорошо, — покладисто согласился Данила и пополз на голос красавчика. Он ляжет, но с капсулой повременит, еще немножечко полежит, послушает.
Данила устроился на заботливо приготовленную парнями подушку, укрылся тонким, одеялом и приготовился слушать.
Лежал, лежал, уставившись в темноту, и вдруг осознал, что уже не лежит, а стоит. Стоит, а вокруг простирается огромное темное пространство. Видеть его Данила не видит, но точно знает, что это именно так.
"Заснул" — огорченно подумал несостоявшийся сторож.
И тут ему в ноги что-то ткнулось. Что-то живое и довольно крупное.
Парень в испуге отпрыгнул и стал всматриваться в темноту, напрягая слух. Что там? Таинственное нечто догонять его не спешило, стояло и дышало.
Тьма стала более прозрачной. Глаза привыкают? Во сне?
Зато со стороны дыхания-сопения удалось разглядеть тень. Крупную. А под ногами, если верить ощущениям, что-то вроде мелкого песочка и ни одного камня, которым эту тень можно было бы отпугнуть. Данила осторожно провел носком правой ноги полукруг. Точно, ни одного камешка. Может, песком кинуть?
Парень сделал осторожный шаг назад.
Тень вздохнула глубже и пошевелилась.
Данила сделал еще один шажок назад. Медленный и небольшой. Поймет, что он боится — бросится.
Темнота словно сжалилась и стала еще менее густой, посерела, а тень приобрела вполне различимые очертания.
Собака. Всего лишь собака. Довольно большая, но видно, что не взрослый пес — собачий подросток, еще не потерявший детской нескладности, худой и голенастый. Никакой агрессии он не проявляет. Да какая агрессия, смеетесь? Ноги полусогнуты, а кончик хвоста торчит из под брюха и робко пытается вилять.
Да не собирается он нападать, напротив, ищет защиты!
Данила слегка подался вперед. Пес воспринял это как разрешение, кинулся к человеку и прижался к ногам, поскуливая.
Напружиненный парень расслабился и наклонился к собакоиду.
— Ты потерялся?
— Не бросай меня, — жалобно молвил пес вполне себе человечьим голосом и взглянул на Данилу желтыми волчьими глазами. В пасти мелькнули клыки. Немаленькие такие клыки и ооочень знакомые...
— Это... ты? — задохнулся от внезапной догадки сновидец.
— Нет! Не я! Не я! Это не я! Оно было сильнее! Я не смог! Я старался, но не смог. Оно очень сильное...— пса, вернее волчка, который и так слегка дрожал, просто заколотило. Прижавшийся к ноге парня бок теперь буквально ходил ходуном. — Оно было сильнее, прости меня, я не смог...
— Что сильнее? Что не смог?— честно говоря, Данила ничо не понял.
— То, что забрало вас оттуда... что привело сюда... Оно сильное, очень, я не смог удержать... Ты меня теперь бросишь? Выкинешь амулет?
— Ты что! Как я могу? Ни за что! Ты забыл, что это мой самый любимый варган? Где я еще такой возьму? — парень непроизвольно улыбнулся. Вот уж не думал он, что ему когда-нибудь придется успокаивать перепуганного потустороннего шамана. Да еще и в волчьем обличии. — Я рад, что нас теперь не пятеро, а шестеро. Мы будем выбираться отсюда вместе. И обязательно выберемся. Вот увидишь!
Парень сел на землю рядом с особачьившимся, вернее оволчьившимся колдуном и попытался его обнять. Тот в ответ слегка расслабился. Дрожь его стала утихать.
Так они и сидели некоторое время. Постепенно волчок совсем перестал дрожать, а Даниле стало тепло и спокойно.
— А почему ты только сейчас появился? Я пытался тебя звать...
-Я не мог. Там, в том месте... Там было очень-очень пусто и очень-очень холодно, — волчок снова задрожал, хотя и не так сильно, как до этого. — Ни одной самой суровой зимой так холодно не бывает. Я почти умер. Я ничего не мог, ни слышать, ни отзываться, ни... жить. Здесь лучше. Тут тоже холодно и пусто, и страшно, но не настолько. Здесь я смог очнуться и найти тебя.
Парень попытался еще крепче обнять волка.
— Надо же, я думал тебе вообще не может быть страшно.
— Прости, что не смог удержать вас на правильной тропе. А здесь я вообще не вижу куда тропы ведут. Я не вижу троп. Но я буду стараться смотреть. Не бросай меня... Пожалуйста, возьми амулет на себя, не бросай меня...
— На себя? Это в смысле я его одеть должен?
— Да. Если амулет будет соприкасаться с тобой, я стану немного сильнее. Может, тогда я смогу разглядеть нужную дорогу...
-Я его завтра обязательно надену и не буду снимать. Даже во сне не буду. А хочешь, я прямо сейчас его надену? Только для этого мне надо проснуться. Ты меня разбудишь? Ты же умеешь.
— Не уходи. Побудь со мной. Мне так теплее... — волк попытался отвернуть морду. Смутился что ли? Умеет он смущаться? Колдуна-шамана даже в человеческой форме порой очень сложно понять.
Кстати и правда теплее становится. Все окружающее пространство постепенно теплело. Поначалу это было похоже на бодрящую северную ночь ранней осенью. Теперь на ночь летнюю, южную, ласковую. Неужели это потому, что они с Волком вместе? Даже песчаная почва под задницей перестала холодить, сделалась мягкой и уютной. А темнота вокруг вновь почернела, но при этом перестала быть тревожной, стала безмятежной, убаюкивающей. Данила зевнул. Может, поспать? Мало ли, что он и так уже спит. Данила давно уже привык к этим фокусам многоярусных снов.
— Не уйду, — пообещал он Волку и лег на теплый песок, не переставая обнимать зверя. Какой же он тощий! — Давай вместе поспим, — парень попытался подтянуть волчка поближе и уткнулся носом в мягко-жесткую шерсть. А псиной совсем не пахнет... Пахнет тайгой, кедрачом, домом пахнет. Даниле даже показалось, что сверху зашелестели могучие хвойные лапы и слышится слабое потрескивание костра-нодьи. Он приоткрыл один глаз, но ни деревьев, ни костра не увидел. Ну и фиг с ними, главное Волк рядом.
— Ой, там же к нам полезть могут! А я уснул.
— Ну уж на такую малость меня хватит. Полезут, я почую и разбужу тебя...
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
