Хелми из Добрых путников

Глава 1. Поход за веснушками.

Караванщик заканчивает обращение к отряду. Его обросшие густые усы и обвисшие щеки дрожат. Как будто подчеркивая важность слов.

— Не отходить от повозок, ясно! В лес не ходить и звери вас подери, если вы сунитесь в те руины. — Он кивает в сторону черной громады выше по склону.

— Здесь повсюду эти лесные тварюги, которые с удовольствием воткнут топор в каждого, кто влезет на их территорию. Так что постарайтесь не испачкать их драгоценные скалы.

— Сегодня мы заночуем здесь, а завтра расчистим путь. До Позолоченной долины меньше суток пути. Все ясно? — Наконец караванщик поворачивается ко мне и нахмурившись разглядывает.

— Укус гниловика должно быть. Тут водятся жучки, которые разносят эту заразу. Скоро тебе уже полегчать должно. Если ты конечно будешь пить побольше воды, иначе и суток не протянешь. В этих краях растут маленькие розовые ягоды. Местные зовут их весенними ягодами или веснушками. С ноготь размером. Есть их не стоит, живот замучит. Но чай из них получается преотличный. Успокаивает желудок, ночь продержишься. Посмотри, может найдешь их здесь. А я пока попробую достать для тебя свежую воду.

Одема поворачивается к своему помощнику. Долговязому рыжеволосому долговязому парню по имени Спарфел. Тот держит в руках старый выцветший лук.

— Я знаю ты хочешь поохотится пока еще не стемнело, но сначала принеси воды. У нас здесь больная. — Он указывает на меня. — Спарфел кивает и вешает свой старенький лук на плечо.

— Где мне найти эти ягоды?

— Да они на кустах растут около леса. Тут их полно. Занятные на вид, увидишь сразу узнаешь. Тебе даже в лес не придется заходить.

— Что это за руины?

— Такие же как и любые другие — в Эйр-Гланфате они на каждом холме. Можно неплохо заработать на найденных там безделушках. Если не боишься, что гланфантанцы нашпигуют тебя стрелами. Это не они их строили, но — Одема говорит что станет Чучелом — если они не стерегут их как зеницу ока. Конечно эти руины облазили уже не единожды. Так что добра там даже на панд не насобираешь. — Караванщик подмигивает и добавляет. — так мне говорили.

— А кто построил эти руины?

Одема пожимает плечами.

— Этих ребят по разному называют. Местные зовут их Энгвитанцами. Как бы то ни было строителям эти сооружения не слишком то и нужны были. В противном случае разве превратились бы они в руины.

— А что это за торчащие из земли камни?

Одема нахмуривается.

— там откуда ты родом что Адры нет?

Я только недавно жила в Ферелдене управляя Серыми стражами Ферелдена, пока Алистер правил вместе с Анорой страной. Пока мне очередной обиженный аристократ в Амарантайне не отравил. К сожалению яд на клинке был быстродействующим, да еще и ранение свою лепту внесло.

А здесь я просто очнулась пол года назад в кровати, как гнома паладин ордена Добрых путников.

— Ну в общем они просто торчат из земли. И глубоко в неё уходят как корни деревьев. Говорят некоторое из них доходят до центра мира. На самом деле они не очень то похожи на камни. Они как оболочка. Строители их любят опять же. Еще у них целая куча странных свойств. Если их выкопать они умирают. Теряют блеск. Люди думают, что они могут расти как деревья. Но в наши дни такого точно не случается. Потрошители душ из Бухты Непокорности часто их используют. Еще я слышал что в них можно всунуть человеческую душу. Но сам такого не видел и видеть не хочу. У меня и так забот навалом.

— Здесь безопасно?

— Если не торчать здесь слишком долго. И если погода вдруг не испортиться. — в его тоне слышна озабоченность но он не подает виду.

— Какая у них тут обычно погода?

— В это время года? Обычно дожди и... ветер. Но иногда тут бывают свои иные ветра. Местные называют их биауаками. Рождаются из эфира это такой канал для душ. Сам я никогда биауак никогда близко не видел и не горю желанием.

— Чтож пойду поищу эти ягоды.

— Стой! Одна не ходи. Я знаю, что ты не кисейная барышня, как большинство этих. Но если ты окочуришься посылать людей на поиски твоего трупа мне не улыбается.

Он обводит взглядом лагерь и останавливает его на крепкой женщине. Она одета в доспехи и сколько я до этого наблюдала, ночью всегда спала на голой земле без покрывала и подушки.

— Калиска! Калиска!

Женщина неторопливо поднимает взгляд.

— Ей тут веснушки надо поискать. Пригляди чтоб не померла.

— Не могу ничего обещать.

— Что за проводник будет этакое говорить?

— Тот которого ты смог себе позволить.

Одема посмеивается и качает головой. Переводит взгляд на меня.

— Не слушай её ты в надежных руках. — И бросает на неё косой взгляд. — И плачу я неплохо кстати.

Ухмылка Одемы исчезает в пышных усах, и он снова строг.

— Давай руки в ноги. Возьми у Хеодана что тебе нужно. Без оружия тут бродить не стоит. Собери ягоды и сразу назад. А если почуешь хоть легкий ветерок бросаешь все и бегом сюда. Не нравится мне эта погодка. Если налетит биауак, спрячемся в тех руинах и да проклянут боги тех лесных тварей.

— Забудь об Одеме это место для лагеря ничем не хуже других.

— Караванная жизнь не по тебе. Ты такая же неженка как тот торговец Хеодан.

— В этих лесах водят разные твари да еще эти племена...

— Я уже путешествовал с Одемой мы с ним никогда не блуждали.

— В последнее время на дорогах так много людей. Наверное ищут защиты в городах.

— Не стоит здесь бродить в одиночестве. Особенно вблизи руин.

— Полагаю ты не много знаешь о гланфантанцах. Они рьяно защищают подобные места.

Я вижу мужчину в простой, но опрятной одежде. Он разглядывает свежую дыру в своей тунике. Он качает головой и смеется, заметив меня.

— У меня целая повозка отличных товаров, а вот одежды не припас. — Он потирает щеку костяшками пальцев. Она покрыта неровной щетиной, как будто он еще не привык брится в пути.

— А тебе ничего не надо? У меня есть кое-какие товары. Взгляни если хочешь.

— Кто ты?

— Я купец. Родом из Аэдирской империи. Но пытаюсь открыть лавку в новом месте. — Он смотрит на повозку и грустно улыбается. — Кочевая жизнь оказалась непростой. И думаю ты заметила какие эти местные вспыльчивые. Но мы здесь чтобы чего-нибудь добиться, правда ведь?

Я сразу вспоминаю Бодана и его сына Сэндала. Мародеры конечно но зачарователи превосходные.

— Можем попробовать.

— И я так думаю. Еще что-нибудь? Нам пора к ночевке готовится...

— Расскажи мне об Аэдирской империи.

— Она не так огромна как когда-то. Но все еще довольно велика. Главные земли расположены на материке к северо-западу отсюда. Но когда-то в неё входили колонии Редсерас и Дирвуд. Дирвуд отстоял свою независимость полтора века назад, о чем мне так любят напоминать наши спутники. — Он криво улыбается и кивает в сторону других караванщиков.

— Почему ты решил забраться так далеко от дома?

— Потому что тут кажется проще, чем в Редсерасе. — он хохочет. — Несколько лет назад братья унаследовали семейное дело. И на родине мне нечем было заниматься. Я решил уехать и попытаться расширится. — Хеодан пожимает плечами. — Дирвуд бывшая Аэдирская колония так что я решил попытать счастья здесь. И хотя мне импонирует принципиальность редсерасцев, они мне всегда казались немного одержимыми.

— Звучи разумно.

— В этих краях я стараюсь делать все постепенно.

Я прикупив меч и кинжал иду по дороге. Под деревом с фонарем стоит и курит Спарфел. Вт гад, а.

— Да принесу я тебе твою воду. Ручей никуда не денется.

Мы идем по дороге, пока Калиска не произносит.

— Нам не стоило забредать так далеко.

Я осматриваю дерево лежащее поперек дороги. Интересно его специально повалили или бурей уронило?

Мы завернули за скалу на лево. Прибив одинокого волка мы нашли куст веснушек. Пока собирали ягоды, разговорились.

— Мне кажется тебе приходилось бывать в заварушках. Чем ты занималась до тех пор как попала сюда.

— Я ветеран войны.

— да? И как ты ту оказалась?

— Я сражалась бок о бок с воинами гораздо лучшими чем я. И только мне удалось выжить. Я не смогла с этим смирится.

— некоторые вещи просто нельзя изменить. Иногда я даже задумывалась может богам нравится ставить нас в затруднительные положения, чтобы посмотреть как мы выкрутимся. — Калиска делает глубокий вздох. — я давно так живу. Но мне нравится. Предложение лорда Редрика... заставляет задуматься. Отдаю ему должное. Ты хочешь здесь обосноваться?

— Нет просто путешествую.

— Тогда тебе в город. Туда как раз эта дорога и вела. А куда ты шла?

— Куда-нибудь где можно подзаработать деньжат.

— ммм, своя девчонка! Возможно, тебе повезет больше чем мне. Но мы теряем время. Одема мне потом устроит, пошли!

— А ты как здесь оказалась?

Калиска тяжело вздыхает её глаза обшаривают землю под ногами.

— Моя сестра переехала сюда какое-то время назад. Она написала мне письмо. Она показалась мне... встревоженной. Но это для неё обычное дело. Однако в этот раз она попросила меня приехать. А это встревожило уже меня. Я сто лет её не видела. Работала проводником в Иксаметле. Но для неё я сделаю многое... она... в общем она намного лучше меня. Так что вот она я, надо все разузнать. С Одемой я раньше работала. Обычно он ходит совсем другой дорогой. Но ради меня сменил маршрут.

— Расскажи о себе.

— Я люблю жить просто. Люблю небо над головой и далекие горизонты. Выбираю работу, которая позволяет мне путешествовать. Моя семья тоже на месте не сидела. Сначала мы жили в Дирвуде, но потом родители обосновались в Живых землях. Один из моих братьев живет Рауатай. Другой в Аэдире. Единственная сестра в Позолоченной долине. Из всех нас только она домоседка.

— Что ты можешь рассказать мне о Дирвуде?

— Я не сильна в истории но насколько я знаю раньше он был частью Аэдирской империи. Отделился от неё после какой-то войны, не так давно. Народ тут склочный. Но вообще жить тут неплохо. Я не очень интересуюсь новостями, но я слышала что тут стали происходить странные вещи. По-моему что-то связанное с рождением детей. Уже несколько лет это происходит, но в последнее время совсем худо. Я расспрошу об этом сестру. — Добавляет она дрожащим голосом.

Блин, неужели и здесь у меня будут проблемы с деторождением. Когда я была дочерью Эндрина мне обзаводится семьей было еще рано, а в Серых стрнажах залететь проблематично из-за скверны. Это Алистер с Морриган ребенком обзавелся и нам не понадобился последний удар, но я все равно на всякий случай попросил нанести его Логейна. Его до сих пор считают героем войны. Вообще о нем мнения разделились. Кто-то считает что он спас часть армии при Остагаре. Кто-то зовет его предателем. Кто-то героем. А Анора — его дочь — так и не простила смерть мужа.

— Ладно пойдем назад в лагерь.

— Знаешь я бы на твоем месте не надеялась, что Спарфел принесет воду в ближайшее время. Он парень себе на уме. Нужно найти его и вправить мозги. Пошли, нам же нужна вода.

Глава 2. Нападение на караван.

— Какой сюрприз Спарфел ушел на охоту, но хоть бурдюки оставил. Пошли. Нам же нужна вода.

Мы наткнулись на лагерь.

— Это совсем недавно. Плохо.

Я спускаюсь к реке и погружаю свой бурдюк в прохладную воду. Калиска в это время стоит на страже. Поднявшись от реки, я вижу, что она всматривается в лесную опушку.

Из-за деревьев выходит Спарфел один из проводников. Его силуэт едва различим в тусклом свете луны. Лука при нем нет, он тяжело дышит и двигается как-то странно пошатываясь.

— Калиска сводит брови.

— Спарфел? Ты в порядке?

Спарфел спотыкается о камень и тяжело падает вперед. Между его лопаток словно вражеский флаг торчит оперенное древко стрелы.

— Мы деремся с двумя дикарями.

— пошли. Нам нужно вернутся в лагерь.

Мы идем к лагерю, пробиваясь через дикарей.

Вокруг нас на залитой кровью земле лежат трупы путешественников, утыканные стрелами и ножами. Их лица перекошены, глаза широко раскрыты. Калиска закрывает рот тыльной стороной ладони. Пытаясь отгородится от страха, будто это ядовитый пар.

Несколько темных фигур стоят над трупами или прямо ходят по головам и спинам, выдергивая топоры из тел, как из не доколотых бревен. И окружают меня и Калиску собираясь пополнить нашими телами беспорядочную груду тел.

Один из воинов высокий с густой бородой, завязанной узлами держит влажный клинок у горла мужчины, в котором я узнаю Хеодана последнего оставшегося в живых из всего каравана.

— Положи оружие нарушитель. Не стоит жертвовать его жизнью ради битвы в которой тебе не победить.

— Почему вы это сделали?

— Вы проникли туда, где нет места смертным. Вы нарушители и грабители и заплатите за это. Повторяю, сложи оружие.

— Не слушай их, они убьют нас всех!

— Только глупец нападает на слабейшего противника пока сильнейший еще жив.

Мужчина обдумывает эти слова оглядывая меня с ног до головы.

— Хм. Пока.

Он толкает Хеодана на меня и сразу протыкает его мечом. Хеодан вскрикивает и спотыкается. На его груди растекается кровавое пятно. Мужчина делает шаг нам на встречу и высоко поднимает топор.

Мы деремся. Мой противник лежит на земле, неспособный подняться, его товарищи замерли словно мертвец вокруг. Дыхание мужчины становится прерывистым, судорожным он смотрит не на меня, а на небо над своей головой.

— Прости нас.

В воздухе слышен шепот ветра, почти не различимый из-за хрипа умирающего.

Глаза мужчины закрываются.

— Хорошо, хорошо боги справедливы.

Странная улыбка появляется на его лице.

— Я готов.

Ветер начинает усиливаться и носится по лагерю. Беспокойный и волнующий, переворачивает горшки и теребит палатки, словно злой дух.

Я чувствую, как он проникает под кожу, прорывается внутрь, словно гигантская волна через дамбу. Пронзает меня насквозь и разрывает изнутри.

Одема сидит в центре воющей круговерти, прислонившись к колесу повозки. Его тело разорвано от груди до живота. Едва пошевелившись он с трудом поднимает голову. Полузакрытые глаза смотрят прямо на меня.

— внутрь. БЕГОМ!

Ветер почти сбивает меня с ног. Каждый шаг дается мне с трудом. Наконец я чувствую под ладонями шершавую поверхность скал. И начинаю карабкаться вверх. Мои руки подводят меня, но я успеваю забраться на поверхность скалы, до того как силы покидают меня.

Хеодан где-то сзади. Сначала он замешкался, а теперь рана не дает ему идти быстрее. Он уже почти у самых скал, но тут один из лежавших на земле нападавших притворяющийся мертвым бросается на него и кидает на каменистую почву.

Загстигнутый врасплох Хеодан сначала ничего не может понять, но потом пытается высвободится из рук противника. Они совсем близко от меня. Не смотря на то что дует ветер, если я брошу оружие в нападающего, я вполне могу попасть.

Кидаю меч в дикаря.

Я попадаю точно в цель и Хеодану удается освободится.

Встав на ноги он пытается вскарабкаться на скалы. Но когда он почти достиг вершины, порыв ветра откидывает его и одна из его рук срывается.