Холодный космос 2

Мысль навестить своих двойников пришла Максиму внезапно. Эти клоны, эти биодроны, как он их мысленно называл, вели себя на удивление тихо. Слишком тихо. Их каюты находились в самом глухом отсеке, и за все время полета они ни разу не вышли, не попросили еды и не проявили никакой инициативы. Любопытство, смешанное с отвращением, заставило его спуститься туда.

Дверь в их общую каюту была не заперта. Максим вошел без стука и застыл на пороге.

Четверо молодых парней, точь-в-точь как он сам лет десять назад, сидели на двух нижних койках, уставившись на большой терминал, вмонтированный в стену. На экране с плохим разрешением двигались расплывчатые фигуры, издавая характерные звуки. Все четверо сидели, разинув рты, с глуповатым, завороженным выражением на абсолютно одинаковых лицах.

Максим фыркнул. Судя по всему, базовое влечение даже ускоренная акселерация и жесткое нейронное программирование подавить не смогли.

-Ну шо, ксерокопии мои лопоухие, морально разлагаемся? -громко спросил он.

Четверо двойников синхронно повернули к нему головы. Их взгляды были пустыми, без тени смущения или осознания. Они просто смотрели, как инопланетяне на странный объект. Максим вздохнул и попробовал проще.

-Че, нравится, как дядя с тетями трутся друг об друга?

Четыре головы синхронно кивнули. Уголок рта одного из них дернулся в подобии улыбки. Максим, движимый черным юмором, не удержался.

-Хотите также?

Один из клонов, чуть более осмысленный, чем остальные, с нашивкой ''Билл-28'' на груди, поднял на него взгляд.

-Да. Хотели бы, — его голос был плоским, лишенным эмоций, точной копией голоса Максима, но без привычной хрипотцы и иронии.

Максим цокнул языком, делая вид, что огорчен.

-Увы, ребята. Насколько мне известно, вам отключили эрекцию и сделали хроническими импотентами. Так что, можете лишь смотреть. Ну, знаете, как в старые добрые времена — все желания есть, а возможностей нет. Добро пожаловать в клуб.

Было одновременно и смешно, и жутко. Он был рад, что у него самого с этой частью организма все было в полном порядке. По крайней мере, пока. Максим уже хотел уйти, но Билл-28 задал вопрос, глядя на него своими чистыми, пустыми глазами:

-Правда, что ты наш папа?

Максим поморщился, будто от зубной боли.

-Боже упаси. Скорее уж... старший брат. Очень старший, -Он прислонился к косяку. -Кстати, как вас вообще растили? В пробирках?

Билл-28 покачал головой.

-В казарме. У нас был воспитатель. Мы называли ее мамой.

Максим с трудом сдержал смех. Представление о суровом сержанте в роли ''мамы'' для толпы его клонов было одновременно дурацким и жутким.

-Вас вообще... сколько вас, таких ''братьев'', сделали? -спросил он, боясь услышать ответ.

Билл-28 на мгновение задумался, его лицо выразило редкое усилие мысли.

-Двести точно есть.

Максим закатил глаза с таким драматизмом, будто играл в немом кино.

-Двести тысяч готовы, еще миллион на подходе? -язвительно выдохнул он.

Клон просто растерянно поморгал глазами, явно не поняв сарказма. Максим с раздражением махнул рукой.

-А, ладно. Чего с вас, пустоголовых, взять? Смотрите свое... кино. Только экран ничем... не заляпайте.

* * *

''Каракурт'' вышел на низкую орбиту Тау Волантис, и через обзорные экраны открылся вид, от которого перехватывало дыхание. Планета представляла собой гигантский мраморный шар, сотканный из белоснежных ледников, темных скалистых выступов и редких пятен коричневых пустынь. Сверкающие ледяные поля простирались до горизонта, их поверхность испещрена трещинами и грядами торосов.

Дрон-мины, о которых предупреждал Максим, безмолвствовали, не проявляя никаких признаков активности. Казалось, сама планета затаилась в ледяном оцепенении.

Но данные сканирования рисовали иную картину. Тау Волантис была сплошной аномалией. Помимо фонового излучения Обелисков, датчики фиксировали странные, пульсирующие гравитационные сигнатуры, исходящие из глубин ледяного щита. Одновременно из того же района поступали слабые, но стабильные радиосигналы, закодированные по старому протоколу времен Суверенных Колоний. Видимо, кто-то двести лет назад забыл отключить аварийный маяк, или же нашлись те, кто отчаялся и не пожелал следовать Сценарию Пять — протоколу полного уничтожения всех свидетельств и данных об исследованиях. Благодаря этому маяку искать основную исследовательскую колонию не придется, координаты преподнесли буквально на блюдечке.

— Смотрите! -один из операторов указал на тактический экран с отметками на ближних и дальних орбитах. -Периодические радиосигналы идут еще и с тех кораблей.

На орбите, словно призраки, висели древние корабли флота ВССК. Гравитационные двигатели некоторых до сих пор работали, не давая сойти с орбиты и упасть на планету.

-Мы должны высадиться на них! -воскликнул профессор Гиммлер, его глаза горели огнем исследователя. -Архивы, бортовые журналы! Это бесценный источник информации!

-Никаких высадок, -тут же парировал Максим, его голос не допускал возражений. -Я не собираюсь лезть в пасть к акуле. На тех ржавых гробах полно спящих некроморфов. Одно неверное движение, и мы устроим себе очередную мясную дискотеку, а никто кроме меня и Айзека не имеет опыта выживания в ней.

Взоры всех присутствующих на мостике снова обратились к главному экрану, где демонстрировались результаты глубокого сканирования поверхности. Данные георадаров и спектрографического анализа вызывали растущее недоумение.

-Это... это невозможно, -прошептал профессор Гиммлер, вглядываясь в сложные модели, выстроенные корабельным компьютером. -Геологическая структура ледников... она аномальна.

Ледяной щит, покрывавший около восьмидесяти процентов планеты, не был результатом медленного оледенения. Данные указывали на катастрофически быстрое замерзание. Слои льда лежали неестественно, будто гигантская океаническая волна была заморожена в момент своего движения. Под многокилометровой толщей льда четко прослеживались русла древних рек, затопленные континентальные шельфы и даже что-то, напоминающее остатки прибрежных городов, хотя подтвердить это наверняка было нельзя. Создавалось впечатление, что Тау Волантис когда-то была миром-океаном, теплым и полным жизни, который по чьей-то воле или из-за катаклизма неизвестной природы был мгновенно превращен в ледяную гробницу.

-Посмотрите на структуру ледников в районе экватора, -указал один из ученых. -Они будто... выросли из океана. Словно всю воду на планете заморозили по команде. Это подтверждает теорию о вмешательстве. Такие изменения не могут быть естественными. Это работа внешней силы. Возможно, той самой стазис-машины пришельцев! Нам необходимо провести раскопки! Изучить слои, взять пробы...

-Никаких раскопок, -Максим оборвал его, его терпение таяло. -Мы здесь не для того, чтобы удовлетворять ваше академическое любопытство, профессор. Мы за Розеттой. Забрали ее и валим отсюда к чертовой матери. Чем меньше мы тут ковыряемся, тем выше шансы, что мы все отсюда уйдем живыми.

-Но стазис-машина, образцы технологий... -попытался возразить Гуриев, всегда прагматичный. -Если они могут дать нам оружие против Лун, было бы глупо не попытаться.

-Попытка — не пытка, на х..й не натянешь, -парировал Максим. -Дам добро на второстепенные цели лишь в том случае, если не будет серьезных потерь в людях, если экипаж не начнет сходить с ума через пару суток, если некроморфы не устроят нам кровавую баню и если спуск в шахты будет выполним в кратчайшие сроки. До тех пор все ваши ''хотелки'' остаются на втором плане. Понятно?

В этот момент один из операторов вскрикнул:

-Объект! Крупный объект выходит из-за горизонта! Это надо видеть.

Из-за ледяного горизонта медленно выползало Нечто. Это не могло быть обычным небесным телом — даже беглого взгляда хватало, чтобы понять всю чудовищную противоестественность объекта. Буро-серый, деформированный шар, чья поверхность была испещрена бесчисленными кратерами, впадинами и неестественными наростами. Нижняя его половина выглядела так, будто ее изъели изнутри, обнажая темные, безжизненные полости. От одного только вида этой Луны по спине бежали ледяные мурашки. Она была воплощенной антитезой жизни, памятником абсолютного распада и извращения. Ее неподвижность была зловещей. Присутствующих на мостике не нужно было убеждать в ее опасности — все они видели записи начала Схождения, уничтожившего Землю.

-Дистанция — двадцать тысяч километров, -голос оператора был напряженным, но ровным. -Гравитационное влияние... минимальное. Аномально низкое для объекта таких размеров.

-Запускаю пассивное сканирование, -доложил другой техник.

Все замерли в ожидании. Данные начали поступать на главный экран, складываясь в шокирующую картину. Результаты сканирования повергли мостик в гробовое молчание. Объект, висящий перед ними, в значительной степени состоял из биомассы. Спектрограф и нейтринный детектор рисовали кошмарную структуру, под относительно тонким, от восьми до пятнадцати километров, наружным панцирем, состоящим из силикатов и какого-то материала на основе кальция, скрывалась колоссальная внутренняя полость, заполненная спрессованной органикой. Материал панциря... его состав с пугающей точностью соответствовал структуре костной ткани, но в масштабах, не поддающихся осмыслению.

Профессор Гиммлер, до этого момента молчавший, покачал головой с выражением полного недоумения.

-Это... это невозможно. Вся органика, вся биомасса целой планеты... ее не хватило бы для формирования столь массивного объекта. Это противоречит всем законам биогенеза и сохранения массы!

Максим, до этого мрачно наблюдавший за экраном, с горькой усмешкой повернулся к ученому.

-Невозможно? -его голос прозвучал с убийственным сарказмом. -Дорогой профессор, здесь ''невозможно'' — самое часто употребляемое слово. В вашем логичном и рациональном мире науки да, не хватит. А здесь... здесь в качестве строительного материала послужила коллективная агония целой разумной расы. Их плоть, их кости, их страх и отчаяние в момент Схождения. Преобразование чистой энергии в вещество, кстати, вашей физике не противоречит? Теоретически?

Гиммлер, побледнев, поджал губы и после короткой паузы кивнул.

-Не противоречит... -выдохнул он, не в силах оторвать взгляд от кошмара на экране.

-А что будет, если мы ее... случайно разбудим? Или попытаемся уничтожить? -спросил один из младших офицеров, не отрывая взгляда от зловещего шара на экране.

-Ничего хорошего, -тут же парировал Максим. -Если мы ее тронем, она успеет издать психический импульс. Крик, если хотите. И он распространится мгновенно, быстрее скорости света, по механизму, который вашей науке пока неведом. И на выручку этой братюне примчатся другие.

Он сделал паузу, чтобы его слова усвоили.

-Мудрец, на основе анализа обрывков данных и косвенных признаков, подсчитал, что только в одном Млечном Пути и близлежащих карликовых галактиках-сателлитах таких мясных шаров может быть минимум три десятка.

-Но Земля-то уже уничтожена, -вступил Гуриев, его логика была простой и солдатской. -Про Надежду они не знают. Может, и не дотянутся?

Максим горько усмехнулся.

-О, наивность... Вы что, правда думаете, что эти голодные хтонические твари поленятся поискать недоеденные остатки человеческой расы? Они почуют сигнал бедствия и для них это будет как звонок к ужину. Они придут. И сметут все на своем пути. Надежда для них — не спрятанный тайник, а последняя кроха на тарелке, которую они обязательно подчистят. Не нужно быть идиотами и надеяться на их лень или невнимательность.

Повисла тяжелая пауза. Картина, нарисованная Максимом, была слишком ясной и пугающей, чтобы кто-то мог с ней спорить.

-Лейтенант Томсон, -Максим развернулся к командиру корабля. -Передайте ''Фантому'' по лазерному каналу. Сжатый пакет, протокол ''Гамма-Тишина''.

-Слушаюсь, -Томсон кивнул и отдал тихие распоряжения оператору связи.

Через несколько секунд тот подтвердил:

-Пакет передан. Подтверждение о получении.

Максим снова посмотрел на неподвижную, зловещую Луну.

-Вот их задача: подойти к объекту на минимально безопасное расстояние. Провести дистанционное сканирование всеми доступными неактивными методами. Взять пробы внешнего панциря с помощью дистанционных манипуляторов. Никакого глубокого бурения. Никаких энергетических воздействий. Их задача — наблюдать и собирать данные, не тревожа спящего зверя. И передайте им мой приказ, дословно. Если с ''Фантомом'' что-то случится, если он подвергнется атаке, потеряет связь или просто перестанет отвечать, ''Каракурт'' не оказывает помощь. Ровно также им предписывается действовать, если что-то приключится с нами. Лучше пусть экспедиция будет частично успешной, чем на Надежду не вернется никто, чтобы рассказать, что нас здесь ждет. Понятно?

-Понятно, -тихо, но четко ответил Томсон.

Приказ был безжалостным, но все понимали его необходимость. Они играли со стихией, которую не могли контролировать. И цена ошибки была равна цене всего человечества.

Глава 6

''Каракурт'' с оглушительным ревом врезался в плотные слои атмосферы Тау Волантис. За бортом полыхалo багровое зарево, но внутри корабля царила напряженная тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом систем и редкими докладами операторов. Максим, вцепившись в подлокотники кресла на мостике, лихорадочно перебирал в памяти обрывки знаний из далекого прошлого — воспоминания о видеоигре, ставшей теперь жуткой реальностью.

-Так, по смутным воспоминаниям, нам нужен некий Объект номер два, -проговорил он, не отрывая взгляда от главных экранов, где мелькали изображения заснеженных горных хребтов. -На самой высокой вершине. Там должен быть целый комплекс сооружений и вход в подземную шахту. И где-то там же, если нам чертовски повезет, наша цель — замороженная Розетта.

Томсон, не отрывая взгляда от навигационных данных, пробормотал себе под нос достаточно громко, чтобы все услышали:

-Гигантская луна из мяса и костей — это еще куда ни шло. Но пытаться найти секретную базу двухсотлетней давности по наводке человека, который утверждает, что видел все это в видеоигре из другой вселенной... Это какой-то новый уровень безумия.

-Я все прекрасно понимаю, лейтенант, -беззлобно отозвался Максим. -Но поверь, мне кажется, мы живем еще не в самом паршивом мире.

После серии пролетов на высоте в шесть километров и сопоставления обрывочных данных предыдущей беспилотной разведки, сканеры наконец зафиксировали нечто многообещающее. Четкие очертания горного хребта, и на самой его высокой точке — скопление геометрически правильных структур, явно созданных разумными существами. В восточной части комплекса зиял огромный круглый колодец из темного, почти черного материала, напоминающего усиленный бетон.

-Кажется, это оно, -Томсон вывел увеличенное изображение на центральный экран. -Соответствует.

Профессор Гиммлер, изучая поступающие данные сканирования, покачал головой с видом научного изумления.