Вот один огонек разума применяет какую-то технику. Останавливаю время, и полностью соединяюсь с ним. Пытаюсь пройти дальше, до приёма Нэн. Отразить его структуру в своем разуме. Без реальных эффектов, ведь это чисто отражение внутри меня, а не настоящая нэн-структура.
Я это уже делала. Так что ничего удивительного. Но я хочу пройти дальше.
До той точки, где нэн структура начинает влиять на реальный мир, на элементарные частицы, на поля, на энергию. Где они соединяются воедино, и отразить при помощи своего дара уже объективную реальность.
И вот тут обычно все и кончается. Дальше зайти у меня просто не получается. Может быть, из-за самого принципа того, как работает Нэн. А может быть, я просто еще не смогла найти такой приём, который откроет для меня этот путь. И ради вот этого небольшого шанса, что второе предположение — верное, я и стараюсь.
Ничего…
Следующий огонек. Снова ничего не выходит…
Следующий. Следующий. Следующий. Ничего.
Снова и снова.
Простой перебор. Подключаюсь к каждому живому существу, которое применяет свои приёмы. В том порядке, как они их применяют.
Пока жду в промежутках, вспоминаю…
Началось всё тогда, когда я смогла соединиться с искусственным интеллектом, и расширить свой дар до электронных устройств, пусть для этого они и должны быть относительно сложными. Но все же не разумными, и даже не живыми. Без нейронов, и их имитаций.
Это показало, что мой врожденный дар — нечто большее, чем связь разумов. Что-то по-настоящему фундаментальное.
И именно я тут слабое звено. Я не способна использовать его полноценно. И так как у меня нет каких-то глобальных целей…
Я решила, что начну действовать с оглядкой на желание лучше раскрыть эту мою способность. Не отдавать всю себя этому. А просто позволить этой цели влиять на общую тенденцию.
Как было с выбором мира Охотников. Так как у меня не было какой-то конкретной цели на ближайшее время, то я подумала, почему бы не совместить увлекательное путешествие и новые знакомства с попыткой развития моего дара.
Я ведь никуда не спешу. И открою ли я новые грани своих сил сегодня, завтра, через год, или через сто лет, не так уж и важно.
И судя по всему, в мире Охотников мне это не удастся. А значит…
Можно убрать влияние этой цели на мои действия тут, и просто развлекаться. Когда придет время выбирать новый мир, подумаю об этом снова.
Поворачиваю голову в сторону Комуги…
И все же, она довольно миленькая.
Оглядываюсь вокруг.
Кошка серьезно напряжена, и внимательно следит как за мной, так и за Зено Золдиком.
Дед же откуда-то достал термос, судя по запаху, с чаем, и медленно пьёт из крышки, облокотившись об стену. Эх, старики в этом мире реально непробиваемые.
Сдвигаюсь ближе к Комуги, и обнимаю её. Она лишь дергается от неожиданности.
— Успокойся, ты в безопасности, — говорю ей. Не шёпотом, но достаточно тихо.
После 'взрыва Айзека' покину эту место вместе с Комуги, чтобы не нервировать Кошку, и дать ей свободу перемещения. И, скорее всего, отдам Комуги на попечение Ассоциации Охотников, уже в другой стране. Подальше отсюда.
Все равно, после взрыва все будет решено. И судьба всех вокруг будет в их собственных руках, ну или лапах.
Несколько минут в тишине, разбиваемой звуками глотков чая. Для кого-то напряженной, например для Кошки. Для кого-то нет.
И вот, до нас доходит вспышка света. А спустя считанные секунды и звук взрыва.
По Кошке прям видно, как ее разрывает на части. Приказ короля, следить за мной, и желание оказаться прямо сейчас на месте взрыва, чтобы ему помочь.
— Зено, я ухожу вместе с девчушкой, — говорю старику, и продолжаю: — Питу, когда мы исчезнем, Комуги будет в безопасности, далеко отсюда, и тебя ничего не будет сдерживать.
Протягиваю свои нити до дронов, чтобы они продолжили работать после моего ухода отсюда, не за счет своих систем, которые ограничены дальностью, а за счет моих нитей.
И после этого, сразу же…
Активирую одну из транспортных нитей-трубок.
Диван и всех, кто на нём, засасывает в канал передачи до соседней страны. Туда, где сейчас находятся другие маленькие Охотники, те самые главные герои оригинальной истории.
Моё сегодняшнее выступление на этом закончено.
ГЛАВА 87
Сейчас вовсю идут выборы нового председателя Ассоциации, а я смотрю мелодраму вместе с Тео, сидя у него на коленях.
Там грозились забрать лицензию, но пусть попробуют. У меня тут важный разговор, и я не могу прямо сейчас участвовать в этом фарсе, который Айзек организовал просто ради развлечения.
Мелодрама на экране телевизора, скоро станет драмой в реальности.
— Знаешь, Тео, зря ты внезапно добавил следующий пункт в свою 'программу', — сказала я тихо.
— А что не так? — Как-то напрягшись спросил он, возможно что-то почувствовал из моего тона. — Тебе ничего не угрожает. От тебя требуется лишь самая малость.
Поглядываю на часы.
— Эх… — вздохнула я. — Тебя это может и удивит, но мне понравилось с тобой жить. И спокойный быт, и развлечения, и интересное времяпровождение с увлекательными занятиями…
— …Но знаешь, все было прекрасно, пока в твоих планах не появился следующий пункт, — не меняя интонаций начала я раскрывать истинную картину.
— Ты ревнуешь, что ли? — Спросил он вроде бы спокойно, но с каким-то оттенком напряжения в голосе.
— Нет, дело в другом, — начала я. — Пока это касалось меня, все было в порядке, пока никто другой не подвергался опасности, я могла сохранять статус-кво сколь угодно долго…
— …И вот в твоем плане появляется пункт о том, что ты должен похитить еще одного человека, возможно, ребенка, а от меня требуется его убить, — уже не так чтоб и равнодушно продолжаю объяснение. Добавляя еле заметные оттенки укора и осуждения.
— Не думаю, что для тебя это будет сложно, — вполне резонно заметил Тео. Он неплохо узнал за время нашего общения то, что считает моим уровнем психической устойчивости.
Если бы я была настоящим похищенным ребенком, который вынужден слушаться сумасшедшего убийцу, тогда да, его замечание было бы логично.
— Понимаешь, уже, наверное, нет смысла что-то скрывать… — начала я, а он, все лучше понимая куда я веду, застыл почти без движений, а объятия стали не такими мягкими. — …я не считаю, что мой комфорт и развлечения должны стоить жизни кому-то невинному.
— Если ты этого не сделаешь, то умрешь, а какая-то другая девочка станет следующей, — сказал он с какой-то злостью, и, кажется, даже страхом.
— Тео, эх Тео… Не будет никакой следующей. — Медленно тянусь рукой к пульту телевизора, и выключаю сериал.
Затем расцепляю его руки, которые меня обнимали, и он не пытается сопротивляться. Видимо все еще ощущает контроль над ситуацией, хотя интуиция наверняка сигналит ему что что-то не так.
Слезаю с его колен и встав на пол босыми ногами подхожу к шкафу с одеждой в коридоре.
Достав белое свободное платье, просто продеваю себя в него, надев его одним слитным движением.
— И почему же? — Доносится до меня его голос, пытающийся сохранять спокойствие.
Мой слух подсказывает что время пришло, и остались считанные мгновения.
— Тебя сейчас арестуют, Тео, — улыбнувшись ему, — Прощай.
И медленно иду в сторону выхода, слыша, как разбивается окно в гостиной, и доносятся приказы и звуки борьбы, слышу, как Тео кричит мое имя. Но просто иду в дальше по коридору.
Зачем платье? Ну, будет как память, а еще…
Сейчас у меня в планах посмотреть, чем закончится фарс, организованный Айзеком. И не могу же я там появится без единого клочка ткани на себе, верно? Это было бы невежливо.
Под затухающие крики и шум медленным, обычным, захожу по пути на кухню, открываю холодильник и достаю бутылку вина, припасенную на будущее.
Не заморачиваясь с открытием и пробкой, просто при помощи нити срезаю горлышко.
Тео на самом деле затеял это не просто так. Он хотел меня спасти, ведь его жажда убийства и насилия начала серьезно давить на него.
И вот таким способом он решил и жажду свою удовлетворить и сохранить мне жизнь, чтобы продолжить свой проект 'идеала', которым он одержим. Я же была, наверное, самой подходящей за многие годы.
Но что уж теперь. Этот исход в любом случае был неизбежен.
Окидываю напоследок взглядом кухню, часть коридора, полки с книгами…
Пора взглянуть на Выборы.
Протянутая нить на многие километры… Искажение пространства…
И вот я тихо и незаметно появляюсь в углу того самого места, где собрались почти все Охотники и раз за разом пытаются за кого-то проголосовать, и наконец выбрать нового Председателя.
Смотрю на бутылку, и…
Собираю нити из Нэн, в форме бокала, завязываю в плотную структуру, посыл команды, и углерод из атмосферы, настоящий, заполняет энергетическую конструкцию, и параллельно разрушая структуру нитей и преобразовываясь в алмаз.
И вот в этот полностью настоящий и материальный алмазный бокал наливаю вино из бутылки и ставлю её на пол.
Глоток…
Нетеро, когда увидит записи, наверное, будет долго и громко смеяться. Шутка удалась. Тут все буквально сошли с ума. И ничего не могут сделать, правила выборов специально сделаны такими, чтобы раздражать и тех, кто голосует и тех, за кого голосуют.
Безумное требование по явке, чтобы раунд голосования был засчитан, множество раундов голосования на выбывание…
Это просто пожирание времени, и способ столкнуть всех со всеми.
Но, судя по всему, Паристон выиграет. В изначальной истории он тоже выиграл, но там у него была более явная конкуренция, особенно из-за того, что один мальчишка лежал в коме, а его друг из-за нервов и беспокойства смог завоевать симпатии масс… Ну а еще, потому что врезал Джину.
Мое вмешательство в историю в итоге сделало так, что мальчишка не пострадал, и путь Паристона к вершине стал более гладким.
Этот блондинчик, Паристон, насквозь переполнен лицемерием и ложью. Он улыбается, постоянно одет с иголочки, вежливый… Но насколько же он гнилой…
То, что он выиграет выборы это, лично на мой взгляд, говорит об Охотниках одно из двух. Либо они тупые и слепые, либо тоже хотят, чтоб мир горел. И выбирают именно тот вариант, который более забавный.
Наверное, все же это второй вариант. К этому фарсу серьезно относятся лишь единицы, а для большинства это просто увеселительное мероприятие.
Ловлю взгляд Паристона.
Обмениваемся улыбками, поднимаю бокал, словно чокаясь, и затем делаю глоток.
Почему бы и нет?
Добавим огонька Паристону. Зажжем его мотивацию.
"Нетеро жив", — говорю я, беззвучно, просто движениями рта, пока он смотрит на меня.
Его глаза расширяются. Ха, первая искренняя эмоция. До этого все его улыбки и эмоциональные реакции были лишь видимостью, как у отпетого психопата.
"Как?", — так же беззвучно он спрашивает в ответ.
Наклоняю бокал так, чтобы он указал на меня, как бы намекая, и смотрю на него с выражением, которое обычно означает сомнение в умственных способностях собеседника.
Закрываю глаза, делаю еще один глоток.
Сказать или нет?
Сказать?
Или нет?
Скажу. Раз уж начала…
Открываю глаза. Ха…
Пока мы тут переглядывались, кто-то обратил внимание на наше взаимодействие.
"Девочка", — указываю всего на одно слово, еле заметно, одними лишь губами. И улыбаюсь.
Паристон понял, о чем речь, потому что его улыбка пусть и не изменилась, но стала ощущаться гораздо более искренней, а те, кто обратил внимание на наше общение только сейчас — ничего не поймут.
Да уж… Видимо я, как и большинство Охотников, пришла сюда посмотреть, как горит мир, а не заниматься чем-то серьезным. Иначе мои действия никак не объяснить, да.
Взять самый нестабильный элемент, и сделать его еще более нестабильным.
Паристона отвлекли, а я же обратила внимание на остальных собравшихся тут.
Так…
Стоп!
Киллуа Золдик, беловолосый младший брат Миллуки-Свина тут… Но гораздо важнее та-тот-то… Девочка-мальчик-существо рядом с ним.
Откуда тут взялся этот 'злой джинн' Аллука?
Киллуа хорошо подумал, прежде чем приводить хтоническое существо сюда?
Интересненько!
Ладно…
Наклоняюсь, беру бутылку, доливаю в бокал вино, и вот так, с бокалом в одной руке и бутылкой в другой, медленно иду в сторону хтони.
Кстати… Надо бы заранее освободить место рядом с ними…
Протягиваю нити, и пока иду, обматываю нитями какую-то девушку, кажется, она служит Золдикам, и не обращая внимания на ее сопротивление заставляю ее встать и освободить место. Насколько помню, у этой семейки убийц есть особые боевые дворецкие и горничные…
Наверное, эта девушка одна из них, просто по каким-то причинам у нее есть Лицензия.
Пока эта горничная вращает глазами и пытается перебороть мои нити, а Киллуа настороженно смотрит по сторонам, я как раз добираюсь до них, и нагло сажусь на как раз вовремя освободившееся, естественно, совершенно случайно освободившееся, место.
Не обращая внимания на напряженную атмосферу, ставлю бутылку на пол, и откидываюсь на спинку, и делаю очередной глоток.
— Николь, — сказал Киллуа, четко и медленно, будто пропечатывая каждый звук. Непонятно даже, это приветствие, обозначение того, что меня узнали или что-то еще.
— Ага, я, — манера моего ответа совсем не укладывается в текущую атмосферу. — А ты Киллуа.
— Что тебе нужно? — Спросил этот 'юный господин' элитной семьи наемных убийц.
— Ничего особенного, просто… — начала я отвечать, сделав паузу для драматического эффекта, — …мне интересно как ты решился привести сюда Аллуку. И, к слову…
— …привет, Аллука, меня зовут Николь… — наклоняюсь, чтобы сидящий между нами Киллуа, не мешал встретиться взглядом с его хтоническим родственником, — …Пайн, приятно познакомится.
— П-привет, — прозвучало почти застенчиво, от этого существа, которое вроде мальчик, но вроде и девочка. — Мне тоже приятно познакомиться.
— Теперь ты знаешь мое имя, — многозначительно сказала я, заставив Киллуа напрячься еще сильнее. Это ведь одно из условия срабатывания способностей Аллуки.
Теперь он-она-оно может начать что-то просить у меня, и три исполненных каприза, сколь угодно странных, в обмен на исполнение желания от хтонической сущности внутри Аллуки. И чем сложнее желание, тем проблемнее будут капризы для следующей активации способности. И, да, неисполнение этих капризов — карается смертью.
