Зависимость - 2

Если ты выполнишь свою часть сделки, то больше никогда ни в чем не будешь нуждаться. Единственное, что тебе нужно сделать, — это привести жницу.

Это не должно быть особенно трудно. Он сможет справиться с этим, ведь в конечном итоге она просто девушка, и Луис ее даже не знает, так какое ему дело до того, что с ней будет?

Так мало времени...

1.7

Гипнофобия — боязнь сна.

Крайм опустилась на колени, затягивая узлы на веревках туже. Сидящий перед ней демон застонал. Его глаза были красными, веки напухли, губы потрескались. Было нечто притягательное в искусстве пытки, и Крайм поистине гордилась этим своим умением. Недаром в средние века так высоко ценились умелые палачи, рубить головы красиво считалось искусством, а сам механизм был отточен до совершенства.

Ошибаются те, кто думает, будто сломать демонов невозможно. Пусть это труднее, чем с людьми, но вполне выполнимо.

Она потянула еще сильнее, внимательно наблюдая за реакцией своего пленника. Демон завозился на стуле, безрезультатно пытаясь вырваться, и снова застонал.

— Не понимаю, зачем тебе терпеть эту боль. Расскажи то, что мы хотим узнать, и будешь свободен.

— Ты все равно убьешь меня, тварь, — демон плюнул ей в лицо. Крайм скривилась, вытирая кровь рукавом.

— Но ведь ты будешь свободен, — повторила она. — Я могу быть настолько великодушной, что подарю такому отродью, как ты, быструю смерть. — Договорив, она мельком глянула в сторону, где, скрестив ноги перед собой, сидела жница. Лицо той было скучающим, и она наблюдала за всей этой сценой без какого-то интереса. К счастью, Фиби больше не напоминала ту слабую соплячку, которой была год назад. И в определенной степени это так же было заслугой Крайм, так же как и Кая, о чем последний вряд ли догадывается. — Точнее, она, а не я.

Демон взглянул на Фиби, и его зубы затряслись еще сильнее. Почти готов.

Крайм была уже готова применить свое любимое средство, когда жница неожиданно появилась прямо перед ней.

— Дай мне, — сказала она.

— Ты хочешь? — удивилась Крайм, до сих пор она считала, что Фиби не из тех, кто любит пытать других, даже пусть это демон.

Фиби только пожала плечами:

— Так будет быстрее, вот и все.

И не дожидаясь ответа своей напарницы, она сняла с руки перчатку, положила ладонь демону на лоб и закрыла глаза. Внешне как бы ничего не произошло, но пленник вдруг заорал, как резанный, а затем в нем что-то сломалось. Фиби поспешно отдернула руку. Огненный шар отделился от его тела и стал постепенно разрастаться, пока не заполонил все помещение. Кожа сгорела, медленно свертываясь и чернея, мышцы лопались, как чересчур тугие канаты, кровь брызнула в разные стороны, испачкав стены и стоящую рядом Крайм, на Фиби же не попало ни единой капли.

Но даже после того, как тело было уничтожено, в центре круга все еще находилось нечто. Оно стояло, оперевшись в пол одним коленом, с нескрываемой ненавистью смотря вверх. Ростом с человека, с квадратной лысой головой и торчащими с двух сторон закрученными рогами, еще один рог, короче и толще, рассекал центр его лба. Самым удивительным, пожалуй, была кожа. Ярко-красная и непрерывно текучая, как лава, она то и дело перемещалась, вспыхивая. Демон снова зарычал, теперь уже как загнанное в ловушку животное, обнажив ряд кривых острых зубов, растущих в два ряда.

Существо попыталось встать, но его качнуло в сторону. Прямо из пола появились длинные черные щупальца, которые, легко кроша камень и дерево, оплели его ноги и руки, приковав к полу.

С остервенением демон выкрикивал какие-то слова на грубом языке, неизвестном для людей. Но это были не просто слова, а имена. Имена демонов, которые имели непосредственное отношение к камням и охоте на братьев Крайм и всех представителей ее народа. Как только последнее имя было произнесено, пол под демоном начал осыпаться, а снизу появлялись все новые и новые черные путы, которые теперь больше походили на гибкие лианы. Они практически сомкнулись над демоном и утащили его вниз. На полу, в центре круга, осталась большая дымящаяся дыра.

— Что ты сделала? — ошарашено спросила Крайм.

— Призвала Ад забрать то, что принадлежит ему по праву, — сглотнув, ответила Фиби. — Я не ожидала, что все произойдет именно так. — Она помедлила несколько секунд, будто собираясь с силами. — Его облик...Все демоны на самом деле выглядят так?

— Не совсем, — усмехнулась Крайм, примерно догадываясь, о чем сейчас думает ее напарница. — Но и как люди они тоже не выглядят, хоть и любят использовать человеческие тела. Каждый демон гордится своим внешним видом, это что-то вроде визитной карточки: имя и настоящий облик. Временные тела она могут менять так часто, как захотят, а могут использовать одно и то же тело столетиями, если не дольше. Любопытно было бы посмотреть, как выглядит твой демон.

— Он не мой, — резко возразила она.

Ну да, и ты ни разу не спала с ним.

— А Сем? Он тоже?

— Не знаю. Он долго был человеком и, может быть, все еще частично им остается. Все демоны когда-то были ангелами или же людьми, насколько мне известно, в других измерениях нет подобных форм.

Фиби потрясла головой, словно стараясь перестать думать о чем-то.

— В любом случае, теперь у нас есть имена. Ну, или нам хотя бы есть с чего начать поиски.

— Можем ли мы доверять его словам?

Жница кивнула, разглядывая черную воронку в полу.

— Он не смог бы солгать нам в то время, как врата Ада заглатывали его.

— Прости, но я так и не поняла: ты убила его или нет?

— Ты только что видела, чем все они являются на самом деле. Сомневаюсь, что их вообще можно убить в привычном смысле этого слова. Существует поверье, что после "окончательной" смерти на поверхности, все чудовища попадают в чистилище, но и там продолжают как бы существовать. Единственное, в чем я точно уверена: сюда он не вернется.

— Не хотела бы я закончить так, как он.

— Я тоже, но сомневаюсь, что у меня есть выбор.

— Разве можно убить смерть?

— Смерть убить нельзя, но почему бы не избавиться от ее слуг-жнецов? Считать нас Смертью то же самое, что считать раба господином дома, в котором он живет.

Крайм подняла стул, на котором сидел их пленник, и сбросила его в яму. В конечном итоге это не имело особого значения, так как помещение все равно сгорит этой ночью, но осторожность была у нее в крови, отполированная до блеска тремя годами погони и непрерывного бегства.

— Знаешь, а у меня появилась любопытная идея.

— Почему-то я не горю желанием ее услышать, — заявила Фиби, поднимая с пола уцелевшие цепи и убирая их в рюкзак. — Лучше бы помогла мне прибраться.

— Тебе все же придется выслушать меня, дорогая. Я уже давно думаю о том, что нам не помешает еще один союзник, пусть не настолько крутой, как мы с тобой, но вклад которого оказался бы весьма полезным.

— И о ком же идет речь?

— Об Элоди Блейк.

— Что? — Фиби не верила собственным ушам. — Если ты забыла, она теперь играет на стороне другой команды. К тому же демоны крепко держат за ее поводок.

— Нам нужно только найти то, что может ее заинтересовать, и предложить ей, вне зависимости от того, можем ли мы это достать. Насколько бы крутой она себя не мнила, у всех есть свои слабости. И, думаю, как минимум тройка ее нам известна. Ее брат, — Крайм загнула один палец, затем, помедлив, другой, — Сем Харт. И ее крылья.

Фиби застыла посреди комнаты, все еще сжимая в руках цепи. Еще примерно с минуту она собиралась с мыслями, прежде чем ответить:

— Чего именно ты хочешь от Элоди Блейк?

— Все зависит от того, как сложится ситуация. В лучшем случае она может стать нашим информатором, в худшем — отвлекающим маневром.

— Не представляю, как тебе удастся переманить ее на нашу сторону.

— Смотри и учись. На самом деле это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Хватит и легкого толчка, чтобы заставить огромный снежный ком сдвинуться с места.

/////

Луис в очередной раз помешал ложкой чай в стакане. Если он сделает так еще несколько раз, Джад засунет эту ложку ему в...

— Значит, твоя сестренка постоянно ошивается рядом со жницей, так? А я думал, что вся твоя семья мертва.

— Мои братья мертвы. Крайм пока еще жива, как бы меня это не удивляло.

— Знаешь ли ты, что ей нужно от Фиби?

— Как думаешь, если все эти годы я даже не был уверен в том, что Крайм жива, могу я ли я быть в курсе всех ее сумасшедших планов? Мы уже давно прекратили какое-либо общение, и я не намерен его возобновлять ни сейчас, ни потом.

— Что стало причиной раскола семейки Адамсов?

Джад проигнорировал сарказм, или же просто не понял его.

— Крайм сдала нас демонам и добровольно отдала им нечто очень ценное, чем владели только члены моей семьи. Признаться честно, я очень огорчен тем, что демоны сохранили ей жизнь.

Луис задумчиво посмотрел на ложку в своей руке, а затем, к облегчению Джада, медленно положил ее на стол рядом с чашкой.

— Не знаю, какие порядки существуют в вашем измерении, но у людей обычно семья стоит на первом месте. Сомневаюсь, что смог бы отречься от своей матери, чего бы такого она не сделала, тем более из-за какой-то вещи, пусть и очень ценной.

Джад внимательно посмотрел на парня, мысленно считая до десяти, чтобы совладать со своим гневом и не набросится на него прямо сейчас. Как можно объяснить?

— Семья — это важно, — медленно начал он, опустив глаза. Сейчас он не доверял своему контролю над гневом. — Но есть то, что еще важнее. Есть идеи, ради которых можно рискнуть и собственной жизнью и чужими. Идеи, предать которые означает предать свой народ, что больше, чем твоя семья.

— Ты не простил ее?

— Нет, и никогда не прощу. Сестра умерла для меня. Теперь я единственный, на ком лежит ответственность за весь мой народ.

— Что ты планируешь делать, встретившись с сестрой?

— А что бы сделал ты, встретившись с кем-то вроде меня на пути к достижению своей цели?

Луис покачал головой:

— То есть ты..?

— Это не станет проблемой. И так, где сейчас наши девочки?

Луис разложил на столе карту и сосредоточился. Спустя несколько минут у него уже было точное местоположение жницы и Крайм.

— Я могу найти их в любой момент и в любой точке земного шара. Нужно будет очень постараться, чтобы упустить их во второй раз.

— Не зарекайся. Может, я еще и верил в то, что это была случайность, но это было до того, как я увидел Крайм. Моя сестра мастерски умеет путать карты и ускользать практически из любой ловушки, иначе она не протянула бы так долго на Земле.

/////

Кью поднесла руку к лицу, стараясь рассмотреть на ней что-то необычное, но единственное, что она видела, — красные полосы от ногтей и выступившие капельки крови внутри глубоких борозд. Уже довольно долгое время ее не покидало ощущение, что внутри, под кожей, есть нечто чужеродное, будто змея, перемещающаяся по ее венам. Иногда девушка даже как бы чувствовала ее движение, сопровождающееся мгновенными вспышками холода или жара.

Плод безумного воображения? Вполне вероятно.

Когда все, кто тебя окружают, в течение большей части твоей жизни называют тебя безумцем, ты волей-неволей начинаешь им верить. Особенно когда разум постоянно подбрасывает в топку все новые и новые подтверждения этой теории. Раньше Кью, еще когда ее звали иначе, изо всех сил старалась сопротивляться, продолжала отстаивать свою точку зрения, намереваясь чего бы это ни стоило доказать, что она нормальная. Но это было до того случая...Случая, о котором она почти ничего не помнит, того самого, что стер большую часть ее памяти и перечеркнул всю жизнь.

Она убийца!

Девушка мгновенно замерла, наблюдая за тем, как по предплечью пробежала длинная полоса, красная с одного боку, и желтая с другого, сделав петлю, она тут же исчезла, будто впиталась в кожу.

Неужели опять почудилось?

Не давая себя времени на раздумья, вообще-то просто боясь передумать, Кью вскочила со стула и направилась в конец знакомого коридора, где за тремя дверьми скрывался маленький душный кабинет. Мужчина с серо-зелеными глазами, имени которого она до сих пор не знала, не ожидал ее прихода. Об этом ясно говорил его удивленный взгляд и приподнятые взлохмаченные брови.

— Я ведь могла войти, верно? — спросила Кью, стараясь скрыть в голосе свое возбуждение. Нехорошо будет, если охрана сочтет ее опасной и уведет до того, как она успеет задать свои вопросы. — У меня нет никакого оружия, — в подтверждение своих слов, Кью показывает пустые ладони.

— Да, — отвечает он после некоторой заминки. — Тебе что-то нужно?

Можно подумать, следить за ее комфортом его обязанность. Если так, то он не слишком усердно выполнял ее последние три года.

— Могу я задать несколько вопросов?

— Садись. По-моему, тебе нужно успокоиться. Ты ведь не хочешь нового рецидива, так ведь?

Так вот о чем он волнуется. Кью замерла, прислушиваясь к себе. Вряд ли сейчас случиться что-то подобное.

Она решила говорить прямо, без обиняков. Все равно нет никакой гарантии, что ответом будет правда, или хотя бы ее часть. Должно быть, сейчас Кью выглядела особенно безумной, с ярко горящими глазами. Где-то внутри дикарка из камеры подняла свою грязную взлохмаченную голову, ожидая, что будет дальше.

— Что со мной не так? — затараторила Кью, постепенно повышая голос. — Вы ведь проводили какие-то анализы, исследования... Какая-то мутация, воздействие радиации, меня похитили пришельцы?

Мужчина смотрит на нее пустым взглядом. Маска, чтобы не выдать истинных эмоций. Что скрывается за ней: испуг, жалость, опасение, гнев? Затем, не говоря ни слова, он берет чистый стакан и наливает туда воды из стоящего на столе кувшина и так же молча придвигает его к девушке. По правде говоря, не особо аккуратно, так что стакан царапает гладкую деревянную поверхность стола.

Кью послушно делает глоток, но вода кажется ей безвкусной.

— Мы не знаем, что с тобой происходит, Кью. Как физически, так и духовно ты абсолютно здорова.

Физически и духовно...Он не говорит морально, так как морально она была сломлена.

— Тебе нужно принять то, что какие-то вещи просто происходят, вне зависимости от нашего желания, и смириться. Мы сделали то же самое. Именно поэтому ты теперь свободна, ведь мы не в состоянии тебе помочь. Все эти годы мы надеялись узнать что-то, способное пролить свет на твою ситуацию, но все попытки были бесплодны. Я не могу предложить тебе реальную помощь, только посильную поддержку: если ты будешь все время оставаться под наблюдением и принимать успокоительное, твои...приступы можно взять под контроль. Выбор за тобой.

— Вы даете мне выбор? То есть я могу уйти?

— В любой момент, — мужчина кивает. — Но должен тебя предупредить, если подобный инцидент повториться, у нас не останется выбора. Наша работа устранять каждую реальную опасность для жителей этой страны.