Карма

КАРМА

Часть первая

1.

Для празднования юбилея выбрали самый большой и одновременно лучший ресторан в городе. Но и он с трудом вместил всех приглашенных. Пришлось людей уплотнять. Само собой разумеется, это касались не всех, а наименее престижной их части. Впрочем, учитывая количество и качество закусок, длительность развлекательной программы они были не в претензии.

Возницын пристально наблюдал за всем, что происходит в зале. Он всегда старался по возможности не пропускать ничего. И сейчас вел себя точно так же, хотя понимал, что в такой день можно и расслабиться, меньше обращать внимание на окружающих, даже кое-что пустить на самотек.

Но не получалось, привычка все контролировать оказалась сильней. Он слушал бесконечные речи в свой адрес и одновременно наблюдал за происходящим. Впрочем, более всего его волновало присутствие двух человек, которых пока не было в зале. Но если в отношении одного он был уверен, что тот явится на юбилей, то в отношение другого — были большие сомнения.

Жена, кажется, уловила беспокойство мужа и накрыла ладонью его лежащую на столе ладонь.

— Альберт, не беспокойся, Кристи придет. Она мне это обещала. А ты же знаешь, наша девочка отвечает за свои слова.

— Знаю, — согласился Возницын. — Но хотелось бы ее уже видеть в зале. Как и Лещова.

— Он уж точно придет, — улыбнулась Екатерина. — Если еще не появился, значит, занят чем-то важным. Ты же его знаешь.

И в этот момент в зале появился мэр. Звучавшая музыка тут же стихла, а разговоры за столом умолкли. Все устремили взгляды на этого человека, словно в помещение вошел сам мессия.

Лещов уверенным и быстрым шагом направился к юбиляру. В руках у него был даже не огромный, а преогромный букет. Было заметно, как ему нести его тяжело.

Возницын не спеша встал со своего места и, сохраняя достоинство, направился навстречу важному гостю. Глава города остановился и вручил цветы. Возницын был физически сильным человеком, но и он удержал букет не без труда. И тут же передал его подскочившему к нему своему помощнику — Антону Белугину.

Они обнялись с мэром.

— Где микрофон, хочу поздравить дорого юбиляра, — громко, на весь зал прокричал Лещов.

К Возницыну снова подскочил Антон, на этот раз вместо букета в его руках был микрофон. Возницын передал его выступающему.

Мэр давно привык находиться в центре всеобщего внимания. Он спокойно взял микрофон и направился к небольшому помосту, выполнявшему роль эстрады.

— Дорогой, наш юбиляр, дорогой, Альберт Яковлевич! — громко произнес мэр. — То, что я сейчас скажу, совсем не преувеличение, а чистая правда. Сегодня в нашем городе большое событие, мы чествуем нашего главного застройщика, которому исполнилось шестьдесят пять лет — Альберта Яковлевича Возницына. Я ничуть не преуменьшаю, когда говорю, что это важное событие для всех наших жителей, ведь значительная часть горожан живут в построенных тобою домах. Даже страшно представить, что было бы, если бы ты в один прекрасный день не приехал к нам, а выбрал для проживания и бизнеса другое место. Не возникло бы у нас всех этих микрорайонов, торговых центров, школ и больниц. Да, возможно, их построил кто-то другой, но что об этом говорить, их-то соорудил именно ты. И в этом твоя огромная заслуга. К тому же, как ни мне знать, сколько труда, таланта и собственных средств ты вложил в строительство. Совсем не преувеличу, если скажу, что это самый настоящий трудовой подвиг. Более того, настаиваю на таком определении.

Мы собрались тут для веселья, поэтому не стану долго сосредотачивать на себе ваше внимание. В заключении скажу, что я пришел сюда с подарком. Законодательное собрание нашего муниципального образования единодушно, подчеркиваю — единодушно приняло решение о присвоении Альберту Яковлевичу Возницыну звание почетного гражданина нашего города. Я с огромным удовольствием вручаю тебе соответствующий сертификат.

Зал взорвался бурными аплодисментами. Возницын снова направился к мэру получать грамоту. Они снова обнялись.

— Геннадий Юрьевич, мне надо с тобой переговорить, — шепнул во время объятий мэру Возницын.

— Переговорим, — так же шепотом ответил Лещов. — Я никуда не ухожу. Для тебя отменил все другие дела.

— Я это не забуду.

Возницын отошел от мэра, обернулся и увидел Кристину. Она стояла у самого входа в зал и смотрела на отца. Он хотел направиться к ней, но его опередила жена. Она обняла дочь, и они о чем-то стали говорить.

Возницын решил пока им не мешать. С тех пор, как пять лет назад, дочь ушла из дома, они виделись крайне редко. А если виделись, разговор не получался. Это мучало Возницына. По отношению к Кристине он испытывал странные, противоречивые чувства: с одной стороны ощущал, что она чужой ему человек, с другой — любил ее и испытывал горечь от этого разлада. И сейчас боялся, что и на этот раз у них не получится контакт. Поэтому пусть Катя сначала пообщается с ней. У нее может и получиться настроить дочь на нужный лад.

В отличие от него, она с матерью не прерывала общение, жена часто встречалась с дочерью. Поэтому он в целом, хотя далеко не все, но знал, что происходит с его девочкой, как мысленно он иногда ее называл.

Возницыну уже давно хотелось пообщаться с Кристиной, которая сидела на удалении от него. Но к нему постоянно кто-то подходил, жал руку, говорил положенные в такой ситуации стандартные слова. И пока ему никак не удавалось прервать этот марафон поздравлений.

Впрочем, подумал он, с мэром ему тоже надо непременно пообщаться. Даже ему не всегда бывает просто пробиться к Лещову на прием. Поэтому было бы большой оплошностью не воспользоваться такой удачной возможностью.

Кто-то снова подошел его поздравлять. Но Возницын не стал его слушать, просто поспешно отошел от человека в сторону, чтобы он не успел бы начать произносить не имеющий никакого смысла текст.

— Извините, мне надо срочно отойти по делу, — сказал он, и не глядя на очередного поздравляющего, направился в сторону мэра.

Лещов сидел за столом в окружении самых важных гостей Вся эта кампания вип-персон обильно выпивала. Возницын прекрасно знал, что у мэра хватало ума на людях не злоупотреблять алкоголем. Но когда они оставались наедине, то он сбрасывал оковы контроля над собой и вполне был способен напиться до любого состояния. Таких случаев Возницын мог припомнить, как минимум, несколько. И когда такое случалось, то разговаривать с ним становилось бессмысленно.

— Альберт Яковлевич, как хорошо, что ты пришел. Люди не дадут соврать, мы пили только за тебя.

— Я польщен, Геннадий Юрьевич. Но можно с вами переговорить?

— Разумеется. — Лещов неохотно встал из-за стола. — Пошли.

Для таких приватных бесед Возницын при подготовке юбилея попросил хозяев ресторана выделить специальные небольшие комнаты. В одну из них он и привел мэра.

-Здесь очень приятно, — оценил мэр обстановку, падая в мягкое и глубокое кресло. — Что мне в тебе нравится, Альберт, ты самый предусмотрительный человек из всех, которых я знаю.

— Предусмотрительность — это мой фирменный стиль, — согласился с оценкой Возницын. — И ты сейчас в этом снова убедишься. — Он подошел к специально заготовленному бару и извлек из него бутылку виски, затем поставил ее перед мэром на стол. Возницын знал, что это самый любимый сорт Лещова. А потому не пожалел денег, купив сразу большую партию.

— The Macallan, — прочел мэр. — Чертовски дорогой напиток. Где ты его взял? Точно знаю, в нашем городе он не продается.

— Зато есть другие города, где его можно купить, — загадочно улыбнулся Возницын.

— Намекаешь на Глазго?

— Почему намекаю, говорю прямым текстом. Заказал там специально для тебя.

Лещов оценивающе посмотрел на своего собеседника.

— Разливай!

Они выпили.

— Напиток богов! — оценил мэр. — Мы еще не заслужили право его пить.

— А чем мы не боги, — засмеялся Возницын. — По крайней мере, в нашем городе ты точно бог.

— Да и ты — тоже.

— Тогда за богов! — предложил Возницын тост.

Они снова выпили.

— О чем хочешь поговорить? — поинтересовался Лещов.

— Ты прекрасно знаешь.

— О застройке Заречья?

— Все мои мысли только об этом.

— Так уж и все? — усмехнулся мэр.

— Ну, уж большинство — точно.

— Сам знаешь, скоро тендер, я хочу, чтобы ты получил этот подряд. Но закон обойти не могу, прокуратура не позволит.

— Гена, я же не сумасшедший, чтобы просить тебя отменить тендер.

— Тогда о чем речь?

— Нам надо устранить Гладких.

— Нам? Это тебе надо.

— Нам, — не согласился Возницын. — Ты же хочешь, чтобы все между нами оставалось по-прежнему?

— Предположим, Альберт. Только не понимаю, и чего дался тебе этот Гладких. Твоя компания куда сильней.

Возницын, не соглашаясь, медленно покачал головой.

— Пока — да. Но я смотрю в будущее. Гладких быстро набирает обороты. Если его не остановить, у него есть все шансы обойти меня на повороте. Надо помешать ему именно теперь, пока еще есть такая возможность. Потом это будет сделать куда сложней. А ты знаешь этого человека, у тебя с ним таких отношений, как со мной, никогда не будет.

— Знаю, — согласился мэр, — мы общались. И радость мне это не доставило. Что ты предлагаешь? В любом случае все следует делать по закону.

— Все будет по закону. К тому же ничего не надо выдумывать, чем проще, тем лучше. Натрави на него налоговиков.

— Ты понимаешь, это не так-то просто. Им нужны аргументы.

— Они у них будут. — Возницын достал из кармана флешку. — Моим людям кое-что удалось нарыть на Гладких. К сожалению, не сумели раскопать что-то серьезное, но мелкие нарушения обнаружили. За них можно ухватиться и раскрутить все дело. — Возницын протянул флешку мэру.

— Ты, в самом деле, очень предусмотрительный, Альберт. Скажи, тебе его не жалко? Молодой парень, способный, из него выйдет толк. Как когда-то из тебя.

— Жалко, Гена, но мой бизнес для меня важней. Да и для тебя — тоже. Тебе ли не известно, что коней на переправе не меняют. Разве у нас с тобой не сложился прекрасный дуэт?

— Сложился, — подтвердил мэр.

— Тогда выпьем за него?

— Не возражаю.

Они выпили.

— Я посмотрю, что ты мне дал, и подумаю, что можно с этим сделать. Вернемся к гостям, — встал с кресла мэр.

— Вернемся, — согласился Возницын.

Лещов направился к выходу из помещения.

— Гена, завтра курьер привезет тебе ящик такого виски, — вслед ему произнес Возницын.

Мэр остановился, посмотрел на своего собеседника, кивнул головой и вышел в зал. Возницын проводил его взглядом, он понимал, чтобы мэр выполнил его просьбу, одним ящиком даже сверхдорого виски не обойтись. Хороший ли Лещов мэр — это еще большой вопрос, но одним ремеслом овладел виртуозно — это умением доить с него, Возницына, деньги.

Возницын снова оказался в зале. Праздник продолжался, причем, судя по поведению людей, большинство из них уже забыли, зачем пришли сюда, и просто развлекались. Одни изрядно наподдали, другие не уходили с танцпола.

Возницын подумал, что это даже хорошо, чертовски утомили эти бесконечные дурацкие поздравления. Сейчас же его интересует из всех присутствующих здесь только один человек — дочь.

Он отыскал взглядом Кристину, она сидела все на том же месте и пила воду. Возницын решил не идти сразу к дочери, а сначала поговорить с женой. Надо узнать, какое настроение у девочки?

Он сел рядом с супругой.

— Поговорила с Кристиной? — спросил он.

— Поговорила, — ответила она.

— И что?

— В общем, она не против пообщаться с тобой, только... — Екатерина замолчала.

— Говори все, как есть, — потребовал он.

— Ее отношение к тебе не изменилось. Не уверена, что разговор пойдет вам обоим на пользу. К Кристи нужно искать другие пути.

— И какие?

— Если бы знать, — вздохнула Екатерина. — Я постоянно защищаю тебя, но пользы от этого немного.

Возницын взглянул на жену и нежно накрыл своей ладонью ее ладонь. Он знал, что если бы не она, их отношения с дочерью были бы еще хуже. Точнее, их не было бы совсем, они вообще бы не общались, жили, как два абсолютно чужих человека. И он благодарен Кате за то, что она делает в такой не простой ситуации. И вообще, ему очень повезло с ней, он же не дурак и прекрасно понимает, как нелегко его терпеть. А сколько сил и своего времени она потратила на устройство этого юбилея. Он же практически устранился от всех организационных забот. А вот она замечательно с ними справилась. То, что праздник удался, целиком ее заслуга. Вот только не перетрудилась ли она, что-то вид у нее не слишком хороший. Такого бледного лица у жены он и не припомнит.

— Иди к Кристи, — вдруг услышал Возницын ее голос.

Он подошел к дочери. Рядом было свободное место, он занял его.

— Здравствуй, Кристи, — поздоровался он. — Спасибо, что пришла. Я тебе за это очень благодарен.

— Не стоит, папа. Я не могла не прийти, все же я твоя дочь.

— Ты произнесла это таким тоном, словно бы недовольна этим обстоятельством. — Возницын тут же пожалел, что произнес эту фразу, она открывает дорогу к очередной серии их бесконечных разногласий. А Катя предупреждала, что сейчас не стоит этого делать.

— Папа, не будем об этом. К тому же это не так. Родителей дети не выбирают, их посылают им высшие силы.

— Я рад, что ты это понимаешь. Кристи, я хочу, чтобы мы наладили наши взаимопонимания.

— Это невозможно, папа, пока ты не начнешь понимать, каким человеком являешься. Иначе это просто бессмысленно.

— Ладно, не будем об этом, поговорим на эту тему как-нибудь потом. Расскажи хотя бы про свои дела.

— У меня нет никаких изменений, что было, то и есть. Поэтому нечего рассказывать.

Возницын понял, что разговор зашел в тупик. Она ничего не скажет, а он не знает, о чем спрашивать, чтобы не поссориться в очередной раз. Впрочем, ссорился это он, а дочь просто уходила. Такое ее поведение бесило его еще сильнее, чем, если бы она вступала с ним в пререкания.

— Я рад, что повидал тебя, — сказал он. — Очень хочу, чтобы ты как-нибудь забежала к нам домой.

— Папа, не жди, я не приду.

Возницын встал и направился к жене.

— Как поговорили? — поинтересовалась она.

— Вряд ли это можно считать разговором, — ответил он.

— Так я и думала. Прими это как данность. У вас с ней ничего не наладится. По крайней мере, пока.

Ему вдруг показалось, что голос жены прозвучал как-то непривычно надтреснуто. Он стал пристально вглядываться в нее. Ее вид ему не понравился еще больше, чем полчаса назад.

— Катя, ты чувствуешь себя нормально?

Жена как-то странно посмотрела на него.

— Альберт, проводи меня куда-нибудь в другое место.

— Пойдем.

Жена встала и сделала неуверенно несколько шагов. Он крепко схватил ее за локоть.

Возницын привел ее в ту самую комнату, где недавно беседовал с мэром. Усадил жену в то самое кресло, где сидел городской глава.

— Тебе что-нибудь дать?

— Воды.

— Хорошо, сейчас принесу.

Возницын направился к бару. И вдруг услышал какой-то непривычный звук. Он тут же обернулся и увидел лежащую на полу жену. Судя по ее виду, она была в бессознании.