| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Кейт, сколько их ещё? — Энтони кивает на тело.
— Пятеро. Три женщины и два подростка, лет пятнадцать. Они потащили отца в подвал, как сказал один, "наделаем из его кожи ремней", — девушка всхлипывает, прижимается к груди парня.
— Кейт, пожалуйста, соберись, — мягко, но настойчиво Энтони отстраняет Кейт, смотрит той прямо в глаза. — Где они, ты знаешь?
— Две были внизу, на кухне и в гостиной. Ещё одна наверху, они утащили туда маму, я слышала какие-то стоны. Наверное, они...— девушка вновь начинает плакать, но уже спустя секунду берёт себя в руки. Даже не представляю, что у неё сейчас творится в душе. — И в подвале двое, с отцом.
— Стрелять сможешь?
— Да! — Кейт яростно кивает головой.
— Держи, — парень снимает пояс с кобурой и запасными магазинами к пистолету.
Вопрос "умеешь пользоваться?" в Техасе риторический.
— Кейт, только я тебя прошу, не наделай глупости, хорошо? — Энтони заглядывает в глаза девушки, в которых появилась надежда. — Мы освободим твоих, но нам нельзя спешить и действовать наобум. Вперёд не лезь, мы с Алексом справимся, смотри за нашими спинами. Договорились?
— Да, конечно, — сжав пистолет, кивает Кейт. — Я не подведу.
— Отлично.
Выглядываем во двор — никого. Быстро выскакиваем из амбара, сворачиваем вправо, в тень. По небольшой дуге, пригибаясь, семеним к задней двери. Из-за занавесок на первом этаже пробивается слабый свет, мелькают какие-то тени, на втором тоже горит лампа.
— На веранде вижу две цели, курят — краткость сестра таланта, Ариэль старается не "шуметь" в эфире.
— Пока наблюдай, — командует Энтони.
На крыльцо поднимаемся медленно, ставя на ступеньки ноги вдоль, чтобы не скрипели. Я — слева от двери, Энтони и Кейт — справа. Киваю — открывай. Парень медленно поворачивает ручку, тянет на себя — Фаррелл хороший хозяин, все петли смазаны, ничего не скрипит.
Я тут же заглядываю в дверной проём. Спиной ко мне женщина с короткой стрижкой, в джинсах и фланелевой рубашке, роется в шкафчиках. На полу разбросаны продукты, из ящика вывалены столовые приборы, в углу рассыпана мука, рядом валяются перевёрнутые жестяные банки в белый горошек. Обыск идёт полным ходом.
Свет даёт такая же цилиндрическая электролампа, стоящая на столе посреди кухни.
Беру женщину на прицел, и когда палец уже выбрал свободный ход, она резко оборачивается. Взгляд дикий, словно у хищного животного, рот открывается для крика, я дёргаю спуск. Хлопок, лицо женщины, достаточно миловидное, превращается в сплошную рану. Тело с шумом падает на пол, звенят вилки-ложки.
— Сюзен? Что у тебя там? — раздаётся из гостиной женский голос.
Чертыхаясь,быстрым шагом иду через кухню. Пистолет впереди, заглядываю в гостиную. Здесь тоже форменный бедлам, обивка мягкой мебели вскрыта, подушки с дивана изрезаны, пух летает по всей комнате. А вот освещения нет, только тот, что идёт из кухни, и я сейчас отличная контрастная мишень.
— Бах! — рявкает дробовик из темноты.
Спасло меня то, что оружие стояло на предохранителе, и, услышав щелчок, я успел упасть на пол.
Над головой проносится заряд картечи, в ушах звенит. Слышу сухое клацанье, дамочка перезарядилась. Но я успел заметить во вспышке выстрела, где ты. Несколько раз быстро жму спуск. Глухо падает тело.
— Чисто! — смысла сохранять тишину уже нет.
На улице, с паузой в три-четыре секунды, раздаются приглушённые расстоянием выстрелы.
— Минус один, второй упал за перила, не вижу, — докладывает Ариэль.
Молодец, догадалась, что раз в доме такой концерт, то можно работать.
— Я сейчас попробую снять его через окно прихожей, не подстрели меня, — Энтони пробегает через гостиную.
Кейт выглядывает из кухни, пистолет в руках, ствол смотрит вниз. Умница, не надо им тыкать куда попало.
— Где лестница наверх?
— Туда и налево, — девушка указывает свободной рукой на дверь, куда парой секунд назад выскочил Энтони.
Осторожно, держа пистолет перед собой, заглядываю за диван, за который завалилась бандитша. Лежит на боку, дробовик валяется у ног. Совмещаю мушку с головой, жму спуск. Заряд дроби над головой действует отрезвляюще, от моральных терзаний и следы не осталось.
В прихожей раздаётся хлёсткая очередь, вторая.
— Минус на веранде, — раздаётся в наушнике голос Энди.
Встречаемся у лестницы, парень теперь идёт первым. Я убрал пистолет в кобуру, предварительно свернув глушитель — запасного магазина у меня с собой нет, остаться в неподходящий момент пустым не хочется. Беру в руки НК416, поднимаюсь вслед за Энтони.
На втором этаже четыре двери, одна справа и три слева. Ничего толком не видно, у нас из источников света только подствольный фонарик на АР-ке Энтони.
"Надо себе такой поставить", — задним умом мы все умные.
Определить, где последний противник, не сложно: только из-под одной двери в конце коридора выбивается свет. На втором этаже узко, Энтони идёт справа, я — слева, на пару шагов позади, но парень перекрывает мне почти весь сектор. Поэтому, когда дверь открывается и в проёме появляется чья-то голова, среагировать не успеваю. Впрочем, Энтони тоже. Увидев нас, женщина прячется обратно, захлопывая дверь.
"Твою за ногу!" — зло думаю я.
И в этот момент Энтони падает на пол и одной очередью, снизу вверх, выпускает полмагазина.
— Перезаряжаюсь! — докладывает парень.
— Я пошёл! — обхожу напарника, держу дверь на прицеле.
Пять метров.
Три.
Один. Центр двери словно дуршлаг, сквозь который в коридор пробиваются тонкими макаронинами свет. Становлюсь сбоку, толкаю левой рукой дверь, та открывается на половину и обо что-то ударяется.
На полу, в луже крови, с широко раскрытыми глазами, лежит кучерявая блондинка, молодая, чуть ли не подросток. Утончённые черты лица, небольшой идеальный нос, чувственный рот. Белое платье немного задралось, обнажив стройные ножки. Просто ангел во плоти, реинкарнация молодой Мерлин Монро.
На руках длинные, по локоть, резиновые перчатки, в которых хозяйки обычно моют санузел и драят кафель на кухне. Обычно такие изделия имеют жёлтый цвет, но сейчас почти полностью окрашены в тёмно-красный.
— Мама! — в комнату мимо меня влетает Кейт и бросается к женщине, распластанной на кровати.
— Твою ж... — тихо ругаюсь сквозь зубы по-русски. — Грёбанный екибастус!
Банальное английское "fuck" не сможет передать и десятой толики тех эмоций, что я испытал в тот момент, когда увидел миссис Фаррел. Обнажённое тело покрыто десятками и сотнями порезов, постельное бельё окрасилось в багровый, а у кровати на стуле стоял тазик, полный каких-то обрезков, плавающих в крови.
Похоже, эти отморозки не шутили, когда говорили, что "нарежут кожу на ремни".
Я поднял автомат и выпустил очередь ангельское личико.
Больные ублюдки.
— Алекс, надо проверить подвал, — Энтони коснулся моего плеча, привлекая внимание.
— Да,конечно, — с трудом отрываю взгляд от мёртвой девушки.
— Ариэль, нужна твоя помощь. Миссис Фаррел сильно ранена, она с Кейт на втором этаже.
— Приняла, сейчас буду!
— Кейт, возьми, — вспоминаю про подсумок с медициной.
Спускаемся вниз.
Будь моя воля, я бы убил их всех ещё по разу. И не так быстро.
Глава 8
Год 27, утро 16 апреля, понедельник, ферма Фаррелов
Её звали Нэнси Довер. По крайней мере, здесь, в Эдеме, земное имя она никому не говорила.
Истории девушки даже можно было бы посочувствовать, если бы она не начала убивать. Убивать жестоко, садистски.
Было известно (Нэнси любила пропустить время от времени стакан-другой, и поболтать по душам), что с трёх лет её мать таскала дочу по всевозможным конкурсам красоты. К шести годам у девочки был комплекс звезды, и не без оснований: Нэнси росла на чудо какой хорошенькой.
Первая реклама в восемь. В двенадцать — роль второго плана в клипе восходящей поп-звезды. В пятнадцать — "Мисс какая-то там дыра". В семнадцать — переезд в Голливуд, школа актёрского мастерства. В восемнадцать чуть не снялась в порно: жизнь в Лос-Анджелесе дорогая, а протирая столы в кафе в ожидании той самой роли, много не заработаешь. Но вовремя сообразила, что скрывается под обёрткой "артхаус кино в ретро стиле", и сбежала со съёмочной площадке через окно в туалете.
Затем был скандал с Вайнштейном, всколыхнувшей общественность. Нэнси же, как тот мужик в анекдоте, что забыл полотенце в баню, но увидел надпись "занавесками не вытираться!", подумала:
— А это идея!
На поиски "с кем тут переспать, чтобы роль получить" ушло полгода. Отсеять зёрна от плевел (читай, козлов, желающих попользовать молодое тело за просто так от людей, действительно могущих обеспечить ей съёмки в кино) оказалось не так-то просто, но упорство и труд волка кормят. А ноги, точнее, то, что между ними — молодую девушку. Вайнштейно-заменитель всё же нашёлся.
Роль была так себе, второго плана, но всё же пять минут чистого экранного времени (если просуммировать все эпизоды) и две страницы текста. Для первого раза более чем достойно!
Нэнси заметили, и уже без раздвигания ног она получила несколько ролей в ситкомах, пусть и на один-два эпизода. Потом было приглашение на главную роль в фильме "Кинг-Конг в бикини", треш ценою в две сотни тысяч долларов. Внезапно фильм не только отбился, но даже собрал неплохую кассу (главным образом из-за того самого "бикини", в котором отбегала 90 минут экранного времени Нэнси, прежде чем мутировала в Кинг-Конга). Снимать сиквел позвали вышедшего в тираж продюсера, который, тем не менее, трижды номинировался на Оскара (в номинациях за монтаж, грим и звуковой монтаж, но это уже частности). "Кинг-Конг в бикини-2" собрал поражающие провинциалку три миллиона! Конечно, это не её деньги, но всё же!
Затем было полгода затишья, не считать же эпизодические роли во второсортных сериалах серьёзной работой для восходящей звезды? Агент сбился с ног в попытках найти что-то "достойное", Нэнси тоже не сидела скрестив ноги. Первой синюю птицу счастья за хвост ухватила девушка, познакомившись (и отдавшись, опередив парочку таких же маленьких акулок, как сама) с продюсером, искавшим главную героиню для фильма с бюджетом в десять миллионов. Считай, одной ногой уже во взрослой лиге!
Кастинг актёром растянулся на томительные полгода, которые удалось пережить благодаря ситкомам и рекламе вагинальной смазки. А что, деньги не пахнут и сами на банковский счёт не падают. Нэнси устала ждать. Нэнси хотела красивой жизни здесь и сейчас. И ведь всё рядом, стоит только руку протянуть. С зажатыми в изящной ладошке купюрами.
Банк в кредите отказал. Не считать же жалкие пять тысяч деньгами? Их всего-то на пару вечерних платьев и хватит! И в чём прикажете в люди выходить начинающей звезде? А главное — на чём приезжать?
— Мисс, только сегодня и только для вас, "Шевроле Комаро" в полной комплектации всего за семьдесят две тысячи! Первоначальный взнос двадцать пять процентов.
Оказывается, деньги можно занять не только у банка, и никакие справки-выписки не нужны. Правда, процент высоковат, так сколько той жизни! Отдаст из гонорара.
Пришла беда — отворяй ворота.
За две недели до съёмок умерла мать. На похороны ушла вся наличность, пришлось даже у подруг занять.
Кое как оправившись от удара, вернулась в Калифорнию. И новый пинок от Судьбы: продюсер за время её отсутствия успел найти новую актрису на главную роль.
— Крошка, пойми, ничего личного, кто последний отсосал, тот в кино и сыграл, ха-ха! — встретил бывший любовник её на пороге своей виллы, обдолбанный в хлам.
Три сломанных ногтя, ночь в "застенках продажных сатрапов", угнанный за это время на штраф-стоянку "Комаро", оставленный перед домом этого козла...
Через месяц к ней пришли за долгом. Денег даже после продажи машины не было и половины от нужной суммы. Немножко побили. Предложили отработать, дали на подумать неделю.
По статистике, в зависимости от страны, возраста и сезона, от восемнадцати до тридцати одного процента переселенцев главной причиной принятого решения называют "финансовые проблемы". Внесла свою лепту в эти цифры и Нэнси.
Знакомство с новым миром началось с Джефферсона, столицы Либерти. На нём же на долгое время и закончилось: предложение поработать танцовщицей в клубе обернулось сексуальным рабством на полтора года. Повезло ещё, что заведение было из приличных, клиенты — люди состоятельные и чистоплотные. Некоторые и вовсе иногда снимали девушек на ночь, чтобы набухаться и излить душу.
Нэнси жилось относительно неплохо, очень скоро у неё появилось с полдюжины постоянных клиентов, других она больше не обслуживала. Правда, пришлось приобщиться к ЛГБТ сообществу и узнать, что такое страпон, причём — с обоих концов, так сказать. Но после того, как её приводили к покорности пять грязных латинос и негров, это были цветочки.
Вырваться удалось буквально чудом. Среди клиентов был врач, местный терапевт. Ходил к ней регулярно, пару раз в неделю, нередко брал сразу на ночь. Был всегда ласков и нежен, даже как-то цветы подарил, на восьмое марта, кажется. Странный тип. Но отзывчивый. Поэтому, когда девушка попросила принести снотворное, "плохо спится в последнее время", мужчина не смог ей отказать.
Нэнси два месяца ждала возможности воспользоваться таблетками, предварительно перетёртыми в порошок. Охране запрещалось трогать "золотых курочек", но если никто не видит и по обоюдному согласию — почему и нет? Дождавшись, когда босс укатит с основной частью охраны на какую-то стрелку, Нэнси заманила Фрэнка к себе в богато и безвкусно обставленные апартаменты. При виде девушки в чёрной, ничего не скрывающей комбинации, кровь у парня от головы отлила, наполнив совсем другие сосуды ниже. Правда, ни одну из своих фантазий в этот раз Фрэнк не успел: залпом осушив бокал с вискарём, поданный покорной девочкой, парень почти сразу отрубился.
Убедившись, что тело крепко спит, девушка переоделась (чего ей стоило достать джинсы и толстовку — отдельный разговор), и уже собиралась серой мышкой прошмыгнуть в коридор, два поворота налево, вниз по ступенькам и — вот она свобода! Но взгляд, брошенный на Фрэнка перед уходом, зацепился за ножны на поясе парня. По коже пробежал холодок: перед глазами вновь возникла картина того, как парень этим самым ножом, играясь, словно кот с добычей, срезал с неё одежду в тот день, когда ей не повезло согласиться на работу в клубе. Пелена чёрной, жгучей ненависти накрыла Нэнси.
Когда сознание вернулось к девушке, она ужаснулась открывшейся картине: опознать Фрэнка теперь могли бы только с помощью снимка зубов или генетической экспертизы. Джинсы и толстовку пришлось выбросить. Через четверть часами по ночному Джефферсону гуляла медсестра в неприлично коротком халатике, на каблуках и в колготках в сеточку. И только чудом можно объяснить то, что она так и не нашла приключений на почти не прикрытую пятую точку.
Под утро судьба свела её с Томом Клэнси, обычным фермером откуда-то из-под Берлесона, небольшого городка на границе с Техасом. Мужчина, выслушав её историю, поделился одеждой и кровом, и предложил идти в полицию.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
