Но киска так то вообще не болела от… ну разве только устала от этих оргазмов, а вот попка болела, причём так, как если бы в неё пихали много… часто… и о-очень большие предметы… пипец!!! Расслабив попку, я залезла в неё пальчиком и из неё тут же потекла… сперма… причём много спермы… а-а-а-а!!! Я закрыла лицо руками и откинувшись на спину, снова разрыдалась от злости, обиды и сожаления того что я наделала… Но как я могла?! Я же вообще не помнила, как это делала! Хотя нет, что-то я вспомнила!
Мы с Марией точно занимались любовью, и она меня… ну конечно, в попку рукой было точно… да-а, было больно и очень приятно… блин, так может с парнями всё-же не было секса?! Тогда сперма там откуда? Просто кончили?! Ну теоретически такое могло быть… Дырочка то после руки была очень большая и грех туда не кончить… Короче надо выспрашивать у наших… если конечно они тоже помнят, хи-хи, а пока… Открутив лейку душа, я сделала посильнее и погорячее напор и вычистила всю попочку от всего что в ней было, а удивлённая и смущённая Вика даже стала помогать мне в этом.
Боже, стало ещё лучше, снова пришло возбуждение, и я прильнув к Вике, стала целовать, ласкать и раздевать, на глазах у Мишки. И она почти даже не сопротивлялась! И вот мы обе голенькие и мокренькие сидели в ванной слившись в объятиях и нежных поцелуях, я ласкала пальчиком Викусину киску, она мою, рядом стоял радостный Мишка и вытаращив глаза, быстро дрочил свой член. Стоял очень близко и я, увидев это, повернула Викусину мордашку к нему, она округлила глаза и покраснела, но меня ласкать не перестала и не отвернулась от Мишки, я же опустилась к её грудкам и стала ласкать язычком их, продолжая ласкать пальчиками её киску, возбуждая Вику ещё сильнее.
— Давай лучше я, Миш, — я взяла его за руку и потянула поближе, — не бойся, давай снимай плавки.
Он немного смущаясь снял их и теперь стоял перед нами тоже полностью голенький, как и мы, а я взяв его член рукой, сама стала дрочить его. Вика ещё более смущённо и ошарашенно уставилась на нас, но я продолжала ласкать и её киску, и, наверное, только поэтому она и не убежала. А потом, когда я спустившись ротиком к её киске, стала вылизывать её мокренькую кисуньку, так вообще успокоилась и, наконец, полностью расслабилась и отдалась процессу. Отлично! Через пару минут, я сменила сестрёнку на братика и прильнула ртом уже к его члену, и Вика смотрела на это во все глаза, приподнявшись она внимательно следила за нами, было видно, как ей и интересно, но, конечно же, всё равно немного стыдно!
Поцеловав её нежно в губки, я подтолкнула её к члену брата, а сама снова жадно присосалась к члену, смачно облизала губки, показывая, как это вкусно и клёво! Лизнула Викусины губки и снова подтолкнула её и, да-а-а… она, зажмурившись, осторожно взяла член брата своими губками и стала пытаться сосать, у неё это конечно плохо получилось и тогда я стала показывать как надо, куда язычок, как головкой, а как рукой двигать и вот через несколько минут, мы уже по очереди делали просто светящемуся от этого похотливого восторга Мишке минет, иногда сливаясь с ней в страстных поцелуях, пока он наконец не кончил.
Я приняла всю сперму себе на язычок в широко открытый ротик и тут же лизнула им Вику, размазывая по её личику — подбородку, губам и носику сперму, а затем мы слились с ней в ещё более страстном поцелуе, а потом по очереди довели друг-дружку до пика оргазма язычками, сначала она меня, а потом я её… но кончать не стали, решив, что итак лучше не придумаешь! Вылезли, слегка вытеревшись, довольные рухнули в постельку. Уснули кстати мы все на одной сдвоенной кровати, все голенькие, по середине довольный как удав, Мишка и мы его сестрёнки, облепили его по бокам, обнимая и прижимаясь к нему… радостные и возбуждённые.
А рано утром всё повторилось, уже прямо здесь. Едва проснувшись, пока Мишка ещё спал, я спустилась к его члену, и лаская его ротиком, за пару минут довела его до пика, разбудила нежным поцелуйчиком в киску и Викусю, также быстренько доласкала её почти до оргазма, и перевозбуждённую попросила открыть ротик, а Мишку попросила кончить в него. Оба немного краснея от смущения, но всё-таки выполнили просьбы. Вика лежала на спине, послушно открыв ротик, я ласкала язычком её киску, чувствуя, что она на грани, а Мишка нависший над ней на коленках, дрочил и когда он уже собрался кончать, я подползла к нему и довершила дело, аккуратно спустив всю сперму ей в ротик.
— Глотай! Девочка, ну же… не бойся, зайка… — шептнула я ей на ушко, и она послушно проглотила, немного поморщившись, — молодчинка ты моя…
Страстно поцеловав её в губки, жалея, что мне совсем не досталось, я спустившись по ней, снова прильнула языком к её киске, она снова открыла ротик, уже стоная в голос, потому что снова готова была кончить, но я остановилась и вернувшись поцелуйчиками к губкам, просто улеглась рядом, между валяющимся на спине со слегка безумной улыбкой, Мишкой.
— Ну и как вам?
— Ваще-е-е… как в кино… юху-ху… — это Мишка.
— Угу… мне тоже понравилось… — это Викуся, она вопросительно и одновременно умоляюще посмотрела на меня, прошептав, — а почему ты остановилась? Я же ещё… ну, не всё…
— А вот… — я хитро подмигнула, потому что хотела, чтобы Вика сегодня была возбуждённой как можно дольше, — потерпи, потому что я хочу, чтобы тебе стало ещё приятнее!
— Ого… хи-хи, ну ладно, потерплю… наверное… но вы тогда не оставляйте меня одну, хи-хи! А то боюсь, я не удержусь…
* * *
На завтрак я надела, как и просил папочка, новый купленный им костюмчик — розовый, с принтами на этот раз каких-то кошечек, маечка-топик и такие же плавочки, откровенно детского вида, конечно же на размер или даже два мне всё маленькое, и ладно топик длиной чуть не доходя до пупка, сидел на мне вполне нормально, спасибо моей плоской грудке, то трусики еле-еле налезли и оказались такими крошечными по высоте, что даже до конца ни лобок, ни попку сверху не прикрывали.
Нда-а, и как в таком виде идти на люди, да ещё и в наш ресторанчик, я даже не представляла? Но всё равно пошла. И для начала немного пораньше поднялась в номер к папе и Лизе. Постучала в дверь. Открыл папочка, удивившись моему визиту и похваливший за наряд. Да, я ещё же снова два хвостика сделала, они всегда лучше всего довершали любой образ. Потому что я становилась в два раза милее или няшнее, хи-хи…
— Привет, пап! — помахала я ему ручкой и скромно сжав ножки, положила пальчик в рот и покрутилась перед ним, строя невинного ребёночка.
— Доброе… утро, зайка… или нет, киска… моя. М-м, просто за… отлично выглядишь, — папа аж чуть не запрыгал от радости, — проходи, только мы только встали… и ещё даже в душ не сходили…
— Кто там, дорогой? — Довольно мурлыкающая какую то песенку Лиза была в лёгком и очень таком откровенном халатике на голое тело, — о, Алисонька, привет, хм, ой, как ты забавно выглядишь, ты уже на завтрак собралась что-ли?
— Ну да, вы же сказали пораньше сегодня встаём, потому что мы едем в Барселону!
— Ах ну да… но мы что-то вчера так поздно уснули… — она расплылась в мечтательной улыбке и глазки её озорно так заблестели, — ну а ты проходи пока, я сейчас мигом в душик!!!
Ткнув меня в нос пальчиком и подмигнув, она скрылась в ванной, а я прошла, скромно села на краешек не заправленной большой двуспальной кровати, как тут же рядом сел папочка и внезапно взял и стянул с меня топик, а потом толкнул на постель. Я ничего не понимала, только глазами хлопала, а папка-развратник такой, тоже залез на кровать, разложил меня по ней, сильно раздвинул ножки и стал прямо сквозь трусики… лизать… мою киску. М-м-м-м… Да смачно так, и так старательно и профессионально, что я мгновенно возбудилась до чёртиков… А-а-а… пипе-е-ц…
— Папочка… Боже… м-м-м, что ты делаешь? Охм… — охала я в диком возбуждении, извиваясь и хватаясь руками за простынь.
— Делаю любимой дочке хорошо… Тебе же хорошо?!
— Да, папочка, очень… мм-м-м… мне так хорошо, что я уже скоро совсем всё…
— Какая ты быстренькая у меня… ух, как же мне это нравится!
И он за несколько секунд довёл меня до оргазма. Ахм-м-м-м!!! Застонала я, кончая, да так громко что он даже прикрыл мне рот ладошкой, но вода в душе лилась гораздо громче и вряд ли Лиза что-то услышала. Уф… отдышавшись и приподнявшись на локтях, я посмотрела на свои тепреь насквозь мокренькие от сквирта трусики, на папочку, который продолжал вылизывать меня мокренькую и стало вдруг та-ак хорошо!
— Боже, лапуля, какая ты у меня там вкусная! Просто слов нет… одни слюни! Кстати, за это можешь снять трусики, по-любому же ведь хочешь!
— Угу…
И я с радостью и облегчением стянула эти мокрые трусики, отчего меня снова накрыло лёгкой волной возбуждения. Отбросила их в сторону и потянулась эротично извиваясь и наслаждаясь наготой в такой необычной ситуации, Ну и ну, вот это утро! Но папочка то поди тоже хочет? Я мягко спросила об этом…
— О, нет, я уже тут с утра… два раза…. С Лизкой этой! Ух, как мы с ней… Ух какая она горячая стала!!! И так… и вот так…
Папка так восхищённо стал хвалить Лизу, что я, усевшись на коленки, взяла подушечку и крепко обняв её, уставилась на папу и стала умолять рассказать поподробнее.
— Да чего там… — смутился папа, — ты лучше расскажи, как в клуб то сходили? — теперь покраснела я и смущённо потупив взор вжалась в подушку ещё сильнее, — чего так, хех, не понравилось?!
— Ну-у… и да и нет, на самом деле… но музычка была вроде ничего… такой бас мощный… очень возбуждающий, м-м-м…— я вспоминая музыку немного потанцевала прямо сидя на кровати.
— А в трусиках была? — Вдруг так серьёзно и грозно уперев руки в бока, спросил он.
— Ну па-ап… — я снова виновато покраснела, — они пипец, та-ак некрасиво просвечивали… там понимаешь, платье это просвечивающее и трусики эти сразу в глаза так бросались… ну правда… ты бы увидел, тоже согласился бы что без трусиков приличнее…
— Ладно… верю… непослушная ты моя бесстыдница! Отшлёпать бы тебя…
— Хи-хи, ну а что… возьми да отшлёпай!
И я распластавшись по постельке на животе, подложила подушку под бёдра, выпятив голую попу перед папой. Он хихикнув пару раз и вправду легонько шлёпнул меня по попке, приговаривая какая я плохая девочка. Я хихикая елозила по подушечке, чувствуя, как снова возбуждаюсь всё сильнее и сильнее, папа тоже заметил, что моя киска снова сильно намокла…
— Ты смотри ка, какая киска ненасытная!
— Ага… киска такая, хи-хи…
Но дальше мы ничего не успели придумать, потому что в душе вдруг перестала литься вода и папа в панике тут же принялся меня одевать, потому что сама я делать это отказывалась, в шутку капризничая и брыкаясь, как ребёнок… но папочке было не до смеха, ну ещё бы! А я зато веселилась от души, сопротивляясь и стягивая с себя трусики до последнего, ну меня они правда бесили, что поделать… Но он всё-таки справился!
Правда теперь я выглядела ещё более неприлично, потому что в мокрых и просвечивающих спереди трусах, ну пипец! Папа тоже был сильно смущён, смотря на меня и не зная, что делать. Когда Лиза вышла из душа, я снова скромно-прескромно сидела на краешке кровати и прикрывалась подушечкой, хотя чувствовала что не прочь потереться прямо перед ней и снова кончить, блин, ну и киска моя правда ненасытная!
— А ещё в Барселоне есть огро-о-мный аквариум, прямо на набережной, там даже акулы есть… — с восторгом описывала я всё что знала, чтобы Лиза ничего не заподозрила, а мы тут типа общаемся и всё, потому что папочка, пипец, тушевался, как нашкодивший ребёнок.
— Да-а, а ещё там и зоопарк есть и вообще столько всего, что нам за день ну никак не управиться! — Весело поддержала разговор Лиза. — Но вот твой папаня отказывается второй день на это тратить, так что если что поедем без него, ха-ха!
— У нас и здесь мест хватает, между прочем, которые мы ещё не посетили, давай, когда всё посмотрим, тогда и вернёмся в Барселону ещё раз! — пока они спорили, я аккуратненько тёрлась об простынку, м-м, отчего киска стала течь, блин, так я конечно же никогда не высохну.
— Как скажешь, дорогой! Ты главный! Алисонька солнышко, выйдешь на минутку, мы с папкой переоденемся? — Спасение!
— Ага…
Я отложив подушку, подтянула трусики и не поворачиваясь к ним лицом, вышла из номера, фу-у. Не спалилась! Спустившись к себе, я обнаружила, что наша дверь заперта, постучалась, тишина, пипец, они уже ушли, что-ли? Подождала, постучала ещё, но мне так никто и не открыл, зато открылась соседняя дверь и на меня довольно улыбаясь уставился наш немецкий дедулька-сосед, здрас-с-сьте… вернее, гутен таг.
Поздоровались, на немецком и на английском, конечно же сделал комплимент по поводу моего внешнего вида, я смущённо прикрывая мокрые трусики поблагодарила и тут услышала очень знакомый звук из ванны их номера… Да-а, это же фен! Я стала проситься к ним, он конечно же пустил, из ванной вышла бабулька, в халате и с феном! Отлично, я попросила его, как могла, показывая то на него, то на свои мокрые трусики. Они непонимающе захлопали глазами, тогда я махнув рукой, не долго думая, стянула трусики и взяв из рук фен, воткнула его обратно в розетку, включила и стала сушить трусики.
А довольные старички стояли и смотрели на меня, перкглядываясь и обсуждая что-то на немецком, а потом дедушка ушёл и вернулся с видеокамерой и стал снимать меня, ну привет… я построила ему в ответ смешные рожи, немного попозировала, ну а что, раз такое дело, что кадры портить скучными лицами и позами… они веселясь, а потом вдруг попросили меня снять и маечку. Я округлила глаза, картинно смущаясь, но они просто заумоляли это сделать. Нда-а, ну и старички-и-и… одержимые…
Ну ладно, мне это не трудно, и даже почти не стеснительно уже, ну а что они уже практически свои. И это как бы в знак благодарности за фен. Сняла и положив на крышку унитаза, продолжила сушку уже почти и высохших трусиков, уже полностью голенькой. Ах как же это старичкам понравилось, как они одобрительно закудахтали, ну а мне это тоже понравилось, но вот через пару минут плавочки были вполне сухие и я выключив фен помахала ими, объяснив, что мол всё в порядке и попыталась их надеть, но дедулька схватил меня за руку и замахал головой, мол нет. Как нет? А что тогда?
