Fate/яebirth

Мир — это жестокое место. Особенно, если видеть его глазами ребенка.

Беспощадный и не прощающий слабость, ужасный и кровавый, жестокий ко всем своим обитателям... Именно такой была реальность для маленького мальчика, которому от силы было лет восемь, и который на собственной шкуре ощутил все ужасы лишений.

Голод, холод и страх были вечными спутниками ребенка. Живя на улицах в постоянных поисках еды и крова, он не понимал: "Почему так?" Он видел, что у детей его возраста были любящие родители, теплый дом и вкусная еда, в то время как у него не было ничего. Даже имени.

Одетый в тряпки, кое-как защищавшие его от дождя, что был частым гостем на улицах Лондона, парень искал хоть какую-то крышу, чтобы укрыться от непогоды.

Кровавый кашель, ставший столь привычным для него за все эти месяцы, вновь дал о себе знать, и, упав на колени, мальчик с видимым усилием пытался освободить лёгкие от посторонней жидкости. С каждым мгновением делать это было все сложнее, и вскоре горькие слёзы отчаянья потекли по щекам, смешиваясь с каплями дождя. Мальчик понял, что больше не встретит ни один рассвет. Вот так, съежившись на асфальте одной из многочисленных улиц Лондона, медленно и болезненно умирал беспризорник.

Перед глазами быстро темнело от недостатка воздуха, и силы покидали хрупкое, измученное тело. Вскоре он завалился на бок, прижимая к груди самый ценный для него предмет.

Его сокровище, его прелесть — небольшую потрепанную книгу.

Когда-то она была подарена ребёнку старым священником. И сколько раз он молился, чтобы описанное в книге не было выдумкой, чтобы однажды его спасли. Но, увы, реальность куда более жестока.

И вскоре маленькое сердечко остановилось, умер еще один никому не нужный сирота, коих в этом Богом забытом городе было сотни. А из его ослабевших рук под проливной дождь выпала маленькая, потрепанная от времени книга, название которой гласило: "Повести о рыцарях света"...

* * *

Резко проснувшись, мальчик не старше семи лет судорожно пытался вздохнуть. Сердце в его груди отбивало бешеный ритм, а глаза были в панике широко открыты.

Снова ему приснился этот сон. Сколько мальчик себя помнил, его всегда преследовали сцены из другого времени, и всегда они заканчивались одним и тем же. Он умирал в одиночестве на безлюдной улице, захлебнувшись собственной кровью.

— Почему это происходит со мной? — встревоженно спросил он у пустоты, придя, наконец, немного в себя. Ведь с самого детства его жизнь была наполнена странностями.

Впервые он осознал себя довольно рано. И для воспитателей детского дома это был необычный опыт. Маленький мальчик, оказавшийся в одном из детских домов Фуюки практически сразу после своего рождения, вызывал много вопросов. Было не известно, кто его родители, однажды его просто на улице, завернутого в теплый плед, нашел патрульный.

Широ — такое имя было даровано ему, ребенку с неестественно красными волосами и светло-карими, практически золотыми глазами с совершенно недетским взглядом.

И это пугало многих детей его возраста. Они избегали его, пытались прогнать и хоть как-то обидеть. Но, казалось, что все это ему было абсолютно безразлично. Лишь холод, поселившийся в этом взгляде, усиливался с каждым днем. А вместе с ним и отчуждение. Широ отдалялся от людей, замыкаясь в себе.

Помимо холода в его глазах плескалось ещё одно чувство. Жажда. Жажда новых знаний. Для взрослых это было немного странно — видеть, как мальчик четырех лет с довольно серьезным лицом пытается достать очередную книгу по истории мира.

Хотя все же что-то, присущее детству, было не чуждо и ему. Он любил истории о героях. И порой его было не оторвать от очередной легенды, в которой описывались очередные подвиги героев прошлого. И что уж говорить о том, что истории о Короле Артуре занимали особое место в сердце Широ, ведь он помнил о тех временах, которые сейчас казались лишь страшным сном. Временах, когда у него не было ничего кроме мечты о том, что когда-нибудь кто-нибудь спасет и его, и всех остальных бездомных детей, пытающихся выжить на дождливых улицах Лондона.

Удивительно, но частично эта мечта осталась с ним. Он все ещё желал встретить героя, пусть и в нынешнее время это звучало довольно безумно. Ведь даже в своем малом возрасте он понимал, что не существует ни ужасных монстров, ни драконов, и даже вампиры были лишь выдумкой. И не редко Широ говорил воспитателям, что нынешний мир слишком безопасен для него.

Несмотря на это, ранее редкие побеги из детского дома, которые Широ использовал, чтобы лучше узнать город, становились все чаще.

— Смотрите-ка, кто у нас здесь так поздно гуляет? — перед Широ, стояло трое подростков, которые, к его раздражению, были типичными янки. Окрашенные в светлый цвет волосы, пирсинг во всех возможных местах и просто отвратительные манеры.

— А разве маленький мальчик не знает, что вечером гулять одному опасно? — гнусно улыбаясь, спросил один из ребят, держа в руках деревянный меч. Но Широ не ответил, все так же безразлично глядя на стоящих перед ним людей. За последний год он уже привык к подобным встречам. И к этому времени успел также осознать, что по необъяснимым причинам на определенные промежутки времени он может стать сильнее, быстрее и выносливей других. А самое главное, что в эти моменты он получал неоценимый опыт. Учитывая, что в первую встречу хулиганы достаточно сильно побили Широ, то в каждой новой стычке с ними он действовал все лучше, его инстинкты обострялись, а способность усиливать тело развивалась вместе с ним.

Широ с болью вспоминал последствия первого использования новой возможности. Тогда противники били бокенами. После драки Широ казалось, что каждую клеточку его тела пронзили раскаленные иглы, было так больно, что даже возможность делать вдох-выдох ощущалась неимоверным подвигом. Как же тогда паниковали смотрители в детском доме, даже свозили ребенка в больницу, где, естественно, никто не смог объяснить первопричину такого самочувствия, а через несколько часов все прошло. Эту ситуацию Широ отлично запомнил, ведь в тот момент смерть снова была слишком близко.

Тем не менее, это его не остановило. День за днем, превозмогая боль, он пытался подчинить себе это непонятное умение. И к счастью, со временем стало получаться гораздо лучше. Но Широ догадывался, что это лишь верхушка айсберга.

И сейчас он снова мог воспользоваться результатами своего труда. Слегка поморщившись, Широ ощутил, как его тело наполняется уже таким привычным огнем, принося с собой силу. Ускорившись он быстро преодолел расстояние до ближайшего хулигана и молниеносно нанес удар в печень, заставив того упасть на землю. Следом за этим он едва ушел от замаха деревянного меча.

— Маленький гадёныш, ты поплатишься за это! — выкрикнул парень, пытаясь снова атаковать. Но Широ не стоял на месте и, воспользовавшись своим небольшим ростом, уклонился, после чего со всей доступной ему силы пнул парня в заднюю часть ноги, и когда тот припал на одно колено, он нанёс очередной удар, направленный в пах, что заставило второго нападающего валяться на земле. К сожалению, на этом его удача, похоже, закончилась, ведь третий подросток влепил ему очень болезненную затрещину, от которой он упал. Тем не менее, чувства Широ не притупились, и быстро перекатившись в сторону, он уклонился от следующей подачи. Поспешно поднявшись на ноги, он повернулся к единственному стоящему на ногах подростку, который сейчас яростно на него смотрел.

— Ублюдок! — прокричал тот, вновь и вновь пытаясь нанести удары кулаками. К счастью для Широ, он делал это совершенно хаотично, вкладывая слишком много силы в удар, что позволяло пусть и с трудом, но уворачиваться от них. И спустя несколько мгновений, подловив момент, когда янки немного потерял равновесие, Широ незамедлительно нанес свой удар в солнечное вплетение, от чего и этот парень упал на землю, отчаянно пытаясь вздохнуть.

Быстро взглянув на скрюченных от боли на асфальте ребят, Широ побежал, желая быть подальше от этого места и прекрасно осознавая, что подобное не задержит их надолго. Ведь в прошлом он раз допустил подобную ошибку, за что и поплатился огромным количеством синяков и несколькими треснутыми ребрами. Это был, пожалуй, единственный случай, когда его так серьезно избили.

И только практически добежав до детского дома, он, наконец, позволил себе замедлиться. Тяжело дыша, он подошел к ближайшему столбу и устало уперся об него.

— Блин, почему мне так не везет? — спросил он сам у себя, глядя в ночное небо. Как обычно не было видно ни одной звезды. Наверное, это одна из немногих вещей в новой жизни, которая не нравилась Широ. Ведь еще тогда, в холодной и мрачной Англии, единственными его утешениями были звезды и книга. И сейчас он практически не видел свет далеких планет: огни города были слишком яркими. А книга... его драгоценные истории, похоже, навсегда утеряны, ведь как бы он не искал, не смог найти подобную.

Пожалуй, это единственное, о чем он мечтал, не считая желания иметь семью. И к счастью, эти желания в новой жизни были осуществимы. Ведь мир, в котором он теперь жил, отличался от прежнего. Прикрыв глаза, он медленно осел на землю. Ему было все равно, что он снова опоздает, все уже свыклись с тем, что он любит погулять, но всегда возвращается, и, наверное, ему повезло, что никто не знал о его частых стычках с хулиганами.

— Ай... чёрт! — удивленно вскрикнул Широ, когда ощутил на тыльной стороне правой ладони резкую боль. Посмотрев на неё, он заметил выступившую кровь, что было странно, ведь его вроде не задели. Но, тем не менее, кровь присутствовала, а, значит, это могло повлечь за собой очередные ненужные расспросы. Достав из кармана штанов одноразовые салфетки, он осторожно вытер её, пытаясь не задеть рану. Но каково же было его удивление, когда никакого пореза не оказалось, только странный знак красного цвета, состоящий из трех частей, и чем-то он напоминал меч.

— Что же ты такое? — поднимая руку повыше, спросил Широ, чувствуя едва заметное тепло, которое излучало разрисованное место. Это было очень похоже на то, как он использовал усиление. Сконцентрировавшись на нем, Широ увидел, как знак засиял слабым светом в тон крови. — Ох, и что все это значит?

Немного посетовав на судьбу, мальчик отправился в приют, предчувствуя очередную порцию недовольства от воспитательницы. Не от опоздания, нет. Скорее её возмутит "татуировка", столь внезапно появившаяся на руке мальчика.

* * *

Широ, к своему огромному разочарованию, оказался прав. В тот день наставница долго ворчала и пыталась стереть знак. Ни вода, ни ацетон не помогли. Однако Широ это как-то не особо удивило — вещи, столь странно появляющиеся из ниоткуда, вряд ли просто так исчезнут. Вместо этого он предпочел закопаться в книги в надежде найти хоть какие-то упоминания об этом или подобных ему символах. Когда двухнедельные поиски не принесли никаких результатов, Широ выбрался на улицу, чтобы проветриться.

В последние дни стояла поразительно солнечная погода, идеальная для пешей прогулки или посещения пляжа. Широ не особо любил море, да и плавать не умел, так что выбор был очевиден. Впрочем, в этот конкретный день, наверное, лучше бы малышу Широ сидеть в приюте.

Ближе к концу дня носитель столь странной отметины решил вернуться в приют. Путь был не особо близкий, так что Широ решил немного сократить. И в этот судьбоносный момент, свернув из двора в переулок, мальчик оказался свидетелем того, как неизвестный японец лет двадцати, радостно улыбаясь, вскрывает пожилую женщину.

"Попал", — пронеслось в голове мальчика, когда убийца, услышав шаги, повернул голову к Широ.

— О, на ловца и зверь бежит! — весело произнес маньяк. О том, что этот человек не обременён здравым смыслом, свидетельствовал горячечный блеск в глазах и хищный оскал. Однако мальчику было не до игр. Нож в руке этого маньяка, потрошившего женщину над странного вида пентаграммой, недвусмысленно указывал на то, что сейчас произошло, и что этот псих захочет сделать с ним. — Привет! Я Урю Рюноскэ. Как ты думаешь, мальчик... демоны существуют?

"Нужно что-то сделать!" — пронеслась мысль в голове, когда мужчина начал медленно двигаться в его сторону.

"Убежать? Нет, он догонит. Нужно... нужно... нужно остановить его... убить его!" — Широ вздрогнул. Последняя мысль была странной и... чужой, даже неестественной. Тем временем маньяк подошел совсем близко и занес нож для удара — в этот миг мир для Широ замер. На мгновение он ощутил вспышку боли в глазах и вдруг понял одну удивительную вещь, почему-то он теперь знал, что нож состоит из углеродистой стали, довольно твердого сплава, но весьма не теплостойкого. Но это было не самое странное. Вдоль тела маньяка проходила едва видимая черная линия. Тогда Широ, словно по дивному мановению чужой могучей руки, осознал, что именно нужно сейчас сделать. Тело, двигаясь на автомате, с силой двинуло ногой по голени маньяка. От неожиданности и боли Урю выпустил нож, который практически сразу же был перехвачен Широ.

— Узнай сам! — яростно прошептал мальчик, глядя в распахнутые в ужасе глаза маньяка. А затем рука мальчика прошла ножом по черной линии. Рюноскэ умер, даже не осознав, что произошло, его тело распалось на две части, а из его обессиливших рук на землю упала потрёпанная книга. Падая, та открылась на странице со странным знаком, похожим по стилистике на тот, что был у Широ. Под знаком шел текст. Бывший беспризорник Лондона, вглядевшись в иероглифы, начал читать их вслух.

Пожалуй, если бы не только что совершенное убийство, Широ подумал бы о том, что место для исследования всякой сатанинской писанины он выбрал неудачное.

— Наполнись, наполнись, наполнись, наполнись, наполнись, — прочел он. Совершенно не замечая, как с каждым его словом символ на земле начинает оживать, с каждой секундой сияя все сильнее. — Но, накопившись полностью, быть ему сломанным... Основа — железо и кровь. Воля Властителя Договоров, барьер для нисходящего ветра, врата четырех сторон великим ключом заперты. Прибудь из королевства дорогой Сансары...

И как только он произнес последние слова, начерченный кровью символ буквально взорвался кровавым светом, ослепив мальчика.

— Хм... мда, ну и обстановочка... — заявил кто-то прямо из центра сияния. — Ну и кто же меня вызвал в этот мир... снова? Да еще и в такую дыру?

Свет угас, явив глазам Широ весьма высокого человека в шелковом алом плаще, который начинался где-то под массивными черными наплечниками, кольчужной рубашке с алым поддоспешником, алых же широких штанах из какого-то жесткого материала, выглядывающих из-под черных поножей, и столь же черных латных сапогах. В правой руке, закованной в перчатку, он держал резной белый посох, который закручивался по спирали по всей своей длине, а практически всю его поверхность покрывали руны, которые слабо сияли синим светом. Но, пожалуй, больше всего в этом посохе выделялся огромный, где-то с кулак Широ, черный камень. Как человек, никогда не видавший настоящие драгоценности, Широ мог только догадываться, не алмаз ли это.