Утро черных звезд

— Совершенно верно, только очень упрощено, — тут же согласился виноватый голос. — Мне ужасно жаль, что так произошло, и я очень благодарен вам за спасение.

— А скажите, пожалуйста, дорогой Миани, как у вас все это началось? — спросил Леон.

Ит с трудом открыл глаза и попытался осмотреться. Оказывается, он лежал в носовой части катера, на низком, выступающем из стены диванчике. Руку, на которую он попытался опереться, чтобы приподняться, сильно саднило где-то у локтя, голова раскалывалась от гулкой тяжелой боли.

— Что случилось? — спросил он.

— Очнулся, — констатировал Леон. — Тебя едва не прикончило растение, но все обошлось.

— Какое растение? — не понял Ит.

— Вот это, — Сэфес указал пальцем вниз. На полу, свернувшись кольцами, лежала какая-то тонкая бурая веревка. — Оно немножко подержало тебя за руку, и ты едва не отправился к праотцам. К счастью, мы вовремя спохватились.

— О, Господи! — Ит с трудом сел. — И долго я... лежал?

— Меньше часа, — успокоил его Леон. — Мы уже на месте, ждем официалов. Терпеть их не могу, одни формальности!

Ит, превозмогая головную боль, все-таки сумел сесть нормально. Взгляд его невольно задержался на местном. Да уж, человек, попавший на борт катера Сэфес, оказался личностью, вне всякого сомнения, колоритной. Для начала, он был почти полностью гол, только вокруг бедер у него был намотан какой-то то ли кусок ткани, то ли лист растения. Высокого роста, с бронзово-красной кожей, с прямыми, черными волосами, в которые были вплетены ярко-оранжевые нити, унизанные синими и зелеными крошечными бусинками. На груди пришельца оказалась искусно выполненная белой и синей краской татуировка — какие-то символы, ветви, цветы, а на лбу, над бровями — аккуратно нарисованная тонкая зеленая вертикальная полоска.

"Каста или класс, — подумал Ит. — Причем не самый высокий".

— Миани, — улыбнулся местный и приложил указательный палец к полоске. — Прошу принять от меня прощение и благодарность.

— Мы с другом не имели права поступить иначе, — созидающий решил не вдаваться в подробности о том, что "друга" он знает меньше суток. — Жизнь есть священный дар, пренебрежение которым недопустимо. Мы не могли пройти мимо, когда обстоятельства лишают человека этого дара. А еще — ваша молитва. Вы говорили о жене и сыне, и я...

— Тиидара обязательно поблагодарит вас лично, — пообещал Миани. — Наши с ней жизни принадлежат друг другу.

— Это все очень красиво, но где эти ваши чертовы официалы? — проворчал Ри.

— Они не наши, — раздраженно ответил Таенн. — Они свои собственные, сколько можно повторять!

— Может быть, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — спросил Ит, с трудом вставая на ноги. — Мало того, что меня чуть не съели, так еще и...

— Ит, посиди, пожалуйста, — попросил Морис. — И, если можно, помолчи. Сейчас предстоит серьезный разговор.

Официалов было трое. Двое в стандартной форме (Ит вспомнил, что видел людей в такой же форме на родной планете, причем не раз и не два), один — парень, немногим старше Миани, одетый только в точно такой же лист и татуировки. Разговаривали они преимущественно с Таенном и Сэфес, почти не обращая внимания на Миани, Ри и Ита.

— Значит, вы утверждаете, что это все-таки не война? — старший официал в упор посмотрел на Мориса. Тот отрицательно покачал головой. — Но тогда объясните, что, собственно, происходит?! Мы полностью отрезаны от официальной сети, все потоки у Транспортников перекрыты, один маяк погиб, трое, работавшие с Сетью в момент... — официал замешкался, подбирая слова. — В момент этой реакции... я не знаю, как это назвать... находятся в нестабильном состоянии. Половина планеты явно поражена каким-то неизвестным психотропным оружием и безумствует. Начались беспорядки — здесь! Это немыслимо! И вы продолжаете настаивать, что это все не имеет отношения к войне?! Истинно сказано: "Не хочешь неприятностей, не доверяй Контролю"!

— Это не война, — в который раз повторил Леон. — Вы отрезаны, потому что какая-то сила сумела разрушить саму Сеть, поймите. Вам еще повезло, потому что мир находится вне зоны поражения, вас просто отсекло от остальных миров. Эгрегор вашего мира поражен минимально, и есть шанс его стабилизировать, нужно только отработать схему.

— То есть вы хотите сказать, что есть миры, которые пострадали больше, чем наш? — в разговор вступил доселе молчавший местный официал. — Что же произошло с ними?

— Мы не знаем, — ответил Морис. — Можем только подозревать, что ничего хорошего.

— Ага. А теперь добавь, что ты — всего лишь несчастный мертвый Сэфес, — ехидно продолжил Таенн.

— От мертвого Барда слышу, — парировал Морис.

— Прекратите, — попросил Леон. — Нашли время пикироваться.

— Не могу понять, почему вы считаете, что это не война, — старший официал выжидательно посмотрел на Мориса. — Все признаки налицо.

— Вас кто-нибудь атаковал? — спросил Морис. Официал отрицательно покачал головой. — И, судя по всему, атак на физическом уровне не было нигде. При чем тут война?

— А как же тогда сон, который снился всей планете одновременно? — местный официал встал с пола, где до того сидел. — Это уже установленный факт. Сон про черные иглы видели все...

— А вы сами его видели? — вдруг спросил Ит.

— Я? — официал растерялся. — Я не видел, но какое это имеет...

— В точку! — Леон хлопнул себя рукой по коленке. — Господа официалы, кто из вас или из транспортников видел этот сон? Миани достаточно хорошо его запомнил — падающие сверху черные иглы и поднимающиеся им навстречу из земли черви. А вы — что видели вы?

Официалы недоуменно переглянулись.

— Ничего, — неуверенно сказал старший. — Мы спокойно проспали всю ночь. Но я не понимаю...

— Может быть, вы его не видели потому, что не являетесь частью Ши? — поинтересовался Миани. Все посмотрели на него, он смутился, но продолжил. — Ведь эта сила, если я правильно понял, уничтожает именно Ши миров, так?

Таенн посмотрел на Миани с уважением. Быстро парень разобрался. По крайней мере, для такой ситуации — уж точно быстро. Сэфес правы? Они предложили схему стабилизации и, если Миани согласится, у его мира есть шанс выжить и в скором времени вернуть свою жизнь в прежнее русло. Только бы согласился...

— Да, она уничтожает Ши, — кивнул Леон. — Можешь не продолжать, я тебя понял и объясню твою версию более простыми словами, если позволишь.

Миани закивал, улыбнулся. Ему, привыкшему к кастовой системе, казалось совершенно естественным спокойно передать право голоса старшему. И уж тем более, мертвому старшему, а Миани отлично видел, что альбинос уже достаточно давно мертв. Это его не смущало. Он только немножко удивился, когда понял, что официалы видят Сэфес и Барда живыми. Но когда в голову пришла мысль о Ши, все тут же встало на свои места — ведь Ши могут осознавать только те, кто является ее частью.

— Вы — представители Официальной сети, — начал Леон. — И, что вполне естественно, вы время от времени выходите в псевдо-визуальное пространство своей сети. Вы, за исключением одного человека, родились не здесь, и за время работы поменяли по три-четыре мира, как минимум — согласно кодексу, разумеется. Ну так вот. То, что уважаемый Миани называет Ши, над вами не властно, потому что ваши души к этому эгрегору никак не привязаны, и не являются его частью. Вы ничего не увидели и ничего не почувствовали потому, что вы тут — гости. А атака шла через ту Сеть, в которой работают такие, как мы...

-...и эта атака вас уничтожила, — добавил Миани.

— Совершенно верно, — согласился Леон. — Официальная сеть от атаки не пострадала, потому что не имеет конкретной физической привязки к чему-либо. Ее просто...

— Фрагментировали и изолировали, — вставил Таенн. — Видимо, чтобы не путалась под ногами.

— Или случайно, — добавил Ит.

— Ну да, или случайно, — согласился Леон.

— Говорите, что хотите, но я буду придерживаться своего мнения — это война, — заключил старший официал.

— Но с кем?! — Морис возмущенно посмотрел на официала. — Кто враг? Где этот враг? Мы имеем дело с каким-то неизвестным процессом, а не...

— А как же тот корабль? — спросил Ри. — Корабль, который сел в необитаемом мире и от которого вам захотелось срочно убежать, если вы помните.

— Возможно, они тоже были поражены, и поэтому...

— Нет, — сказал Ит. — Я не знаю, почему говорю эти вещи, но тот корабль был точно... как бы сказать-то... он в себе нес что-то очень черное. Ведь так?

— Расскажите, что вы еще видели?! Какой корабль?! Какой заброшенный мир?!

Ит и Ри принялись рассказывать, сначала сбивчиво, перебивая друг друга, о том, как они шли через Транспортную сеть, а потом оказались в неизвестном пустом мире, встретились с Контролирующими, а затем... Официалы слушали внимательно, но в глазах их читалось недоверие. Старший из них потребовал координаты мира, в котором встретились Ит, Ри и Контролирующие, и, когда Таенн развернул схему, все яростно заспорили, указывая то на одну часть огромной черной кляксы пораженной области, то на другую.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил Ит у Ри.

— Я понимаю, что мы были в области, очень сильно отдаленной от той, в которой находимся сейчас, — инженер задумался. — Скажем так: если мысленно разделить область пространства на секторы, мы сейчас находимся в точке, противоположной той, из которой вышли после нашего появления на станции, но равноудаленной от эпицентра.

— Ничего не понял, — потряс головой созидающий.

— Это потому, что таких, как ты, учат мыслить более чем примитивно, — вздохнул инженер. — Гляди сюда. Мир, в который мы попали, когда стала разрушаться Транспортная сеть, находится фактически в эпицентре катастрофы...

Иту не очень понравилось слово "катастрофа", но он промолчал.

— Из этого мира мы вышли в какое-то чужое пространство, а потом — к месту встречи со станцией. Это ты понимаешь?

— Это я понимаю, — согласился Ит. Контролирующие и официалы продолжали спорить, Таенн размахивал руками, а Леон для чего-то приблизил схему и начал что-то на ней выделять — по каюте катера поплыли опалово-лиловые всполохи.

— Станция, если я правильно понял, находилась довольно далеко от эпицентра. А следующий расчетный шаг мы сделали к этому миру. Он тоже отнесен от эпицентра, причем на расстояние, равное удалению от эпицентра координат найденной нами станции.

Ит сел и подпер голову руками. Он никогда не любил математику, и вот теперь пробелы в образовании давали о себе знать — на словах он вроде бы и понимал то, что говорил ему инженер, но в голове все это почему-то не укладывалось, ускользало.

— И что нам это дает? — наконец спросил Ит.

— Ну, если я правильно понял, размер следующего шага должен быть кратным размеру предыдущего, — осторожно начал Ри. — Но я не понял до сих пор другого.

— Чего именно?

— Я не понял, куда мы в результате идем, — в который раз вздохнул инженер. — Больше всего мне интересно, представляют ли себе наши... гм... хозяева, куда именно нам нужно попасть?

— Представляем, — отозвался Морис из другого конца каюты. — Только это будет чертовски сложно объяснить. Хотя... Ри, Ит, вы знаете, что такое болото?

— Знаем, — ответил созидающий. Инженер кивнул.

— Сейчас мы прыгаем с кочки на кочку, — улыбнулся Сэфес. — А болотные эльфы подсказывают нам, на какую кочку можно наступать, а на какую нет. Доступно?

— Доступно-то доступно, но зачем столько сложностей? — спросил Ри.

— А чтобы не утонуть, — ответил Морис и снова вернулся к разговору с официалами.

Инженер слушал разговор официалов с Контролирующими и тихо удивлялся про себя. Никак раньше не мог представить, что в этих структурах развели такую бюрократию. Это что же, каждое действие Сэфес ограждено морем всяких соглашений и прочей дряни? Да уж, не ждал, Контроль казался чуть ли не всемогущим, а тут...

Резко тряхнув головой Ри избавился от ненужных в данный момент размышлений и задумался о своем. Да, он за последнее время узнал множество нового, но это не отменяло того, что он так и не оказался там, где должен был оказаться. Неприятно ощущать себя предавшим родной мир, пусть даже не по своей вине предавшим. Впрочем, опять думает не о том! Инженер рассердился на себя за то, что его мысли гуляли где хотели, но только не там, где надо. А где надо? Вскоре он понял, что просто не знает этого. Ведь, если здраво рассудить, после всего происшедшего он привезет домой столько новых знаний, сколько не привез бы ни в каком ином случае. Один только вопрос не давал покоя: а все ли знания стоит отдавать Техносовету? Использует ли Техносовет их во благо?

Поймав себя на этих мыслях, Ри несказанно изумился. Это когда же он успел потерять доверие к Техносовету, которому раньше доверял, как самому себе?! Даже больше, чем себе! Естественно ли такое или ему что-то внедрили в разум при вживлении биокомпьютера? Некоторое время инженер анализировал самого себя и в конце концов пришел к выводу, что никто и ничего ему не внедрял, что он просто научился делать выводы по разрозненным фактам. При помощи того же биокомпа и даваемых им возможностей. И теперь многие действия коллег по Техносовету виделись Ри совсем в ином свете.

Миани сидел на траве рядом с катером, и терпеливо ждал, когда Мертвые и Строгие Чужие окончат свой затянувшийся спор. Для себя он уже все решил и полностью согласился с идеей одного из Мертвых, предложившего план для спасения мира. Больше всего ему сейчас хотелось побыстрее найти Тиидару, заручиться ее согласием и приступить к делу, но он понимал, что надо проявить терпение и подождать.

Трава была низкая, сухая и мягкая. Миани лег, вытянулся и принялся бездумно смотреть на небо, по которому, в недосягаемой вышине, плыли легкие светлые облака. Как же хорошо, что он остался жив! Миани был преисполнен благодарности к двум чужакам, которые сумели снять его с погибающего дерева. Они рисковали собой, они не знали его, но все равно пришли на помощь — а ведь точно так же поступил бы любой человек из его собственного мира, и это для Миани было очень важно. Значит, они чем-то похожи, эти чужаки и он сам. Конечно, они принадлежат к совершенно другим культурам и выглядят странно и непривычно, но они тоже люди. Вот только Ши, которое он успел заметить, и у одного, и у другого было немножко странным. Оно было теплым, светящимся, но почему-то не имело принадлежности, словно было замкнуто само на себя. Но, может быть, так положено делать, когда отправляешься в далекое путешествие? А еще — Ши, принадлежащее Иту, понравилось Миани немножко больше, чем Ши, принадлежащее Ри. Почему, он и сам не мог понять.

Ит и Ри вышли из катера и тоже сели на траву неподалеку от Миани. Оба выглядели усталыми, а созидающий был еще немного бледен после знакомства с местной флорой.