Отправным пунктом рантерской проповеди являлось почти полное отождествление Бога с понятием сотворенного им мира, что можно охарактеризовать как «материалистический пантеизм» (термин К. Хилла), граничащий с атеизмом. Рантерские проповедники, вещавшие на церковных папертях, на базарных площадях и в тавернах, дерзко отрицали всякую старую религию — будь то «папизм», англиканство или пресвитерианство; они нападали и на индепендентов, и на анабаптистов. Они отвергали также авторитет Писания, храмы, богослужение, обряды и таинства. Самого Бога они не отрицали, он представлялся им бесконечным духом, пронизывающим все творение, не поддающимся человеческому определению. Дж. Салмон утверждал в одном из своих сочинений, что Бог движет любым действием человека, и добрым, и дурным; что он направлял тиранию монархии, руководил всеми партиями в революции, действовал посредством армии. Дж. Ботумли заявлял, что Бог находится во всех тварях, в каждом человеке и животном, в рыбе, птице, растениях, а также в вещах, сделанных человеком, — в столе, например, или табурете. Некоторые рантеры считали, что Бога вообще не существует, а все произошло из ничего, «от природы», и вернется к тому же.
Немаловажной особенностью воззрений рантеров было отождествление «в Боге» понятий добра и зла, светлой и темной сторон бытия, добродетели и греха, дозволенного и недозволенного. Этот взгляд восходит к антииомианизму, отрицавшему обязательность морального закона для тех христиан, которые живут «по закону благодати». В Англии аитиномианизм проповедовали многие народные секты в 40-х годах XVII в., но рантеры доводили его до крайности. Ими делался вывод о том, что нечистые или греховные поступки существуют только в воображении человека, на самом же деле все чисто перед Богом. Поэтому они оправдывали и сами совершали такие действия, как богохульство, лжесвидетельство, пьянство, разврат, супружеские измены и пр.
Рантеры бродили по дорогам, проповедовали, собирая деньги с доверчивых слушателей, а потом пропивали и проедали эти деньги в дешевых тавернах. Вместе с ними шли женщины, и нельзя было понять, кто у них муж, кто — жена, от кого рождаются дети; они совращали жен местных жителей, курили табак, что в те времена было редкостью и возмущало благочестивых пуритан. Оргии их носили буйный характер: девушки танцевали нагими, а мужчины пели на мотив церковных литаний похабные песни. Известны случаи, когда, обедая, кто-нибудь из них разрывал руками кусок мяса и говорил, подражая акту евхаристии: «Сие есть тело Христово, берите и ешьте». И, плеснув пива в огонь, добавлял: «А это — кровь Христова, пейте ее все».
Многие из рантеров были хилиастами, а проповеди некоторых носили угрожающий и обличительный характер. Они обвиняли власть имущих, говорили о тяжких бедствиях простого народа и повторяли, что Бог ныне избрал бедных и невежественных, чтобы явить миру возмездие, отнять у богатых неправдой нажитое добро и уравнять состояния. Именно эти горячечные угрозы заставили парламент в августе 1650 г. издать акт против рантеров, согласно которому при первом уличении в совершении «богохульных и нечестивых» поступков они подлежали 6-месячиому тюремному заключению, при втором — изгнанию за пределы Англии; самовольное возвращение преступника каралось смертной казнью. После этого акта и усилившихся затем репрессий рантерство быстро сошло со сцены. Некоторые из его вождей, в частности Л. Кларксон, раскаялись и опубликовали полные самобичеваних памфлеты. Некоторые присоединялись к квакерам.
Среди множества народных сектантских движений эпохи Английской революции движение квакеров выделяется по количеству приверженцев, по глубине и истовости верований, по роли в общественной и политической жизни, по социальному радикализму своей программы, по стойкости и долговременности существования. «Квакерами», что значит «трепещущими», «дрожащими», их в насмешку называли противники. Сами же они именовали себя «детьми света», «друзьями в истине», или просто «друзьями». Основатель движения, сын ткача Джордж Фокс (1624—1691) в 1647 г., в возрасте 24 лет, пережил внутреннее озарение, которое сказало ему, что Бог обитает не в небесах и не в рукотворных храмах, а в душе каждого человека и проявляет себя как внутренний свет добра и любви ко всему живому. Те, кто почувствует в себе этот свет, освободятся от власти первородного греха и проклятие, обретут мир и чистую совесть.
Испытав это духовное потрясение, Фокс бросил свои занятия и отправился проповедовать по селам и городкам Северной Англии. За ним стали ходить толпы народа; некоторые, пораженные его проповедью, тоже оставляли свой дом и привычное дело и присоединялись к его странствиям. Иногда Фокс находил в каком-то месте целую группу людей, чьи взгляды и верования совпадали с его собственными: это были сикеры, уэйтеры, беменисты, милленарии и т. п. Они объединялись и в результате образовали новое мощное движение, оформившееся в начале 50-х годов. Его вождями, помимо Фокса, были Джеймс Нейлор, Ричард Фарнуорс, Эдвард Бэрроу, Айзек Пеннингтон, Ричард Хабберторн.
Идеи квакеров во многом испытали влияние силезского мистика Якоба Беме, сочинения которого были переведены на английский язык и распространялись в Англии в 40-х и 50-х годах. В учении Беме главное внимание уделялось внутреннему миру человека, индивидуальному общению с Богом, который обитает в душе каждого. Общение с Богом «в духе» Беме ставил выше авторитета Священного Писания и церкви, выше земной власти и вообще любого земного авторитета.
Это учение находило горячих последователей в среде самых угнетенных слоев общества: квакерами становились мелкие лавочники, ремесленники, подмастерья, батраки, наемные рабочие, малоземельные крестьяне-коттеры. Помещение абсолюта во внутренний мир верующего, признание возможности для каждого человека достичь внутреннего просветления и индивидуального общения с Богом находило у них отклик потому, что вело к отрицанию церковной организации, каких бы то ни было посредников между верующим и Богом, а значит — к отрицанию таинств, иерархии, клира, к отказу от уплаты налогов, в первую очередь церковной десятины, и к проповеди широчайшей религиозной терпимости.
Проповедь вселенской божественной любви, открытой всем людям, богатым и бедным, просвещенным и невежественным, язычникам и христианам, вплоть до мусульман, иудеев и американских индейцев, являлась по существу проповедью полного равенства всех людей перед Богом, проповедью всемирного братства и взаимопомощи. Социальная, расовая принадлежность, вероисповедание, в котором человек воспитывался, его пол — все это теряло значение, коль скоро в душе его открывался источник «истинного света».
Хилиазм квакеров носил социальную окраску. Ожидание скорого второго пришествия Христа на Землю они не мыслили себе без активной деятельности на благо ближнего. Главную цель своей жизни Фокс и его последователи видели в том, чтобы переделать существующий мир и людей соответственно «духу Христа», дабы общество здесь, на Земле, могло уподобиться царствию небесному. Они отрицали любую из существующих церквей, называя церковные здания «дом с колокольней», все формы культа, проповеди священнослужителей, получавших за них плату. У самих «друзей» форм культа вообще не существовало: они собирались на площадях, в гостиницах, иногда в домах друг у друга и вместе предавались религиозным размышлениям. Тот, на кого «нисходил дух», проповедовал. Это мог быть представитель любой социальной прослойки, мужчина или женщина. Сборов на содержание проповедников не производилось: каждый из них зарабатывал себе на жизнь профессиональным трудом.
В годы революции квакеры вели активную проповедническую и социальную деятельность, за что часто подвергались преследованиям и тюремным заключениям. В годы Второй республики они обращались с петициями в парламент, занимали должности мировых судей, соглашались участвовать в делах управления страной. Они требовали отмены штрафов и феодальных платежей лордак, создания фонда для помощи бедным, отмены церковной десятины. Верные своему идеалу равенства, они всем говорили «ты», не снимали шляп перед власть имущими, отказывались клясться в судах. В то же время они выступали против всяких войн, не носили оружия и никогда не отвечали насилием на насилие.
После реставрации Стюартов квакеры подверглись жестоким преследованиям, особенно в связи с мятежом «людей Пятой монархии» в 1661 г. Глубина веры, стойкость и постоянная взаимопомощь помогли им выжить в условиях гонений; к тому времени, как «Билль о правах» даровал им свободу вероисповедания, они превратились из разрозненного, неоформленного движения в хорошо организованную структуру с регулярными собраниями, фондом для бедных, библиотеками и школами. Р. Баркли (1648—1690) написал «Апологию истинного христианского Божества», где излагал основные принципы вероучения, традиции и обычаи квакеров; эту книгу принято считать основным трудом по теологии «друзей». В конце XVII в. квакеры У. Пенн и Дж. Беллере создали проекты международного мира и объединения стран Европы; Беллере, кроме того, написал социальную утопию, предлагая создать «производственные содружества», где бедняки, поддержанные богатыми членами общества, могли бы трудиться сообща и зарабатывать на жизнь. Пенн основал колонию Пенсильвания в Америке, где предоставил полную религиозную свободу квакерам и другим сектам.
В XVIII в. движение квакеров переживает застой; старательные усилия сохранить себя в годы преследований привели к замкнутости и осторожности: браки заключались только между членами сообщества, дети воспитывались в изоляции от внешнего мира, сохранялись архаическая форма одежды и особые обычаи. Из народного движения квакерство превратилось в секту; от пламенного духа Фокса и первых «друзей» мало что сохранилось.
ДЕИЗМ И ПРОСВЕЩЕНИЕ
Поворот к секуляризации европейского интеллектуального сознания произошел прежде всего благодаря новым открытиям в науке. Созданная в XVI в. Николаем Коперником гелиоцентрическая теория строения Вселенной, развитая и популяризированная Галилеем в XVII в., разрушила средневековые представления о том, что Земля является центром мира. Основополагающую роль сыграли научные открытия Исаака Ньютона (1643—1727). В 1687 г. он опубликовал «Математические начала естественной философии», где выдвинул идеи о законе гравитации, который говорил о физическом единстве строения Вселенной.
Секуляризации сознания способствовали и великие географические открытия. Европейцы благодаря развитию мореплавания получили возможность посещать отдаленные земли и знакомиться с нехристианскими религиями. Они смогли убедиться, что многие религии сходны друг с другом в неких основополагающих принципах. В результате стали возникать представления о некоей общей естественной религии, которую люди получают не из Библии и не от священников или проповедников, а из глубины своего существа, потому что они «так устроены».
Наконец, перевод Библии на европейские языки дал толчок научному ее изучению и критике. Ученые могли сравнивать древнееврейский, греческий и латинский тексты и выявлять ошибки в переводах и смысловые несообразности, а простые люди получили возможность читать и понимать Священное Писание по своему усмотрению, прежнее благоговение заменяя рассудочными толкованиями.
С начала XVII в. появляется и новая философия: эмпиризм и рационализм. Начало ей положил Фрэнсис Бэкон (1561—1626). В появившемся в 1620 г. труде «Новый органон» он разработал индуктивный метод познания природы, который, как полагал автор, должен был заменить собой широко распространенный дедуктивный метод Аристотеля, принятый в средневековой науке. Вместо следования за авторитетами этот метод предлагал самостоятельное изучение фактов, эксперименты, на основании которых должны делаться обобщения и вырабатываться научные законы. Эмпирическую и рационалистическую философию создавали Джон Локк (1632—1704), Рене Декарт (1596—1650), Барух Спиноза (1632—1677). Эти ученые полагали, что Бога, как и природу, можно понять с помощью человеческого рассудка, опираясь на научный метод.
Такой религией рассудка стал деизм, который возник в XVII в. в Англии и распространился оттуда на Францию, Германию и Америку. Деисты верили, что трансцендентный Бог покинул свое творение после того, как его создал, дав ему природные законы. Эти законы человек может постичь с помощью рассудка и строить свою жизнь в соответствии с ними. Бог, таким образом, удалялся от человека и мира, становился «отсутствующим Богом». Деисты отрицали чудеса, богодухновенность Библии, откровения и пророчества, а также богочеловечество Христа. Христос для них был лишь моральным учителем, призывавшим поклоняться единому Богу и проповедовавшим добродетель и благочестие, которым деисты придавали большое значение; они и означали для них поклонение Богу. Соответственно и Библию они рассматривали более всего как свод нравственных законов и правил. Деисты верили в бессмертие души и посмертное воздаяние, но и эти представления пытались подчинить соображениям рассудка.
Такие взгляды были впервые высказаны Эдвардом Гербертом, лордом Чербери (1583—1648). В своем труде «Об истине» он сформулировал главные идеи деизма: существование Высшего разума, или Бога; необходимость для человека поклоняться и служить ему; важность добродетели и благочестивой жизни для служения Богу; необходимость покаяния; признание, что за земной жизнью следует иная, в которой человек получит справедливое воздаяние за свои земные дела. Эти положения были развиты Чарлзом Блаунтом (1654—1693), Джоном Толандом (1670—1722), написавшим известный трактат «Христианство без тайн», лордом Шефтсбери (1671—1713). Они доказывали, что в христианстве нет никакой мистики, что основные его положения могут быть доказаны с помощью разума, а то, что не поддается разуму, должно быть отвергнуто.
Сочинения деистов в конце XVII и в XVIII в. вызвали полемику со стороны ортодоксального христианства. Уильям Лоу (1686—1761) в трактатах «Серьезный призыв к усердной и святой жизни» и «Дело рассудка» доказывал, что человек не может постичь религиозные истины только с помощью разума потому, что Бог является Высшим разумом. Джозеф Батлер (1682—1752) в «Апологии религии» утверждал, что ортодоксальное христианство лучше отвечает на вопросы бытия, чем деизм. Уильям Пэйли (1743—1805) обосновывал существование Бога, который открыл себя в Библии, в Христе и в чудесах, дабы человек смог вести праведную жизнь и обрести спасение. Известный философ-идеалист Дэвид Юм (1711—1776) в «Диалогах о естественной религии» писал, что поскольку деисты принимают все, что может быть доказано с помощью разума, то наилучшим образом эту задачу может выполнить ортодоксальная теология. Ответом деизму явилась и субъективно-идеалистическая философия англиканского епископа Джорджа Беркли (1685—1753).
