Мир "Магистра"

Особенности местной политики

Мир, описанный в книге — это вариация довольно таки сказочного Древнего Китая с некоторыми изменениями. Сама Мосян писала, что при целостности общего сеттинга совместила несколько вещей из разных эпох, а в языке использовала слова более современные. С первым всё нормально — мир всё же заметно вымышленный, во втором тоже нет ничего криминального — Мосян и не пытается во всём копировать стиль преданий, так что какие-то нынешние обороты вполне уместны. В конце концов, любой автор — это в первую очередь рассказчик, и если бы условным рассказчиком был плюс-минус современник событий, то тогда да — современные слова были бы неуместны. Во всяком случае именно в авторском тексте. Я понимаю серию Марии Семёновой о Волкодаве — там даже язык повествования направлен на полное погружение в сюжет и персонажей, окружение псевдоисторическое, и Мария постаралась на славу. Однако это не значит, что все авторы, которые помещают свой сюжет в древний антураж, обязаны делать точно так же. Нелепо это смотрелось бы там, где автор вовсю копирует старинный слог, а потом внезапно вылезает слово из современного лексикона, или сами персонажи начинают щеголять словами, не подходящими именно к данному сеттингу.

Я практически не знакома с классической китайской литературой и тем более мифологией, однако сам мир описан достаточно детально, чтобы получить представление о том, что в нём вообще происходит.

На начало 2026-ого года в моём багаже прочитанных современных китайских новелл и просмотренных дорам не так много произведений, как у тех, кто уже прочно обосновался в китайфандоме и опознаёт фотографии актёров по глазам, носам и губам. Для меня, как новичка, стояла не самая простая задача — разобраться в правилах сянься и уся, которые иногда пересекаются, а уж про особенности китайской культуры и говорить нечего. При этом стоит учитывать, что и в сянься от автора к автору могут наблюдаться некоторые различия в описании магии, техник и отдельных правил. В этом случае имеет смысл использовать общие правила и понятия как базу, отталкиваться от неё и выделять отличия, обозначенные самим автором — насколько прочно они связаны с повествованием, стабильны и логично представлены в самом произведении. И здесь есть первый момент, который имеет очень важное значение.

Заклинатели-культиваторы стандартная часть сянься, населённого духами, призраками, нечистью и мифическими животными. То, какую именно роль и положение они исполняют в том или ином произведении, прямо влияет на фон и обстоятельства, которые в той или иной степени будут влиять и на основной сюжет. Из того, что мне уже известно, заклинатели делятся на два типа. Первый — это закрытые или полузакрытые школы, которые нередко живут на удалении от обычных людей, большую часть жизни проводят у себя или странствуют. Второй занимает высокое социальное положение и исполняет функции администрирования, не только защищая живущих на их территории людей, но и собирая с них налоги. Например, в "Светлом пепле луны" секты живут удалённо от людей, а в "Эрхе" в городах или рядом с ними. В "Магистре" заклинатели принадлежат ко второму типу, и это полностью вписывается в логику происходящего не только настоящего, но и того, что было в прошлом и прямо упоминается в книге.

Из того, что рассказывается в новелле, можно понять, что развитие заклинательских наук создало различные кланы, которые были способом защищаться от вредоносных явлений, призраков, оживших мертвецов и животных. Точно так же в европейской части континента во главе племён и стран вставали обычные военизированные объединения. Каждый клан закреплялся за определённой местностью, который значился в его названии, и если он хорошо справлялся с поставленными задачами, то будет больше желающих прибегать к их помощи, а сама помощь будет становиться дороже. Если клан приобретёт определённую репутацию, то обязательно найдутся желающие заключить с ним союз, что может быть почётным и прибыльным. На основе этих отношений и может случиться передача не только защитных функций, но и администрирования на местах, за которое будет взиматься налог, на кои деньги и прочие средства и будут жить и развиваться культиваторы. Как было логично замечено в "Тысячах осеней", развитие заклинательских навыков требует особых усилий, сосредоточения, и постоянная забота о хлебе насущном этому не будет способствовать. Отсюда и вытекает борьба школ и сект за возможность влиять на правителей, князей, а то и иметь прямой доступ к власти — это деньги, которые позволят развиваться и становиться сильнее, не заботясь о куске хлеба и ночлеге. В этом плане понятны различия между крупными орденами и мелкими уездными кланами — первые купаются в роскоши, а вторым приходится куда труднее, и живут они подчас не лучше обычных людей. Отсюда понятно и высокомерное отношение выходцев из богатых кланов к бедным — Цзинь Лин из Ланьлина во время своей первой ночной охоты очень презрительно относится к заклинателям из простых, попавших в его сети. И не только он. Когда клан небольшой клан Юэян Чан подвергся уничтожению со стороны Сюэ Яна, дело очень быстро заглохло — в дело вмешался Цзинь Гуаншань, Чан Пин был вынужден отступить, чтобы сохранить оставшихся людей, а потом и их добили, и что-то сильно никто не пылал по этому поводу. Разве что Не Минцзюэ попытался добиться справедливости, но плохо кончил. Был ещё случай, когда один из оппонентов Цзинь Гуаньяо по проекту дозорных башен был обвинён в смерти его сына, и снова никто особо не возражал, хотя слабых мест у этого обвинения явно хватало.

В новелле рассказывается об усобицах кланов и орденов, которые шли поколениями. И это мало чем отличается от обычных древних и средневековых воин за территории и ресурсы. Особенность сеттинга показывает, что нечисть найдётся всегда, защитники от неё будут регулярно востребованы, а уже сложившиеся отношения поддержат выстроенную систему до тех пор, пока не начнутся серьёзные трудности. Например, в мире "Ведьмака" в какой-то момент чудищ, для охоты на которых ведьмаков и создавали, стало меньше, и ведьмакам приходилось менять род деятельности, чтобы выжить, их становилось меньше. На этом моменте Лорен Хисрич Шмидт, шоуранер из NETFLIX, нагромоздила сущий бред про ведьмака Деглана, который ради сохранения профессии сам начал штамповать чудищ и даже похищать эльфийских детей, что является нонсенсом в мире, описанном паном Сапковским. В "Магистре" на начало событий система уже сложилась и прочно стояла на ногах.

Из этого обстоятельства неизбежно вытекает второй важный момент. На территориях орденов и кланов живут обычные люди. Они пашут землю, выращивают рис, пасут скот, изготавливают рабочую и домашнюю утварь, ткут ткани и шьют одежду... Словом, создают необходимые для жизни ресурсы. Нечисть и чудища, а также прочая нечисть способны причинять существенный вред и уменьшить поступление этих самых ресурсов в обеспечение орденов и кланов. Следовательно, кланы должны быть кровно заинтересованы в том, чтобы на их территориях было всё хорошо. Без сомнения, имели место и подкупы, и злоупотребления и отказы, если предлагаемая оплата ниже ожидаемой... Бывает всё. А с учётом былых усобиц логично вытекает вывод, что во время этих самых усобиц эти самые простые люди неизбежно будут получать ущерб и нести убытки. На восстановление потребуется время, а в это время такие штуки как неурожаи и вспышки болезней никто не отменял. Как и гибель людей по самым разным поводам, коих в древности всегда хватало. Достаточно вспомнить город И из главы "Зелень", в котором из-за плохого фэн-шуя была очень высокая смертность населения.

На момент начала событий прошлого усобицы завершились полной и безоговорочной победой ордена Цишань Вэнь. Судя по всему, эта война была весьма продолжительной, раз после неё осталась целая гора Луаньцзан, пропитанная мёртвой энергией, которая губила всех, кто на неё поднимался. Туда помимо всего прочего ещё и выбрасывали тела никому не нужных мертвецов, которые без должного погребения дополняли тяжёлую атмосферу на горе. Могу себе представить, как во время этих разборок страдали обычные люди! На то, чтобы восстановиться и накопить силы, должно было потребоваться немало времени. Начиная с восстановления порушенных поселений и разорённых войной хозяйств и заканчивая восполнением погибшего человеческого резерва, который необходимо находить, обучать и привлекать к себе, чтобы не сбежали к конкурентам. Исходя из особенностей древней жизни, это, скорее всего, заняло не меньше пары-тройки поколений. И всё это время Цишань Вэнь доминировал и наращивал влияние и силы. Противостоять его мощи, особенно, когда под это крыло пришло немало одарённых людей и кланов, было бы проблематично. Упоминается о том, что Цишань Вэнь жестоко и очень быстро карал тех, кто пытался идти против их власти, с теми ресурсами, что орден накопил, нетрудно искусственно создавать проблемы соседям, а то и просто решать проблемы за их счёт, не думая о последствиях. Как это было, например, с бездонным омутом, который был буквально вытурен на территорию Гусу Лань — разбираться с ним тяжело и долго. Цишань Вэнь сделал это, прекрасно зная, что обвинять их никто не будет — отдача, как говорится, замучает. Однако мирное время всё же сделало своё дело, и на состязании, которое организовал всё тот же Цишань Вэнь, стало ясно, что остальные набирают силу — их адепты уверенно одержали победу. Эта победа стала серьёзным звоночком, что, когда эти детишки подрастут, угроза власти зажравшемуся и заметно разжиревшему Безночному городу станет очевидной. С этим надо было что-то делать, и текущий глава ордена Вэнь Жохань начал действовать.

Он и до того не сложа руки сидел. К примеру, он поспособствовал гибели главы ордена Цинхэ Нэ, повредив его саблю, но явно не ожидал, что наследник окажется настолько хорош. Не Минцзюэ возглавил орден в возрасте двадцати примерно лет от роду и отлично со своими обязанностями справлялся. Кроме того, орден Гусу Лань в лице Лань Цижэня приобрёл немалый авторитет за счёт образовательной базы для будущей правящей верхушки орденов и кланов, кто мог себе это позволить. На этом обучении создавались и закладывались более-менее добрососедские отношения, которые в перспективе могли перерасти в полноценный военный союз. И это были великие ордена — самые крупные и богатые из всех, за исключением самих Вэней. Были ещё Ланьлин Цзинь со своим поистине императорским высокомерием и жадностью и мирный человеколюбивый Юньмэн Цзян, у которого были настолько хорошие отношения с подопечными, что ждать большой опасности, кроме прямого нападения, не стоило. Эти ордена возглавляли сильные лидеры, которых знали. И за которыми обязательно пойдут. Именно их необходимо было раздавить в первую очередь, а уж остальные, напуганные страшной перспективой, надолго забудут про бунт.

Первым пострадал Гусу Лань, и обошлись с ним жестоко — немало бойцов, включая главу Цинхэн-цзюня, погибли, многие были ранены, а сама обитель сожжена практически дотла. Это заметно взволновало остальных, однако тот факт, что они подчинились требованию прислать на обучение своих наследников и старших адептов, прямо говорит о нежелании воевать прямо сейчас — противник слишком велик и силён.

Вторым пострадал Юньмэн Цзян — под удобным предлогом туда заявилась любовница младшего наследника, однако за ней шли вооружённые отряды, готовые по сигналу атаковать. В это самое время глава ордена Цзян Фэнмянь отсутствовал — отправился на переговоры, надеясь вернуть родному сыну и приёмному их мечи, которые отобрали в "лагере перевоспитания". Меч очень важная часть заклинателя, без него охотиться на некоторых чудищ оасно, пусть и существуют другие инструменты и приёмы. Кроме того, меч — это ещё и часть традиции, иначе Вэй Усяну бы не предъявляли за его расхаживание на важных мероприятиях без Суйбяня. Поэтому вернуть мечи было бы логичным шагом, а для этого придётся ехать и договариваться лично. Нападения благородный Фэнмянь явно не ждал, поскольку до того посланцы Цишань Вэнь сперва предъявляли требования и только после прямого отказа атаковали. Так было с Гусу Лань. По идее, согласно традициям и банальному этикету, пока главы ведут переговоры, вероломно нападать западло. Тем не менее, приказ был именно таким — атаковать, когда главы на месте нет. Силы были согнаны внушительные, и Пристань Лотоса пала. Чёткость, подогнанность по времени и быстрое уничтожение противника лишний раз доказывает, что нападение планировалось сильно заранее, и Гусу Лань был лишь первой ласточкой.

Примерно в это же самое время или чуть позже был атакован и Цинхэ Не. На примере Не Минцзюэ и кратко описанных принципах заклинательства этого ордена можно понять, что Цинхэ Не прямо заточен под суровый бой. Он мог стать главным авангардом и штурмовой силой сводной армии, потому должен быть уничтожен. В воспоминаниях головы Не Минцзюэ мы можем увидеть некоторые из боёв, и это было жутко. Цинхэ Не стойко держали оборону, и вряд ли у него была возможность полноценно помогать другим до поры до времени.

Был ещё и Ланьлин Цзинь, но что-то не сильно заметно, чтобы он так уж сильно пострадал в начале войны. Нет, скорее всего, и на них напали, но то, что именно Ланьлин Цзинь по итогу стал верховной силой, намекает, что не всё так однозначно. В откровенный договорняк и откуп я всё же не верю — раз уж Вэнь Жохань начал действовать наверняка, то оставлять такого сильного противника практически нетронутым было бы слишком опрометчиво. Скорее всего, Цзинь Гуаншань, который был хитрым и изворотливым человеком, повёл всё очень грамотно, и орден серьёзно не пострадал. Без солидной базы он бы просто не смог стать самым главным.

После победы, достававшейся до поры до времени немалой ценой — всё же противник был достаточно силён — надо было вернуться к прежним делам, и тут появилась благодатная почва для новых разборок. Тем более. что для восстановления прежнего уровня нужны были ресурсы, которых у себя могло не хватать. А где взять? Правильно, у недавнего союзника. Правда, и тот тихо сидеть не станет, поэтому приходилось держать лицо и не трепыхаться. да и новый ущерб среди мирного населения явно никому был не нужен. Однако сдерживающий фактор исчез, эйфория осталась, часть побеждённых вассалов Вэней типа пришли с повинной и примкнули к победителям, началась новая борьба за власть — пока в тихом ключе, поскольку ущерб всё же был понесён серьёзный, да и недавние союзники после наезда на одного из них вполне могли объединиться уже против Ланьлина, поняв, что и они могут оказаться на очереди. Оставалось интриговать и лавировать, что Цзинь Гуаншань и сделал, увидев потенциальную угрозу в новом главе Юньмэн Цзян и его названном брате.

Такой была обстановка, на фоне которой происходили события книги.

Главная проблема социума "Магистра"

Задумывала ли Мосян Тунсю это изначально, я, естественно, не знаю, но по книге буквально рассыпаны явственные намёки на то, что в мире заклинателей-культиваторов зреет серьёзный социальный кризис. Можно сколько угодно апеллировать к традициям Древнего Китая и его сословному делению, на которых базируется социум мира "Магистра", однако это не делает события и решения персонажей, описанных в новелле, менее настораживающими. Реальная история не раз показывала цикличность тех или иных событий, которые заканчивались плохо, пока не появлялись заметные изменения, в том числе и инспирированные отдельными выдающимися личностями или целыми народами. В том же Китае одна династия сменяла другую по одной и той же схеме не раз, не два и даже не три, однако драматически ничего не менялось, и старые проблемы снова давали о себе знать и приводили к новому захвату власти на тех же принципах. Только с серьёзными изменениями в социуме и при научно-техническом прогрессе часть проблем оказалась снята полностью, иначе мы бы жили совсем по-другому, однако принцип причинно-следственных процессов остаётся. История с Вэй Усянем проявила серьёзные симптомы системного кризиса. На фоне этого самого начинающегося кризиса история А-Сяня и Ванцзи, судьба Цзян Чэна и некоторых других персонажей выглядят особенно чудовищно, пусть и являются закономерным результатом того, что в мире заклинателей вообще происходило и происходит.