След Мантикоры

Риоре замолчала, пошевелилась, на её лице мелькнула тень неуверенности. Дальше начиналась та часть легенды, которая вызывала много споров и возмущений, особенно среди тех лорнов, кто ратовал за превосходство расы оборотней. Но милостью Богини священные тексты с легендой изменить никоим образом нельзя было: несколько попыток переписать историю мира на новый лад заканчивались ничем, текст всё равно принимал изначальный вид. И вторая часть истории выставляла лорнов в очень непривлекательном виде, а Ригаст ведь был оборотнем... Тем не менее, Риоре продолжила.

— Вернувшись же, Богиня с грустью обнаружила, что лорны приняли её слова слишком буквально, возомнив себя выше людей и поработив их, — её голос зазвучал приглушённее. — Огорчилась и разозлилась она и наказала лорнов, сделав так, что в браках, заключенных между лорнами, практически перестали рождаться девочки. И для выживания и продолжения рода отныне они должны были брать в жёны человеческих женщин, а не только своих, — тут щёки Ри тронул нежный румянец, потому что дальше легенда действительно имела отношение и к её судьбе. — И в таких браках могли появиться как чистокровные лорны, так и просто люди. Правда, от человека, рожденного в смешанном браке, в том случае если он связывал свою судьбу с лорном, рождается только лорн, — тут Риоре не удержалась от вздоха — как раз её дети от Ригаста будут оборотнями. — Ещё, Богиня в наказание лишила возможности пользоваться Дорогой, ведь лорны забрали себе власть над ней, использовав её дар во зло. И оставила послание, что только когда лорны и люди научатся уважать друг друга и жить, как равные, Дорога вновь заработает. Потом она выбрала из лорнов наиболее достойных, способных оградить людей от притязаний своих сородичей — ведь не все были согласны с ее волей, — а так же мудро и справедливо править, оставила их руководить миром и снова удалилась, — Ри помолчала, отдыхая, отпила вина, снова вздохнула и закончила историю. — Однако покидая своих детей, она смилостивилась и оставила вместо Дороги знания о порталах. А ещё даровала магию артефактов, которой могли пользоваться и люди, и лорны. И благодаря ее дарам сообщение между долинами не прекратилось.

Ригаст согласно наклонил голову, не став спорить или возмущаться, будто легенда врёт и это люди виноваты в том, что Богиня обиделась и отняла возможность пользоваться Дорогой.

— Всё верно, — негромко подтвердил он. — А теперь моя часть истории, — лорн длинно вздохнул и отпил вина, потом отвернулся к огню, на его лице появилось отсутствующее выражение. — Порталы действительно стали благом, позволив перемещаться по стране, но танасса, без которого их работа невозможна, с каждым годом добывали всё меньше, и часть из них, требовавших большого расхода элемента, пришлось отключить.

Риоре из разговоров с отцом знала, что порталам, которые вели в разные части страны, требовалось разное количество элемента для работы. Почему так, никто не знал точно, хотя велись исследования и выдвигались разные теории. И раньше, для сокращения расходов, зачастую приходилось добираться до нужного места окружным путём, через несколько более дешёвых порталов, чем напрямую — потому что прямой переход требовал больших затрат танасса и соответственно, больше стоил. Портальщики старались экономить, и их тоже можно было понять.

— Так вот, открытие твоего отца действительно стало спасением, — продолжил между тем Ригаст, созерцая игру пламени в камине. — К тому моменту мир стоял на грани катастрофы, ведь порталы работают не только на территории нашей Империи. Долин много, есть независимые, есть несколько мелких королевств, которые не пожелали войти в состав Империи, но их сил слишком мало, чтобы быть реальной угрозой, — Ригаст помолчал, отпил вина и снова заговорил. — Учитывая и их, то количество танасса, которое сейчас добывается с помощью амулетов Элмари, едва покрывает половину общей потребности в элементе. Для Империи достаточно, но всё равно приходится экономить, — лорн хмыкнул, покрутил кружку в пальцах. Риоре слушала, затаив дыхание и позабыв про свой глинтвейн — впервые Ригаст говорил с ней так откровенно. — В моей долине четыре портала, но три года назад работали только два из них, во вторую мою долину у моря, где находится ещё и порт, и в ещё одну, дальнюю и маленькую. Чтобы доставить товары из Гердере, приморской долины, в другие части страны и до столицы, приходилось использовать несколько порталов, что, естественно, выходило по деньгам намного дороже, чем прямое перемещение. В Гердере удобный порт, с него легко можно добраться до островов или других долин, расположенных у моря, но вот доставлять туда товары не всем и не всегда было удобно, — на губах Ригаста мелькнула грустная улыбка.

Так получилось, что на островах, о которых упомянул он, порталов не было, и единственный способ сообщения с ними — это корабли. Риоре тоже это знала, и из истории мира, и по рассказам отца.

— До изобретения твоего отца мой порт использовали только для перемещения предметов роскоши или закупки продовольствия, производимого в моих долинах, иное было просто не выгодно, — Ригаст прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла, погрузившись в воспоминания прошлого. — Порт пришёл в упадок, к моей тревоге, потому что все использовали более дешёвый вариант одной из северных приморских долин, пусть он и расположен дальше, и подходы к нему затруднены отмелями. А если бы в моей долине работал портал, ведущий в Эльено, пользовались бы им, и выгода была бы всем. Ведь порт в Авиде маленький, долина сама по себе крохотная, и не справлялся с потоком грузов. А ведь туда стекаются товары и с северных и с южных островов, и из трёх крупных долин, ну и ещё некоторые моменты, — Ригаст покосился на Риоре — слушает ли, не утомилась? Она ответила внимательным взглядом и чуть нахмуренными бровями, девушка вовсе не заскучала от его рассказа — ей действительно было интересно послушать о настоящем положении дел Ригаста. — В общем, наш порт использовали для перевозки предметов роскоши, стекла, фарфора, зеркал и так далее, потому что море спокойнее и подход удобнее. Не могу сказать, что мои долины совсем разорились или бедствовали, но положение стало незавидным. Народ их стал покидать, перебираясь в места, откуда удобнее добираться до центральных областей, — хозяин дома снова вздохнул, в его голосе послышалась горечь. — Всё упиралось в доставку, а так, на моих землях и урожаи богатые, и фруктов много, сыра, вина, прочего, и стоит всё недорого. К моменту, когда я стал полноправным владельцем земель, всё обстояло очень печально, основной источник дохода — это перевозимые предметы роскоши, несколько сортов вина и богатые отдыхающие. В Гердере отличные пляжи, тёплое море и мягкий климат, он считается одним из лучших курортов, несмотря на удалённость.

— И что, ведь мой отец нашёл способ добывать танасс, чтобы хватало, неужели у вас не получилось решить вопрос без... — Риоре запнулась, вспомнив увиденное в доме Ригаста три года назад. — Без сложных интриг?

— Я не раз обращался в гильдию портальщиков с просьбой открыть прямой портал до Эльено, — Ригаст посмотрел на неё, вновь грустно улыбнувшись. — Но получал в ответ, что он требует слишком много танасса, а мои доводы, что выиграют все, не слушали. Подозреваю, кто-то из тех, кому совсем невыгодно моё процветание, постарался, — в золотистых глазах сверкнул гнев, брови Ригаста нахмурились. — Поверь, милая, таких достаточно, — мрачно добавил он. — Я пытался познакомиться и с твоим отцом, но почему-то постоянно возникали препятствия, то его не оказывалось в том городе, куда я прибывал, то он присутствовал во дворце по личному приглашению Императора, то ещё что-нибудь. Странно, правда? — улыбка Ригаста вышла кривой, и Риоре задумчиво кивнула, согласившись с этим утверждением.

Кому-то и вправду, видимо, очень не хотелось, чтобы Ригаст эр Ратео свёл близкое знакомство с семьёй мага-изобретателя Телме. Неужели только конкуренты, не желающие делиться выгодой?..

— Ну а потом, четыре года назад, в Гердере приехала отдыхать Иллевия, — вернулся Ригаст к рассказу, его голос звучал равнодушно при упоминании бывшей жены, а Ри невольно вздрогнула, сердце кольнула старая обида. — И как раз я в то время находился там же. Я и решил воспользоваться предоставленным шансом.

Ригаст, снова сделав паузу, ненадолго погрузился в воспоминания, понимая, что Риоре тяжело будет слышать, но она должна узнать, как всё было на самом деле тогда, три года назад. И что их обоих использовали в своих грязных играх те, кто отчаянно не хотел сближения саера эр Ратео и госпожи Телме...

— Я человек маленький, вы же понимаете, саер, я ничего не решаю, — портальщик развёл руками и вздохнул. — Я бы с удовольствием внял вашей просьбе, я вижу, что ваши расчёты верны. Но...

— А кто тогда решает? — перебил его негромко Ригаст, твёрдо намеренный всё же добиться открытия центрального портала в своей долине. — С кем мне говорить?

— Возможно, господин Вальдек Дормер вам поможет, — сообщил портальщик. — Только он сейчас со своей двоюродной племянницей на побережье, саерой Иллевией эр Таарн — она отдыхать приехала.

Ригаст уже слышал об этом Вальдеке, но пока что этот господин оставался неуловимым. И о его племяннице тоже ходили рассказы среди членов гильдии. На всякий случай, Риг собрал сведения об этой Иллевии, не исключая, что придётся действовать через неё — кроме двоюродного дяди у неё ещё имелся и высокопоставленный любовник из портальщиков, сквозь пальцы смотрящий на её шалости на стороне. А Ригасту нужен был работающий портал из долины в столицу. И ради процветания своих земель и блага людей он готов был воспользоваться любой возможностью, раз не получалось пока сойтись с Элмари Телме.

Иллевия эр Таарн к тому времени была молодой вдовой с весьма внушительным состоянием. Сама она из не очень знатной и богатой семьи лорнов рано осталась сиротой, и воспитанием девочки занимался двоюродный дядя, тот самый Вальдек Дормер. Он же и сговорил родственницу за пусть и немолодого, зато богатого и бездетного лорна. Муж Иллевии скончался через год после свадьбы, оставив супругу состоятельной и свободной. Что не помешало ей тут же завести любовника, заместителя главы гильдии портальщиков. Иллевия была из тех женщин, которые считали, что денег мало не бывает. И нужных связей тоже. А немолодой, но богатый любовник, может быть, и не доставлял особого удовольствия в постели, зато неплохо удовлетворял другие её аппетиты. Ведь по слухам, доставшееся ей состояние саера эр Таарн тратила с удивительной быстротой. Но поскольку у заместителя уже имелась жена и трое детей, Иллевии больше положения любовницы ничего не светило — об этом тоже ходили разговоры. Законная супруга, зная о развлечениях мужа, закрывала на это глаза, но появления второй жены в семье не допустила бы ни при каких обстоятельствах.

И Ригасту уже несколько раз в завуалированных выражениях намекали, что если он хочет решить свою проблему, то стоит действовать не напрямую, а через эту Иллевию, чтобы она за него похлопотала перед заместителем — тот любил баловать молодую любовницу и редко ей отказывал в просьбах. Поэтому, услышав, что и Вальдек, и его племянница собрались посетить курорт, находящийся на его землях, быстро собрался и якобы по делам, требующим его личного участия, отправился к месту их отдыха. Ему не составило труда познакомиться поближе, а затем убедить Иллевию в своей любви, и вскоре они стали любовниками. Конечно, вдова после череды немолодых и не слишком симпатичных мужчин была просто счастлива видеть рядом Ригаста. Приятной наружности, в полном расцвете сил, достаточно знатного, правда, не слишком богатого. Но вот как раз помочь своему Котику поправить материальное положение она могла достаточно просто. И с легкостью — её даже подталкивать особенно к этому не пришлось, хватило одного разговора, — решила помочь Ригу разбогатеть и замолвила словечко заместителю гильдии портальщиков, приехавшему навестить любовницу. Дело наконец сдвинулось с мёртвой точки, его попросили предоставить расчёты по перемещениям, и Ригаст воспрянул духом. Однако на фоне всех радостей один момент всё же немного смущал саера эр Ратео.

— ... Ри-и-и-иг, а ты не думал, что тебе пора уже о семье подумать? — проворковала Иллевия, лёжа на боку и водя пальчиком по его обнажённой груди.

Он, заложив руки за голову, покосился на любовницу. Вообще, задумывался, конечно, но как раз Иллевию видеть в супругах не слишком хотел. А к чему она задавала такие вопросы, прекрасно понимал. Это уже не первый раз. Лениво улыбнувшись, Риг обнял вдову и привлёк к себе, проведя ладонью вдоль спины женщины.

— Пока мне и так хорошо живётся, — небрежно ответил он. — Да и не все проблемы в долинах ещё решены. Как с порталами разберусь, там можно и подумать всерьёз.

Слава Богине, Иллевия не настаивала на продолжении обсуждения, и они занялись более приятными вещами, чем разговорами на скользкие темы. Решение по открытию портала в долине Ригаста вот-вот должны были принять, и — о, чудо, не иначе, — неожиданно он узнал, что сам господин Телме приезжает к нему, лично убедиться, как продвигаются дела с открытием портала. Как владелец патента на накопители танасса, Элмари предпочитал по возможности отслеживать, как тратятся запасы драгоценного металла.

— Так мы и познакомились, — Ригаст бросил на Риоре обеспокоенный взгляд, слишком поздно осознав, что тема отца для гостьи остаётся болезненной и её лучше бы не касаться.

Девушка побледнела, прикусила губу и вздрогнула, но потом поспешно отпила глинтвейна и молча кивнула в знак того, что готова слушать дальше.

— Знаете, я же не только насчёт порталов приехал к вам, — признался как-то Элмари, когда они сидели в гостиной дома Ригаста, находящегося в Тегоре, главном городе второй его долины. — Меня интересует Дорога, — гость помолчал, покрутил стакан с вином, рассеянно уставившись в огонь. — Я хочу понять, как снова сделать её работающей.

Ригаст тогда очень удивился грандиозности плана изобретателя, и отнёсся с некоторым сомнением.

— Вы думаете, у вас получится? — негромко переспросил лорн.

— Надо хотя бы попробовать, нельзя дальше зависеть от порталов, — Элмари нахмурился. — Я узнал, что в вашей долине есть интересные барельефы, относящиеся к Дороге, — он испытующе глянул на собеседника. — Могу я на них посмотреть?

— Отчего нет, — Риг согласно наклонил голову. — Кто знает, может, у вас и получится, господин Телме, ведь была же Богиня настолько милостива, что позволила вам открыть секрет синтеза танасса, — он улыбнулся уголком губ.

В те несколько недель, что Элмари Телме гостил у Ригаста и изучал колонны с барельефами, они и подружились. И Риг получил приглашение посетить столичный дом изобретателя, чему был только рад. Зависимость от Иллевии и её неожиданные чувства к нему, как и намерение стать его женой, Ригаста начинали тяготить и раздражать с каждым днём. Он радовался, когда любовница, практически поселившаяся у него, уехала на некоторое время — якобы навестить дядюшку. И приглашение Элмари оказалось как нельзя кстати, только вот Иллевия, видимо, прознав про близкое знакомство Ригаста с господином Телме, поняла, чем это может ей грозить, и быстренько вернулась, буквально за несколько дней до отъезда Рига в Эльено. А поскольку портал ещё не открыли, саеру эр Ратео пришлось и дальше изображать страстного влюблённого и взять Иллевию с собой в столицу Империи. Благо что там, соблюдая внешние приличия она поселилась отдельно.