Дурная кровь

— Жертва преступления — Дора Расх, шестнадцати лет, вольнонаемная разнорабочая на станции Крепость. Потенциальный целитель, взятая мною под опеку. В ночь происшествия она не употребляла алкоголь, как и не обслуживала 'клиентов', поскольку на момент нападения была девственницей. Отчет о результатах обследования я прилагала к рапорту, так же как и перечень повреждений, которые моя пациентка могла получить лишь, будучи жертвой насилия. У нее был сломан нос, челюсть, два ребра, выбиты четыре передних зуба, внутренние разрывы и кровотечение. Я не говорю о гематомах по всему телу, следах связывания на запястьях рук и ног. Надеюсь, вы способны сложить картину произошедшего и какие именно действия со стороны преступника могли к этому привести?

Я старалась говорить спокойно, даже отстраненно, и, по-моему, мне это удалось. Привычный тон, перечисление повреждений. Главное, не дать собственному воображению слишком разыграться. Не позволять эмоциям взять вверх. Положила карандаш на стол чувствуя, как руки начали мелко противно дрожать. Спрятала руки под стол, сжав их в кулаки. Не стоит показывать своим оппонентам насколько болезненно все это для меня.

Неожиданно, почувствовала легкое касание на своей правой руке. Будто теплый ветерок прошелся по коже, принося с собой успокоение. Краем глаза посмотрела на мрачного Клауда, застывшего рядом. Его силу не спутаешь ни с чем. Подобный жест можно было расценивать как угодно. Я же предпочла думать, что мое волнение стало излишне заметным, и он пресек возможный срыв с моей стороны.

— Что же, думаю, на этом дебаты можно завершить, — одним своим взглядом леор Корр прервал начинающую подниматься волну недовольства со стороны противников. Расх сидел прикрыв глаза и, казалось, не дышал. — От леоры целительницы я получил необходимые данные, чтобы излучись ситуацию. Здесь и сейчас познакомился с мнением обеих сторон. До своего отлета изучил результаты анализов ДНК всех присутствующих лиц мужского пола, пребывающих на станции Крепость. Нет, генерал, я имею на это право, как полномочный представитель клана эфетов. Да, майор сент Оливар, в Службе Безопасности Содружества мне пошли на встречу и удовлетворили запрос.

— Но эфет Корр, со всем уважением, на станции работают высокие леоры, которых невозможно обвинять в подобного рода поступках, — вмешался один из заместителей генерала, пожилой седовласый мужчина, всем своим видом выражающий негодование. Было видно, что вся ситуация не приводила его в восторг.

— Согласно статье 24 криминального кодекса Содружества, принятого со времени объединения, такого рода преступления караются смертной казнью. Закон не делает различия между высоким леором или шахтером, леорой или проституткой. Различия делают сами люди. Жаль, что на этой станции я столкнулся с чем-то подобным.

Он встал с места. Присутствующих охватило напряженное ожидание. Я могла бы поклясться, что сейчас что-то произойдет, и не ошиблась. Эфет включил переговорник и произнес несколько слов. В зале воцарилось тревожное молчание. Спустя десять минут дверь отворилась и помощники эфета впустили молодого мужчину, поддерживаемого под руки еще двумя фигурами в красных плащах. Мужчина был мне смутно знаком, и я стала вспоминать, где его видела, когда тишину разорвал полный злости голос майора:

— Не смейте! У вас нет на это прав! — Майлз вскочил, и бросился к пленнику, путь ему преградили помощники Корра.

— Прошу вас, сохраняйте спокойствие. И признайте, что вы проиграли, — эфет с будто приклеенной улыбкой на губах подошел к пленнику, которого с силой опустили на колени.

— Леор Родриго сент Торас, — стоило эфету назвать имя, как я вспомнила излишне настойчивого посетителя медблока в своей первый рабочий день, — старший сын рода Торас, вы обвиняетесь в жестоком изнасиловании, повлекшим смерть жертвы. Вы признаете свою вину?

Мужчина перевел взгляд в сторону и как-то жалобно произнес:

— Майлз! Ты же обещал...

— Заткнись, придурок! — майор, ярость которого резко обратилась на пленника, своими неосторожными словами посмевшего его опорочить, застыл посреди зала, не решаясь предпринять ничего, что бы спровоцировало агрессию эфета.

— Глупо было надеяться спрятать серийного насильника и убийцу на закрытой станции, — Корр с живостью обернулся к Майлзу, — вы же должны были понимать, что рано или поздно скрыть его пристрастия станет нереально.

— Мне нужно было время. Не думал, что поднимется шум, — в нем словно что-то надорвалось. Он опустил плечи и сжал кулаки.

— Поэтому сделали все, чтобы сокрыть следы преступления, так вовремя отключить связь и уничтожить тело?

— Как...? — протянул майор.

— Вы же не первый раз приходите на помощь вашему кузену? Из столицы его отослали потому, что своеобразные шалости стали слишком явными.

— Майор сент Оливар! Вы посмели привести на мою станцию опасного убийцу? — генерал сент Стронг побледнел и схватился за сердце. Я тут же поспешила к нему, привычными действиями предотвращая сердечный приступ. Было сложно жалеть своего начальника, допустившего подобную ситуацию, однако, долг целителя никто не отменял.

— Если бы... если бы эта сука не вмешалась, все было бы хорошо, — майор перевел вмиг потемневший от бешенства взгляд в меня, — кто тебя просил?

Я почувствовала движение ветра рядом с собой, и успела увидеть, как из руки майора, схватившего бластер, выпадает оружие, а самого его, словно скованного по рукам и ногам вминает в стену неведомой силой.

— Благодарю за вмешательство, Клауд, — эфет отдал приказ, и оглушенный ударом майор вскоре присоединился к своему кузену.

— Властью, данной мне эфетаром Содружества объявляю свой приговор: Леор Родриго сент Торас приговаривается к смерти. Приговор будет исполнен посредством введения в его тело сыворотки Нора и последующего расстрела. Его биологические данные будут изъяты из храна рода и уничтожены.

Я услышала недовольный гул со стороны оппонентов и в какой-то мере могла понять его причины. Сыворотка Нора вводилась преступнику перед смертью, чтобы тот на себе испытал те самые муки, которые он причинил своей жертве. В какой-то мере он оказывался на ее месте и умирал от своих собственных рук. Это была физическая смерть, вызванная эмоциональным болевым шоком. Были случаи, когда социопаты, подвергнувшиеся подобному наказанию выживали. Тогда их добивали выстрелом в затылок. Жестоко, но справедливо. Бесчеловечно и оправдано.

Я отошла от генерала, уверенная, что в моем присутствии больше необходимости нет. Нужно было уйти отсюда как можно скорее и не думать о том, что сейчас произойдет. Думаю, Корр осуществит приговор на станции, а не повезет преступника в столицу. Так же думаю, что его просили все сделать без лишнего шума из уважения к заслугам рода убийцы прежде, чем позволили получить нужную информацию. На душе было противно и гадко

Я смотрела в иллюминатор на сумрачный серый пейзаж. Спутник, на котором располагалась станция, был необитаем. Нас окружала пустота. Я провела пальцами по холодному стеклу.

— Признай, котеночек, я был неплох, — Корр широко улыбнулся, подходя ко мне.

Это место, единственное, в котором сохранился иллюминатор с защитным стеклом, я нашла не так давно. Оно располагалось на верхнем уровне, над медблоком.

— Как всегда, когда защищаешь невинных и караешь виновных, — мне было невесело. Да, справедливость восторжествовала, убийца и насильник понес наказание. Вот только... Я и Даэль Корр наедине. Не рассчитывала на подобное, не ожидала. Разумеется, я бы никогда не заподозрила эфета в недостойном поведении, но мне было неловко. Мы не виделись пять лет, и я почти забыла, какое сокрушительное впечатление он производит на окружающих.

— Он... уже? — я прижалась лбом к стеклу.

— Не люблю затягивать с возмездием, ты же знаешь, — я почувствовала, как он встал позади меня. Его дыхание щекотало шею, с выбившимися прядками волос.

— Что с майором? — постаралась отвлечься от близости эфета, но получалось не очень.

— Военный трибунал. Генерал настоял лично. Думаю, он слишком обижен на подчиненного за такую подставу. Впрочем, нас это уже не касается, правда, котеночек?

— Я же просила, так меня не называть, — я повела плечами, стараясь избавиться от давящего ощущения близости.

— Прошло столько лет. Я надеялся, что ты изменишь свое решение.

— Ничего не изменилось, леор Корр. Признаться, я ожидала, что ваше предложение утратит силу.

Я повернулась к нему, стараясь не отводить взгляда от его лица. Его глаза, большие, яркие, будто затягивали меня в омут, лишая воли и сил сопротивляться.

— Я слышала, что вам подобрали невесту.

Признаться, это была главная причина, по которой я решилась позвать эфета Корра на помощь. Уверенность, что более не интересую его ни в каком качестве.

— Помолвка не состоялась. Моя семья больше не имеет власти распоряжаться моим положением. Я волен сам выбирать.

Он по-прежнему стоял слишком близко, однако, не делая попыток прикоснуться.

— Джети, я тебя не отпущу, — склонившись к моему уху, едва слышно шепнул он.