Dos2-Фейн в новом мире

Глава 1.

— Ух ты, вот это зрелище! Будь у меня маска вроде твоей, я быть может все еще по земле ходил. Где ты её добыл интересно? Наверняка таких штучек в нашем мире найдется немного.

— Я создал её сам специальным инструментом сорвав лица смертных.

— Вот как? А голосочек твой ты тоже его у них вырвал? Я никогда не слышал такого бархатного голоса от голой черепушки.

— Я могу заставить всех слышать тот голос, который они хотят слышать, я настолько могущественен.

— Настолько, что дал клоунам в алых одеждах надеть на себя ошейник? Просто потрясающее могущество скажу я тебе! Но ты лучше свою маску не снимай. Живые не любят когда на них пялится их будущее.

Фейн осматривает лабораторные столы.

— Как примитивно, видел я мясницкие колоды более утонченной конструкции.

— И вот теперь ты молчишь. Эх если бы все люди были столь благоразумными.

На постоменте стоит магистр и борочет себе под нос.

— Сколько же всего полезного в этом фолианте. Какая же Далис душка что одолжила мне его.

Магистр замечает Фейна.

— Не слишком туго, надеюсь? Я про ошейник. Не волнуйся, всякому псу надо привыкать к поводку. А теперь иди к магистру Уильямсу. Каждый пассажир должен быть вписан в судовой манифест, а за то чтобы записи велись как положено отвечает Уильямс. Его можно найти на другом конце этой палубы в офицерских каютах.

— Судя по форме помещения я нахожусь на борту фрегата типа Люциан, но почему?

— Почему? Странный вопрос. Да потому что мы в море, конечно. Уже несколько дней!

Прижимая к губам указательные пальцы, какое-то время магистр оценивающе смотрит на Фейна.

— Я смотрю ты слегка не в себе, верно? Возможно я переусердствовала с успокоительным... Ладно полагаю скоро ты придешь в себя и начнешь соображать. Ну или нет. А пока все что тебе следует знать, мы направляемся в форт Радость. Тебя ждет новая жизнь, а если будешь хорошим мальчиком то возможно и исцеление. Расставание с Истоком на совсем.

Фейн трогает ошейник но безрезультатно, тот сидит как влитой.

— Зачем ты его на меня нацепила, женщина?

— Для моего спокойствия конечно же. Почему бы тебе не попробовать сотворить какое-нибудь заклинание Истока? Посмотрим, что это даст.

Фейн вспоминает какого это когда Исток наполняет его тело, вспоминает ощущение захлестывающей его силы. Освобождает её.

Магия струится внутри Фейна, вскипает, прорывается, а затем... её напор резко источается она угасает. Моя душа поглощает её обратно, как иссушенная земля капли дождя.

— Остановись, а то покалечишься. Такие усилия, а результата никакого. Вот сам видишь, для этого и нужен ошейник. Он тебя как бы... лишает силы. Отрезает от Истока. Ради твоего же блага разумеется. И твоего и всех вокруг.

Фейн идет в глубь трюма корабля. Внезапно он останавливается и ошарашено смотрит на пятна крови.

— Боги праведные... да здесь убийство!

Когда Фейн проходит мимо, молоденькая девушка магистр, сжимает оружие так, что белеют костяшки пальцев на руке.

За спиной у второго магистра Фейн видит окровавленный, неестественно изогнутый труп. Черты лица человека в этом месиве разглядеть невозможно.

Фейн отворачивается.

— Что это за безумие?

— Произошло убийство. Кто-то из колдунов прикончил своего. Тебе повезло, что на тебя как раз в тот момент надевали ошейник. А то и ты бы оказался под подозрением вместе с остальными. Расследует дело Уотерс. Она разберется кто это сделал. Ей не впервой.

— Знал ли ты убитого?

— Корабль то маленький. Финн его звали с заскоками парень. Смотрел на меня как не пойми на что пока здесь не оказался. Мы выясним кто это сделал. Так или иначе.

Фейн заходит в каюту.

— Отвратительное зрелище не так ли? Хуже всего, что это случилось у нас под носом. Мы же защищаем этих людей и это нам еще очень повезло, что никакое исчадие Пустоты не примчалось почуяв Исток.

— Почему ты подпускаешь меня так близко к месту преступления? Ведь я могу оказаться убийцей.

Магистр поднимает на Фейна взгляд и улыбается без тени теплоты.

— Когда произошло убийство, я была в карауле в одной каюте с тобой. Ты спал, даже не шевелился. Ты один из очень немногих на этом корабле в чьей невиновности я уверена. Если конечно, ты не способен убивать во сне.

— Подозреваешь ли ты своих друзей магистров? Любой из них запросто мог это сделать.

— Финна убили Истоком. Если бы это сделал магистр... он не был бы магистром. Скорее что кто-то из пассажиров сумел избавится от ошейника. А дальше... вот, полюбуйся. Так... мне не помешал бы кто-то, кто послушает о чем говорят пассажиры. Иногда они побаиваются тех, кто в форме. Принесешь мне что-то полезное, получишь звонкую золотую монетку. Что скажешь?

Фейн кивает и говорит, что даст ей знать, если услышит что-то ценное.

— Спасибо. Я просто хочу поймать того, кто это сотворил, пока он не убил еще кого-нибудь.

Фейн выходит в трюм, и направляется к рыженькой женщине, стоящей рядом с детьми.

— Вы Лоусе знаете? Она отличная певица, хотя я лучше. Послушайте: ля-ля-ля-ля-ля!

— Я здесь потому что я умею колдовать, а вы потому что странная, да?

— Вы на папу моего похожи. Его зовут Фредер, он меня дома ждет.

Фейн подходит к рыжей.

— А вот и ты дорогой кхм супруг. Не затруднит ли тебя объяснить этой малолетней своре вовсе не бандитов, что я ни малейшего отношения не имею ни к какой Лоусе. И петь я тоже не умею... И вообще у меня смертельная, смертельная аллергия.

Фейн решгает подыграть и берет её за руку.

— Это кто здесь Лоусе? Нет её здесь.

— Ты совершено прав о супруг мой! Госпожа Жозефина Гриблз де Пиб наотрез не согласна чтобы её с кем-то путали.

— Что? Что смешного? — замечает она его улыбку. На её лице с заострившимися чертами проступает широкая улыбка. Она со смехом отгоняет детей прочь.

— Ну да, ты меня раскрыл. Так и иди своей дорогой. Может, я и спою что-то тебе потом, когда буду готова.

Она поворачивается к Фейну. У неё круги под глазами. Грязные рыжие волосы. Пустая улыбка. Надо же как-то развлекаться.

— В общем правильно. Лоусе, верно?

— Все верно.

— Известно ли тебе что-нибудь об убийстве, которое произошло на корабле?

— Не-а, и знать не хочу. Неведение есть благо и чем оно полнее тем блаженнее.

— Тебе стоит осмотреться вместе со мной.— Произносит Фейн. — Мы сможем прикрыть спину друг другу.

— Благодарю, но я уже принадлежу к элитарной и эксклюзивной корабельной банде. Мы каждый день после обеда играем в мяч. У тебя для этого кишка тонка. Береги себя.

Когда Фейн собирается уходить её глаза заливает внезапно непроглядная чернота. Серые вены расползаются по лицу, рот искривляется в недоброй гримасе.

Тучи набежали и тут же развеялись. Она улыбается, как ни в чем не бывало.

— Удачи.

Фейн подходит к собаке магистра. Та нюхает воздух, потом лает.

— Эй! Колдун! Кровь? Нет! — затем идет просто лай.

Магистр подходит ближе.

— Имя?

Фейн слегка кланяется и произносит свое имя.

— В моем списке тебя нет. Так что проваливай, ага? Мы тут вообще-то убийцу ловим.

Фейн подходит к гномам.

— Ты с ними заодно, да? Хранишь верность божественному ордену? А ведь они колдуна убили, ты в курсе? Конечно, улик никто не найдет, но можешь не сомневаться.

Гном замолкает.

— Эй.

— Я здесь не при чем. Это был кто-то из вашей породы. Человек.

Я подхожу к другому гному.

Плечистый гном сидит за столом с идеально прямой спиной. Глаза закрыты, руки лежат на коленях. Длинная борода вся заплетена в аккуратные косички. И украшена золотыми медальонами. Заслышав приближение Фейна он вопросительно приподнимает бровь. Но глаза остаются закрытыми.

— Прислушайся, парень. Что слышно?

— А что собственно я должен услышать?

— Корабль, ясно дело.

Фейн замолкает и прислушивается к звукам, которые издает корабль. На него накатывает волна звуков: неразборчивая болтовня пассажиров, скрип древесины от пола до потолка, грохот, стук и треск, когда волны ударяются об обшивку, стоны и жалобы самого моря.

— И?

— Корабль стонет, как будто он тяжело болен.

— Да уж болен. Как кошка прокаженного. Я бы сказал что о нем заботится толпа безбородых младенцев. Которые, окромя своих мамочек никого в жизни не любили. Только это не все, ты получше слушай.

Фейн закрывает глаза.

— Скрип.

— Ага.

Гном распахивает глаза, на лице видна радость. Одной здоровенной лапищей он лупит Фейна по спине, второй поддерживает, чтобы Фейн не потерял равновесие.

— Вот слышно же! Я так и знал! Я знал! Да, парень это отличная новость, отличная новость.

— Что тебя так заинтересовало, это же просто крыса.

— Это колесо. Чучело ты непонятливое! Оно скрепит всяки раз когда рулевой его крутит по часовой стрелке. А значит мы плывем на восток. Это означает... если мы плывем уже... ДА! Всего 10,34 морских мили до форта Радость.

— Ты должно быть опытный моряк. Что значит для тебя эта цифра?

— Капитан, вообще-то. А цифра эта мне подсказывает, что мы приближаемся к форту Радость... и к тому, что за ним.

Гном отодвигается от стола и оглаживает бороду. Золотые медальоны весело позвякивают. Гном переводит взгляд на Фейна.

— Все хватит! Спасибо большое, парень!

Фейн вопросительно выгибает бровь.

— Если у тебя есть план побега, я готов поучаствовать.

Гном продолжает оглаживать бороду с блаженной улыбкой, не обращая на меня больше никакого внимания.

В темном уголке у бочек сидит эльфийка и бросает кости на крышку бочонка. Они падают со стуком, похожим на квохтанье старой ведьмы.

— Двойка. Змеиные глазки. — Эльфийка хмыкает. — Держу пари именно так они и будут выглядеть.

— Что ты делаешь?

— Бросаю кости. Решаю судьбы.

Фейн хмурится.

— Чью судьбу ты решаешь?

— Не волнуйся, милейший, не твою. — Эльфийка меряет Фейна взглядом снизу доверху. И на губах проступает тень улыбки.

— Впрочем никогда не говори никогда.

— Если ты умеешь читать будущее по костям, может ты умеешь гадать и по коровьим кишкам?

Она глядит на Фейна очень серьезно.

— Будущее нет, а вот прошлое по плоти я читать умею. Особый эльфийский дар. И я неплохо им владею. Я могла бы лизнуть тебе руку и сказать как ты провел вчерашнюю ночь. Будем проверять?

— Ну хорошо. — Фейн протягивает руку. Она удивлено смотрит на Фейна когда видит руку состоящую только из кости.

— Хм... похоже мне придется добывать воспоминания из костного мозга, не так ли?

Эльфийка с нажимом проводит языком по руке нежити. Это чем-то напоминает то как вылизываются кошки.

— Хм-м... ты был в подвале с другими колдунами. Наблюдал, надеясь что никто не станет наблюдать за тобой. Ты так отчаянно хотел заговорить... сделать шаг... как-то установить контакт с этими странными существами. Но ты боялся. Обмирал от страха стоило тебе лишь представить, что они подумают о тебе.

Фейн смущено уставился на пол.

— Об этом я напрочь забыл.

— Конечно. Истина всегда рядом. Совсем рядом, под кожей... фигурально выражаясь. Но не волнуйся моя радость я твою тайну не выдам. Я не рассказываю об открывшимся мне вкусе.

Фейн подходит к красному ящеру, возмущающегося на счет репы.

— Так-так, что у нас здесь? Новое лицо в этом затхлом аду. Давайте вас оценим. Возможно вы и сгодитесь.

Ящер меряет Фейна взглядом с головы до пят, как крестьянин выбирающий лошадь. Внезапно он с силой хватает Фейна за подбородок. И пытается осмотреть его зубы.

Фейну любопытно что будет дальше, поэтому он терпит.

— Хм... некоторые дефекты тона на лицо но в целом все в прядке, я видел и похуже. На отсутствие языка и десен я пожалуй и впрямь закрою глаза. В конце концов на таком убогом суденышке нельзя рассчитывать на первоклассный товар.

— Итак. Ближе к делу. Вы дадите мне ответ на три вопроса.

— Умею, но чувство вкуса у меня уже не то что раньше.

— А повар без чувства вкуса полезен не более, чем пес в качестве партнера по шахматам. Перейдем ко второму вопросу: умеете ли вязать, шить... проще говоря что у вас с портновскими навыками.

— Да, разумеется. В портновском деле мне нет равных. Если мне дадут отрез атласы я из любого сделаю барона.

— О, вновь ощутить ласкающее касание атласа на моей багровой коже! Как меня радует этот ответ. Итак последний вопрос: способны ли вы приводить чужой внешний вид в порядок? Деликатное искусство косметики, вот что мне интересно.

— Я горжусь своей утонченностью: гребни, пудры, парфюмы для меня это не пустой звук.

— То есть вы не пошли дальше азов. Ладно, это уже хоть что-то. Итак было задано три вопроса и получено три ответа. Произведем оценку. По вашим же словам вы умеете шить и прислуживать, но чувство вкуса у вас как у навозного жука. Ладно тут уж не до жиру. Примите мои искрение поздравления с этого момента вы у меня в рабстве.

— Счастье то какое. — Фейн согласился.

— Разумеется вы согласны! Я вам не предложение делаю это приказ. Ладно, пока можете меня оставить. Обязанности ваши мы обсудим, когда окажемся в форте Радость. Ступайте.

Фен подходит к вздыхающей ящерке синего цвета привычного для ящеров.

— Всю мою жизнь у меня были рабы. Я пела и мне тут же несли ужин. И это были не вареные клубни, о нет. А магистры тем временем пируют за стенкой, Мясо в меду уминают. Какой позор...

Фейн подходит к магистру напротив мужчины диковатого вида.

— Я занят, колдун. Иди изливай душу кому-нибудь еще.

Взлохмаченный мужчина стоит у стены, скрестив руки на груди испещренные шрамами. Насмешливо улыбаясь он не сводит взгляда с магистра, который его стережет. Заметив Фейна он распрямляется и манит его ближе.

— Советую быть поосторожнее. На корабле есть убийца, и я готов ставить свое жалование за три месяца, что это подонок Ифан.

В ответ на предупреждение магистра человек по имени Ифан закатывает глаза и вновь жестом велит мне приблизится.

Фейн подходит ближе. Ифан приближается и рывком поправляет ему ошейник. Перераспределяя вес таким образом, чтобы ошейник больше не давил Фейну на горло. Подмигивает.

— Ну что, так жмет поменьше?

Сплюнув в мою сторону мрачный магистр вновь возвращается к своему занятию, он недовольно таращится на Ифана... а теперь и на меня.

— Почему магистры подозревают тебя в убийстве?

— Мы друг друга действительно знаем, к сожалению. Я его командиром был. Много, очень много лун назад. Верно, Вик?

Стараясь держатся как можно дальше от Ифана, магистр поджимает губы и медленно проводит пальцем по горлу. Однако ничего не говорит. Ифан улыбается показывая крепкие острые зубы.

— С четырнадцати лет ничуть не изменился. Только кто-то дал ему меч и побольше и теперь его кличут Большой Гульфик.

— Как ты ухитрился попасть в лапы своего же подчиненного?

— Долгая история, может в форте и расскажу. Когда рядом будет поменьше любопытных ушей.

— Меня волнует это убийство. Так ты виновен или нет?

— Нет. Убитый... Фин его звали, да? Я с ним дел не имел. И я никогда не стал бы убивать без веской причины.

Ифан косится на магистра Виктара, который все это время не сводит с него напряженного взгляда.

— Жаль, раздражение трудно счесть достаточным основанием.

— Ифан, ты знаешь что-нибудь про форт Радость в который мы направляемся?

— Радость? Слышал много. Ничего хорошего. И не удивительно потому что заправляет там магистр Александр. Интересно, доведется ли нам узреть кукловода собственной персоной...

— Я бы не отказался от такого знакомства. Я бы наглядно объяснил Александру что думаю о его проклятом божественном ордене...

— Эй полегче. Я и сам того же мнения... но Вика удар хватит, если он такое услышит.

— Что там за заговоры? Эй ты, как тебя звать?

— А не обращай внимания. Вика просто злая муха укусила. И к сожалению эта муха я.

— Имя!

— Меня зовут Гил.

Магистр Виктар с подозрением косится на Фейна, потом что-то неразборчиво корябает в крохотном блокноте. Он продолжает мрачно мерить меня взглядом, пряча записи в складках своего одеяния.

— Ступай прочь. Живо!

Ифан исполняет сложную пантомиму на тему, ничего никому не скажу. ОН подносит палец к губам и приваливается к стене.

Глава 2. Нападение Исчадий Пустоты.

— Записываться пришел? Славно, славно. Магистр Вильямс как раз с последним пассажиром заканчивает. Ты там как, держишься?

— Я бывал в переделках и похуже.

— Просто поверь, теперь когда всем заправляет епископ Александр, будет гораздо лучше. Он же пробужденный в конце-то концов. Иди теперь туда. Уильямс с тобой быстро разберется.

— Не спускать её с прицела. Стрелять на поражение, если она вздумает бежать.

— Сдается вы какой-то дерганый, начальник. Что происходит? — спрашивает старая ведьма у трех магистров.

Стоя посреди помещения, Фейн замечает колдунью. Она высокомерно взирает на парочку довольно нервных магистров. Они держат её под прицелом арбалетов, пока офицер ведет допрос.

— Так ты сознаешься? Ты убила этого беднягу?

— Да. Но это было лишь начало разумеется.

Колдунья поворачивает голову и смотрит прямо на Фейна.

— Есть и другие чья жизнь должна закончится.

— Боги, эта женщина безумна. Эй ты там, колдун! Скорее беги за магистром Сивен! На эту сумасшедшую мало просто ошейник надеть. Надо её сковать по рукам и ногам!

— Ты, ведьма, что означает что жизнь других должна закончится?

— Это означает, что твое путешествие подходит к концу. Но советую задержатся до финала, поскольку... — Ведьма тянется к своему ошейнику и запросто снимает его. — Я как раз собираюсь закатить сцену.

— Быстро, сделайте с ней что-нибудь! Если она обратиться к Истоку, придут исчадия Пустоты! И тогда нам конец!

Старуха улыбается злобно и радостно.

— Именно.

Ведьма распахивает руки и помещение заполняет волна огня.

Черз пол часа Фейн приходит в себя.

— Моя маска, она её украла! Если эти дикари увидят меня в подлинном обличьи, они сделают маску из моего черепа.

Фейн начинает обследовать трюм. Часть разумных мертвы, часть лежат без сознания.

— Молодая рыжеволосая женщина лежит на полу без сознания. Дыхание ровное, но глаза широко открыты как у трупа. В них стремглав проносятся темные, черно-серые тени.

Фейн наклоняется и встряхивает её за плечо.

— ээ... хм? Нет, нет, нет.

Фейн подбегает к красному ящеру.

— Хм, что это было? Должно быть репа...

Фейн обливает ящера водой из кувшина.

— Что? Вода?! Вина, ради всего святого! Ох...

Веки ящера смыкаются, он погружается в забытье.

Ифан лежит неподвижно сжавшись в комок, как животное. Под гривой спутанных волос, видно как зеленые глаза часто моргают, точно ему снится кошмар. С губ срывается слабый стон.

Фейн встряхивает его и пытается разбудить. Но Ифан совершено не замечает его присутствия.

— Люциан, Люциан...

Ифан вскрикивает затем веки смыкаются вновь. И сколько бы Фейн его не тряс, больше его разбудить не удается.

— Нет... еще не последняя тьма... пока нет...

— Если получится я тебя отсюда вытащу.

Бесполезно эльфийка не слышит.

— Кости падают сумрачно... Катятся на меня...

Фейн поднимается на второй этаж, натянув капюшон на свой череп.

Собака отчаянно царапает лапой морду. Он морщится когда из мокрого черного носа начинает идти кровь. Но все равно продолжает скрести.

— Убирайся отсюда, корабль скоро потонет!

—