Глава 124-126

========== Глава 124 ==========

Пока все пятикурсники вокруг носились в предэзаменой лихорадке, составляли специальные расписания для подготовки и пытались прикупить из-под полы у ушлых старшекурсников что-то для усиления памяти, я чувствовала, что это меньший из моих поводов для переживаний. Хотя просто отказаться от увеличившихся домашних заданий в пользу более полезных в ближайшей перспективе дел, было очень искусительно, я помнила о том, что Лорд бдит и подготовка к экзаменам СОВ — все еще моя главная отмазка высокой занятости. Конечно, я не только не забрасывала подготовку по учебникам, что передавал Крауч, продолжала так же дополнительно практиковаться с ОСТами и Ноттом, сохраняя осторожность, еще успевала выбраться в Выручай-комнату, чтобы сходить к Редлу в гости или потренироваться там. Хотя последнее стало удаваться все с большим трудом.

Загруженность не давала остановиться на мыслях слишком надолго, а тревог хватало. И это не только предстоящие события, моя подготовка к ним, Пожиратели, которые в любой момент могли меня сдать Волдеморту, Поттер с компанией, от которых пока не было никаких вестей... В общем, да, и без того хватало. А еще Кан с родителями. Пожиратели передали, что они живы и действительно содержатся в Малфой-меноре. На мой вопрос через связной пергамент, они сказали, что семейство в порядке, но это Пожиратели так сказали, потому что через пергамент ненадежно? Или что в их понимании 'в порядке'? Когда Волдеморт Круциатус накладывает — это тоже? По крайней мере, было ясно наверняка, что они целы. Проводить же более детальный осмотр даже для Пожирателей было бы подозрительно.

То, что я не могу сама сходить посмотреть, вызывало кучу тревожных мыслей. Луну там вроде не трогали, у них с Олливандером был какое-то время тюремщиком Петтигрю, а теперь, наверное, Лорд усилил охрану. Нормально ли к ним там относятся? Зачем Волдеморт еще и родителей Кана в заключении держит?

Даже мои сообщники-Пожиратели не могли приблизиться туда, чтобы дать мне больше информации, а я сама старалась не думать об этом, потому что сделать пока ничего не могла. Ничего, осталось подождать немного и когда однопроцентного не станет, вызволить всех Самуи будет легко. Пока же любое мое движение в ту стороны, может стоить слишком дорого.

По сути я хваталась за слишком многое одновременно, поэтому список дел пришлось сократить с 'важных' до 'более срочных' и тех, от которых нельзя отказаться, как от уроков с Волдемортом. Даже тренироваться в изменении чар вместе с Ноттом удавалось едва ли пару раз в неделю, что уж говорить о поиске какой-то полезной информации про Темных лордов. Благодаря приближающимся экзаменам хотя бы то, что я все время занята чем-то и постоянно в напряжении, где-то в своих мыслях, не привлекало чье-то внимание — такими были почти все пяти— и семикурсники.

Слизеринская команда по квиддичу, которая планомерно в этом году двигалась к выиграшу кубка, становилась еще более невыносимой, питая злобу ко всем остальным факультетам и змейки поддерживали своих так же, как все остальные. Не стоило и надеяться, что Малфой сможет приструнить слизеринскую жажду отмщения и они продолжали вторую неделю свои нападки на определенный круг учеников. Более того, доставалось и тем, которые не участвовали в порче метел, всем, кто был замечен в ОД еще при Амбридж, всем, кто заступался и показывал зубы в ответ. Оставался вопрос времени, когда слизеринцы потеряют всякое различие в своих жертвах.

Это не перерастало в полноценную бойню, слизеринцы все время действовали осторожно, выбирая цели так, чтобы быть в большинстве или наносили единичные удары исподтишка. Кэрроу же жестко останавливали гриффиндорские и не только головы, назначая дисциплинарные взыскания и добавляя побоев. Все это как по мне начинало дурно пахнуть, но я не чувствовала в себе сил все это остановить, как раньше. Мало того, что я и так, по ощущениям, зашивалась перед горящими сроками, так и риск ввязаться в это сулил тем, что удар теперь на себя примет Кан. Лучше уж пусть Волдеморт на своих 'уроках' довольствуется моей покладистостью.

Гриффиндорцы-старшекурсники, кажется, бегали теперь в Выручай-комнату чаще, чем раньше, и приходилось сохранять внимательность, чтобы ни с кем не столкнуться. Не знаю, что они там делали, возможно возрождали урезанный состав ОД, проводили собрания или хранили свои краски, но никого из моих знакомых там теперь не было. Благо, они там насовсем не запирались, может быть, потому что Кэрроу совсем потерявшего любой страх Невилла лупили, если нарывался, но не более того. Он знал, что его не убьют... может поэтому продолжал так глупо, совершенно бессмысленно нарываться, подогреваемый духом борьбы и поддержкой родителей. И хуже того, за его примером другие тоже не держали язык за зубами и переставали бояться Кэрроу, понимая, что побои — это максимум, что им могут сделать.

Школа четко поделилась на два лагеря, как ученики, так и профессора. Слизеринцы, в числе которых была и я, были в меньшинстве, но верили в свою силу и правоту, а потому из кожи вон лезли вдвойне.

Тем не менее, я была уверена, что Кэрроу точно не пойдут на убийство, тем более не Невила. Хоть я с ним весь год, считай, не разговаривала все-таки, мне кажется, Кэрроу сознательно избегали всего, что касалось меня. Захарию, например, которого Кэрроу когда-то, казалось насовсем, лишил правой руки, Амикус теперь почти обхаживал. Ну как, сам Смит не нарывался на общих занятиях с гриффиндорцами, но заметил, что при каких-то косяках, Кэрроу на него даже не орал — а это считай показатель.

Возможно, Амикус чувствовал, что Лорд не простит им его ошибку, поэтому меня больше не трогал никак, как и его сестра, но взамен этого сконцентрировался на подготовке седьмого курса в боевых условиях. Может, это для того, чтобы слизеринцы, будучи в меньшинстве, против всех остальных факультетов сумели противопоставить им что-то. Или же это была подготовка к грядущему присоединению в ряды Лорда.

Семикурсники Слизерина не слишком много рассказывали, но Кэрроу явно обучал их боевым заклинаниям, похоже, примерно как было на зимних каникулах. Мне было интересно сходить хотя бы посмотреть, но рисковать не стала, помня о том, что Лорд мне запретил тренироваться с кем-то из Пожирателей, и даже такой обходной путь ему вряд ли понравится. И то, что я бы так занималась с такими же учениками школы, не стало бы оправданием.

Я так и не решилась связываться с кем-то взрослым для тренировок с магией в бою и продолжала сама повторять упражнения для контроля. ОСТы мне в этом деле помочь не могли. Даже без обьяснений Редла, я понимаю, что опасно потерять контроль магии и будет лучше если напротив будут не школьники, а более опытные взрослые маги. То ощущение, когда магия была готова сорваться с кончика палочки и уже колола пальцы в доме Лавгуда, мне хорошо запомнилось.

Хоть контроль у меня все еще хромал, с простыми и легковесными чарами дело обстояло куда лучше, поэтому я не хотела избавляться от тренировок с попытками изменить существующие чары. В этом мог крыться секрет заклинаний, которые самостоятельно меняли траекторию полета, но и в этом возможности не ограничивались. Я понимаю, что это тема сложная, ее только на седьмом курсе изучают, но настолько фундаментальная, что разобравшись, можно по сути на ходу менять имеющийся набор чар, подстраивая под обстоятельства. Не смотря на сложность, все равно я хотела изучить это сейчас, так как считала, что очень может пригодиться. Это точно будет полезнее, чем сходить посмотреть, как квиддичисты летают над полем.

Чтобы разобраться в этом точнее, я еще вернулась к тому подарку на Рождество от Долохова — заколке притягивающей к себе проклятья. Своеобразный щит, но работающий не просто, как обычный щит. Наверное, потому что я стала чаще задумываться о том, что такое проклятье Авада Кедавра и чем оно по сути является, мне пришла в голову идея. Волдеморт обьяснял, что это по сути давление магической силы, приказ душе покинуть тело, облаченный в слова проклятия. Считалось, что его нельзя остановить и с уровнем магической силы Лорда, который априори считался сильнее других, проклятье и в самом деле выходило неостановимым. Теоретически, оно бы не сработало на ком-то более магически сильном и Волдеморт каждый раз таким образом доказывал, что он сильнейший. Он это рассказывал не просто так, кажется, так как закономерно всплывал вопрос — кто из нас двоих сильнее? И смотрел на меня, как удав, чтобы я даже не усомнилась, чья Авада перебьет. Хотя мне с ним спорить и не хотелось.

До сих пор остается загадкой, каким образом выжил тогда Гарри Поттер, но у меня возникло предположение после того, как я сама невзначай обычным словом, усиленным магией, умертвила несколько десятков существ за раз. И Волдеморт, который явно не просто обратил внимание на тот случай, а и зациклился на этом вопросе Авады, только увеличил во мне рвение разобраться в этом, раз его это забеспокоило.

Суть этой идеи заключалась в душах. Так как я, можно сказать, наловчилась уже возвращать их из-за грани, казалось, что кто-то вроде Дамблдора мог бы тоже подобное уметь — что ни говори, а старик был силен. Правда мне приходилось опираться на воскрешающий камень, который и создавал некую связь между мирами с помощью моей силы, но Дамблдор тогда тоже мог им воспользоваться, когда он был у него или же просто использовать более долгие и сложные ритуалы некромантии. Также не стоит забывать, что если книг о некромантии и работе с духами нет в библиотеке Хогвартса, считающейся наиболее обширной, это не значит, что таких знаний совсем нет. Тот же Кан и его семья, практиковали работу с духами, правда с духами поменьше, со слабыми зачатками разума даже. Но все равно это значит, что в других странах где-то это не является такой уж запретной магией. Хотелось бы мне поездить по миру, чтобы узнать... Но пока работала с тем что есть. И пыталась обьединить схему притягивания чар на заколке с какими-то удерживающими рунными цепочками, которые все-таки нашла в библиотеке, едва туда пустили. Жаль нельзя посоветоваться с Каном... Он вроде с мелкими духами природы уже работал и я кое-как вспоминала то, что он рассказывал ранее. Меня интересовали мелкие духи, думаю, даже какая-то мышь подошла бы, не обязательно брать какого-нибудь водного келпи или огненную саламандру. Они, конечно, мощнее магически, но мне не нужна была их мощь.

Согласно моей теории, заклинание Авада Кедавра должно было притянуться к сделанному артефакту, не тронув душу владельца в теле, а достигнув души предположительно мыши, развеяться. Всем известно, что это заклинание не отразит ни один щит, пока оно не достигнет какой-то цели, но в целях совершенно не капризно и легко развеется даже встретившись с неживым предметом достаточной толщины. Я же просто хотела создать условия для смены этой цели, но это, конечно, оказалось совсем не так просто.

Работать над этим я начала еще с момента, когда Нотт мне обьяснил про принципы создания заклинаний и едва разобралась с вместилищем для Регулуса, и я собиралась на основе имеющихся знаний и умений создать нечто новое. Если же еще вспомнить, что это любимое проклятие Лорда, то вопрос вообще превращается в шкурный. К счастью, у меня под рукой был не только Нотт, являющийся почти выпускником школы, а полноценный Темный лорд, притом углублявшийся в эту тему. Наставник сумел ответить на непонятные вопросы и помог разобраться, хотя я не призналась пока, что задумала.

Если моя теория верна, то пора было уже пробовать проводить опыт. Душу мыши, как обьяснял Кан, нужно будет приманить чем-то вкусным для нее, с этим вроде просто — внушения и легилименция очень рядом, но сыр на всякий случай приберегла. Самуи потом бы договаривался, если бы речь шла про магического духа, от которого требовались бы какие-то действия и, в будущем, я возможно отправлюсь ловить такого духа, но сейчас мне достаточно того, чтобы эта мышь посидела некоторое время в заключении в подобии сна. Про сон это мне еще Редл рассказывал, потому что я как-то заинтересовалась, могут ли духи, как он, спать. Да и он что-то уже упоминал о том, как сам себя ввел в сон, будучи в крестраже.

Накладка, неожиданно, получалась с материалами для опытов. По расчетам и советам из книг по зачарованию, мне подойдет любой метал, но чтобы наверняка лучше золото, еще и с драгоценным камнем не меньше трех дюймов. Возможно, понадобится и меньше, но это будет ясно уже после испытаний. В библиотеке, куда, наконец, вернулся доступ, я нашла информацию, что абсолютно любые предметы могут содержать в себе духов. Технология эта шла из древности, крестражи так же были основаны на том же принципе, так что тут я тоже могла обратиться за опытом Редла и его собранными знаниями. Материал вроде бы любой, но лучше всего натурального происхождения или металл. Как ни странно, тетрадь подходила под эти критерии, с учетом кожаной обложки и спрессованных страниц из бумаги или пергамента. Но я решила пробовать более надежный вариант. Все-таки мне нужно было еще навесить чары для отвода заклинаний в нужное место.

По крайней мере, основа работы с созданием вместилища для духа Регулуса у меня уже есть. И есть сережки, которые я заблаговременно получила у Крауча в подарок, но их бы я предпочла оставить на чистовой вариант. Где бы только такое добро достать...

Пришлось писать на Гриммо, хорошо что был хоть кто-то вне стен школы, кто мог мне купить нужное и, благо, Дженна с ее матерью могли по-очереди отходить от Лизы, за которой нужно было приглядывать.

Справились они быстро, прислав мне небольшой набор разных по размеру и составу украшений, заодно и мышей в клетке. Доставил так же Кикимер. Старый домовик аж трясся весь, когда я его позвала, выйдя в Запретный лес, через лаз, и быстро исчез, едва все отдал.

Опыты я стала проводить в Тайной комнате, чтобы иметь возможность там оставить все драгоценности в тайничке. Что-то мне уже не казалась таким надежным хранилищем Выручай-комната.

По итогам первого же опыта... Не сразу получилось схватить дух мыши. Не потому, что меня останавливала мысль, что уже за одно такое действие, меня могли бы засадить в Азкабан, просто духи быстро ускользали, игнорируя угощения, которые я приготовила. Так что мыши частично перевелись, прежде чем у меня получилось.

Благо, рунные цепочки на металле, что я нанесла мелким шрифтом, были перенесены из книг и заколки, видимо, верно. Я по задумке замаскировала трансфигурацией руны и продела зачарованную сережку в тонкую веревку.

Пришло время для опыта.

Сережка на маленькой веревочке была повешена на шею хорошо зафиксированной мыши.

Вызвать в себе нужные эмоции оказалось легко. Сказывались тренировки в легилименции, да и банально легче морально воспринимать это как опыт над созданным артефактом и ничем больше. Заклинание, которое летело выше заколки на метр пролетело мимо и рассеялось по потемневшей от времени каменной кладке, даже не повредив. Видно, не слишком сильное получилось, но главное, что получилось. Я повторила опыт, уменьшив расстояние — все-таки с определением области для защиты я работала впервые. Сантиметров с двадцати заклинание все-таки притянулось и врезалось в заколку. Раздался громкий писк мыши и никак не успокаивался. Я ощущала небывалое воодушевление, пока этот пронзительный писк разрывал уши почти на ультразвуке.