— Заметил, а это заразно?
Получаю удар кулаком в бок, довольно больно.
— Дурак, выдр никто не любит.
— Не заметил, не любить за то что ты выдра, глупость,— подтягиваю ближе к себе и успокаиваю поглаживая по плечу — ну что ты. Ты же милая, дорогая подружка, я тебя люблю — хочешь поцелую?
Хво останавилась и я с ней, она подняла голову и посмотрела мне в глаза.
— Правда? А не врёшь?
— Правда.— Улыбаюсь.
В ответ — сильные объятия. Целуемся, я глажу её по плечам. Через некоторое время, довольно продолжительное, Хво унялась и отодвинулась. Отвернувшись, не отпуская мой хвост, сказала чуть дрогнувшим голосом:
— Боялась я. Боялась что уйдёшь, они такие... такие красивые.
Что тут скажешь? Смотрю на неё любуюсь, усы дрожат, глажу по спинке успокаиваю.
— Ну пойдём, пойдём, пойдём вместе дальше, а? Ты ж у меня самая гибкая, самая верная подруга, куда же я без тебя.— Пытаюсь аккуратно перевести разговор на нейтральную тему.
Выдра вздрагивает, отпускает помятый ею хвост и отбегает на несколько шагов. Оборачивается и ткнув пальцем заявляет:
— И не думай от меня уйти, и вообще между нами ничего не было — понял?— Смотрит вызывающе.
— Понял, понял, пошли что-ли? А то купец спать ляжет раньше, чем удастся у него работу найти.
Подняв гордо подбородок Серебис марширует впереди, распугивая прохожих воинственным видом. Плетусь сзади, доставая пару баранок из мешка, ну кто бы подумал, приревновала. К первым служанкам, хоть дам встречалось на улице до того изрядно, да и покрасивее, пожалуй.
Уже становятся темнее,
Луч Батта клонится к земле,
Над головой лазурь синее
И вид окон вокруг пыльнее -
Усталость копится во мне
До Водяной площади (действительно водяной — целых четыре питьевых фонтана с бассейнами для забора воды и две "стоянки" для личных телег и иного транспорта, там же отдыхало несколько "мулов", сидя на парапетах) добрались довольно быстро, а до переулка Гнутой Выдры было лапой подать: минут десять и пара поворотов, не считая нескольких прохожих, напуганных рычанием выдры. После нашего разговора похоже она стала сама на себя злится, надеюсь пройдет. Что — то не хочется получить перепончатой лапой в нос, ну ни капельки. Вы мне верите?
Дом купца Ольханника произвёл странное впечатление: если вы в состоянии представить себе кусок масла, который подтаял на прямоугольном подносе, на который положили кусок хлеба, а затем покрыли сверху салфеткой уголком вверх, то вы поймете, что мы увидели за невысоким заборчиком синего цвета примерно по грудь высотой. Ворота дома, в отличие от заборчика имели как высоту так и ширину метра в четыре, что говорило о том что купец держит транспорт для выезда, впрочем это подтверждало идею о его достаточной состоятельности.
Подняв лапу дергаю за верёвочный звонок, нить которого уходит в дом. Подождав несколько минут, не увидев реакции со стороны обитателей, дёргаю за шнур ещё раз. Хво присвистывает и обращает моё внимание на то что из — за угла дома выбегает гепард в странного вида штанах сине — голубого цвета, расклёшенных внизу.
— Парень, ты зачем юбку надел, ежели твой хозяин по этой части,— выдра делает выразительный жест лапой намекающий на однополые отношения,— то ты лучше сразу скажи, мы тогда уйдем к ядреной кочерыжке.
Гепард добегая и открывая калитку в воротах шипит:
— Тише, господин внутри отдыхать изволит, ежели что не так — отвечать мне придётся. — Окидывает нас взглядом,— Ну что там?
— Это ты там, а мы тут! За работой пришли, маг он, во!— Выдра поднимает палец вверх.— Так что давай, буди начальство, наниматься будем.
Гепард окинул взглядом нас с головы до пят:
— Ладно, проходите во двор, сейчас доложу хозяину.
Проводив нас за порог калитки он запер её и убежал опять за угол дома, видно там был чёрный ход. Прикинув, что пока хозяин проснётся и решит принять нас, за это время надо подготовиться, потому достаю свою трубочку, достаю свой резной посох (до того уменьшенный до размеров палочки для мороженного) и аккуратно накручиваю на посох несколько оптических обманок, выглядит эффектно, но и только, ну так мне и надо пустить пыль в глаза. Добавив еще пару плетений усиливающих внушение, силу голоса и привлекательность, открываю глаза и кладу трубку на место постучав о посох (между прочим просто обычная резная деревяшка — сам вырезал — только упрочнённая, слон не переломит, хоть и толщиной сантиметра в два).
Слева слышу тревожное покашливание, оборачиваясь вижу Серебис в странной позе, мало того что она отошла метра на три и встала на все четыре (это выдра — то, они на четырёх не очень — то ходоки, лапы коротковаты), так ещё и изогнулась как лук, а шерсть на спине встала торчком. Догадываюсь, что маленько переборщил и тихонько шепчу, что всё равно усиливается плетением до громкого разговора:
— Не бойся, это для купца, впечатление произвести, совершенно безопасно, только выглядит так.
— Ты, брат, себя со стороны — то видел? Чисто демон, глаза красные, морда как черепушка и это сияние искажающее все вокруг тебя, да и холодом от тебя несет пополам с чем — то колючим и жутко неприятным.
— Ничего, вот наймут, и всё приберу, да и сейчас на ощупь если — то всё как прежде, это иллюзия, подружка, правда высококачественная, здешние маги, пожалуй и не разберутся что к чему. Ладно, подойди и попробуй вести себя как помощница, только не подавай виду, покажи клиенту что — то, что со мной — в порядке вещей.
— Ну... Ага, да как покажешь, жуть какая,— аккуратно выдра встала и бочком-бочком, ощупывая воздух перед собой и прикрыв глаза лапой подошла на расстояние в два шага и встала рядом, с видом, что дальше она пойдет только под угрозой расстрела.
Ждать пришлось несколько минут, судя по затихшему сзади переулку, впечатление производил я и сзади, ну надеюсь купцу с его торговой хваткой как раз хватит, чтобы понять что товар нормальный ему предлагают (это я о себе как маге, надо же себя продать подороже, а?).
Купцу хватило.
Впрочем, по порядку. Открылась парадная дверь дома, открыв синие занавеси, которые как шторы закрывали вид внутрь дома, оттуда вышел давешний гепард хвостом вперёд и не глядя на нас встал боком и подняв глаза в небо огласи:
— Купец первой гильдии Ду Ольханник. Занавеси раздвинулись и оттуда было ступил пузатенький енот средних лет, одетый в роскошный кафтан, хватило его правда на два шага, подняв глаза на нас он остановился. Морда его исказилась, раздался истошный визг и енот бегом исчез внутри дома, не забыв захлопнуть дверь перед носом гепарда, одновременно с визгом тоже опустившим глаза на нас с Хво.
Гепард, ударившись в закрытую дверь, царапался в неё.
— Странный какой — то,— сказала Хво.
— Подожди, я узнаю в чём дело,— и направился я к гепарду,— уважаемый?
Уважаемый, кинул взгляд через плечо, взвизгнул,— Хозяин, пустите хозяин,— гепард стучал и царапал дверь.
Хозяин, слышно было, пыхтел за дверью, но её не открывал.
Пытаюсь помочь:
— Эээ, уважаемый, у вас же ещё дверь есть в доме, сбоку.
Правда, похоже меня не слышат, несмотря на усиливающее голос плетение — странно. Подхожу к гепарду и хлопаю его по плечу:
— Уважаемый!
Гепард издал всхлипывающий стон и обмяк, буквально стекая по двери на землю.
На земле, прямо под гепардом, стала образовываться лужа с характерным запахом мочи.
— Мда, похоже перестарался с впечатлением, и начинаю снимать наведённый морок, оставляя только дар убеждения на посохе.
Обернувшись, машу Хво:
— Помоги, тут гепард отключился.
Серебис подбежала:
— Ты даёшь, тебя только конкурентов устранять приглашать, одним только видом до сердечного приступа доводишь,— принюхалась,— фу, обоссался.
— Ладно взяли,— беру под мышки гепарда и кладу его на землю. Создаю ткань — реаниматор (полезная штука, хоть и сложная — три дня с ней возился, прежде чем выткал шаблон под неё, зато теперь секунд десять и универсальная реанимация готова, если еще мозг не помер — то поднимет, даже без рук — ног, только бы голова на туловище была). Ну тут скорее был обморок, может с сердечным приступом (больно энергетический рисунок тела был похож на инфаркт, когда крепил кружево — посмотрел), так что прошло менее минуты и слуга купца задышал, а там и задвигался.
— Поднимайся, уж, храбрец. Вылечил я тебя.
Гепард приоткрыл один глаз, осмотрелся, и после этого сел. Похлопал себя по мокрым штанам, понюхал лапу, скривился.
— Приступ у тебя сердечный был с потерей сознания, вот ты и обделался малость, так что иди уж смени одежду, пока храбрый купец позора твоего не увидел.
Гепард вскочил:
— Спасибо, а где страшилище лютое? Думал, всё, конец мне. Неужели прогнал?
— Можно сказать и так, беги, переоденься, а мы тут купца сами уговорим. Прикроем, да, Хво?
— Ага,— выдра прыснула,— прикроем, может и лужу за купцом протрём, что смотришь, думаешь слышит,— я шикнул на нее,— ладно, молчу-молчу.
Дверь отозвалась глухим уханьем в такт моему стуку:
— Уважаемый купец первой гильдии Ду Ольханник, не изволите ли вы открыть дверь магу изгнавшему чудище великое?
Из-под двери раздалось шуршание, сопение и в конце концов стал слышен громкий шёпот:
— А, точно изгнал? Я должен быть уверен что мне ни чего не грозит, а то конкурентов у меня много, того и гляди убийцу подошлют.
— Точно,— ухмыляюсь,— абсолютно.
Дверь приоткрылась, оттуда показался в полутьме зеленоватый глаз, который изучил внимательно обстановку во дворе. Не найдя ничего предосудительного, глаз исчез, вместо него распахнув дверь появился хозяин глаза.
— Ладно, пойдём в гостиную, только выдра пусть здесь останется.
— Это моя помощница, она должна участвовать в обрядах магии. Потому прошу её участия под мою ответственность.
Бросив взгляд енот прошелестел:
— Дело тайное и посвящать в него лишних нреков я бы не желал. Но если вы гарантируете её молчание...
— Абсолютно.
— Тогда пройдём.— Енот протопал по прихожей и провел нас в полукруглый зал с магическим камином в котором дрожал лепесток огня. Зал с занавешенными окнами был слабо освещён — свет камина совместно с парой магических светильников держал его в приятной на глаз уютной полутьме. Пройдя к камину, енот сел в кресло, налил себе из бутылочки прозрачного стекла жидкости в стакан примерно на палец и прихлебнув показал на кресло напротив. Устраиваюсь в кресле, Хво садится в ногах.
— Слушаю вас господин Ду.
— Дело, которое необходимо разрешить, уважаемый маг, кстати как ваше имя?
— Дабби Армит к вашим услугам.
— Так вот Дабби, дело щепетильное, как я уже изволил сказать, очень личного свойства.
— Не беспокойтесь, разносить информацию я не намерен и готов гарантировать молчание.
— Понимаете, вы уже далеко не первый маг к которому я обращаюсь. И предыдущие маги меня сильно разочаровали, брали деньги и единственное, что я получил так это бормотание о невозможности что-либо исправить.
— О этом нетрудно догадаться, с простым делом лицо вашего круга обычно обращается в один из орденов, в крайнем случае, есть возможность обратиться к полузапретным практикам темного ордена. Потом вы бы пошли в храм. Скорее всего в храм дуги или к паутиникам.— Достаю трубку и бросаю взгляд с изнанки событий.— К тёмным храмовникам вы уже ходили, несомненно. Ну и было после этого трое: скорее всего персоны из свободных магов, владеющие сразу несколькими практиками. Пока я прав?
Любопытный взгляд из-под бровей:
— Да, а как вы определили что их было трое?
— Особое строение магических полей вокруг вас, они достаточно наследили, чтобы знающий увидел, как охотник на снегу читает следы разных зверей. Впрочем, это мои личные изыскания, так что пока это моя профессиональная тайна. Итак я слушаю вас, продолжайте, пожалуйста.
— Как вы сказали, магов было достаточно много, и как ни жаль, я дал слово, что платить буду только после успешного разрешения дела.
— Приемлемо.
— Ещё, предварительным условием, будет задание вам определить мою основную проблему, это будет моей страховкой от шарлатанов, а их из этих,— енот поморщился,— магов по крайней мере половина.
Поднимаю бровь.
— Извольте тогда не покидать кресло минут десять.
Затягиваюсь трубкой и сосредоточиваюсь на прошлом енота, особенно на нитях сильно окрашенных в негативные цвета и сильно воздействующие на текущее и особенно на будущее положение купца. Прошло три минуты и, наконец, обнаруживаю клубок нитей, примерно трёхлетней давности, исторгающий до сих пор негативные воздействия и сильно воздействующий на объект исследований. Обрывки заклинаний и воздействий разных школ только подтверждали правильность вывода о основных причинах проблем енота.
Просматриваю картину на границе изнанки и прошлой реальности. Довольно интересная картина получается. Наш енот ещё тот жук, и основная причина по которой он бегает по магам становится известной, не считая пары важных для него дел, но пока не обязательных, как он считает,. Ну что же остается только воспользоваться знанием, видит Великое кольцо, не собирался я так далеко залезать в личное, но раз он мне не поверил сразу, то пусть и отвечает за все последствия.
Хитро улыбнувшись начинаю:
— Хво раскрой уши, это важно. Уважаемый клиент, ваши проблемы начались три года назад во время красной луны, когда пропал ваш компаньон по имени Тесс Ессон. По какой причине он "пропал" я промолчу, скажу только, что вы имеете к этому определённое отношение...— Выпускаю несколько разноцветных пузырей из трубки, один из них сильно вырос и обрёл внутри себя объемное изображение, показывающее некоторые эпизоды события.— Енот перед исчезновением был подвергнут защитному тёмному заклятью, которое было активировано и применено к тому, кто по мнению заклинания был виновен в этом "исчезновении". То есть к вам,— рука с трубкой показывает на купца.— Пока верно?
— Да... а вы уверены, в том, что я имею отношение к пропаже партнёра?
— Не буду говорить напрямую, но знаю — то что двигало вами и привело в конце— концов к исчезновению Ессона. Если вас обрадует, то я скажу вам, что он сейчас жив-здоров и не кашляет. И, похоже, регулярно поминает вас по матери. Но, пожалуй, достаточно сказано. И лучше я перейду теперь к результатам воздействия на вас отложенного заклинания, вызванного к жизни вашими же действиями.
— Так вы менталист?
— Нет, отнюдь. Если вы думаете что я копаюсь в вашей голове, то разочарую. У меня свои методы определения истины. Так вот готовы ли вы подписать магический контракт с обязательной оплатой по факту "реального выполнения условий контракта", если я сейчас назову вам три ваших проблемы, одну основную и две менее важных но желательных для разрешения?
Енот немного поболтал жидкость в стакане, прихлебнул, прищурившись посмотрел прямо.
— Пожалуй. Начинайте.
— Начну с самой малозначимой для вас проблемы, правда в защитном покрывале Ессона это было основным воздействием на любого покушающегося на его жизнь.— Помолчал,— Половое бессилие. Но он не учёл, что как раз для вас это и не является основным наказанием, как говорится, если пропадает то, чем не пользуешься — не велика потеря, не так ли?
