Рождение Путника

Вэль спешил. Ему удалось уйти из города до того, как на него обратили внимание, — но это было всё. У него не осталось денег, не осталось оружия — всё ушло в оплату жадному капитану. Но, по крайней мере, он смог перебраться сюда. На Восточные Земли, где власть Короля не так сильна, где его ищейки не снуют на каждом углу. Может, ему повезет добраться до ночи до какой-то деревни, где его дворянская одежда и манеры заставят простецов дать ему кров и еду. И какое-то оружие, хотя бы тесак мясника. Может, ему повезет дойти до гор, где ещё бродят отряды мятежников. Где его имя что-то значит. Может...

Из леса вышли двое и преградили ему путь.

.............................................................................................

Вэль замер, удивленно глядя на них. Это точно были не разбойники. Один — высокий, сухопарый старик в темной мантии, с короной седых волос и острым, хищным лицом. Второй... светлокожий парнишка, на вид лет шестнадцати, поджарый, стройный и мускулистый. Лицо у него было широким и коротким, глуповато-чувственным, волосы чёрные, очень густые, прямые и длинные — они тяжелой волной падали на спину. Из-под них смешно торчали небольшие округлые ушки. Большие зелёные глаза, очень широко расставленные, были лениво прикрыты. Одет он был лишь во что-то вроде темно-красной юбки, разрезанной понизу на стреловидные лепестки, обшитые тяжелой золотой тесьмой. Юбку дополняла целая сеть лежавших на бедрах блестящих серебряных цепочек, увешанных несколькими десятками полых серебряных же шариков с бусинами внутри. При каждом движении эта конструкция издавала мелодичный звон. Её владелец спокойно стоял босиком в грязи, но никаких неудобств явно не чувствовал — стоял с таким высокомерным видом, словно оказывал всем огромную честь одним своим присутствием. Выглядел он словно мальчик из веселого дома, и Вэль ощутил инстинктивный толчок отвращения.

— О, барон Вэль, — сказал седой, тонко улыбаясь. — Мы вас ждали.

— Кто вы? — спросил Вэль. С каждой секундой ситуация нравилась ему всё меньше. Никто не мог знать, что он здесь, на этой дороге. Никто!

— Я — Септимий Кройн, в прошлом — тайный советник Лорда Брасслока, ныне же — предводитель скромной общиты марьетов, обитающей в этих лесах, — седой цеременно поклонился. — А это Найу Шелль. Мой лучший ученик.

Сердце Вэля замерло. Марьеты. Люди вне закона. Изгнанники. Беглые крестьяне, беглые каторжники, бродяги, отверженные.

Как и он.

— Что... что вам от меня нужно? — хрипло спросил Вэль.

— Вы, — просто сказал Кройн. — Баронет Ансу Додий Вэль, сын барона Вэля, казненного за измену по личному указу Короля. Вы станете украшением моей... коллекции.

— Я не стану вашим... украшением, — мрачно сказал Вэль. — Убирайтесь с дороги.

Кройн вздохнул и сложил руки на груди.

— У вас нет выбора, — мягко сказал он. — Вы беглый мятежник, наследник проклятого рода. У вас не осталось союзников, не осталось денег, не осталось ничего. Всё, что ждет вас в ближайшем будущем — это виселица. Я же предлагаю вам кров и еду. За службу мне, да. Это может быть... неприятно. Но вы будете жить. В тепле и сытости, по крайней мере.

Вэль хрипло рассмеялся.

— Лучше умереть, чем жить с такими уродами, как вы.

Кройн вздохнул.

— Вы говорите так сейчас. Уверяю, что на эшафоте всё предстанет перед вами в... другом свете. Но, будет, боюсь, уже поздно.

— Стать вашей подстилкой, как... это? — Вэль махнул рукой в сторону Найу.

— Я не подстилка, — заговорил Найу, и голос его был напряженным и злым. — Не подстилка! Но могу сделать своей подстилкой тебя. Тебе понравится, я обещаю!

— Убери... это, — Вэль сделал жест в сторону Найу.

— А с чего это? — кротко поинтересовался Кройн. — Вид этого юноши вас возбуждает?

— Нет, — Вэль отвернулся. — Просто... неприятно.

— А по мне — так очень даже приятно, — Кройн посмотрел на Найу. Тот повернулся вполоборота и приосанился, демонстрируя себя в лучшем виде. — Вы завидуете красоте этого юноши? Или она будит в вас комплекс неполноценности?

— Не хочу смотреть на твою подстилку, — Вэль всё ещё смотрел в сторону. Найу зашипел как змея, которой наступили на хвост.

— Сам подстилка! — выдал он зло. — Шлюха!

Лицо баронета побагровело.

— Убери это!

— Или что? — спокойно спросил Кройн.

Вэль прямо взглянул на него.

— Или я его убью.

Кройн улыбнулся.

— В таком случае, я не смею отказывать благородному господину в исполнении его желания. Убей.

Вэль мрачно посмотрел на Найу.

— Я не буду драться... с этим!

— Определитесь в своих желаниях, баронет, — терпеливо сказал Кройн. — Или вы таки боитесь?

— Нет! — Вэль перевел мрачный взгляд на Найу. — Готовься к смерти, не-мужчина-не-женщина!

— Фу. Положено говорить "защищайтесь, прекрасный сэр!" — обиженно заявил Найу. — Но тебя я убивать не буду. Просто побью. А потом наплюю в рожу. За не-мужчину.

Вэль молча бросился на него, готовясь ударить в поддых и в челюсть. Найу мгновенно развернулся на пятке и встретил его ударом босой ноги в живот. Вэль ёкнул и согнулся пополам. Найу треснул его в ухо и сбил с ног. Потом сел попой на грудь, придавив коленями руки, схватил за уши... и принялся вдумчиво плевать в лицо. Вэль задергался и захрипел — несмотря на свой юный вид, Найу был крепок и весил немало. Кройн поморщился. Смертельное удушение попой — звучит очень смешно... пока здоровый парень не сядет вам на грудь.

— Всё, хватит, — наконец сказал он.

Найу отпустил баронета и поднялся. Вид у него был недовольный.

— Итак, дорогой сэр, вы получили удовлетворение? — обратился Кройн к лежавшему на земле Вэлю. — Или повторить этот... бой?

— Убей меня, — прохрипел Вэль, вытирая лицо.

— Зачем? — спросил Кройн с искренним недоумением. — Чтобы потом иметь сомнительное удовольствие возиться с вашим трупом? Нет. Вы в курсе, что такое право победителя? Ваша драгоценная жизнь теперь принадлежит ему, — он показал на Найу. — Он и будет решать.

— Спасибочки, — буркнул Найу. — Я уступаю эту честь вам, Мастер.

— Ну что ж... — Кройн вздохнул. — Я забираю вас с собой, дорогой сэр. Вы будете жить среди моих марьетов. Найу и остальные присмотрят за вами. Посмотрим, можно ли воспитать из вас нечто... интересное.

Вэль заплакал.

..........................................................................................

Тихие, сдавленные рыдания Вэля были унизительнее любого крика. Он лежал на земле, зарывшись лицом в рукав, плечи его предательски вздрагивали. Вся его спесь, все баронетское высокомерие были растоптаны, разбиты вдребезги и затоптаны в грязь босой пяткой этого... этого существа.

Найу, стоя над ним, скривился в брезгливой гримасе.

— Фу, нюня. Распустил сопли. А еще баронет, — он фыркнул и отвернулся, демонстративно вытирая ладонь о бедро, словно запачканную слюной Вэля.

Кройн наблюдал за сценой с тем же научным, слегка отстраненным интересом, с каким биолог взирал бы на копошащихся в земле насекомых.

— Слезы — это хорошо, — заметил он одобрительным тоном. — Это означает, что старые поведенческие шаблоны треснули, и психика готова к перезагрузке. Поздравляю, дорогой сэр, вы сделали первый шаг к тому, чтобы стать... интереснее.

— Убей... — снова прохрипел Вэль, но теперь в его голосе не было вызова, лишь бесконечная, вымораживающая душу усталость. — Пожалуйста...

— Мы этот вопрос уже обсудили, — напомнил Кройн, мягко, но непреклонно. — Ваша жизнь более не ваша, чтобы так легко с ней расставаться. Найу подарил её мне, а я не привык разбрасываться подарками. Встаньте.

Вэль не двигался. Он надеялся, что земля поглотит его, что он просто исчезнет. Но земля была холодной и твердой под спиной.

— Я сказал, встаньте, — повторил Кройн, и в его голосе впервые прозвучала сталь.

Неожиданно для себя, повинуясь этому тону, Вэль заставил тело подчиниться. Он поднялся, пошатываясь, избегая смотреть в глаза своим мучителям. Лицо его было грязным, в синяках, мокрым от слез и плевков. Он был жалок.

— Прекрасно, — Кройн окинул его оценивающим взглядом. — Теперь запомните правила. Вы — мой гость. На... неопределенный срок. Вы будете жить среди моих марьетов, работать с ними, есть с ними. Вы будете выполнять указания Найу и не пытаться ему или кому-либо ещё отомстить. Каждая попытка неповиновения будет... наказана. И поверьте, — он легким движением руки указал на Найу, который сладко потянулся, как кот, — его методы куда как более изобретательны, чем простое избиение.

Найу хихикнул и подмигнул Вэлю.

— Не бойся, красавчик, я тебя быстро приручу. Будем вместе готовить, я научу тебя своему фирменному соусу.

От одной этой перспективы Вэля передернуло. Готовить? С этим... этим? Это было хуже смерти.

— А теперь пройдемте, — Кройн жестом указал на лес. — Вам нужно умыться, переодеться и... осмыслить произошедшее.

Вэль сделал шаг, потом другой, двигаясь, как марионетка. Его мир, мир, где он был баронетом Вэлем, где его слово было законом, а его честь — неприкосновенна, рухнул за какие-то десять минут. Теперь перед ним был лишь длинный путь, ведущий в неизвестность, в унизительное существование среди тех, кого он презирал. Среди марьетов, изгоев, общины отверженных.

И пока он шел, по спине его полз ледяной холод. Хуже всего было даже не физическое поражение и не унижение. Хуже всего был пойманный им на себе взгляд Найу — не злобный, не мстительный, а... заинтересованный. Как будто Вэль был новой забавной игрушкой, с которой предстояло играть долго-долго.

А игрушки, как известно, очень часто ломаются.

...........................................................................................

Почти незаметная лесная тропинка привела их к пещере в основании холма. Безмолвные стражи в кожаных доспехах молча пропустили их, кратко поклонившись Кройну. Пещера поглотила их. Они шли по лабиринту коридоров, утопающих в мягком полумраке. Свет лился откуда-то сверху, от причудливых светильников, похожих на застывшие в стекле и металле соцветия ядовитых растений. Воздух был плотным, напоенным ароматами пряностей, воска и чего-то чужеродного, сладковато-терпкого.

Вэль шел, опустив голову, не видя ничего под ногами. Унижение жгло его изнутри, как раскаленный уголь. Каждый шаг отдавался в висках унизительным эхом: "подстилка... не-мужчина-не-женщина... нюня". Он украдкой взглянул на голую спину Найу, шедшего впереди легко и грациозно, будто не было только что произошедшей драки. Эта легкость была еще одним оскорблением.

— Вот твоя берлога, — Найу остановился у неприметной двери и толкнул её. Внутри была небольшая комната с голыми каменными стенами, узкой кроватью и умывальником. Ничего лишнего. — Умывайся. От тебя разит поражением и глупостью. Запах, прямо скажу, не из приятных.

Вэль молча вошел и захлопнул дверь прямо перед носом Найу. Тот лишь рассмеялся за дверью.

— Ой, какой неласковый! Я же хотел помочь!

Оставшись один, Вэль прислонился лбом к прохладному камню стены. Дрожь, которую он сдерживал из последних сил, наконец вырвалась наружу. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. "Убить. Надо убить их всех. И сбежать". Но эти мысли были пустыми, как грохот погремушки. Он был... никем. Жалкий беглец, последний из уничтоженного рода. За ними не стояло ни силы, ни воли, только всепоглощающий стыд и страх перед тем, что ждет дальше.

Он подошел к умывальнику и с отвращением посмотрел на свое отражение в мутном зеркале. Запекшаяся кровь в уголке рта, красное, распухшее ухо, глаза, полные слез. Он с силой плеснул себе в лицо ледяной водой, смывая следы плевков и слез. Вода не смывала унижения.

..........................................................................................

Спустя несколько минут дверь отворилась без стука. На пороге стоял Найу, держа в руках аккуратную стопку простой ткани.

— Дарю. Моя старая одежда. На тебе будет сидеть лучше, чем на мне, — он бросил сверток на кровать. — Переодевайся. Мастер не любит, когда от его... гостей... пахнет потом и страхом. А потом выходи. Пойдешь со мной на кухню. Пришло время познавать азы настоящей жизни.

— Я не пойду, — тихо, но четко сказал Вэль, не поворачиваясь.

За его спиной воцарилась тишина, а затем раздался мягкий, скользящий шаг босых ног. Вэль почувствовал, как по его спине пробежали мурашки.

— Знаешь, — голос Найу прозвучал прямо у него за ухом, тихо и ласково, — можно по-разному учиться. Можно — через интересные рецепты и веселые беседы. А можно — через голод, темный чулан и крыс, которые очень любят обкусывать пальцы на ногах у спящих. Выбирай.

Вэль сглотнул. Он снова почувствовал тот давящий вес, с которым Найу сидел у него на груди. Беспомощность парализовала волю.

— Я... я переоденусь.

— Вот и славно, — Найу похлопал его по плечу. Прикосновение было легким, но Вэль вздрогнул, как от удара. — Не задерживайся. Суп не будет ждать.

Дверь снова закрылась. Вэль медленно повернулся и посмотрел на сложенную на кровати одежду — простые штаны и рубаху из грубого, но мягкого полотна. Одежду своего мучителя. Надеть это означало принять свою новую роль, смириться. Но выбора у него не было. Он не сомневался, что угроза Найу реальна. Его и в самом деле запрут в темный чулан и будут морить голодом, пока он не сломается. И это всё, что будет.

С невыразимой горечью он начал снимать свой когда-то роскошный, а теперь порванный и запачканный камзол. Каждый предмет его старой жизни ложился на пол комом стыда. И когда он натянул на себя чужую рубаху, пахнущую чужими травами и чужим телом, ему показалось, что он надевает не одежду, а новую кожу. Кожу раба.

Он сделал глубокий вдох и вышел из комнаты. Найу, прислонившись к стене напротив, беззвучно улыбнулся. Его глаза блестели в полумраке.

— Идеально. Ну что же, пойдем, мой прекрасный ученик. Приключение только начинается.

И Вэль, покорно опустив голову, послушно поплелся за ним вглубь лабиринта, навстречу своему новому, унизительному будущему.

...........................................................................................

Кухня оказалась просторным помещением с низкими сводами, где пахло дымом, чесноком и чем-то кисловато-бродильным. В воздухе висела теплая, насыщенная влага, а от массивной плиты, сложенной из камня, плыл жар. Несколько человек — марьетов, лениво возились у столов, рубя зелень, помешивая что-то в горшках. При появлении Найу они на мгновение замерли, их взгляды с любопытством и легкой насмешкой уставились на Вэля.

"Смотрят, как на диковинного зверя", — с горечью подумал Вэль. Он попытался выпрямить спину, сохранить остатки достоинства, но в этой грубой рубахе, с синяком на щеке, это было невозможно.

— Внимание, внимание! — весело провозгласил Найу, взмахнув рукой, будто представляя цирковой аттракцион. — К нам присоединился новый поварёнок! Баронет Вэль, павший в честном бою и выкупленный мной за бесценок... то есть, подаренный мне за просто так. Вы уж его не обижайте. Сильно.