Джекпот 5. Или "дорогие" родственники...

Предупредительный дворецкий едва успел объявить о визите Наследника Эмли, которому не терпелось поскорее увидеть свою Алечку. Рыжик даже не обратил внимания на учтивый жест в сторону роскошного дивана для посетителей, ожидающих аудиенции Княжеской четы, и рванул следом за слугой.

Однако перед залой, откуда слышались приглушенные женские голоса (а, главное, такой родной и желанный — голосок Альены) его перехватил Цай:

— Привет, Рогатенький! Явился — не запылился? — усмехнулся Котяра. — Я так и думал, что надолго твоей выдержки вершить государственные дела не хватит. А чего без цветов?

Айв стремительно покраснел, оттого, что ехидное замечание одногруппника было справедливым. Только вот он прекрасно осознавал и то, что силы воли у него точно уже не осталось, чтобы уйти теперь за букетом, когда он так близко у заветной цели.

К счастью, память услужливо подсказала демоненку, что он все еще так и не вручил болтающийся в подпространственном кармане букет цветов, оборванных им собственноручно с главной замковой клумбы.

И сейчас самое время воспользоваться этим упущением.

Жестом ярмарочного фокусника Рыжик ловко выудил свой многострадальный букет и решительно шагнул в услужливо распахнутые двери.

Весьма оригинальный по своей композиции букетик, с неровно обрезанными острыми когтями стеблями, слегка пожухлыми листьями (потому что, пока рвал очередной цветок, слишком крепко сжимал в кулаке остальные) и кривовато повязанной ленточкой не мог присутствующих не навести на мысль о том, что демон собственноручно собирал его. Вальеса сдержанно улыбнулась гостю. Она желала всяческого счастья для любимой внучки, и была искренне рада, что Алечка нашла свою Истинную пару. Только вот эгоистичное нежелание так быстро расставаться со своей девочкой, выпуская ее из-под опеки родной семьи, тоже имело место. А для Альены, буквально утонувшей в синих глазах своего демоненка, не имело никакого значения, с какими подарками он явился. Главное — пришел! И острое сожаление о том, что она не может сейчас у всех на глазах броситься к нему на шею, чтобы оказаться заключенной в нежных объятиях, полоснуло по сердцу девушки.

— Проходи, Айв, — слегка подтолкнул застывшего демона, появившийся за его спиной Сейцу, еле сдерживающий смех, "оценив" презентик для свидания с любимой, — присаживайся...

Опомнившийся, что неплохо бы для начала пожелать собравшимся доброго вечера, Рыжик чинно (как он надеялся) быстро пробормотал слова приветствия. Не сводя глаз с объекта своей привязанности, прошел и вручил Але букет. Их пальцы встретились всего на мгновение. И это мимолетное прикосновение обоих словно опалило огнем. Только лишь отчаянно пробивающееся (сквозь застилающее разум желание) понимание того, что они не одни, позволило им отстраниться друг от друга.

Еле сдержав досадливый стон, Айвен осторожно присел на краешек дивана. А Альена судорожно вцепилась в несчастные стебельки, хранившие тепло рук любимого парня, не замечая, что этим буквально убивает из без того настрадавшиеся цветы.

Мина, склонившись к Вальесе, тихонько заметила:

— Ну надо же, какой приличный молодой человек! И с букетиком, и скромно одетый. А то эта золотая молодежь вечно вырядиться так, что смотреть больно — аж в глазах рябит!

Жена Сейцу, выслушав простодушное высказывание простой женщины, чуть не поперхнулась смешком, но разубеждать будущую тещу рааса Айвена не сочла нужным. Она-то прекрасно знала, во сколько примерно обошлось казне пошив вот такого официального "простенького" костюмчика для Наследника Эмли. И какими полномочиями наделяет своего владельца "скромный" небольшой медальон-амулет на цепочке из лунного серебра, Вальеса, тоже, догадывалась.

Мина откровенно умилялась, глядя на влюбленную парочку, Цай, которому не досталось места на диванчике (впрочем, ему хотелось как раз оказаться напротив Рыжего, чтобы поднять себе настроение, глядя на несчастное выражение лица демоненка, мечтавшего оказаться с его племяшкой подальше от любопытных глаз), остался стоять. А Сейцу занял место рядом с женщинами со стороны своей обожаемой супруги.

Вежливая, неторопливая беседа ни о чем (точнее о погоде) буквально испытывала нервы демоненка на прочность. Он бы с удовольствием обсудил (раз уж не получается побыть с Единственной наедине) все вопросы касающиеся свадьбы (точнее ее даты), но увы не мог. По всем традициям решение этого вопроса отдавалось на откуп его отцу, как самому старшему в их роду. И поднимать сейчас эту тему было просто верхом невоспитанности.

Вот и приходилось сидеть, стиснув зубы или отвечать на дурацкие вопросы о том, когда, по его мнению, пойдет дождь!

Старший оборотень, посмеиваясь про себя, не мог не заметить тех пламенных взглядов, которые Рыжик бросал на свою любимую, и, спустя несколько минут чинных посиделок, вспомнив свою молодость, не мог не сжалится над Айвеном:

— Ну, идите, молодежь, погуляйте немного перед ужином.

— Аля, давай цветочки в вазу поставим? — предложила бабушка Цая, с жалостью взглянув на то, во что грозил превратиться букетик, символично врученный влюбленным демоном.

— Бабуль, — не выдержав драматичной паузы, не желающей расставаться с цветами Альены, но пока не придумавшей причину для отказа, заржал Кошак, — не приставай к девочке. Может быть, она хочет из него гербарий сделать. А что? В засушенном состоянии они гораздо дольше сохраняться. И не так уж долго осталось подождать. Думаю, через полчаса как раз будут нужной кондиции.

— Цай! — возмутилась племяшка, протянув ему цветы. — Что ты еще выдумал?! Поставь, пожалуйста, в воду, пока мы...

Закончить она не успела, потому что получивший "добро" на прогулку Рыжик сориентировался быстрее и, схватив ладошку ойкнувшей девушки, потащил ее прочь из гостиной, стараясь не обращать внимания на раздавшееся за их спинами сдержанное фырканье. Родственнички его человечки все еще пытались соблюсти приличия и не ржать вслух. Впрочем, ему действительно сейчас не было до них никакого дела, потому что все его внимание принадлежало целиком и полностью лишь одной персоне — его Единственной!

Ларс, разгуливающий по огромному дому в ознакомительных целях, пока старшие родственницы общались с сестренкой, как раз шел в гостиную, когда мимо него, даже не заметив, промчались Айвен и Аля, державшиеся за руки. Отшатнувшись с дороги, юноша услышал обрывок фразы Айва, о том, что он знает отличное место, где их с Алей никто не потревожит.

Однако сам Ларс, уже облазивший все тайные закоулки как в доме так и в огромном саду вокруг него, такого места не приметил. И интуитивно заподозрил, что Рыжий умник намеревается утащить его сестренку в город. И где их потом искать, чтобы не допустить крушение разработанного плана?

Вставать на пути ничего не замечающего, кроме Альки демона, младший Джоунс благоразумно не решился. Зато опрометью кинулся к своему союзнику.

Влетев в гостиную, он быстро выложил все еще хихикающим собравшимся свои предположения.

Цай тут же подскочил, со смесью досады и восхищения процедив сквозь зубы:

— Ну, Рогатенький! Размечтался! — и быстрым шагом направился вслед за упорхнувшими влюбленными голубками.

В своем доме Кошак ориентировался прекрасно, и поэтому, несмотря на небольшую фору во времени у сбежавших, у входной двери оказался на мгновение раньше сладкой парочки, не собираясь давать племяшке и своему одногруппнику оставаться без надзора родни.

— А... — чуть не столкнувшись с очередным оборотнем в этом доме, резко притормозил Айвен, еще крепче вцепившись в ладошку своей человечки, заранее чуя подвох от вездесущего Блохастого.

Темноволосый красавец, словно невзначай загораживающий выход из дома, широко улыбался, щуря зеленые глаза, отчего еще больше напоминал довольного котяру:

— А погулять с Альеной Вы можете в нашем саду, раас Айвен, — официально обратился он к Рыжику, чтобы тот опомнился, что он в гостях и обязан соблюдать правила приличия, — но только до ужина!

— Но... — возмутился было сын Эмли, ощутив, как прижавшаяся к нему Альена, словно в испуге, что их немедленно разлучат, обнявший девушку.

— Подадут в восемь, — невозмутимо продолжил несносный Кошак, от которого не укрылся порыв племяшки и этот собственнический жест Наследника. — Твой отец тоже обещал быть, так что не задерживайтесь!

Айвен перевел тоскливый взгляд на часы в холле, которые показывали семь сорок пять, и удрученно кивнул, с трудом заставив себя поверить, что Блохастый пройдоха прав. Он действительно не должен еще больше компрометировать свою невесту в доме ее родичей.

Удовлетворившись видом Айва, обреченно склонившего голову в знак того, что он принимает жестокие условия короткого свидания, Цай посторонился, выпуская подопечных на улицу.

И едва за ними закрылась дверь, обернулся назад, услышав торопливые шаги Ларса.

— Где они? — задал волнующий его вопрос братишка Али.

— В саду. Небось, в беседку отправились.

— Это в ту, которая вся из себя такая уединенная, ее еще виноград всю оплел? — насторожился парень.

— Хм... Скорее всего туда, тем более, что там и фонарики лишь на дорожке, ведущий в этот романтический уголок, — согласился Котяра.

— И что будем делать?

Цай нахмурился, лихорадочно соображая. И вдруг широко улыбнулся:

— Я пойду, прослежу, а ты — бегом к моей бабуле, попросишь у нее... — тут оборотень с заговорщицким видом склонился к уху сына четы Джоунсов и прошептал ему несколько слов, после чего парни быстро разошлись, каждый со своим заданием.

Опустившийся на город вечер был действительно хорош. Жара спала, и легкий ветерок принес долгожданную прохладную свежесть. Ароматы дневных цветов постепенно вытеснялись благоуханием ночных, где-то в ветвях на разные голоса перекликались невидимые птахи. А в темных уголках, куда добралась тень от причудливо остриженных ветвей деревьев и кустов вокруг большого особняка, уже зажглись одинокие разноцветные магические фонарики, придавая уютному садику ореол романтики и таинственного ожидания чего-то прекрасного. Несколько извилистых, выложенных нагретыми за день камнями, дорожек, огибающих цветущие клумбы, терялись из вида, маня пройтись по любой из них...

Под сенью увитой диким виноградом и благоухающими бутонами плетистой розы беседки Рыжик уже больше не в состоянии был сдерживать свое желание заключить любимую девочку в объятия. Но лишь только он попытался осуществить свой маневр (причем, Альена и не думала возражать, потянувшись ему навстречу), как со стороны арочного входа, красиво обрамленного хаотично спускающимися лианами с ярко-зелеными резными листочками и закручивающимися спиральками усиками молодых побегов, раздалось деликатное покашливание, и в беседку ввалился Ларс:

— Аль, вы тут? Хорошо, что я вас нашел! — радостно завопил он. — Мама сказала, что вечером на улице прохладно, а ты шаль забыла, — протянул он сестренке огромный искусно раскрашенный мастерицами по шелку, тончайший платок. Шаль действительно была просто великолепна. Произведение старинных искусниц было зачаровано от разрушительного воздействия времени, и выглядело абсолютно новым. Оно передавалось в семье Князей Оборотней по женской линии, и теперь по праву принадлежало единственной правнучке Вальесы.

Только вот Альене в данный момент было вовсе не до семейных реликвий кошачьего Рода. Человечке вовсе не было холодно, наоборот! Ее буквально плавило от одного лишь присутствия рядом любимого демона. И девушке казалось, что если он немедленно не потушит поцелуями сжигающий ее изнутри и снаружи огонь, опаляющий кожу, то она просто не сможет выжить.

Альена молча протянула ручку, чтобы забрать заботливо предложенную вещицу и тем самым дать возможность Ларсу убраться подальше отсюда с чистой совестью.

Но едва бесцеремонный братишка удалился, шаль выскользнула из ослабевшей руки человечки к ее ногам, но она даже не заметила этого, потому что горячие ладони Рыжика легли на ее талию, обжигая сквозь плотную ткань парчового платья с корсетом. Но это был желанный огонь, подогревающий бушующее внутри пламя страсти. Альена вскинула ручки, чтобы обнять мощную шею своего ненаглядного демоненка, но тут их снова прервали:

— Княжна Альена, Раас Айвен. Прошу прощения, — деликатно топтавшийся на пороге мужчина в форменной ливрее отчаянно трусил заходить внутрь беседки, опасаясь гнева рассерженного его вторжением демона, но, поскольку в нескольких шагах позади него прятался в тени деревьев хозяин особняка, в котором он служил, давший конкретное задание. И поэтому оборотень произнес заученную фразу:

— Княгиня Вальеса сказала, что сегодня очень теплый вечер и вот, послала Вам, княжна Альена... — при этих словах слуга опасливо протянул он сложенный веер.

Человечка несчастно взглянула на Айвена, и демон требовательно подставил свою ладонь. Слуга же, не стал настаивать, уверяя, что вещицу велено было передать непосредственно девушке. Быстро вложив веер в лапищу Высшего демона и, поклонившись, он бегом ретировался от греха подальше.

Рыжик машинально раскрыл веер, обмахнувшись им, чтобы прогнать подступающее раздражение на нелепую ситуацию. У них с Алечкой и так менее четверти часа, чтобы побыть наедине, а эти... слишком заботливые... устроили тут проходной двор! Можно подумать, что он мог бы позволить замерзнуть или задохнуться от духоты своей ненаглядной девочке.

С раздражением щелкнув захлопнувшимся веером (который тоже был зачарован от такого вот варварского обращения), демон откинул его в сторону и вновь попытался обнять свою Единственную.

Но его дикому желанию снова не удалось осуществиться. К обоюдному огорчению влюбленной парочки, их снова прервали самым бессовестным образом.

Теперь в арочном проеме входа в беседку объявился Котяра:

— О! Айв, наконец-то я вас отыскал! — нагло соврал Цай. — Я совсем забыл спросить, а ты куропаток на ужин будешь или как?

— Буду! Все буду! — рыкнул взбешенный демон. — Я и тебя сейчас покусаю, если ты не оставишь нас в покое!

— Да ладно-ладно, что ты разошелся-то? — миролюбиво фыркнул Кошак. — Я просто подумал, вдруг тебе не хочется птичьего мяса? Все-таки недавно столько гусятины пришлось съесть... Слушай, Рыженький, а давайте, я вас посторожу, чтобы никто больше не мешал? — предложил он и, не дожидаясь ответа онемевшего от столь "щедрого" предложения демона, демонстративно отошел на десять шагов от беседки и повернулся к ней спиной.

Айвен тихо простонал, догадавшись, что наедине с Альеной им сегодня остаться не суждено. Единственное, что он никак не мог взять в толк, за что так жестоко и утонченно мстит его извечный соперник, который, между прочим, пообещал посодействовать в примирении со своей племяшкой. Ревнивое подозрение не успело обрести форму, потому что в этот момент его мысли снова переключились на прижавшуюся к его груди девушку. И ее ладошки, нежно погладившие по скулам, под которыми перекатывались желваки бессильной злости на ситуацию, живительной влагой стерли и унесли прочь весь негатив. Прикосновение любимой словно отгородило демона от окружающей действительности...