Кардинальные перемены произошли в автомобилестроении и самолетостроении. В 1941 г. американский автопром выпустил рекордные 3,5 млн гражданских автомобилей. А затем все автоконцерны должны были переориентировать производство на военные нужды. 10 февраля 1942 г. стало последним днем, когда под вспышки камер с конвейера сошли гражданские машины. Уже через полгода корпорации «Форд», «Крайслер» и «Дженерал Моторс» перестроились и полностью удовлетворяли американские потребности. Культуру гражданского производства (автоматизация, стандартизация, конвейер и пр.) «Форд» решил распространить и на самолетостроение. Это потребовало строительства огромных производственных комплексов, но результат того стоил. К 1943 г. «Форд» производил 10 бомбардировщиков в день, а в 1944 г. каждые 63 минуты с конвейера сходило по самолету. Это удивительное достижение, поскольку один бомбардировщик «Б-24» состоял из 1 млн 550 тыс. деталей. Красноречива и общая статистика. Если в 1939 г. американцы построили всего 2100 военных самолетов, то в 1943 уже 96 300.
Колоссальная логистическая проблема — как все это доставить к основным театрам военных действий? Английское правительство скромно заказало 60 сухогрузов. Быстро поняли, что этого явно недостаточно. Тогда американцы соорудили огромные верфи, на которых стали поточно собирать транспортные корабли. Это были специально сконструированные, максимально упрощенные, медленные суда (до 10 узлов в час — около 20 км), но с водоизмещением до 10 тыс. т и длинной 140 м. Вместо 60 их построили 2700 единиц. Всего же за годы войны кораблестроители США произвели 8800 судов. На каждое судно, собранное на верфях в Японии, приходилось 16 (!) американских кораблей.
Погрузка английских танков «Матильда-II» на суда, направляющиеся в Советский Союз. Великобритания, 1944 г. РГАКФД
У ленд-лиза была и сильная политическая подоплека, что, впрочем, американцы особо и не скрывали. Страны, получатели помощи, неизбежно попадали в какую-то форму зависимости от США. Это влияло на их внешнюю и внутреннюю политику. Известный британский экономист Дж. Кейнс, лично участвовавший в переговорах по поставкам, убежденно считал, что США сознательно вели дело к банкротству Великобритании, стремясь максимально ослабить возможного конкурента по послевоенному миру. Даже Советский Союз, в годы холодной войны отказавшийся полностью погашать долги по ленд-лизу, испытывал большие трудности, поскольку американцы приняли законы, существенно ограничившие права «должников» на займы, технологии и пр. Лишь в 2006 г. Россия полностью расплатилась по счетам.
В совокупности по программе ленд-лиза американцы оказали помощь на 43,6 млрд дол. США[5]. 62% (27 млрд) ушло Великобритании и 25% (чуть менее 11 млрд) в Советский Союз. В литературе продолжаются споры о роли ленд-лиза и о том, смог ли бы Советский Союз победить без него. Этот символический вопрос периода холодной войны вряд ли имеет односложный ответ. Американцы и англичане оказывали помощь СССР не из бескорыстной любви к «ближнему своему», а из ясных политико-экономических соображений. Чем больше они помогали Москве, тем меньше гибло их соотечественников. Как написал один из британских политиков: «Они (русские) выигрывают для нас войну». Его американский коллега вторил ему: «В таком случае надо потерпеть». Специалисты приравнивают общее количество доставленных союзниками вооружений к 7% от советского производства за все годы войны. Первые крупные победы были достигнуты Красной Армией без существенного влияния ленд-лиза. Именно поэтому ряд исследователей называют трансформацию советской экономики «чудом».
За этим «чудом» стояли колоссальные усилия на всех уровнях. Несмотря на разрушения и потерю наиболее развитых европейских районов страны, советскому руководству удалось создать практически новую индустриальную базу. При ограниченных ресурсах заводы СССР превзошли по экономическим показателям (эффективность, объемы выпуска продукции, качество и пр.) фашистскую экономику. В 1943 г., располагая 8 млн т выплавленной стали и 90 млн т угля, советская сторона произвела 24 тыс. танков и 48 тыс. различных образцов тяжелой артиллерии. Германия — 30 млн т стали и 340 млн т угля превратила в 17 тыс. танков и 27 тыс. пушек. В 1942 г. СССР произвел 25 436 самолетов, Германия — 15 409. В 1943 г. у СССР 34 900, у Германии — 24 807 самолетов. Конечно, между материальными ресурсами и победой на поле боя нет прямой взаимосвязи. И все же опыт войны показал, что цифры имеют значение.
Столь феноменальные успехи ученые объясняют рядом факторов: грамотное планирование, стандартизация производства с выпуском ограниченной номенклатуры изделий, жесткая ответственность за принятие и исполнение решений, военная дисциплина на заводах и резкое ограничение потребления. И еще одна, трудноуловимая по экономическим критериям причина, — моральное превосходство над врагом, готовность пойти на жертвы и лишения ради победы. Когда американские журналисты, посетив заводы в Магнитогорске, спросили сильно уставшую от тяжелого труда девушку, зачем она это делает, то получили простой ответ: «Я готова на все, лишь бы отомстить фашистам за гибель моих родных».
Экономическое сотрудничество союзников подкреплялось координацией военно-политических действий. Хотя именно в этой сфере было больше всего споров и разногласий. В Кремле выдвинули четкий список требований, вокруг которых и развернулась дипломатическая борьба. Первоначально это требование Второго фронта в Европе и признание границ СССР на 22 июня 1941 г. Затем к этому добавились равное участие в оккупации Германии и Японии, установление «дружественных» Советскому Союзу режимов вдоль его западных границ в Восточной Европе, возвращение территорий и прав царской России на Дальнем Востоке, утерянных ею в результате русско-японской войны начала века, свободный выход СССР в Черное и Средиземное моря с приобретением стратегических опорных пунктов в проливах (за счет Турции) и в самом Средиземноморье (за счет бывших колоний Италии). Значительную часть этой программы Сталин выполнил. Правда, со Вторым фронтом союзники тянули долго и открыли его в максимально комфортных условиях только летом 1944 г.
У. Черчилль не меньше И.В. Сталина хотел победы над нацистами, но придерживался другой стратегии. Он стремился путем морской блокады и бомбардировок измотать силы рейха, а затем, нанося постоянные удары по периметру границ (Африка и Средиземноморье), медленно сжимать кольцо вокруг Германии. У такого подхода был один изъян, сильно раздражавший «Дядюшку Джо» (так У. Черчилль прозвал И.В. Сталина в переписке с Ф.Д. Рузвельтом)[6]. Пока при помощи американцев британский премьер сжимал свое «кольцо», кто-то должен был сдерживать сотни германских дивизий. И этот кто-то — Советский Союз.
Челночные бомбардировочные операции
Наглядным примером боевого взаимодействия Красной Армии с вооруженными силами США стали челночные бомбардировочные операции (операция «Фрэнтик»), проводившиеся в 1944 г. В их ходе осуществлялась бомбардировка объектов противника американской авиацией летом-осенью 1944 г. с использованием для взлета и посадки авиабаз (аэродромов) на территории СССР — Полтавы, Миргорода, Пирятина.
Бомбардировщики Б-17 «Летающая крепость» и истребители сопровождения из состава 15-й и 8-й воздушных армий США вылетали с аэродромов Италии и Великобритании, наносили удары по объектам противника в Восточной Германии и странах Юго-Восточной Европы, а затем совершали посадку на Полтавском аэроузле. Здесь происходил ремонт, заправка, подвешивались новые бомбы, и самолеты уходили в обратный рейс, нанося по врагу очередной неожиданный удар. Американское командование этим операциям присвоило кодовое наименование «Фрэнтик» (англ. — бешеный, разъяренный).
Договоренность руководителей СССР и США о проведении «челночных» операций была достигнута в конце 1943 г. Для решения вопросов, связанных с подготовкой базирования, инженерного и материально-технического обеспечения группы американских ВВС был создан специальный отдел, а затем Управление ВВС, подчиненное непосредственно заместителю командующего ВВС генерал-лейтенанту (с 19 августа — генерал-полковнику) А.В. Никитину.
Для обслуживания Полтавского аэроузла была сформирована 169-я авиационная база особого назначения (АБОН). Ее командиром был назначен генерал-майор А.Р. Перминов. Американской стороной для руководства «челночными операциями» было сформировано так называемое Восточное командование во главе с генералом Р. Уолшем.
Рано утром 2 июня 130 бомбардировщиков Б-17 и 69 истребителей П-51 «Мустанг», вылетев с аэродромов Бари (Италия), нанесли удар по железнодорожному узлу г. Дебрецен в Венгрии. Операция прошла успешно. Из состава группы был потерян лишь один самолет «Летающая крепость», взорвавшийся в воздухе в районе цели.
Началось регулярное выполнение операций «Фрэнтик». Всего в период со 2 июня по 19 сентября 1944 г. с использованием Полтавского аэроузла ВВС США было осуществлено 18 воздушных операций (из них большая часть «челночных»). Бомбардированию и штурмовке подвергались железнодорожные узлы, аэродромы, промышленные предприятия в Галаце, Мелеце, Бухаресте, Плоешти, Фокшанах, Констанце, Джурджу, Бузэу (Румыния), Смедерево (Югославия), Будапеште, Сольноке (Венгрия), самолетостроительный завод «Фокке-Вульф» в Гдыне, нефтеперегонный завод в Тшебиня (Польша) и другие цели. Последний рейс в Полтаву американские самолеты совершили, сбросив в районе Варшавы контейнеры с боеприпасами и снаряжением, предназначавшиеся для восставших частей Армии Крайовой во главе с генералом Т. Бур-Коморовским.
В сентябре американское командование сообщило о своем решении прекратить с 1 ноября 1944 г. проведение операций «Фрэнтик». После того как стало ясно, что зимой 1944-1945 гг. они проводиться не будут, началось постепенное свертывание Полтавского аэроузла, продолжавшееся до июня 1945 г. Американцы покидали Советский Союз с чувством благодарности к советским людям. В обращении генерала Р. Уолша к своим подчиненным говорилось: «Помни: 1) Место, где ты был, раньше было оккупировано врагом. 2) Русские убрали все бомбы и мины, сброшенные немцами 21 июня 1944 г., и, убирая их, они понесли большие жертвы... 3) Русские проделали большую физическую работу для нас, создавая нам хорошие условия жизни. Ни одна другая нация не сделала для нас столько, сколько сделали для нас русские».
Короткий период сотрудничества советских и американских воинов в Полтаве остался в памяти наших народов как светлая страница отношений между США и СССР.
Кремлю не удалось публично заставить Запад признать все довоенные границы СССР. Это делалось приватно и без лишней огласки. Фактически полное оформление и признание границ произошло только в 1975 г. после подписания Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Вопрос о нейтральных и дружественных странах постоянно обсуждался на всех высших встречах и в секретной переписке. Камнем преткновения стала Польша. После огласки весной 1943 г. фашистами сведений о расстрелах в Катыни и готовности польского правительства расследовать дело, И.В. Сталин оказался в крайне неудобном положении. Какое-то время он не мог принять решения. Ф.Д. Рузвельт и У. Черчилль, подозревая, что поляки правы, все-таки пытались замять конфликт. Главное для них — не дать развалить «Большой союз». Однако кремлевский вождь принял кардинальное решение. Он разорвал отношения с «лондонскими поляками» и организовал свое правительство, которое целеустремленно, ломая сопротивление союзников, постепенно привел к власти в Польше. Интерпретация событий тех лет до сих пор является частью современной политики и вызывает споры в Польше и России.
Немало авторов критиковали Ф.Д. Рузвельта и У. Черчилля за их непоследовательность и недостаточно жесткое противодействие «коммунизму». Есть точка зрения, что Ф.Д. Рузвельт даже «предал» интересы Запада. Современные исследования рисуют сложную и противоречивую картину. Ф.Д. Рузвельт неоднократно заявлял, что его лояльность и помощь СССР основана на убеждении о возможности долгосрочных, взаимовыгодных отношений. Он полагал, что серьезная союзническая помощь в трудные военные годы покажет советским людям, что либеральный мир (капитализм) — это не обязательно вечный враг, что можно выстроить новую систему безопасности без изоляции Советского Союза, а с его прямым участием. Какие-то вещи Ф.Д. Рузвельту удались (Бреттон-Вудская конференция, создание ООН и пр.), какие-то нет, но в любом случае его намерения импонировали Москве и позволяли надеяться на лучшее.
У. Черчилль был намного более импульсивен, непоследователен и подчас экстравагантен. Он часто менял свое мнение, мог восторженно хвалить И.В. Сталина («какой чудесный человек», «мы с ним легко поладим»), а через пару дней сетовать на «коварство кремлевского диктатора» и его глубокую «порочность». К чести премьера, получив известие о нападении фашистов на Советский Союз, он переступил через свой антикоммунизм и сразу заявил о безоговорочной поддержке СССР. Тем не менее в Кремле всегда подозрительно относились к политике англичан. Поэтому пожелание премьер-министра в 1941 г. — да поможет вам Бог, в которого вы все равно не верите, — никого не подкупало. И. В. Сталин верил в количество дивизий, танков и самолетов. Когда во время своего первого визита в Москву растроганный теплым приемом У. Черчилль попросил прощения за свое участие в военной интервенции против СССР, то вождь ответил ему тем же: «Бог простит». В одном случае У. Черчилль совершил поступок, который до сих пор разъединяет исследователей. Осознавая силу Красной Армии и возрастающее влияние СССР в Восточной Европе, он прилетел в Москву в октябре 1944 г. и предложил поделить сферы влияния. Сделал он это весьма неординарно, набросав влияние сторон в процентах. Смысл «сделки», напоминавшей об империализме в чистом виде, заключался в невмешательстве британцев в советские «дела» в Болгарии и Румынии, а «взамен» Москва закрывает глаза на подавление выступлений левых в Греции. Сталин согласился и поставил на документе галочку. У. Черчилль предложил хранить «листочек» в кремлевском архиве, но И.В. Сталин отказался. Обе стороны выполнили свои «обязательства», о чем премьер не без удовлетворения отмечал в дипломатической переписке. Интересно, что ни И.В. Сталин, ни последующие советские лидеры никогда не признавали этого факта и не раскрывали подробностей. О нем поведал сам У. Черчилль, за что его в советской историографии заклеймили как «фальсификатора». Листочек с процентами сохранился в архиве премьера.
