Гэв Торп "Клятва Верховного Кахла"

ПРОЛОГ

— Вперёд!

Рёв Ортхонара заставил Верховного Кахла зайтись в приступе надсадного кашля. Его седая борода слиплась от засохшей крови, левый глаз почти заплыл. Свежие струйки крови сочились из покрытых коркой порезов, пересекавших лицо. Оранжевый ворот пустотной брони обрамлял его мрачную, окровавленную гримасу.

Сам доспех, выкованный из лучшего бастиевого сплава, пострадал в бою даже сильнее своего владельца. Пластины скрипели и вздрагивали, когда Верховный Кахл перехватывал украшенный плазменный топор. Комби-болтер он потерял ещё раньше, в разгар сражения.

— Не могу.

Дори Хультван, чемпион родства Вечной Звёздной Кузницы, застыл на месте.

Его сковал не страх за собственную жизнь, а ужас куда более глубокий и пронзительный — страх неудачи.

Он смотрел мимо своего господина вдоль широкого колонного зала, в объятые огнём тени, откуда вновь наступали орки. Их боевые вопли и звериное рычание отражались от высоких сводов и далёких стен, пока зелёнокожие бросались вперёд сквозь озарённую вспышками выстрелов темноту огромного хранилища.

За толпами рычащих ксеносов грохотали тяжёлые боевые машины. Их оружие светилось странной энергией, а примитивная электрика сыпала искрами, освещая маслянистый смог от десятков дымовых труб. Зловоние грибной расы перебивало даже запах крови и смерти.

Ортхонар поднял топор. На указательном пальце его перчатки сверкнуло массивное кольцо с рубином. Другой рукой он снял его и силой вложил в ладонь своего чемпиона.

— Исполни мою клятву. Такова моя воля.

Каждое слово причиняло ему боль, но чемпион вздрогнул ещё сильнее, осознав смысл приказа.

От айнхиров родства — отряда воинов Дори — поднялся возглас ярости. Грохот орочьих тесаков и выкованных Кин молотов смешивался с шумом отчаянной битвы.

Чемпион заметил гигантскую фигуру, возглавлявшую новую атаку, — орочьего военачальника. Телохранители Ортхонара плотнее сомкнули строй, пытаясь остановить его продвижение.

С трудом оторвав взгляд от врага, Дори снова посмотрел на Верховного Кахла.

— Я ваш чемпион, первый среди телохранителей. Моё место рядом с вами.

— Твоё место там, где я прикажу, — резко ответил Ортхонар.

С усилием он схватил Дори за нагрудник и притянул к себе. Голубые глаза Верховного Кахла были налиты кровью и сияли так ярко, словно два ауморитовых бура вгрызались прямо в душу чемпиона.

— Верни мою клятву родству.

— Пошлите другого, — взмолился чемпион, положив руку на предплечье господина. — Вы нарекли меня Железным Шлемом. Я поклялся служить вам до самой смерти. Не могу жить, если вы падёте. Прошу, пошлите кого-нибудь другого.

Взгляд Ортхонара не дрогнул.

Он сплюнул кровь и снова посмотрел на чемпиона.

— Ты также клялся подчиняться моим справедливым приказам. Исполни его сейчас. Только тебе я могу доверить это дело.

По каналу связи раздалось предупреждение: орки прорывают оборону.

— Теперь ты хранитель моей клятвы, Железный Шлем, — продолжил Ортхонар. — Это твоя ноша до самой смерти или пока не передашь её другому. Если орки нас сомнут, пути обратно к кораблю не останется. Уходи. Это мой последний приказ.

Слёзы выступили на глазах Железного Шлема, когда его господин отвернулся и зашагал к поредевшим рядам защитников перед огромными вратами главного зала.

Из второго ряда айнхиров, которыми Железный Шлем командовал половину своей жизни, донёсся гул магна-катушек, озаривший мрак холодным светом.

Тяжесть долга пригнула его плечи.

Если он потерпит неудачу, эти воины погибнут здесь навсегда. Их опыт будет утрачен, их воспоминания никогда не пополнят великую мудрость Вотанна.

Он нёс обратно к родству не только клятву Верховного Кахла. Он нёс с собой всю накопленную жизнь своих товарищей.

Чемпион вздрогнул, когда в дальнем конце зала прогремел выстрел пушки.

Снаряд врага ушёл слишком высоко и ударил в одну из сотни колонн, поддерживавших древнее поселение. Кин и враги сражались повсюду, куда ни падал взгляд.

С усилием отвернувшись от этой картины, Железный Шлем развернулся и тяжёлым бегом направился к посадочной площадке.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ДРУЗЬЯ В ПЛОХИХ МЕСТАХ

Оглушительные взрывы сотрясали панцирную броню био-корабля, когда очередной залп орудийных батарей 'Великого Предприятия' обрушился на его изрытую кратерами корму. Почти вдвое больше корабля-разведчика Кинов, гигантское живое судно извергало в пустоту сгустки замерзающей слизи вместе с дождём осколков хитина, тянувшихся за раненым зверем. Среди органических обломков, выброшенных взрывной декомпрессией, виднелись тела существ поменьше, вращающиеся и кувыркающиеся в хаотичном полёте сквозь вакуум.

За уничтожением с поста управления шаттлом наблюдала Миртун Даммергот из рода Вечной Звёздной Кузницы. За свою долгую жизнь она заработала множество титулов: Отпрыск Транс-Гиперийского Альянса, Хранительница Врат Эбенового Прохода, Дева Пустоты Узких Морей Нерна. Но больше всего она ценила звание Командира 'Великого Предприятия'. Миртун знала, что повреждения были в основном поверхностными. Со временем био-корабль исцелится, а большая часть его смертоносного груза останется в целости в бронированных чрев-хранилищах глубоко под слоями плоти и хитина. В этом, собственно, и заключалась суть — как только корабль погибнет, самые ценные его части начнут увядать и терять ценность.

Тысячелетиями глубочайшая ненависть Кинов была зарезервирована для диких орков, досаждавших их мирам и экспедициям со времён первого Вотанна. Но эти древние враги меркли по сравнению с убийцами генов, вторгнувшимися на территории Кинов в последнее время. Ненасытные, одержимые мирами-мишенями, убийцы генов не просто убивали Кинов; они похищали их сейс-данные, чтобы создавать всё более гипер-эволюционировавших монстров. Быть убитым убийцами генов означало потерять всё — воспоминания, предназначенные Вотанном гены, шанс после смерти стать единым с бездонной мудростью Вотанна. Вот почему у них было и другое имя.

Погибель.

Редко когда выгода и удовольствие совпадали так же удачно, как при разделке био-корабля. Миртун удалось привести 'Великое Предприятие' в нужную позицию, не перегружая щиты от огромных био-пушек, усеивавших утопленные латеральные орудийные борозды, которые тянулись на две трети длины чужеродного корабля. Теперь сложный танец между био-кораблём и разведчиком продолжался: последний жёг двигатели, чтобы как можно дольше оставаться в мёртвой зоне, пока шаттлы с абордажными командами преодолевали пустоту.

Как и все члены абордажной группы, лидер экспедиции носила тяжёлый пустотный скафандр чёрно-оранжевого цвета, увенчанный куполообразным шлемом. Внутри прозрачной полусферы Миртун выглядела так, будто её отлили из застывшей лавы: тёмная кожа, глубоко прорезанная морщинами. Её белые волосы сильно поредели и были собраны в длинный локон. Карие глаза, налитые кровью, но пронзительные; короткого взгляда из них хватало, чтобы смутить всех, кроме самых сильных духом. Левое ухо отсутствовало, вместо него к челюсти тянулись провода бионического устройства, служившего и слуховым аппаратом, и приёмопередатчиком.

На браслете мигнуло уведомление о входящей передаче на её личной частоте. Она уже знала, кто это, когда нажала кнопку подтверждения.

— Посыльный, с корабля Оплота, почти прибыл, — сказал Лутар, её Путеводитель и, что важнее, её пожизненный помощник и спутник. Миртун представила, как Железный Кин на мостике 'Великого Предприятия' снова и снова проверяет био-сканы, а огни панелей отражаются на стеклянном куполе его бронированной формы. — Ты уверена, что хочешь продолжать?

— Достаточно уверена, — ответила она, подавляя вздох. — И сообщение Фиртора означает, что нас, вероятно, отзовут обратно на корабль Оплота меньше чем через вахту.

Ответа не последовало, но Миртун умела читать молчание Лутара так же хорошо, как и слова.

— Хочешь знать, что не так? Почему я избегаю Фиртора?

— Значит, что-то не так?

— Нет, не совсем так. — Миртун подняла взгляд на тёмную массу био-корабля, заслонявшую звёзды. — Отвлекает. Ты знаешь, что корабль Оплота уже некоторое время меня донимает.

— Джордики сказала мне, что ты игнорируешь их. Даже не читаешь сообщения.

— Джордики должна знать лучше, чем сплетничать, — прорычала Миртун. — Это только моё дело.

— Она не разглашала содержание посланий, которых не знает. Только сам факт их существования. И свою обеспокоенность.

— Обеспокоена тем, что не может заставить меня делать их дела?

Короткая пауза, голосовой эквивалент нахмуренного лба.

— Беспокойство о тебе. Дела кого? Верховного Кала? Вотанна?

— Конечно же нет! Я всегда слушаюсь Вотанна. — Плечи Миртун сгорбились от этой мысли, и она согнула металлические пальцы своей искусственной левой руки внутри скафандра. — Я не... я не приручённая гончая, чтобы прибегать по первому зову.

— Или чтобы надевать ошейник и поводок. Я понимаю, моя звезда-самоцвет.

— Да, ты понимаешь меня, мой звёзд-вожатый. — Она улыбнулась, произнося последние слова. — Как никто другой.

— Прошло больше сотни оборотов с тех пор, как ты в последний раз возвращалась к Родству. Дольше, чем когда-либо. И мы были дальше от корабля Оплота, чем любой разведывательный отряд. Возможно, пришло время позволить некоторым из Хернкин вернуться и набрать свежих рекрутов. Некоторые здесь уже должны вести собственные отряды или посвятить жизнь другим занятиям.

— Я не могу вернуться, пока полностью не рассчитаюсь с Ортонаром. Он спонсировал этот корабль, и я всё ещё должна. А теперь он затягивает меня обратно на корабль Оплота.

— Ты заработала больше, чем любой другой разведчик Хернкин.

— И потратила столько же, пытаясь туда попасть. Мы должны были на этот раз не просто выйти в ноль. Хорошая добыча с био-корабля поправит наши дела в балансовой ведомости.

— Я не знаю... У меня просто такое чувство.

— Паранойя? — его тонкий голос передавал улыбку, которую его синтетическое тело не могло воспроизвести, и Миртун почувствовала себя немного глупо.

— Может быть. Но я не могу избавиться от мысли, что это моё последнее путешествие. Я стара, но это мои лучшие дни. — Говоря это, Миртун становилась всё более оживлённой. Словно последняя сотня оборотов спала с её плеч. — Я хочу пойти дальше. Дальше карт. Может быть...

Она осеклась, глаза заблестели, дыхание участилось.

— Я боюсь, мой звёзд-вожатый, — призналась она. Её оживление угасло, время снова навалилось на неё. — Боюсь, что если я вернусь на корабль Оплота, они увидят эту старую усталую рухлядь из костей и кожи и больше не отпустят. Они отдадут 'Великое Предприятие' кому-то помоложе, кто лучше подходит для этой жизни. Может быть, даже Фиртор получит его для своего флота. Возможно, поэтому он ходил за мной по пятам последние три системы. А что потом для меня? Торчать на корабле Оплота, надоедая всем рассказами о моих славных деньках?

— Или, возможно, почётная пенсия, советник Верховного Кала? — предположил Лутар.

— Почётная пенсия? — выражение лица Миртун ожесточилось. — Сидеть и целыми днями молоть языком о всякой ерунде? Как я и сказала, я бы тосковала по старым временам и заливала бы Верховному Калу о том, как всё было лучше раньше, как все остальные старики. Нет! Это не для меня! Не для нас.

— Нас?

Она хотела взять слово обратно; оно выскользнуло само собой. Но теперь было поздно.

— Да, нас, конечно. Ты Путеводитель, созданный, чтобы бороздить звёздные пути на корабле, вести разведывательный отряд или Кинтронг через море варпа. Для этого Вотанн тебя и создал.

— Создал? — В его голосе послышалась нотка обиды, что показалось Миртун необычным, ведь Лутар редко бывал озадачен чем-либо. — Вотанн создаёт всех нас, Миртун. Твой клонскейн и мой различаются только материалом. Синтетические схемы для меня, плоть и нервы для тебя. У них были намерения для нас обоих, но Вотанн — не боги и не судьба. Ты выполняла их замысел десятки раз и больше. Я мог бы выбрать остаться с тобой. Разве это было бы так плохо?

Миртун несколько мгновений обдумывала его вопрос, ничего не говоря. Она не любила, когда люди сначала говорят, а потом думают. Она предпочитала взвешивать свои ответы.

— Никто из нас не был бы счастлив, — сказала она наконец.

Всё было готово для финального сближения, и Миртун знала, что пришло время действовать. Но сначала ей нужно было обратиться к отряду. Каждый из них получит свою долю от этого приключения, и ей нравилось напоминать им об их долге.

— Лутар, соедини меня с основным каналом связи.

— Галактический центр охвачен варп-штормами, подобных которым даже Вотанны не видели вот уже десять тысяч лет. — Говоря, Миртун чувствовала внимание сотен Кин по всей сети связи: одни были в пустотных скафандрах, другие слушали у корабельных динамиков. Её голос разносился от машинных отделений до командного мостика и повсюду между ними. — Ксеносы, Империум и рабы сил варпа вторгаются повсюду на территории Вотаннов. Война царит безраздельно. Давайте на мгновение вспомним тех, кого больше нет с нами, кто вернулся к Вотанну.

В эфире воцарилась тишина, длившаяся всего несколько ударов сердца, прежде чем Миртун заговорила снова, и её голос взлетел до торжествующей громкости.

— И давайте все встретим это время великих возможностей!

— Возможностей! — проревели сотни голосов, приглушённые авто-сенсорами её бионического уха.

Восприняв её последние слова как команду, экипаж на 'Великом Предприятии' активировал главный режущий лазер. Луч мерцающего жёлто-красного цвета, обычно использовавшийся для рассечения астероидов и бурения лун, теперь устремился с носа, чтобы разрезать открытый борт корабля убийц генов. Слои мышечной ткани и жира разошлись, словно хорошо прожаренный бифштекс. В сопровождении двух меньших десантных кораблей шаттл устремился к открытой ране.

— Начинаю финальное сближение, — объявил пилот Кин в пустотных скафандрах, одновременно транслируя свои слова Лутару на 'Великом Предприятии'.

— Готовы? — спросила Миртун, отступая в главный отсек.

Два десятка её лучших воинов ждали в двух отрядах. Два нейтронных заряда парили прямо над палубой между ними, их чёрные корпуса светились встроенными подвесками. Брёкир Тёрди шагнул вперёд, сжимая в одной руке посох-гигантский автоключ, его седые усы бледнели в свете шлемных фонарей. Железный Мастер показал большой палец и жестом велел воинам взять груз. По четыре человека из каждого отряда вышли вперёд, поднимая заряды, словно носильщики на похоронах. По другому приказу Тёрди два его Э-КОГа, куда менее сложные собратья Лутара и других Железных Кинов, всплыли рядом с Железным Мастером, готовые к бою, когда он повернулся к десантному люку.

Связист ожил, и голос Джордики Ортдотт исказился в куполе шлема Миртун.

— Срочное сообщение от Фиртора, — сказал Гримнир отряда. — 'Хитрый Странник' вышел из варпа и направляется к нашей позиции. Он просит немедленной аудиенции.

— Я занята здесь, Гримнир.

— Именно это я ему и сказала, но он говорит, что обязан поговорить с тобой как можно скорее.