-У нее папа в Средмаше работает, начальником управления, — пояснил Панин.
-Это неважно, — отмахнулся от него Соколов, — важно совсем другое. Как бы я поступил в данной ситуации? Смотрите, на книги этой серии есть очень большой спрос, миллион экземпляров уйдет в лёгкую. Значит надо сделать нормальную обложку, вместо мягкой, и бумагу я бы для нее взял улучшенную газетную, на которой Правду печатают. И под этим предлогом, поднял бы на книгу цену, раза в полтора, до трёх рублей. И прибыль бы у меня выросла до двухсот процентов.
-Не понятно, — удивилась Агата, — почему прибыль то вдвое выросла? Затраты-то ведь тоже возросли.
-Вот и видно, что вы, девушка, пока ещё очень сырой руководитель! — усмехнулся парень, но заметив появившуюся в её глазах обиду, тут же ласково ей улыбнулся, — не бери в голову, это я так прикалываюсь. Просто есть такое понятие, как повторный тираж, когда все предварительные работы, такие как верстка, набор и тому подобное уже выполнены. А они денег стоят и немалых. А ещё чем больше тираж любого продукта, тем меньше на него удельные производственные затраты на единицу продукции, это аксиома любой экономики. А теперь простейшая арифметика. Дано — в серии двадцать пять книг. Продаем по три рубля, себестоимость рубль. Тираж миллион. Сколько получается у нас прибыль?
-Пятьдесят миллионов, — сразу же ответила Агата.
-Вот именно, пятьдесят миллионов чистого дохода только на одной серии, — подтвердил Андрей, — а двадцать серий, это уже миллиард, и не объема, а чистого дохода. А учитывая, что у нас самая читающая страна в мире, то эти книги за год, безусловно, разойдутся. Вот поэтому я и ругался, что почему-то мы этого не делаем. И книги, это только один из примеров. Которые легко можно продолжить.
-Тогда у меня вопрос, — взгляд девушки неожиданно стал строгим, — зачем ты это нам-то рассказываешь? Ведь это у тебя, а не у нас, знакомые в руководстве не только города, но и страны имеются. Сережа рассказывал, как ты с ними в обкоме общался. Вот им бы это и говорил, а мы тут при чем?
Соколов на несколько мгновений задумался, потом искренне рассмеялся, — наверное, это была репетиция. Перед выступлением в Москве. А то я все больше экспромтом.
-Если репетиция, тогда ладно, — согласилась с ним девушка, — а если твоя идея насчёт книжек получит поддержку, то я тебя расцелую. При ребятах говорю. А ещё портреты, про которые я тебе говорила, нарисую бесплатно.
-Вот только не надо нам альтруизма, любой труд, особенно творческий должен оплачиваться, — улыбнулся парень.
-И от поцелуя тоже откажешься? — насмешливо спросил Рукшин, — на тебя Андрей, это совсем не похоже.
-Я уверен, что если в Москве всё пройдет, как мы планируем, Агата не только меня, она всю нашу делегацию расцелует, включая и вас, конечно! — продолжал веселиться Соколов.
-Мои поцелуи ещё заслужить надо! — вздернув носик кверху девушка, — я просто так и непонятно с кем, целоваться не собираюсь, особенно с некоторыми, — тут она весьма выразительно посмотрела на Ивана.
-Опять я крайним оказался, — Панин, под дружелюбный смех присутствующих развел руками.
Воскресенье 20 августа. Санаторий "Волжский утес". Первая половина дня.
-Что-то ты Игорёк, сегодня совсем грустный и не активный, — легонько подначила приятеля Марина, — я к тебе и так и этак, а ты не реагируешь, а если и реагируешь, то очень вяло. Я сейчас тебе совсем не интересна, так получается?
Парень не ответил, а продолжал задумчиво смотреть на реку.
-Так, теперь он и разговаривать со мною не хочет, — девушка явно начинала сердиться, но Облаков по-прежнему молчал.
Рассерженная подружка попыталась резко встать с шезлонга, но споткнулась о неожиданно выставленную парнем руку. Она неловко взмахнула руками и свалилась прямо на Игоря, который с нескрываемым удовольствием принял ее в свои объятья.
-Ах, ты, провокатор несчастный, — начала она молотить кулачками по груди приятеля, но тот только ухмылялся и продолжал прижимать ее к себе. Девушка вздохнула, прекратила попытки вырваться и только тихо шепнула, — не боишься, что нас кто-нибудь увидит?
-Интересно, кто нас может увидеть? — удивился парень, — время послеобеденное, на пляже никого. С одной стороны нас забор прикрывает, с другой соседний шезлонг. Зря я, что ли, его сюда пер. Он вон какой большой, за ним нас точно не видно. Так что если только со стороны реки кто-то подкрадется, так сейчас вроде некому. Как я уже сказал, наступило время послеобеденного отдыха.
-И поэтому ты решил, что я тебе лишнего позволю? — глаза Марины опасно сузились.
Хорошо изучивший характер подружки Игорь моментально разжал руки, — не хочешь, не надо, потом сама локти кусать будешь.
Девушка громко фыркнула и слегка удивлённо посмотрела на парня, — ты сегодня действительно странный. Может, со мной поделишься, о чем ты все время задумываешься?
-Я руку на талию тебе положу, можно?— спросил ее Игорь, и, не дожидаясь ее ответа, ласково обхватил девушку обеими руками, — я вот о чем думаю. Иван Сергеевич сегодня уехал, мы тоже во вторник собираемся. А дальше что?
Он посмотрел на внимательно слушающую его девушку и начал осторожно сдвигать ладони своих рук вверх. — Я тут вот, что подумал, и с мамой вчера посоветовался. Я хочу из Ленинграда в Москву перевестись, в интернат при МГУ. Уверен, что мне вряд ли откажут, всё-таки я призер всесоюзных олимпиад по математике и по физике.
-А мама твоя, что на это сказала? — спросила девушка, казалось, совсем не замечая осторожных поползновений парня.
А тот, заметно осмелев, неожиданно резким движением, просунул правую руку под бюстгальтер девушки и замер, в ожидании неминуемой расплаты, которая в подобных случаях обычно происходила моментально.
-У тебя рука холодная, — весело хихикнула Марина, затем выждала несколько мгновений и только потом отстранилась. Не торопясь поправила верх купальника и погрозила Игорю пальчиком, — что-то ты совсем осмелел сегодня, нарваться не боишься?
-А когда я боялся? — удивился Игорь, — и ты не отвиливай от ответа. Что по поводу моего предложения. Я серьёзно.
-Ну а если серьезно, то не надо тебе в Москву переезжать, — тихо сказала девушка, и, взглянув в закаменевшее лицо парня, покачала головой, — странно, что тебе твоя мама ничего не сказала. Они же с моей теперь вроде как подруги.
-И что она должна была мне сказать? — явно расстроенным голосом произнес парень.
-А то, что мы в Ленинград переезжаем, в октябре. У меня папе работу на заводе Электросила давно предлагали, только он раньше отказывался, да и я с мамой, против этого переезда были. А теперь всё, ему сообщили, что отказ не принимается. Да и условия там предложили просто сказочные. Работа на совместном с немцами предприятии, трёхкомнатная квартира, в пяти минутах от завода. Ну и зарплата, соответственно, гораздо больше, а ещё, — тут девушка лукаво улыбнулась, — я теперь не только не против, я теперь, скорее за.
Игорь изумлённо посмотрел на весело смеющуюся девушку. В его глазах вдруг заплескалось такие неподдельные эмоции, что Марина даже смутилась.
-А со спортом, что делать будешь? — немножко справившись с собой, спросил парень, — неужели бросишь?
-Почему, — искренне удивилась она, — наоборот, я думаю, что я теперь гораздо серьезнее буду им заниматься. Я теперь в сборную хочу пробиться!
-Откуда вдруг такие намерения? — теперь уже удивлению Игоря не было предела.
-А ты видел, как я сегодня с мостков прыгала? — вопросом на вопрос ответила девушка. И дождавшись ответного кивка парня, продолжила, — ни на что внимания не обратил?
-Как не обратил, — ответил парень, — красиво прыгала, даже очень. И в воду почти без брызг входила.
-Вот, главное ты всё-таки заметил, — почти прокричала Марина, — это же самое сложное, во время прыжка погасить вход в воду, так чтобы брызг не было! А с малой высоты, это вообще безумно трудно. А у меня сегодня получилось. Я воду всегда любила, а теперь после последних событий я её понимать начала.
-Ты что имеешь в виду? — снова удивился Игорь.
-Пообещай, что не будешь надо мной смеяться! — потребовала девушка, — тогда расскажу.
-Не буду, честно, — ответил парень, — ты меня заинтриговала.
-Тогда слушай, только не вздумай никому рассказывать, — предупредила его Марина, — когда мы Фёдора Давыдовича спасали, у меня всё время было странное ощущение, что на меня кто-то, из-под воды смотрит, удивлённо-удивлённо. А потом и прикосновения были очень лёгкие, но я их ощутила. А ночью мне сон приснился. Я его полностью не помню, только то, что прыгала я с трёхметровой вышки и когда в воду входила, меня как будто теплом со всех сторон обволакивало. А сегодня я попробовала с мостков прыгать, и было точно такое же ощущение. И взгляд я сегодня опять на себе почувствовала, только он изменился. Он теперь одобрительный стал, что ли.
-Интересно, — рассмеялся Игорь, — очень похоже, что моя девушка с водяным замутила, да мне же ещё про это и рассказывает. И не стыдно тебе?
Марина внимательно посмотрела на приятеля, — обидеться, что ли? Нет, не буду. А вот доступ к телу я тебе сегодня несколько ограничу, будешь знать, как издеваться.
-Это нечестно и неправильно, — тут же отреагировал Облаков, — тем более, что у нас всего два дня осталось.
-Наверное, ты всё-таки прав, — как бы раздумывая, произнесла девушка, — тебя наказать, конечно же, нужно. Но при этом, я же и себя накажу. А я что, мазохистка, что ли? В общем, уговорил, только учти, когда я скажу стоп, это значит стоп. Понял меня?
-Когда я не понимал-то? — глаза парня загорелись в предвкушении.
-Да почти что всегда, — тихо сказала Марина, но Игорь ее уже не слышал. Он был уже занят исключительно приятным для них обоих делом.
Воскресенье 20 августа. Охотхозяйство "Завидово".
-Давненько мы с тобой здесь не собирались, — покачал головой Брежнев.
-Так лето же, — усмехнулся Пельше, — ты в своей Ливадии, а мне на Взморье больше нравится. Кстати, по поводу отдыха, слыхал, что Кулаков опять учудил?
-Там все очень непросто, — нахмурил брови генсек, — не мог он просто так с лодки навернуться. И охрана его это подтверждает. Если бы дело в Белоруссии было, то могли бы на сома подумать. Водятся там такие гиганты, что человека запросто могут утащить. А вот на средней Волге, ничего подобного нет. А вода рядом с лодкой бурлила сильно, это все видели. И ещё, на спиннинге повреждений нет, ни на леске, ни на блесне. Такое впечатление, что просто сильно за нее дёрнули, а потом отпустили.
-Чудеса какие-то, — тут уже Пельше удивлённо покачал головой, — ладно, хорошо, что жив остался, без серь`зных последствий.
-А вот теперь давай поговорим о последствиях, — Брежнев был предельно серьёзен, — в пятницу, почти сразу после этих событий ко мне Косыгин зашёл. Вместе с Цукановым. И предложили мне товарища Кулакова отстранить от руководства сельским хозяйством. Как не справляющегося с этой ответственнейшей работой, и в связи с состоянием здоровья.
-А из Политбюро его вывести, они тебе не предложили? — изумлённо спросил Арвид Янович.
-Пока нет, — усмехнулся генсек, — но я почему-то уверен, что если я соглашусь на это, то перед Ноябрьским Пленумом они этот вопрос обязательно поднимут.
-И кого же они предлагают на его место? — прищурился Пельше.
-Горбачева, Михаил Сергеевича, — ответил Брежнев, — из Ставрополья.
-Этого следовало ожидать, — Арвид Янович покачал головой в такт каким-то своим мыслям, — начинают потихонечку собирать команду для противодействия нашим реформам.
-Думаешь? — остро взглянул на него генсек.
-Уверен, — жёстко ответил Пельше, — им наши преобразования, как нож острый. И Цуканов твой, похоже, определился, с кем он.
-Да и пёс с ним, — неожиданно зло ответил Брежнев, — сам выбрал, никто его насильно не тянул. Я тебе вот ещё что скажу, Арвид. По поводу товарища Миши. Он ведь на июньском пленуме, если помнишь, уже попытался против Кулакова выступить. В своем докладе. Что Федор не справляется с порученной ему работой, он, пусть и в слегка завуалированной форме, но высказал. А ведь именно товарищ Кулаков его в свое время рекомендовал на высокие посты. А сейчас он его топить пытается. Получается, перевёртыш он и приспособленец. Да ещё, и добра не помнящий.
-И что делать будешь? — с любопытством взглянул на него собеседник.
-Все зависит от результатов проверки, — усмехнулся генсек, — в среду как раз жду окончательных результатов. А на пятницу я совещание собираю, на которое приглашаю ответственных за сельское хозяйство товарищей, плюс некоторых областных и краевых руководителей.
-Я могу поприсутствовать? — с хитрой улыбкой спросил Пельше.
-Что любопытно стало? — усмехнулся Леонид Ильич, — приходи, только учти, там ещё и Щёлоков будет, окромя хозяйственников и партработников.
-А Николай Анисимович-то зачем? — удивился Пельше.
-Понимаешь, Арвид, оказывается, если перед милицией поставить конкретную задачу, да еще и не ограничивать ее выполнение узкими рамками, то они очень многое могут, — усмехнулся Брежнев, — вот мы с Колей и организовали негласную проверку силами его министерства в наших ключевых сельскохозяйственных областях. Формально проверяли работу местных УВД, а по факту смотрели ситуацию в колхозах и совхозах. Для этого, в состав комиссии включили студентов-старшекурсников с вечернего факультета Тимирязевской Академии. С опытом практической работы. И смазливых девочек, якобы журналисток. На самом деле из Академии МВД они. И ты знаешь, а результат-то они получили, и весьма интересный результат. И то о чем Кулаков говорил на Пленуме о нецелевом использовании колхозных средств, при прямом участии местных партийных органов, подтвердилось на все сто. В совхозах порядка больше, все-таки государственное предприятие, оттуда деньги так просто не возьмешь. А из колхозов тащат все кому не лень. И товарищ Горбачев и здесь сумел отличиться. На колхозные деньги устраивал праздники для высокопоставленных работников, которым очень нравится в Кисловодске и Пятигорске отдыхать.
-И что ты хочешь на этом совещании сделать с этим? — Пельше был весь внимание.
-Пока просто поговорить, предложения их выслушать, — пожал плечами генсек, — заодно и посмотреть на реакцию ответственных товарищей, когда Коля им некоторые результаты проверки озвучит.
Он ненадолго прервался, явно собираясь с мыслями. — Нам очень важно сейчас будет разработать и провести комплексную реформу сельского хозяйства. Как пишет, товарищ Сенатор, в его время Россия опять стала не только полностью себя сельхозпродукцией обеспечивать, но и экспортировать продовольствие. Но добиться этого без создания крупных сельскохозяйственных предприятий практически невозможно. Сколько бы мы не выпускали комбайнов, тракторов, минеральных удобрений, без нормального, не побоюсь этого слова, промышленного способа ведения хозяйства, ничего путного мы не добьемся. Он так и называет эти предприятия агропромышленными.
