Друзья

Глава 1

Стоявшие в воротах стражники приветствовали выехавшего из города всадника, который ответил им взмахом руки, и продолжили обсуждать прелести некой Ольши. Время близилось к полудню, дорога радовала глаз отсутствием путников и обозов, а через пару свечей должны привезти обед и можно будет опустить решётку и отдохнуть от дежурства.

Всадник был городским сотником Керимом из рода Варгов. Мужчина в расцвете сил, одетый в лёгкую броню, ехал на чёрном жеребце, посадив перед собой мальчишку лет десяти. Красивое лицо Керима выглядело угрюмым, да и для мальчика эта поездка была не в радость. Оба молчали, пока окружавшие город вырубки не сменились росшим по обе стороны дороги густым лесом.

— Ты будешь ко мне приезжать? — дрогнувшим голосом спросил мальчик.

— Если вернусь, — ответил сотник. — Мы с тобой всё обговорили, сын. Не стал бы я отдавать тебя магу, если бы не война. Подумай сам, Дарк, что с тобой будет, если я погибну. Даже если город не подвергнется осаде, тебя быстро лишат дома и нашего золота. Ты ещё слишком мал, а у меня нет никого, кому можно было бы довериться.

Они замолчали, и долгое время были слышны лишь перестук копыт, позвякивание сбруи и голоса птиц. Когда Керим увидел отходившую от дороги широкую и хорошо утоптанную тропу, он спешился и велел сыну пригнуться, чтобы ветви не выкололи глаза. Взятый под уздцы жеребец тоже наклонил голову и, ведомый хозяином, вошёл в лес. Шли недолго и закончили путь возле стоявшего на поляне двухэтажного бревенчатого дома, который добротностью и красотой отделки не уступал городским домам близких к графу людей. Сотник привязал коня к одному из закреплённых в стене колец, снял с седла Дарка и вместе с ним взошёл на крыльцо. Стучать не пришлось, потому что дверь открыл мальчик такого же возраста, как и сотников сын. Судя по узору на рубашке, он был из купеческой семьи. Обычно дети не носили штанов, не было их и на обоих мальчишках.

— Проходите в дом, — поклонившись, сказал сын купца. — Мастер вас ждёт.

Приехавшие вошли в просторные сени и сняли сапоги и портянки. Маг встретил их в первой, самой большой комнате. Крепкий невысокий мужчина с красивым мужественным лицом выглядел лет на шестьдесят, но сотник знал, что ему больше ста. Как и у всех сильных магов, камень силы на его лбу светился даже сейчас, когда он не творил магии. Просторная рубаха была заправлена в кожаные штаны, доходившие до середины голени. В комнате было тепло, а полы покрывали шкуры, поэтому маг ходил босиком.

— Приветствую великого Альпа! — поздоровался сотник.

— И тебе привет, уважаемый Керим, — отозвался хозяин. — Хочешь вставить сыну камень?

— Не только. Я хочу оставить его вам для учения. Через два дня войско покинет город, а городской предсказатель вытянул для меня чёрный камень.

— Сарк редко ошибается, — сказал маг. — Мальчика не с кем оставить?

— Жена умерла два года назад, других родственников нет, а те, кому я мог бы его доверить, уходят в поход.

— У меня есть один ученик, но могу взять и вашего сына. Заплатите пятьдесят золотых за камень, а свою учёбу он отработает службой. Камень лучше ставить малышам, вы с этим запоздали, поэтому ему не быть сильным магом.

— Дарк носил повязку с пяти лет, — возразил Керим. — Я не хотел дырявить лоб малышу, а маг графа сказал, что достаточно прижать камень повязкой. Так делает большинство благородных. У меня самого такая.

— И много вы можете? — с усмешкой спросил Альп. — Или вообще ничему не учились?

— Могу предугадать удар и затормозить того, в ком нет силы, — ответил сотник. — Различаю ложь и ещё быстро затяну рану. Больше ничему не учился, потому что недосуг, да воину это и не нужно.

— С повязкой большего и не будет, — сказал маг, — разве что проживёте дольше обычного. Ладно, платите деньги и можете ехать.

Керим развязал кошель и отсчитал полсотни монет, а остальное золото отдал сыну, после чего, ни с кем не прощаясь, быстро ушёл.

— Борис, покажи новичку его место, — приказал Альп. — Будьте готовы к тому, что я обоим поставлю камни. Боли не почувствуете, но два дня придётся полежать. На это время приглашу заменить вас кого-нибудь из деревни.

Он забрал золото и вышел в другую комнату, из которой по лестнице поднялся на второй этаж.

— Пойдём покажу нашу комнату, — сказал сын купца. — Это у тебя одёжа?

— Рубахи, — ответил испуганный Дарк, прижимая к себе сумку. — Ты давно здесь?

— Третий день, — ответил Борис. — На караван напали разбойники и убили отца. Мамка умерла, когда был мор, а сюда привёз старший брат. Заплатил за камень, а за учёбу буду четыре года прислуживать колдуну.

— Магу, — поправил Дарк. — Колдуны другие. А почему не заплатили за обучение? Нет денег?

— У брата много денег, — грустно сказал Борис. — Мы не обеднели даже после гибели каравана. Только он не захотел оставлять меня в семье. Через пять лет пришлось бы делиться, а теперь меня не примут в гильдию, а брат заплатит только за мою часть дома. Если к этому времени женится и наплодит детей, даст только пару сотен монет. Пойдём, а то сейчас придёт Мастер, и я получу по шее! Всё, что он приказывает, нужно делать бегом.

Комната учеников была самой маленькой в доме, с одним окном и двумя кроватями. Дарк положил в сундук сумку и сел на кровать.

— Хорошо, что я здесь не один, — сказал он. — Расскажи, чем ты занимался, будет не так страшно ждать, когда этот Мастер придёт дырявить лоб.

— Тем же, чем у нас в доме занимались слуги, — ответил Борис. — Каждый день нужно подметать полы, вытирать пыль и выносить мусор. Мастер готовит сам, но и на кухне приходится мыть и чистить овощи. Есть много другой работы, но она не каждый день. Начинаю утром, а заканчиваю к ужину. Может, вдвоём будет легче.

— А почему у него нет других слуг? — удивился Дарк. — Гребёт золото лопатой... Да за одну монету служанка нанялась бы на целый сезон!

— До меня кто-то был, — понизив голос, сказал Борис. — А для чего ему платить, если есть я? А к готовке он никого не подпускает, потому что боится. Наверное, у Мастера много врагов, которые могут отравить. Вроде бы магия не распознаёт яды.

— Я читал, что распознаёт. Может, он просто не умеет?

— Прекратите болтать, — сказал открывший дверь маг. — Я раньше освободился, поэтому сейчас займусь вами. И не нужно так бояться, а то мне придётся тратить на вас силы. Быстро снимайте рубахи и ложитесь!

Мальчики стянули рубашки и забрались на свои кровати. Альп подстелил под голову каждому разрезанный бычий пузырь, а на горло положил смоченную водой тряпицу. Начал с Бориса. Обмакнув в кувшин небольшой нож, он сделал надрез на лбу и раздвинул плоть. Видимо, мальчик не чувствовал боли, потому что даже не дёрнулся и не вскрикнул. Кровь текла слабо и впитывалась в мокрую ткань. Маг взял треугольную пластинку и начал с усилием вращать её в месте разреза, высверливая в кости коническое углубление для камня. От скрежета металла по кости Дарка начало трясти. Прервав работу, Мастер подошёл к мальчику и положил ему руку на лоб. Через несколько мгновений сын сотника уже спал.

Сверление продолжалось свечу. Когда работа подошла к концу, маг стал очень осторожен. Он уже не так сильно давил на кость и часто простукивал углубление.

— Пожалуй, хватит, — пробормотал Альп, промыл ребёнку лоб и взял в руки камень.

Приклеив его в углублении смолой, он свёл плоть и наложил тугую повязку. Последней была магия, которая обеспечивала отсутствие воспаления и быстрое заживление. При этом камень на лбу мага вспыхнул ярким голубым светом и слабо засветился через повязку тот, который достался Борису. Усыпив одного мальчишку, Мастер занялся другим. Всё повторилось, и через свечу спящий Дарк благополучно получил свой камень. Облегчённо вздохнув, маг вышел из комнаты. Иной раз операция проходила не так удачно и приходилось прикладывать большие усилия, чтобы сохранить ученика и его рассудок. Когда-то лоб сверлили насквозь и камень закладывали внутрь черепа, получая намного более сильных магов, только после этого умирал каждый третий мальчишка.

Ученики проспали до утра. Первым проснулся Дарк и потянулся рукой ко лбу.

— Убери руки! — сердито сказал стоявший в дверях Альп. — Чтобы никто из вас не смел прикасаться к повязке! Сейчас я кое-что сделаю, а вы скажете, что при этом почувствуете.

— Я ничего не чувствую, Мастер! — сказал тоже проснувшийся Борис, испуганно глядя на пылающий камень мага.

— А у меня лоб стал холодным, — добавил Дарк. — Как будто приложили кусок льда.

— Видимо, повлияло то, что ты пять лет носил повязку, — сказал ему маг. — Борис будет магом средней силы, ну а ты можешь стать сильнее. Насколько — этого я пока не скажу. Обоим разрешаю вставать только для того, чтобы справить нужду. Есть сегодня не будете. Можете болтать, чтобы убить время, но лучше больше спать.

В этот день работы по дому выполняла деревенская девушка, она же вынесла их горшки и принесла воду. Время тянулось медленно, заснуть не удавалось, а для долгих разговоров не было настроения. Дарк тяжело переживал разлуку с отцом и боялся того, что предсказатель окажется прав и он станет сиротой. Борис ещё не свыкся со смертью отца и поступком старшего брата, поэтому тоже не проявлял желания общаться. Сегодня не было изматывающей работы, поэтому в голову лезли тяжёлые мысли, а на глаза наворачивались слёзы.

Альп появился у них после заката, увидел заплаканные глаза и усыпил обоих.

На следующее утро они проснулись почти одновременно, с сильным чувством голода. За окном было темно, и пришлось долго лежать, пока рассвело и пришёл Мастер. Он намочил и снял повязки, а потом разрешил встать. Ещё одна проверка показала, что теперь и Борис чувствует холод. Во время его магии камни у мальчишек довольно ярко светились.

— При чужой магии свечение будет всегда, — сказал Альп, — а холод почувствуете, если она будет направлена на вас. Кое-каким мелочам научу через несколько дней, а основная учёба будет, когда вам исполнится тринадцать. Сейчас поедите и будете отдыхать. К работе приступите завтра.

Прошло три года, занятые чёрной работой. То, что мальчишек было двое, не принесло им облегчения. Маг легко находил работу и следил за тем, чтобы слуги не бездельничали. Никто из них не занимался этим дома, но оба быстро привыкли к унизительной для их сословий работе. У Бориса не было семьи, а вскоре её не стало и у Дарка. Исполнилось предсказание Сарка, и отец погиб в сражении с торийцами. Золото рода Варгов было предусмотрительно спрятано в надёжном месте, а лишившийся хозяина дом достался графу и был им кому-то подарен. Мастер Альп стал для обоих единственной надеждой на достойное будущее, вот только это будущее приходилось отрабатывать, забыв о гордости. К магу часто обращались за помощью богатые горожане Кошта и бароны графства, иной раз приходили и крестьяне из ближней деревни. В основном просили вылечить болезни и раны и вставить детям камни силы. Когда привозили мальчишек, Дарку с Борисом приходилось уступать им свою комнату и ночевать на сеновале. Просители расплачивались золотом, исключением были крестьяне, платившие продуктами и сеном для коня мага.

Борису первому исполнилось тринадцать, но маг занялся учёбой через две декады, когда порог зрелости переступил и Дарк. Нанятая в деревне девушка избавила ребят от уборки и многих других дел. Мастер не освободил их только от работы на кухне, которой сам теперь не занимался.

Учёба свелась к чтению нескольких книг и попыткам освоить прочитанное. Альп объяснял то, что у них не получалось понять самим, но делал это редко. Поначалу его ученики не могли похвастать большими успехами, и только через год в них проснулась сила.

— Так и должно быть, — говорил Мастер. — Камень меняет вас, но для этих изменений нужно время. И ваши занятия этому способствуют. Теперь будет намного легче.

В четырнадцать оба стали на голову выше и начали обрастать мышцами. Юноши ещё больше окрепли после того, как учитель заставил выполнять воинские упражнения.

— Магию нужно подкреплять сталью, — сказал он, бросив на одну из кроватей два затупленных меча. — Пока обратитесь к силе и она убьёт ваших врагов, они порубят вас на куски. Заниматься будете сами, я лишь вложу в ваши головы необходимые знания и помогу вылечиться, если по дурости покалечите друг друга.

Доучиться у них не получилось. Остался один сезон занятий, когда на королевство Доршаг напали торийцы. Новость узнали от купца, который привёз на лечение больную жену.

— Плохо дело! — говорил он магу. — Они сильно потрепали королевское войско пять лет назад, но тогда удалось отбиться. Боюсь, что сейчас это не получится. И наших в два раза меньше, и во главе стоит не герцог Даргус, а сам король, который не участвовал ни в одном сражении. Наверное, уеду к соседям в Лебарию. Если наших разобьют, Кошт будет занят через три дня!

Этот разговор подвинул Мастера подготовиться к бегству.

— Я хорошо знаю торийцов, — сказал он юношам. — Тора в два раза больше нашего Доршага и не завоевала его только из-за вражды с урамцами. Но теперь эта вражда в прошлом, а королевские дома Торы и Урама породнились, так что, возможно, к нам придут две армии. Наш юный король сделал глупость, отправив в ссылку герцога Даргуса. Королевство завоюют, и в нём долго не будет закона и порядка. Я не собираюсь гибнуть или прогибаться под торийцов, лучше уехать в Лебарию. Это большое и богатое королевство с сильной армией, которое не по зубам соседям. Мы верим в одних богов и говорим на одном языке, и с золотом там нетрудно устроиться. Дарк, возьми этот кошель и отправляйся в деревню. Найдёшь старосту и передашь, что я велел купить двух лошадей и телегу. Для путешествия будет мало одного Красавчика. Многое придётся бросить, но я увезу золото, книги и оружие. Если захотите, можете ехать со мной, а если останетесь, я найду других попутчиков. Я отправляю Долю в деревню, так что пойдёте вдвоём. И возьмите нормальные мечи вместо тех, с которыми тренировались.

Им шили одежду в четырнадцать лет, и у Дарка не получилось надеть штаны. Он с трудом натянул их на ноги, но не смог свести в поясе. Пришлось идти так, как он ходил дома, — в одной рубахе. Это не было нарушением приличий, но он решил купить в деревне хотя бы крестьянские портки. Потом их можно заменить на более пристойные. Сапог тоже не было, поэтому отправился босиком. Доля, симпатичная девушка семнадцати лет, собрала свои вещи в узел и поспешила его догнать.

— Не торопитесь так, господин! — попросила она. — Я за вами не успеваю.

— Быстрее шевели ногами, — неприветливо буркнул Дарк, но пошёл медленней.

Дурное настроение объяснялось мыслями о том, как перед бегством забрать отцовское золото. К тому же он был неравнодушен к прелестям девушки, и она об этом знала. Дарк хотел предложить ей сходить на сеновал, но не успел из-за отъезда. Ей тоже нравился этот юноша из благородных. Молодой, но уже сильный, к тому же маг. Она видела его без рубахи и смогла оценить, а если учесть, что маги долго не устают в любви... И собой он был хорош — не сравнить с круглолицыми деревенскими парнями. Они ещё не вышли из леса, когда Доля решилась. Обогнав Дарка, она без разговора подняла его рубаху.