Гражданин

— Ух ты, да тут еще и ветер есть, — поразился Смит, когда внезапно налетевший порыв закрыл его глаза волнистой шевелюрой.

— Шикарный вид, — сказал Ян, и пригладил короткий ежик волос.

Посмотрев на раскинувшийся под ногами город, только хмыкнул. Увы, но отсюда, с высоты, стало совершенно ясно — имитация. Это всего лишь имитация настоящего города. Впрочем, так всегда бывает, пока ты находишься в чем-то, ты пленник иллюзии, заложник ситуации — и лишь взглянув на все со стороны, отчетливо понимаешь и видишь все. Вот и я видел стены отсека, пытающиеся имитировать горизонт, но не способные обмануть внимательный взгляд. В этом искусственном горизонте отчетливо чувствовалась фальшь и это разрушало иллюзию.

— Теперь понятно, чего тут только мы, — пробормотал Смит.

Повернув к нему голову, заметил, что он смотрит на стену отсека. Ян так же проследил за его взглядом и через пару секунд перевел его вниз, на псевдогород, но не прошло и минуты, как он опять смотрел на искусственный горизонт.

— Идемте отсюда, — повернулся он спиной к краю смотровой площадки.

— Давайте в парк, — предложил я, додумавшись выйти в сеть и скачать рекламный буклет станции.

Парни возражать не стали и мы потопали к ближайшей станции пневмосистемы. Спускаться и вновь погружаться в недогород желания не было, поэтому мы прямо с крыши небоскреба прошли во внутренние отсеки оси станции, и уже оттуда, пройдя через детский центр, попали к целому скопищу лифтов-вагонов. Парков на станции имелось несколько, но полноценным мог считаться лишь расположенный ближе к внешней обшивке. Вот в него-то мы и направились, но по желанию Яна вышли чуть раньше.

— Всегда хотел на звезды посмотреть, — сказал он и потащил нас к обзорной галерее при обсерватории.

Честно говоря, вначале подумал, что он именно в нее и хочет попасть, но Ян ограничился полутемным залом-предбанником. Он скорым шагом пересек его и, совершенно по-детски, прижался носом к прозрачному пластику. Еще и ладони с растопыренными пальцами приложил.

— Фильмов пересмотрел, — шепнул мне Смит. — Он даже в армию хотел пойти, я его кое-как уломал не дурить. С нашим, — Смит выразительно посмотрел вверх, — хватает шансов на передовой оказаться и в никому ненужной стычке на границе помереть.

— Угу, — буркнул в ответ и сделал вид, что всецело поглощен звездами.

В принципе, так оно и было. Завораживающее это зрелище — стоять перед прозрачной стеной в полушаге от бездны и смотреть на далекие светила. Где-то там Солнце и Земля, на которой мне нечего делать. Большинство похищенных с нее соотечественников погибло во время боя пирата с работорговцем и усмирения обоих патрулем. Выжившие оказались сплошь индивидуалисты. 'А ведь ты и сам не кинулся что-то народ собирать', — пришла и тут же ушла мимолетная мысль. 'Это все химия, наверняка нас постарались максимально растащить, чтобы не объединились и не учудили чего-нибудь', — последовала за ней новая, то ли идея, то ли и вовсе озарение.

— Где-то там эти гады, — скрипнул зубами Ян.

— Кто? — Удивился Смит.

'А так ли ты хорошо знаешь своего друга?', — подумалось мне, пока Ян коротко рассказывал о деде, погибшем от рук халифатского корсара. Тогда только-только отгремела очередная война, вновь закончившаяся ничем, и обе стороны еще покусывали друг друга набегами, но использовали для этого частников. Дед Яна захотел подзаработать, получил патент, стал внештатным агентом имперских спецслужб, которые руководили действиями корсаров, но его противнику повезло больше. Молодой волчонок загрыз старого волка, вот теперь Ян и точил зуб, сам толком не зная на кого. Наверно на весь Халифат сразу.

— Будут деньги, доберусь до него или его потомков, — закончил сбивчивый рассказ Ян.

— Дурак ты, — покачал головой Смит. — С деньгами надо жить да радоваться, а не о мести думать. Ты хоть деда-то своего помнишь толком?

— Смутно, — буркнул Ян. — Но он героем был, — добавил он уверенно. Я бы даже сказал, с верой добавил.

— Пошли уже в парк, мрачно тут, — перевел разговор на другую тему и тут же подал пример, первым на выход из смотровой галереи потопав.

Парк впечатлял и был действительно полноценным парком. Тут даже деревья по периметру росли, закрывая переходящие в куполообразный потолок стены. Сейчас на нем светило искусственное солнце и в целом имитировался день, но если приглядеться к краю, можно было увидеть звезды. 'Должно быть ночью тут просто шикарно', — подумал, вдыхая аромат цветущего куста шиповника.

Почти весь парк состоял из переплетения дорожек, кустов, клумб и просто стриженных газонов. Мощные вентиляторы создавали хитрые ветряные потоки, так что ты не просто ощущал его кожей и волосами, но и, прогуливаясь по дорожкам, буквально плыл по волнам разнообразных запахов. Меня удивляло, что тут почти никого нет. Может быть, вечером приходят? Или даже к этому привыкли настолько, что стало обыденностью? Может и так.

Молчаливые и задумчивые, мы гуляли по парку. Бесцельно переставляли ноги и думали о своем. За парней наверняка не скажу, но могу предположить, что Смит грезил богатством. Не самим по себе, а теми благами, которые купит. Взгляд у него был такой мечтательно-маслянистый. Так что догадаться о том, что именно он представляет не составляло особого труда. В противоположность ему Ян шел мрачный. Такая себе грозовая туча, припасшая молний и ищущая, на кого бы их обрушить. Впрочем, парк подействовал на него умиротворяющее и вскоре он стал грустно улыбаться, а порой и вздыхать. Видимо деда вспоминал. Не верится мне, что он его смутно помнит. Порой события из детства намертво в мозгу запечатлеваются.

Мои мысли туда-сюда поскакали, да так ни на чем конкретном и не остановились. Разве что о медитации подумалось, когда сели перекусить бургерами из пищевого автомата в закутке у фонтанчика. Тут вообще имелось много подобных завитушек-ответвлений из живой изгороди. Видимо парк проектировал романтик, исходивший из собственных предпочтений обжиматься на природе. 'А может и психолог, понимающий важность уединения и современную скученность', — возразил самому себе.

Последнее повеселило, тут же вспомнился деловой центр, но потом пришло понимание, что стены-то в любом случае давят. Есть ведь огромная разница между тем, когда ты сам не хочешь из них выходить и когда просто не можешь это сделать. Станция, какой бы огромной она ни была, это все же последнее, для того и нужен этот парк, потому и порывы ветра даже в коридорах возникают, от того пусть плохонькая, но имитация горизонта и проекция неба в отсеках.

Мысли свернули в техническую сторону, прикинул в уме, сколько может стоить поддержание проекций, получалось немного, но если в рамках целой станции, так вроде и солидно. С другой стороны, внезапно слетевший с катушек оператор какой-нибудь системы или диспетчер мог на ровном месте такой ущерб организовать, даже без злого умысла, что устранение его последствий с лихвой окупит поддержание проекции лет на сто вперед.

— Устал я что-то, находился, — пожаловался Ян.

— Пошли в бар, цыпочек каких найдем и все такое, — сказал вынырнувший из раздумий Смит.

— Лучше базы корабельные поучить, нам же вылетать скоро, долгов на каждом, — напомнил парням, но те только отмахнулись.

Аж обидно стало, чувствую себя старым ворчуном, но они правы — им эти базы выучить раз плюнуть, у них нейросети есть, это мне с нейрокомом корячиться.

— Алекс, ну так как, ты с нами? — Спросил Смит.

— Нет, пойду базы 'Обжоры' изучать.

— Пф, да что там тебе с них, жалкие полпроцента эффективности и это в лучшем случае, — сказал он.

— Кредит к кредиту — кит, — ответил ему местной поговоркой, на что лишь пожатие плечами получил. Двойное.

Ян моего стремления погрузиться в учебу не разделял, но, в отличие от Смита, не считал себя вправе решать и указывать. В общем, разошлись мы в разные стороны. Я в номер, мозгами скрипеть, парни в бар, подруг искать. Ладно, дело молодое, главное, чтобы обошлось без приключений.

Примечание к части

xbnfntkm13, бечено

>

Глава 6

Парни вернулись на следующий день. Мятые, похмельные, но довольные и голодные. Я к тому времени успел треть баз по 'Обжоре' осилить и уже начал волноваться. С утра даже позвонить собирался, но потом решил — нянька им что ли? — и в учебу погрузился. Нацепил виртшлем, побродил немного по проекции корабля, прикидывая, что куда поставить и как разместить, и загрузил очередную мини-базу. Скоротал время до обеда под 'глюки' из схем, диаграмм, графиков и текстово-визуальных пояснений. Там и Ян со Смитом приползли.

— Как погуляли? — Спросил, убирая шлем на прикроватную тумбочку и вставая. Залежался что-то, тело нагрузки требовало.

— Хорошо погуляли, таких цыпочек сняли, — закатил глаза Смит.

— Зря с нами не пошел, — включился в разговор Ян.

Короче говоря, в два голоса на перебой рассказали мне о своих похождениях. Аж умилялся с них. Словно не двадцатилетние лбы, а пятнадцатилетки первыми любовными похождениями хвастающиеся. В общем, весело они вечер провели и ночь хорошо скоротали, даже немного завидно стало, но вот за обед пришлось платить мне. Ладно, бывает. Не стал парней напрягать, но решил их чувство вины на пользу направить.

— Раз хорошо погуляли, значит пришло время поработать, — объявил, когда с едой покончили.

— Я бы лучше поспал, — предпринял вялую попытку отбрехаться Смит.

— Да нет проблем, — одарил его широкой и, надеюсь, плотоядной улыбкой. — У вас же нейросети? — Оглядел их с прищуром.

— Угу, — кивнули они синхронно, без труда поняв, куда клоню.

— Вот и учите базы в трансе, а что не успеете — ночью добьете. Поужинаем и спать завалимся, завтра корабли придут.

Последнее парней воодушевило и мы дружно заняли горизонтальное положение по койкам, прикрыли глазки и погрузились в учебу. Часов до восьми вечера плавили мозги, потом перекусили и вновь по кроватями расползлись. Хорошо им, они за счет нейросетей больше моего выучили, за ночь остальное доучат, а вот мне уже на корабле заканчивать придется. Ладно, будем утешаться приростом КИ и тем, что контракт меня все равно по рукам-ногам связывает.

Второе утро на станции началось с сообщения о прибытии наших корабликов. Прислали его не только мне, но и ребятам. Те были готовы хоть сейчас в ангар бежать, но я их порыв осадил.

— Час-другой роли не играет. Давайте позавтракаем, да как следует подумаем, чего нам еще не хватает и что пригодиться может. Денег у меня немного осталось, но на кое-какие мелочи хватит.

— Да нам первую партии руды сдать, и сразу же все купим, — возразил Смит.

— Ты сорокой-то не становись, — покачал в ответ головой, — для начала определись, что надо, и про долги не забывай. Большая часть заработка на погашение кредита пойдет.

— Может не станем спешить, — высказался Ян и тут же пояснил мысль, — платить по минимуму, а остальное на счете держать, мало ли что.

Звучало вполне логично, но с моей точки зрения имелось два нюанса. Во-первых, если случится что-то действительно серьезное, нам вряд ли помогут небольшие накопления, а с мелочью мы и сами справимся. Благо мой корабль многое позволял. Во-вторых, чем меньше долг, тем выше шанс избежать арестантского контракта. Опять же, рейтинг растет. В отличие от земных кредитов, тут досрочное погашение всячески приветствовалось, так как не позволяло экономить, и банки получали свое в полном объеме. Вот эти соображения и озвучил парням, попутно заказав плотный завтрак.

— Ладно, убедил, рабовладелец, — усмехнулся Смит, уступая Яну место у трубы пневмодоставки.

— Надо бы пищевые синтезаторы поставить, — сказал Ян, принимая свой заказ.

— Пока рационами обойдемся, а там по финансам решим, — отмахнулся вилкой с кусочком бекона на конце. Возражений не последовало, все оказались заняты едой.

Плотно набив брюхо и скормив одноразовую посуду утилизатору, хрустнул пальцами и махнул на баулы. Вперед, мол, други, нас ждут великие дела.

— Ох, — крякнул Смит, поднимая свою часть груза. — Они же легче были, — пожаловался он.

— Угу, — просипел Ян, пытаясь извернуться и поймать своевольную лямку рюкзака, никак не желающую даваться в руки.

— Вам бы какую базу военную выучить, хотя бы ранга до второго и собой заняться, — сказал, помогая Яну и забирая у Смита один баул.

— Пф, — отмахнулся Смит, — станем еще такими же скучными.

— Военные базы башку правят, становишься этаким правильным, — пояснил Ян, заметив мое удивление.

— Это точно, или слухи? — Напрягся от таких новостей и как-то совсем иначе на свою возню с этими оболтусами взглянул.

— Ну, слухи всякие ходят... — Начал было напускать тумана Смит, но Ян испортил ему игру:

— Чушь это все, обычная профессиональная деформация, такая от любой базы есть. Просто первое выученное как бы общий вектор задает.

— Еще от предрасположенности многое зависит и опыта, — буркнул Смит, недовольный тем, что лишился развлечения и возможности блеснуть.

— Пошли уже, — махнул на дверь и первым подал пример.

Разумеется, пока до ангара добирались, устроил парням допрос. В итоге стал еще больше Грега в хитром плане подозревать. Наверняка же нам не только сны навели, но и кое-какую информацию сняли. Вряд ли делали полное ментосканирование, слишком уж опасно, но вот поверхностно в головах пошарили. Логично, мало ли, вдруг псих или там маньяк какой, такого проще либо сразу перепрошить, либо и вовсе на удобрения тихонько пустить.

Тут, кстати, интересный момент. В Содружестве жизнь человека считалась величайшей ценностью. Полагаю, во многом из-за ее продолжительности. Но имелся нюанс — ценилась жизнь гражданина своего государства. Так что некондиционного иммигранта, особенно дикого, можно было и приморить по-тихому. Сбой в анабиозной капсуле и добро пожаловать на переработку в компост — не пропадать же добру.

Государственные органы правопорядка занимались убийствами и экономическими преступлениями, да и то не всякими. Разной мелочью, вроде насилия, тяжких телесных или там доведения до самоубийства, они не занимались. Это все находилось в ведении местных органов. К примеру, на станции этим занималась корпоративная полиция 'Астроминерал'. Впрочем, как раз в Осской Империи государственная полиция еще и работорговлей ведала. Так уж сложились обстоятельства, что с одной стороны мы граничили с Халифатом, а с другой с Аварской Империей. И там и там официально существовало рабовладение. Разные малоприятные типы пытались разбогатеть путем захвата живого товара, от того-то и сложилось в Осской Империи специфическое отношение к работорговле. Потому-то и случались чуть ли не каждые полвека войны то с одним соседом, то с другим.

Возвращаясь к куратору в миграционном центре. Уверен, Грэг имел что-то вроде общей выжимки и моего психопортрета, который и использовал. По идее, его за это можно засудить, но доказать что-то будет сложно, а главное — нет желания. Скорее уж благодарить стоит. В прошлом я не то чтобы в каждой бочке затычкой был, но, мягко говоря, назвать себя равнодушным гражданином не мог. Вот на это-то обостренное чувство справедливости и легли военные базы. Сами по себе они патриотизма или там жертвенности привить не могли, да и не пытались, хотя бы потому, что это скорее повредить могло, и лишь очень немногих зацепить. Нет, все хитрее и проще.