| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Игорь проводил меня до машины, открыл мне дверь.
-Я должна сразу кое в чём сознаться, чтобы между нами не было никаких недомолвок, — выпалила я. Середа поднял бровь.
-Я весь во внимании.
-Я пришла специально познакомиться с тобой, чтобы предложить свои услуги Скворцову. И скандал в ресторане специально спровоцировала! Надо же было как-то привлечь твоё внимание! Мне показалось, что даже если я голая буду бегать по залу, ты вряд ли оторвёшься от своей тарелки, — обречённо выдохнула я. — Мне кажется, от пищи тебя может оторвать только работа или другая пища, - Середа расхохотался.
-Ну ты даёшь, малявка, а что делать, нет работы, нет еды! Конечно, подозрения кое-какие у меня были, но до конца ещё не оформились. Молодец, что призналась! Будем друзьями.
Мы тепло попрощались, и я, окрылённая победой, понеслась домой. И мы с Наташкой в этот вечер так нарезались, что заснули вповалку на моей кровати. А ночью выпили всю воду, сначала из мини бара, потом из крана!
* * *
Я посмотрела на часы четыре часа пятьдесят пять минут, пора и честь знать. Подняла глаза на Вадима:
-Проводи меня до машины.
-А ты не боишься, что кто-нибудь увидит и донесёт Скворцову.
-Я скажу ему, что между нами ничего не было, ты меня спас, а я зашла тебя поблагодарить. Он мне поверит!
-Да ладно, — заулыбался Вадим, — благодарила с трёх часов ночи до пяти? Я бы не поверил.
-У тебя же нет детектора лжи, а у него есть, — брякнула я.
-Он тебя, что на детекторе проверять будет? — вытаращил глаза Вадим.
-Конечно, я же тебе говорю, Скворцов страшный человек!
Я выразительно округлила глаза. Вадим, видимо, под впечатлением, начал молча одеваться. Я обувала туфли и ругала себя: "Полина, ты бредишь?"
-У вас тут все по ночам не спят или только работники казино. Я-то думал глухомань! А у вас тут ничего, живенько. Не соскучишься.
-Угу, — я чесала впереди и отвечала невпопад. Отец убит или это розыгрыш? Кто за мной гнался? Надо бы заглянуть в номер. Нет. Ещё не хватало остаться крайней в этой истории. Страшно. Завтра позвоню Середе, он у ментов всё узнает. А если ничего не найдут? Тогда завтра поеду навестить папу сама.
Я села за руль, начала выруливать и увидела Вадима, стоящего возле машины с недоумевающим видом. Молодец, какая, совсем про него забыла. Я открыла стекло:
-Спокойной ночи!
-А с тобой такие бывают?
-Не знаю! — я пожала плечами. — Пока никто не жаловался.
Вадим внимательно меня рассматривал, очевидно, размышлял о степени моего идиотизма. Засунул руки в карманы и пошёл в сторону гостиницы. Я нажала на газ. Устала, сил нет. Доберусь до дома и спать. Всё равно раньше утра ничего не узнать, да и Середа не очень обрадуется, если я его в выходной в пять утра подниму. Я загнала машину в гараж, доползла до квартиры, стянула платье и завалилась на кровать в нижнем белье и косметике. Плевать, когда просыпаешься одна по утрам, есть одно, но неоспоримое преимущество, никто не испугается и не убежит.
Глава 4
Проснулась я от настойчивого звонка в дверь.
С трудом высунула голову из-под подушки, час дня. Я натянула халат, потопала к двери, голова гудит, что спала, что радио слушала. Рывком открыла дверь, хотелось кого-нибудь прибить, и незваный посетитель для этого очень подходил. За дверью стояла молодая женщина, лет тридцати пяти, красивая худенькая брюнетка, лицо вроде бы знакомо. Я почесала всклоченные волосы.
-Чем обязана столь раннему визиту?
-Разрешите войти? Или здесь пообщаемся?
Я молча отступила в сторону. Женщина вошла в квартиру, я тем временем посмотрела на себя в зеркало. Мамочка моя! Только детей пугать, чтобы кашу доели! Волосы, всклоченные какими — то клоками, расплывшаяся косметика, размазанная по лицу. Да, я вчера рыдала, оплакивая безвременную кончину отца. А что делать? Я же не бревно какое! Да и другого папашки у меня уже не будет, это точно, а значит у меня больше никого нет. И вот в результат: жуткий вид и головная боль.
Захлопнула дверь. Почесала босой ногой голень другой ноги, потёрла нос, закусила прядь волос, раздумывая, почему посетительница ещё не убежала в ужасе с криками "спасите, помогите", и как бы поскорее попасть в ванную.
-Вы Полина Воронцова? — я кивнула.
-А я Скворцова Вероника Андреевна, надо поговорить!
Ага, вот и ясно, откуда мне знакомо её лицо, фотография на столе в кабинете Николая Семёновича, смеющиеся жена и двое мальчишек. Я кивнула, показала рукой на диван.
-Присаживайтесь, мне нужен душ, и я в вашем полном распоряжении.
Я прихватила полотенце и удалилась в ванную. Ничего не понимаю, зачем она пришла? Скворцов говорил, что жена в курсе всех его дел, ладно, сейчас разберёмся. Я вернулась умытая и расчёсанная и как примерная ученица села напротив Вероники на кровать.
-Я не должна была к вам приходить, Николай меня сразу предупредил, что эту сказку придумали для Вас, ну чтобы поменьше приставали, а то молодая одинокая девушка гуляет по казино. Но я так больше не могу. Мне постоянно рассказывают, что Вы вместе, как он к Вам относится. У общих друзей Вы вообще с Николаем излюбленная тема. Последняя новость о том, как пьяный Максим Леонидович пытался Вас купить, а Николай стоял, как стена... меня просто добила. Я подумала, что посмотрю Вам в глаза и всё пойму.
-Ну и как? Посмотрели? Полегчало?
-Нет. Ещё больше всё запуталось. Вы очень красивая и молодая. И я теперь вообще не знаю, что думать.
У Вероники Андреевны подозрительно заблестели глаза, мне только её слёз сейчас не хватало. Мне свои девать некуда, вон, подушка вся насквозь промокла.
-Подождите, я сейчас.
Я встала и пошла в гардеробную, ну и что мне с ней делать? Говорить что-либо бесполезно... Будем решать вопрос кардинально. Надев джинсы и футболку, я набрала домашний телефон Наташки. Ответила мама Вера:
-Алло.
-Привет мам Вер, это Полина. А где у нас женская консультация районная, — я придвинула блокнот и взяла карандаш в руку.
-Здравствуй Полиночка, а тебе зачем? — я хмыкнула,
-Ох, мам Вера, всё-то вам расскажи, задержка у меня.
"Шутка вышла не совсем удачная",— подумала я, взглянув на резко побледневшую Веронику, да и мама Вера мне не чужая.
-Шучу я, не волнуйтесь.
Я записала адрес, взяла сумку ключи от квартиры и машины, проверила в паспорте страховой полис, кивнула Веронике Андреевне:
-Пойдёмте, — она молча встала.
"Молодец, тётка",— подумала я, удар держит.
На моей машине мы подъехали к консультации, в полной тишине пришли в регистратуру. Минут тридцать выписывали мне карту, потом я выясняла время приёма моего участка, которое как раз уже закончилось в двенадцать часов дня. И воевала за саму карту, которую мне не давали, так как моё время прошло. И если другой врач согласится меня принять, то он должен прийти в регистратуру и сам взять мою карту. Я прикинула, ну допустим я врач, и в принципе не против принять ещё одного пациента, но если при этом придётся тащиться в регистратуру, то тогда я точно буду против. Я молча сунула в окно двести рублей, в ответ так же молча получила карту. Вот, страна! Ничего нельзя, но если очень хочется, то можно!
Мы молча прошлись по коридору, я выбирала очередь по меньше.
-Кто последний в седьмой? Ага. А кто последний в девятый? Угу. А кто последний в двенадцатый?
-Никого, — обрадовала меня словоохотливая бабулька.
-Прекрасно, нам как раз туда, — я усадила Веронику Андреевну на скамейку в коридоре и вошла в кабинет. Тётка попалась молодая, народом сильно не задёрганная и посему не вредная. Согласилась меня осмотреть, не смотря на принадлежность к другому участку. Я залезла на жуткое доисторическое кресло, глядя на которое сразу пропадает желание, не только рожать, но и заниматься тем, что приводит к самим родам месяцев через девять. Врачиха написала, чего-то в карте, одела одноразовые перчатки, подошла ко мне. Молча уставилась на меня через линзы очков и маску.
-А от меня-то вы что хотите? — спросила она, снимая маску и перчатки.
-Справку, — ответила я, аккуратно сползая с раритетной конструкции.
-Какую справку?
-А какие бывают?
-Вы что издеваетесь?
-Ни в коем случае, — поторопилась я успокоить закипающую врачиху, натягивая джинсы.
Открыла дверь, позвала Веронику и показала на стул для пациентов возле стола врача.
-А это ещё кто? — совсем растерялась докторша.
-Понимаете, — пыхтела я у стола, завязывая кроссовки, — эта женщина, жена моего шефа. Ей сказали, что я его любовница, и я хочу справку, для неё, что я не могу быть его любовницей, по причине своей девственности,— Вероника Андреевна сидела, открыв рот. Да уж, новость не для слабонервных. Но врачиха не унималась:
-Девушка, мы не даём таких справок.
-Ну, какие-то вы даёте, — я тоже не отставала.
Врачиха молча написала, что-то в бланке, шлёпнула штамп, протянула мне листок. Я прочитала вслух.
-Пациент Воронцова П.А. Осмотр не может быть произведён по причине наличия девственной плевы. Врач Соколовская Т.М.
-Ну вот! — обрадовалась я. — Спасибо вам огромное. Я положила на стол пятьсот рублей.
-Не надо, заберите.
-Это просто спасибо за то, что приняли и объяснения мои невнятные выслушали. Большое спасибо.
Я подхватила Веронику Андреевну под руку и потащила к выходу. Соколовская крикнула нам в след:
-Печать в регистратуре.
Посмотрела на сияющую госпожу Скворцову.
-Печать нужна?
-Нет, — она рассмеялась.
-Ну уж, дудки, — я двинула в сторону регистратуры, — пусть двести рублей отрабатывает.
Тётка шлёпнула печать на справку, и мы отправились в машину, бумажку я закинула в сумку.
-Вы ко мне как приехали?
-На машине, — ответила Вероника, — она у вас во дворе осталась.
-Я Вас отвезу, мне всё равно домой надо заехать.
Госпожа Скворцова кивнула и села в мою машину.
-Полина, Вы меня простите, ради Бога, и спасибо Вам большое.
-Это Вы меня простите, — решила я покаяться, — это я ведь во всём виновата, ну в сплетне этой дурацкой. Я не думала, что так получится. Я очень Вашего мужа уважаю. Поверьте, я каждый день вижу огромное количество состоятельных мужчин, так скажем, женатых и не первой свежести... И ведут они себя, просто отвратительно. Похабные шуточки, молоденькие любовницы или проститутки, это при наличии жен, детей, а иногда и внуков. Я молчу про элементарную порядочность, чувство собственного достоинства и уважение к женщине. Для них женщины это тёлки, девки, бесплатное приложение к новому мерседесу или костюму. А Николай Семёнович, мне казалось, что таких уже не осталось, в семнадцатом году всех расстреляли. Глубоко порядочный и интеллигентный человек, который любит свою семью и не изменяет жене. Я работала уже месяцев пять, когда при мне произошла некрасивая сцена. Два подвыпивших товарища, по форме обращения к Николаю Семёновичу я поняла, старые приятели или даже друзья семьи. Вы их знаете, наверное, Кравцов и Черняк? — Вероника кивнула. — Они приставали к Скворцову: "Давай уже колись, хватит строить из себя святошу, признайся, что импотент, а жена тебя прикрывает по старой памяти. Сними у друзей тяжесть с души, а то они чувствуют себя полными свиньями на твоём фоне". Я не знаю какая муха меня укусила. Я подошла к Вашему мужу, взяла его под руку и заявила, взбесившим меня господам: "Конечно, нашли импотента, да он мне всю ночь спать не давал". Подмигнула оцепеневшему Скворцову и залепила: "Настоящий мужчина в постели женщины доказывает, что он герой, а те, которые много болтают, на деле обычно ничего и не могут!" и ушла. Минут через пятнадцать меня к Скворцову вызвали, думала, ну всё, уволят. И кто меня за язык тянул? Я мышкой прошмыгнула в кабинет Вашего мужа, стою под гневным взором, плечи поникли, приготовилась реветь: "Простите меня, сил больше не было слушать. Не знаю, что на меня нашло". Полина, Вам надо сдерживать эмоции, это придёт, должно прийти, с возрастом. Спасибо, конечно, за помощь. Но это было лишним. Я носом пошмыгала, кажется, пронесло, увольнять не будут. А через два дня весь город гудел, как улей, что тихоня Скворцов, любовницу под боком держит. Поскольку заверять всех в обратном было бесполезно, так все обрадовались, прямо жуть. Ну и решили оставить всё как есть, Скворцов сказал, что поговорит с Вами, от него отстанут, ну и мне полегче будет. Вроде как ни одна, а под прикрытием серьёзного мужчины. А если у меня случится роман, то мы расстанемся полюбовно, и все довольны.
Но в результате я сама попала в собственные сети, по причине диагноза, который Вы видели в справке. Я не могу вступить ни с кем в близкие отношения, не подставив вашего мужа в очередной раз. Вот такая история. Вот сижу и жду принца, и не просто принца, а заграничного! — Вероника Андреевна рассмеялась:
-Не думаю, что всё так ужасно. Если чувства будут настоящими, Ваш избранник Вам с лёгкостью простит эту маленькую ложь, а может и обрадуется.
-А если я ошибусь, и чувства окажутся не настоящими?
-Тоже ничего страшного, со всеми бывает!
-А Ваш муж?
-А что Скворцов! Немного шума вокруг казино... Как говорится, чёрный пиар, тоже пиар! Только посетителей добавится. Всё будет хорошо, Полина. Спасибо Вам большое. Мы уже приехали, вот моя машина, ещё раз извините за беспокойство.
-Ничего страшного, была рада знакомству.
Вероника Скворцова кивнула и покинула мою машину. А я сидела, таращилась в лобовое стекло и соображала, что мне делать. Не придумав ничего дельного, решила позвонить Середе:
-Игорёк, привет, это я.
-Ну, привет, я.
-Ты опять не выспался?
-Воронцова, когда ты влюбишься, выйдешь замуж, нарожаешь детей, и будешь им морочить головы по утрам, а не мне?
-Середа, очнись, какое утро два часа дня!
-А у меня утро!
-Тогда ты должен быть мне очень благодарен, что я не позвонила тебе раньше, то есть ночью, по персональным часам Середы. А в благодарность, должен для меня кое-что узнать и как можно быстрее.
-Наглая ты девица, Воронцова, и бестолковая, кто так с мужиками обращается? Надо было приехать, продуктов привезти, завтрак приготовить, покормить, за ушком почесать, посуду помыть, а потом с просьбами приставать! Вот потому и сидишь в девках.
-Я лучше в девках посижу, чем сумки с твоим завтраком таскать буду, ты же за раз съедаешь больше, чем я вешу! Так и надорваться не долго.
-Ладно, всё с тобой ясно, выгоды от тебя на копейку, а геморроя на сто рублей. Говори, чего надо, я уже почти проснулся.
-Вчера ночью в гостинице "Золотой лев" в номере двенадцать произошло убийство Зосонцева Виктора Алексеевича. Я видела труп, или не труп и это был розыгрыш моего папули, поскольку труп я видела недолго. И, варианты возможны.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |