Целеуказание

Почему я поперся в аж в Китай, чтобы набрать себе работников для моей корпорации? Так, я тут поприсматривался к австралийским рабочим. И мне они не понравились. От слова СОВСЕМ!!! Сейчас они уж как-то слишком были увлечены борьбой за свои права, забастовками и стачками. А мне такие работники на хутор не упали. Мне работать надо и прибыль получать. А эти придурки бастовать будут. Да, ну их в пень! Я вот зато точно знал, где в это время мается от голода и лишения довольно много нормальных и образованных людей, годных стать высококлассными рабочими на моих предприятиях. Я ведь жлобиться не буду. И стану платить своим людям очень неплохую зарплату по местным меркам.

И еще я планирую ввести на своих предприятиях десятичасовой рабочий день. Да, да! Вот такой я демократ и хороший парень. Ведь тут сейчас рабочие почти во всех странах от двенадцати до шестнадцати часов на заводах пашут за мизерные деньги. А мои будут только десять часов работать. Благодать! И еще я планировал ввести для своих работников различные социальные льготы. И обеспечивать их нормальным корпоративным жильем. А для их детей даже потом школы и детские сады могу еще построить. Посмотрим, как там дело дальше пойдет. Кстати, насчет провоза вместе с семьями в Австралию из Шанхая и получения австралийского гражданства моими русскими работниками я никого тоже не обманывал. Все это будет сделано за мой счет разумеется. Я ведь в премьер-министром Стэнли Брюсом договорился насчет своих работников.

Убедил его, что мои белые эмигранты уж точно ни в каких революционных движениях участвовать в Австралии не будут. При этом рассказал ему, кто все эти люди. И почему они ненавидят большевиков, коммунистов и революцию, которые у них отобрали все. Согласитесь, что такие вот люди, прошедшие через пекло гражданской войны, уж никак не захотят способствовать тому, чтобы на их новой Родине снова случилась революция. Скорее уж они будут всячески против этого бороться. В общем, австралийского премьер-министра мне удалось уломать. И он даже обещал подумать, чтобы пригласить в Австралию всех беженцев из Советской России. Тех кто бежал от советской власти и ненавидит ее. Ведь здесь все еще очень нужны новые белые мигранты. Австралии такие мотивированные на противостояние коммунистическим идеям граждане были бы не лишними. Тем более, что русские люди тоже являются белокожими европейцами. Поэтому должны хорошо вписаться в общество белых колонизаторов. На них австралийские англосаксы уж точно презрительно коситься не станут как на каких-нибудь арабов, азиатов или малайцев.

Кстати, меня сейчас в Шанхае очень трудно спутать с прежним старшим лейтенантом Виктором Орловским. Я сейчас одет как богатый англичанин или американец. Усы мне тоже пришлось сбрить. Прическу также я теперь ношу очень короткую. Это чтобы меня тут никто из русских эмигрантов вдруг не узнал. Из старых знакомых прежнего хозяина этого тела. А еще я тоже заблуждался насчет усов. Это в России их сейчас почти все мужчины носят как и бороду. А вот в той же Австралии мода оказалась совсем другая. И там в данный момент большинство мужчин предпочитает ходить без усов, бороды и бакенбардов. Поэтому я тоже усы свои сбрил, чтобы не выделяться из австралийского общества. И еще у меня почти рассосался шрам от пули над правым виском. Тут моя сказочная регенерация попаданца хорошо постаралась.

Поэтому сейчас во мне прежнего Орловского узнать очень трудно. И я всячески стараюсь, чтобы меня с ним никак связать не могли. Хотя я тут в Шанхае узнал, что меня то как раз и не ищут. Никто просто так и не узнал, а кто же все таки украл тогда из банка Владивостока целую кучу ценностей. Владелец банка от такой шокирующей новости помер от разрыва сердца. Поэтому меня он никак уже опознать не сможет. Все работники банка, что помогали нам таскать ящики в грузовик, потом вместе с беженцами на крейсере "Лейтенант Дыдымов" и погибли прямо с тем утонувшим кораблем во время шторма. Поэтому из живых свидетелей остается только тот водитель грузовика, на котором мы и катались в тот банк. Но его следы затерялись где-то во Владивостоке.

Поэтому расследование ограбления банка в городе Владивостоке накануне эвакуации оттуда белых, которое тут учинили главари белой эмиграции в Китае, просто зашло в тупик. И никто теперь даже и представить не может из этих людей, что те банковские ценности спер я со своими людьми. Уф! Когда я об этом узнал, то у меня прямо камень с души упал. Теперь хоть можно не опасаться, что мне вдруг кто-то предъявит претензию за ограбление банка Владивостока. Нет у них теперь свидетелей и доказательств. Но я все равно буду и дальше поддерживать личину Виктора Иглса, чистокровного колониста из Австралии. Так мне гораздо легче вести свои дела. А то к русским беженцам сейчас на планете Земля относятся не очень хорошо. Особенно в некоторых странах типа Японии или Китая. Тут из реально ненавидят и всячески третируют. Ведь японцы и китайцы тоже оказались еще теми законченными расистами только на свой азиатский лад. Мне тут белоэмигранты уже успели много раз нажаловаться, как по скотски китайские власти в Шанхае относятся к русским людям.

А вот перед англосаксом вроде меня с моим австралийским паспортом китайцы сейчас открыто лебезят. Я для них прямо сверхчеловек какой-то. Мда! Вот такое здесь оказывается время всеобщего расизма и расовой ненависти. А мы потом удивлялись там в будущем, что война Германии против какой-то там мелкой Польши в 1939 году вдруг как-то внезапно переросла во Вторую Мировую войну. Да, потому что здесь и сейчас в мире царит какая-то нереальная расовая ненависть. Это вот прямо кожей чувствуется. Когда ты приезжаешь в ту или иную страну.

Глава 11.

Закупки.

Итак, персонал я нанял. Землю на окраине Мельбурна выкупил. И построил там заводские корпуса моих будущих предприятий. Кроме этого там же неподалеку строился и поселок для моих работников. Я свои обязательства перед людьми четко выполняю. Мне всякие там забастовки и недовольство рабочих совсем не нужны. Теперь мне предстояло найти для моих предприятий оборудование. Я ведь обещал премьер-министру Австралии наладить тут свое оружейное и металлургическое производство. А для этого мне нужны были специализированные станки, прокатные страны, домны, гидравлические прессы и прочее подобное оборудование. Необходимое для полноценного производства оружия, боеприпасов и металлургических изделий.

В общем, мне предстояло решить, а где я все это буду доставать. Поначалу я склонялся к мысли закупить все необходимое для моего производства в Америке. Но потом меня очень неприятно поразили цены, запрашиваемые американцами за свое оборудование. После этого любое желание иметь дело с янки у меня испарилось как утренний туман. Крохоборы долбанные. Этим лишь бы наживаться на чужой нужде. Нет, видимо, придется искать в Европе. Там сейчас как-раз начался послевоенный кризис. И производство оружия переживает не самые простые времена. Впрочем, такой процесс всегда происходит после особо крупных войн.

Когда оружейники в ходе войны производят целую кучу разнообразного оружия. Которое после подписания мирного соглашения становится не очень нужным обеим сторонам конфликта. Новых заказов на оружие тогда особо не делают. Так как на складах и без этого скопилось очень много ранее произведенного оружия. То есть после войны во всех европейских странах начался кризис перепроизводства. Никто здесь пока не хотел закупать новые партии оружия. И европейские вояки довольствовались еще его старыми запасами. А оружейный бизнес из-за этого нес большие убытки. Пообщавшись с английскими, французскими, итальянскими и бельгийскими оружейниками, я пришел к гениальной мысли о том, что сейчас в 1923 году промышленное оборудование для моего оружейного завода лучше будет купить в Германии. Эта европейская страна славилась своей культурой оружейного производства. Немецкое оружие считалось одним из самых лучших в мире.

Вот только после проигрыша в Первой Мировой войне в Германии тоже случилась своя революция. Германская империя пала, кайзер отрекся от престола и бежал из страны, а вместо него там началась эра демократической республики. Правда, гражданская война в Германии тоже случилась. Хотя она и не была тут такой же разрушительной и беспощадной как в России. Но сейчас ее угли все еще тлели на территории Германии. Немецкие коммунисты, подзуживаемые агентами Коминтерна и Москвы, мечтали устроить социалистическую революцию и отобрать власть у буржуазии, которая в свою очередь перехватила управление у немецкого кайзера. Поэтому обстановка сейчас в Германии была очень тяжелая и нервная для бизнеса.

Большинство предприятий стояли или находились на грани банкротства. И больше всех от этого страдали немецкие оружейники. Ведь проигравшей войну Германии по условиям мирного договора, подписанного немцами со странами Антанты в 1918 году, было запрещено иметь большую армию. При этом военного флота и авиации Германия вообще лишилась. Да, и сильно сократила свою армию, которой также было запрещено иметь на вооружении артиллерию, автоматическое оружие и танки с броневиками. Сами понимаете, что в таких условиях оружейный бизнес в Германии находился на грани краха. А многие предприятия, ранее производившие орудие для немецких вооруженных сил, сейчас оказались на грани банкротства. Ну, а кое-кто из немецких оружейных промышленников и вовсе распродавал свой бизнес за сущие гроши. И теперь к этому процессу разграбления немецкой оружейной промышленности решил подключиться и я. Ведь в 1923 году немецкое оборудование оказалось самым дешевым в мире. Ну, а про его качество я уже говорил. Оно было выше всяких похвал. Не хуже американского, если не лучше.

Поэтому по приезду в разоренную войной и революцией Германию я начал активно скупать у немецких промышленников необходимое мне оборудование для моего оружейного бизнеса. И при этом мне его отдавали, особо не торгуясь за сущие гроши. Можно сказать, что отличные немецкие станки мне продавали по цене металлолома. Таким сильным было отчаяние немецких оружейников, разорившихся из-за всех этих социальных и экономических потрясений в их родной стране. При этом я еще и по дешевке выкупал у немцев неограниченные лицензии на производство различных типов немецких вооружений. В результате этих махинаций я вскоре получил полную техническую документацию и право производства следующего немецкого оружия. Винтовка 98 "Маузер", пистолет "Маузер" С96, пулемет МГ-08, пистолет-пулемет МП-18, автоматическая 20-милиметровая пушка "Беккера" тип М-2.

Кстати, хотелось бы немного рассказать о последнем типе оружия. Немецкая фирма СЕМАГ, владевшая патентом на эту автоматическую зенитную пушку, как-раз недавно обанкротилась и в данный момент вела переговоры о продаже патента на это 20-милиметровое орудие с германской компанией "Эрликон". И когда я это узнал, то меня как-будто током шибануло. "Эрликон" — ведь именно так называлась самая знаменитая немецкая зенитная автоматическая пушка в той истории Второй Мировой войны, что я знал. Да, да! Компания "Эрликон" как-раз и должна была выкупить у СЕМАГ патент на пушку "Беккера", которую они потом начнут продавать по всему миру под своим лейблом.

— Такая корова нужна самому! — подумал я тогда и начал процесс торговли за патент на 20-милиметровую автоматическую зенитную пушку "Беккера".

И к моему удовольствию, я эту эпичную битву выиграл. Впрочем, то противостояние с фирмой "Эрликон" обошлось мне не очень дорого. Ведь те Гансы хотели сначала тоже купить такую перспективную зенитку у обанкротившейся СЕМАГ за сущие гроши. Просто потому что больше других покупателей не было сначала. И это могло бы у них легко получиться. Но тут в исторический процесс с грацией носорога вмешался один мутный попаданец в моем лице. И теперь все! Не будет уже в этой версии истории у фашистской Германии их знаменитого зенитного "Эрликона". Теперь Гитлеру придется поискать другие зенитные пушки для своей уродской армии настоящих арийцев. Так как я это оружие немцам уж точно продавать не стану ни за какие деньги. Пускай другие варианты ищут и мучаются с ними. А 20-милиметровая зенитная, автоматическая пушка мне самому пригодится. Уж я то найду куда ее пристроить.

Кроме этого оружия я закупался еще и оборудованием для сталелитейной и металлургической промышленности. Тоже за довольно смешные цены немцы сейчас были вынуждены мне продавать все, что мне приглянулось. Кстати, с покупками мне активно помогал главный инженер моей корпорации "Милитех" Соловьёв. Которого я взял с собой в это турне по Европе. Еще со мною ехали капитан Зотов и его новые сотрудники. Этих людей я взял с собой для солидности и охраны. А то сейчас в мире царит очень нездоровая атмосфера. Вон в той же Германии время от времени вспыхивают бунты, стачки и столкновения рабочих с полицией. Да, и местные нацисты здесь уже начали поднимать голову. И эти отмороженные на всю голову кадры теперь посреди дня могут напасть на любого и устроить драку. Они тут, кстати, часто дрались на улицах городов с теми же коммунистами. Я в Германии несколько раз такие потасовки наблюдал. И очень себя хвалил за то, что все же догадался прихватить сюда с собой надежную охрану.

Между прочим, шеф моей службы безопасности смог подобрать довольно профессиональных кадров в свою структуру. Почти все они были людьми с боевым опытом, прошедшими не одно сражение Первой Мировой и гражданской войны. Поэтому могли действовать очень профессионально и эффективно. И еще сейчас все они были довольно неплохо вооружены. Я ведь все же возил с собой на сделки довольно крупные суммы денег. Поэтому хорошая охрана мне была необходима. А то ведь в той же голодной и разоренной Германии сейчас бандитизм расцвел буйным цветом. Но наличие с моей свите серьезных людей с оружием и боевой выправкой мгновенно остужали горячие головы немецких налетчиков. И меня ни одна сволочь тронуть не посмела. И уже только за одно это я не зря плачу своим людям такие деньги. Даже если они никого не пристрелили, а просто своим грозным видом отпугнули потенциальных грабителей. Даже это стоило выплаченных моим охранникам денег.

И еще по окончании сделки с фирмой Круппа немцы меня уговорили приобрести у них патент на 77-миллиметровую полевую пушку образца 1916 года. Я немного подумал и согласился. Тем более, что немцы за этот патент тоже каких-то нереальных денег не просили. Ведь все равно они в ближайшие годы из-за запрета мирного договора никакую артиллерию производить не смогут. Они бы мне при этом и другие свои пушечки втюхали под шумок. Вот только я на самом деле профессионально производством артиллерии заниматься пока не планировал. Слишком уж это специфическая сфера оружейного бизнеса. Продавать обычное стрелковое оружие для пехоты сейчас можно гораздо быстрее и выгоднее. А то ведь пушки у вас не всякая страна купить сможет. Да, и большая часть ведущих мировых держав все же старается свою артиллерию производить, а не закупать ее где-нибудь на стороне.

А вот оружие для пехоты даже большие страны охотно берут из-за границы сейчас. А уж всякая мелочь и подавно будет брать вместо пушек пулеметы и винтовки. Кстати, меня та 77-миллиметровая полевая пушка привлекла еще и тем, что в отличие от большинства короткоствольных орудий похожего калибра, которыми сейчас вооружены почти все армии этого мира. У той немецкой пушки ствол гораздо более длинным получается. И она может стрелять аж на девять километров. Что является действительно очень крутым результатом для полевых орудий по сегодняшним временам. И еще она для своего класса орудий была довольно легкой. Что делало эту пушку достаточно мобильной на поле боя. Это была полевая пушка, но с дальностью стрельбы как у гаубицы. И при этом она была почти в два раза легче той же самой гаубицы.