Dos2-Фейн в новом мире

Глава 1.

— Ух ты, вот это зрелище! Будь у меня маска вроде твоей, я быть может все еще по земле ходил. Где ты её добыл интересно? Наверняка таких штучек в нашем мире найдется немного.

— Я создал её сам специальным инструментом сорвав лица смертных.

— Вот как? А голосочек твой ты тоже его у них вырвал? Я никогда не слышал такого бархатного голоса от голой черепушки.

— Я могу заставить всех слышать тот голос, который они хотят слышать, я настолько могущественен.

— Настолько, что дал клоунам в алых одеждах надеть на себя ошейник? Просто потрясающее могущество скажу я тебе! Но ты лучше свою маску не снимай. Живые не любят когда на них пялится их будущее.

Фейн осматривает лабораторные столы.

— Как примитивно, видел я мясницкие колоды более утонченной конструкции.

— И вот теперь ты молчишь. Эх если бы все люди были столь благоразумными.

На постоменте стоит магистр и борочет себе под нос.

— Сколько же всего полезного в этом фолианте. Какая же Далис душка что одолжила мне его.

Магистр замечает Фейна.

— Не слишком туго, надеюсь? Я про ошейник. Не волнуйся, всякому псу надо привыкать к поводку. А теперь иди к магистру Уильямсу. Каждый пассажир должен быть вписан в судовой манифест, а за то чтобы записи велись как положено отвечает Уильямс. Его можно найти на другом конце этой палубы в офицерских каютах.

— Судя по форме помещения я нахожусь на борту фрегата типа Люциан, но почему?

— Почему? Странный вопрос. Да потому что мы в море, конечно. Уже несколько дней!

Прижимая к губам указательные пальцы, какое-то время магистр оценивающе смотрит на Фейна.

— Я смотрю ты слегка не в себе, верно? Возможно я переусердствовала с успокоительным... Ладно полагаю скоро ты придешь в себя и начнешь соображать. Ну или нет. А пока все что тебе следует знать, мы направляемся в форт Радость. Тебя ждет новая жизнь, а если будешь хорошим мальчиком то возможно и исцеление. Расставание с Истоком на совсем.

Фейн трогает ошейник но безрезультатно, тот сидит как влитой.

— Зачем ты его на меня нацепила, женщина?

— Для моего спокойствия конечно же. Почему бы тебе не попробовать сотворить какое-нибудь заклинание Истока? Посмотрим, что это даст.

Фейн вспоминает какого это когда Исток наполняет его тело, вспоминает ощущение захлестывающей его силы. Освобождает её.

Магия струится внутри Фейна, вскипает, прорывается, а затем... её напор резко источается она угасает. Моя душа поглощает её обратно, как иссушенная земля капли дождя.

— Остановись, а то покалечишься. Такие усилия, а результата никакого. Вот сам видишь, для этого и нужен ошейник. Он тебя как бы... лишает силы. Отрезает от Истока. Ради твоего же блага разумеется. И твоего и всех вокруг.

Фейн идет в глубь трюма корабля. Внезапно он останавливается и ошарашено смотрит на пятна крови.

— Боги праведные... да здесь убийство!

Когда Фейн проходит мимо, молоденькая девушка магистр, сжимает оружие так, что белеют костяшки пальцев на руке.

За спиной у второго магистра Фейн видит окровавленный, неестественно изогнутый труп. Черты лица человека в этом месиве разглядеть невозможно.

Фейн отворачивается.

— Что это за безумие?

— Произошло убийство. Кто-то из колдунов прикончил своего. Тебе повезло, что на тебя как раз в тот момент надевали ошейник. А то и ты бы оказался под подозрением вместе с остальными. Расследует дело Уотерс. Она разберется кто это сделал. Ей не впервой.

— Знал ли ты убитого?

— Корабль то маленький. Финн его звали с заскоками парень. Смотрел на меня как не пойми на что пока здесь не оказался. Мы выясним кто это сделал. Так или иначе.

Фейн заходит в каюту.

— Отвратительное зрелище не так ли? Хуже всего, что это случилось у нас под носом. Мы же защищаем этих людей и это нам еще очень повезло, что никакое исчадие Пустоты не примчалось почуяв Исток.

— Почему ты подпускаешь меня так близко к месту преступления? Ведь я могу оказаться убийцей.

Магистр поднимает на Фейна взгляд и улыбается без тени теплоты.

— Когда произошло убийство, я была в карауле в одной каюте с тобой. Ты спал, даже не шевелился. Ты один из очень немногих на этом корабле в чьей невиновности я уверена. Если конечно, ты не способен убивать во сне.

— Подозреваешь ли ты своих друзей магистров? Любой из них запросто мог это сделать.

— Финна убили Истоком. Если бы это сделал магистр... он не был бы магистром. Скорее что кто-то из пассажиров сумел избавится от ошейника. А дальше... вот, полюбуйся. Так... мне не помешал бы кто-то, кто послушает о чем говорят пассажиры. Иногда они побаиваются тех, кто в форме. Принесешь мне что-то полезное, получишь звонкую золотую монетку. Что скажешь?

Фейн кивает и говорит, что даст ей знать, если услышит что-то ценное.

— Спасибо. Я просто хочу поймать того, кто это сотворил, пока он не убил еще кого-нибудь.

Фейн выходит в трюм, и направляется к рыженькой женщине, стоящей рядом с детьми.

— Вы Лоусе знаете? Она отличная певица, хотя я лучше. Послушайте: ля-ля-ля-ля-ля!

— Я здесь потому что я умею колдовать, а вы потому что странная, да?

— Вы на папу моего похожи. Его зовут Фредер, он меня дома ждет.

Фейн подходит к рыжей.

— А вот и ты дорогой кхм супруг. Не затруднит ли тебя объяснить этой малолетней своре вовсе не бандитов, что я ни малейшего отношения не имею ни к какой Лоусе. И петь я тоже не умею... И вообще у меня смертельная, смертельная аллергия.

Фейн решгает подыграть и берет её за руку.

— Это кто здесь Лоусе? Нет её здесь.

— Ты совершено прав о супруг мой! Госпожа Жозефина Гриблз де Пиб наотрез не согласна чтобы её с кем-то путали.

— Что? Что смешного? — замечает она его улыбку. На её лице с заострившимися чертами проступает широкая улыбка. Она со смехом отгоняет детей прочь.

— Ну да, ты меня раскрыл. Так и иди своей дорогой. Может, я и спою что-то тебе потом, когда буду готова.

Она поворачивается к Фейну. У неё круги под глазами. Грязные рыжие волосы. Пустая улыбка. Надо же как-то развлекаться.

— В общем правильно. Лоусе, верно?

— Все верно.

— Известно ли тебе что-нибудь об убийстве, которое произошло на корабле?

— Не-а, и знать не хочу. Неведение есть благо и чем оно полнее тем блаженнее.

— Тебе стоит осмотреться вместе со мной.— Произносит Фейн. — Мы сможем прикрыть спину друг другу.

— Благодарю, но я уже принадлежу к элитарной и эксклюзивной корабельной банде. Мы каждый день после обеда играем в мяч. У тебя для этого кишка тонка. Береги себя.

Когда Фейн собирается уходить её глаза заливает внезапно непроглядная чернота. Серые вены расползаются по лицу, рот искривляется в недоброй гримасе.

Тучи набежали и тут же развеялись. Она улыбается, как ни в чем не бывало.

— Удачи.

Фейн подходит к собаке магистра. Та нюхает воздух, потом лает.

— Эй! Колдун! Кровь? Нет! — затем идет просто лай.

Магистр подходит ближе.

— Имя?

Фейн слегка кланяется и произносит свое имя.

— В моем списке тебя нет. Так что проваливай, ага? Мы тут вообще-то убийцу ловим.

Фейн подходит к гномам.

— Ты с ними заодно, да? Хранишь верность божественному ордену? А ведь они колдуна убили, ты в курсе? Конечно, улик никто не найдет, но можешь не сомневаться.

Гном замолкает.

— Эй.

— Я здесь не при чем. Это был кто-то из вашей породы. Человек.

Я подхожу к другому гному.

Плечистый гном сидит за столом с идеально прямой спиной. Глаза закрыты, руки лежат на коленях. Длинная борода вся заплетена в аккуратные косички. И украшена золотыми медальонами. Заслышав приближение Фейна он вопросительно приподнимает бровь. Но глаза остаются закрытыми.

— Прислушайся, парень. Что слышно?

— А что собственно я должен услышать?

— Корабль, ясно дело.

Фейн замолкает и прислушивается к звукам, которые издает корабль. На него накатывает волна звуков: неразборчивая болтовня пассажиров, скрип древесины от пола до потолка, грохот, стук и треск, когда волны ударяются об обшивку, стоны и жалобы самого моря.

— И?

— Корабль стонет, как будто он тяжело болен.

— Да уж болен. Как кошка прокаженного. Я бы сказал что о нем заботится толпа безбородых младенцев. Которые, окромя своих мамочек никого в жизни не любили. Только это не все, ты получше слушай.

Фейн закрывает глаза.

— Скрип.

— Ага.

Гном распахивает глаза, на лице видна радость. Одной здоровенной лапищей он лупит Фейна по спине, второй поддерживает, чтобы Фейн не потерял равновесие.

— Вот слышно же! Я так и знал! Я знал! Да, парень это отличная новость, отличная новость.

— Что тебя так заинтересовало, это же просто крыса.

— Это колесо. Чучело ты непонятливое! Оно скрепит всяки раз когда рулевой его крутит по часовой стрелке. А значит мы плывем на восток. Это означает... если мы плывем уже... ДА! Всего 10,34 морских мили до форта Радость.

— Ты должно быть опытный моряк. Что значит для тебя эта цифра?

— Капитан, вообще-то. А цифра эта мне подсказывает, что мы приближаемся к форту Радость... и к тому, что за ним.

Гном отодвигается от стола и оглаживает бороду. Золотые медальоны весело позвякивают. Гном переводит взгляд на Фейна.

— Все хватит! Спасибо большое, парень!

Фейн вопросительно выгибает бровь.

— Если у тебя есть план побега, я готов поучаствовать.

Гном продолжает оглаживать бороду с блаженной улыбкой, не обращая на меня больше никакого внимания.

В темном уголке у бочек сидит эльфийка и бросает кости на крышку бочонка. Они падают со стуком, похожим на квохтанье старой ведьмы.

— Двойка. Змеиные глазки. — Эльфийка хмыкает. — Держу пари именно так они и будут выглядеть.

— Что ты делаешь?

— Бросаю кости. Решаю судьбы.

Фейн хмурится.

— Чью судьбу ты решаешь?

— Не волнуйся, милейший, не твою. — Эльфийка меряет Фейна взглядом снизу доверху. И на губах проступает тень улыбки.

— Впрочем никогда не говори никогда.

— Если ты умеешь читать будущее по костям, может ты умеешь гадать и по коровьим кишкам?

Она глядит на Фейна очень серьезно.

— Будущее нет, а вот прошлое по плоти я читать умею. Особый эльфийский дар. И я неплохо им владею. Я могла бы лизнуть тебе руку и сказать как ты провел вчерашнюю ночь. Будем проверять?

— Ну хорошо. — Фейн протягивает руку. Она удивлено смотрит на Фейна когда видит руку состоящую только из кости.

— Хм... похоже мне придется добывать воспоминания из костного мозга, не так ли?

Эльфийка с нажимом проводит языком по руке нежити. Это чем-то напоминает то как вылизываются кошки.

— Хм-м... ты был в подвале с другими колдунами. Наблюдал, надеясь что никто не станет наблюдать за тобой. Ты так отчаянно хотел заговорить... сделать шаг... как-то установить контакт с этими странными существами. Но ты боялся. Обмирал от страха стоило тебе лишь представить, что они подумают о тебе.

Фейн смущено уставился на пол.

— Об этом я напрочь забыл.

— Конечно. Истина всегда рядом. Совсем рядом, под кожей... фигурально выражаясь. Но не волнуйся моя радость я твою тайну не выдам. Я не рассказываю об открывшимся мне вкусе.

Фейн подходит к красному ящеру, возмущающегося на счет репы.

— Так-так, что у нас здесь? Новое лицо в этом затхлом аду. Давайте вас оценим. Возможно вы и сгодитесь.

Ящер меряет Фейна взглядом с головы до пят, как крестьянин выбирающий лошадь. Внезапно он с силой хватает Фейна за подбородок. И пытается осмотреть его зубы.

Фейну любопытно что будет дальше, поэтому он терпит.

— Хм... некоторые дефекты тона на лицо но в целом все в прядке, я видел и похуже. На отсутствие языка и десен я пожалуй и впрямь закрою глаза. В конце концов на таком убогом суденышке нельзя рассчитывать на первоклассный товар.

— Итак. Ближе к делу. Вы дадите мне ответ на три вопроса.

— Умею, но чувство вкуса у меня уже не то что раньше.

— А повар без чувства вкуса полезен не более, чем пес в качестве партнера по шахматам. Перейдем ко второму вопросу: умеете ли вязать, шить... проще говоря что у вас с портновскими навыками.

— Да, разумеется. В портновском деле мне нет равных. Если мне дадут отрез атласы я из любого сделаю барона.

— О, вновь ощутить ласкающее касание атласа на моей багровой коже! Как меня радует этот ответ. Итак последний вопрос: способны ли вы приводить чужой внешний вид в порядок? Деликатное искусство косметики, вот что мне интересно.

— Я горжусь своей утонченностью: гребни, пудры, парфюмы для меня это не пустой звук.

— То есть вы не пошли дальше азов. Ладно, это уже хоть что-то. Итак было задано три вопроса и получено три ответа. Произведем оценку. По вашим же словам вы умеете шить и прислуживать, но чувство вкуса у вас как у навозного жука. Ладно тут уж не до жиру. Примите мои искрение поздравления с этого момента вы у меня в рабстве.

— Счастье то какое. — Фейн согласился.

— Разумеется вы согласны! Я вам не предложение делаю это приказ. Ладно, пока можете меня оставить. Обязанности ваши мы обсудим, когда окажемся в форте Радость. Ступайте.

Фен подходит к вздыхающей ящерке синего цвета привычного для ящеров.

— Всю мою жизнь у меня были рабы. Я пела и мне тут же несли ужин. И это были не вареные клубни, о нет. А магистры тем временем пируют за стенкой, Мясо в меду уминают. Какой позор...

Фейн подходит к магистру напротив мужчины диковатого вида.

— Я занят, колдун. Иди изливай душу кому-нибудь еще.

Взлохмаченный мужчина стоит у стены, скрестив руки на груди испещренные шрамами. Насмешливо улыбаясь он не сводит взгляда с магистра, который его стережет. Заметив Фейна он распрямляется и манит его ближе.

— Советую быть поосторожнее. На корабле есть убийца, и я готов ставить свое жалование за три месяца, что это подонок Ифан.

В ответ на предупреждение магистра человек по имени Ифан закатывает глаза и вновь жестом велит мне приблизится.

Фейн подходит ближе. Ифан приближается и рывком поправляет ему ошейник. Перераспределяя вес таким образом, чтобы ошейник больше не давил Фейну на горло. Подмигивает.

— Ну что, так жмет поменьше?

Сплюнув в мою сторону мрачный магистр вновь возвращается к своему занятию, он недовольно таращится на Ифана... а теперь и на меня.

— Почему магистры подозревают тебя в убийстве?

— Мы друг друга действительно знаем, к сожалению. Я его командиром был. Много, очень много лун назад. Верно, Вик?

Стараясь держатся как можно дальше от Ифана, магистр поджимает губы и медленно проводит пальцем по горлу. Однако ничего не говорит. Ифан улыбается показывая крепкие острые зубы.

— С четырнадцати лет ничуть не изменился. Только кто-то дал ему меч и побольше и теперь его кличут Большой Гульфик.

— Как ты ухитрился попасть в лапы своего же подчиненного?

— Долгая история, может в форте и расскажу. Когда рядом будет поменьше любопытных ушей.

— Меня волнует это убийство. Так ты виновен или нет?

— Нет. Убитый... Фин его звали, да? Я с ним дел не имел. И я никогда не стал бы убивать без веской причины.