Левиратный брак

Предупреждаю сразу! Книга на СИ выложена не полностью!

Левиратный брак

Глава 1.

Огромный фамильный замок мирно дремал в предрассветных сумерках, когда громкий стук в дверь разбудил одну из его обитательниц, заставив подскочить на месте и опрометью кинуться к двери.

— Лилиана! Лилиана! Открой!

— Что случилось, тётушка?!

— Мари! Мари! Она сбежала!

Пожилая женщина всем телом рухнула на свою тоненькую двадцатилетнюю племянницу. Та пошатнулась, но устояла. Босые ноги ожёг холодом каменный пол.

— Войдите и объясните всё по порядку, — попросила девушка, потянув леди Софию за собой в комнату.

— Она давно грозилась сбежать, но я всё не верила в это. Как она могла! Как она могла навлечь на нас такой позор! — причитала пожилая леди, подталкиваемая своей племянницей к стоящему у камина креслу.

Усадив тётушку, Лилиана устроилась у неё в ногах на толстом ковре и заглянула в заплаканное лицо.

— Мне она ничего не говорила. Куда она могла сбежать?

— Куда..., — мотнула головой в глубоком кружевном чепце леди София. — Лучше спроси с кем. Мари так радовалась освобождению от брачных уз. А тут лорд Виктор со своим правом левиратного брака. Девочка так и не смогла полюбить Ральфа. Она уже давно отдала своё сердце барону Эдверу. Это я виновата, слишком часто его привечала.

— Подождите, тётушка! — перебила Лил. — Вы послали кого-нибудь на её поиски? Необходимо сегодня же найти и вернуть Мари. Ведь завтра ей предстоит отправиться в Стейнаут на свою свадьбу.

— Я ещё не сказала тебе самого страшного, — глаза пожилой женщины снова наполнились слезами. — Она забрала твои документы.

— Что?!

— Она выйдет замуж за барона Эдвера под твоим именем, — отводя взгляд, пролепетала тётушка.

— Нет-нет-нет! — Лилиана вскочила на ноги. — Этого не может быть! Мари не могла так со мной поступить!

Мариана. Её сестра-близнец. По сути, вторая половинка, второе "Я"!

Да, они мало общались в последнее время. С семи лет Лил жила отдельно в пансионе сестёр Рошер, приезжая домой лишь на летние каникулы. Но она была уверена, что, несмотря на это, Мари её любит, очень любит и никогда сознательно не станет вредить.

— Чего она хочет добиться?

— Неужели ты не понимаешь? — комкая в руках мокрый от слёз платок и по-прежнему не глядя на племянницу, дрожащим голосом принялась объяснять леди София. — Она поменялась с тобою местами. Теперь она это ты, а ты это она.

— Бред какой-то, — фыркнула Лил, отходя к узкому, открытому на ночь настежь окну. — Или Мари сошла с ума, или... вы были в курсе этой авантюры!

— Лил! Как ты можешь так обо мне думать! — воскликнула тётушка, однако в голосе явственно проскользнула фальшь.

— Документы хранились у вас, — глядя в окно, глухо произнесла Лил.

— Ну и что!

— Лучше признайтесь сразу и объясните, к чему вы всё это затеяли, — резко поворачиваясь и скрещивая руки на груди, ледяным тоном попросила девушка.

Леди София перестала разыгрывать полное неведение относительно сложившейся ситуации и принялась сбивчиво объяснять:

— Мари заставила меня отдать ей твои документы... Она грозилась покончить жизнь самоубийством...Она сказала: или Марлок, или никто...

— Как вы могли! — всплеснула руками Лил и закрыла ладонями лицо.

— Но, Лилочка, это же к лучшему, — засюсюкала тётушка. — Ты станешь маркизой.

— Кто вам это сказал? Я не собираюсь подменять Мариану. Мы найдём её и докажем, кто есть кто!

— Но как? Они, наверное, уже далеко...

— Рано или поздно всё равно найдём. И вы подтвердите, что...

— Никогда! — леди София даже вскочила на ноги и принялась ходить по комнате из угла в угол. — В таком случае Мариана будет сильно опозорена в глазах общества. Пока мы их ищем, они не только сочетаются браком, но и станут по-настоящему близки. Ты понимаешь, о чём я... В церковной книге будет записано твоё имя, а не Марианы. И получится, что Мари живёт с мужчиной, не будучи за ним замужем! Единственный выход сегодня и навсегда вам с сестрой поменяться местами. Вы похожи как две капли воды, никто и ни за что не догадается о подмене.

— Тётушка, вы здоровы? Как вы можете так со мной поступать? Почему ни вы, ни Мариана не подумали обо мне? О моих чувствах? Если действовать по вашему плану, сколько людей окажется обманутыми! Всё общество! А о Боге вы подумали? Это же большой грех!

— Я знаю, знаю, деточка. Потому и плачу, — леди София неожиданно опустилась перед племянницей на колени. — Я очень виновата перед тобой. Я позволила Мари помыкать собою. Теперь наша семья на грани позора. Я этого переживу.

Лилиана подбежала к тётушке и принялась её поднимать.

— Не надо, вставайте. Вы же знаете, что я не смогу пойти против сестры, хотя она это и заслужила.

— Ах, Лил! Какое же доброе у тебя сердце!

— Не доброе, а глупое, — сквозь зубы произнесла девушка. — Вы сказали, что никто не узнает. А как же маркиз Стейн? В первую же брачную ночь он обо всём догадается.

— Необязательно, — засуетилась пожилая леди. — Ты всегда была очень активной девочкой. Потому я и отправила тебя в пансион — боялась, что не справлюсь, и ты, однажды, убьёшься. Как-то ты неудачно упала с дерева. Пошла кровь. Доктор сказал, что ты...что у тебя...в общем, у будущего супруга могут возникнуть вопросы по поводу твоей невинности...

Лилиана схватилась за голову.

— И из этих соображений вы с Мари решили, что можно так жестоко со мной обойтись?!

— У Виктора Стейна вопросов точно не возникнет, — пискнула тётушка, делая пару шагов назад.

— Да что ж это такое! Может, я сплю? Вы уж простите меня, тётя Соф, но мне кажется, у вас с головой не всё в порядке. Как вы могли допустить подобное?

— Деточка, успокойся. Согласна. Ситуация неприятная. Но выход только один, — пожилая леди умоляюще сложила руки.

— Выйти замуж за Виктора Стейна под именем Марианы, — закончила за тётушку Лил. — А если Виктор или его родители начнут расспрашивать меня о Ральфе? Что я скажу? Я видела его лишь один раз и то в гробу.

— А ты молчи. Мариана прожила с Ральфом всего-то год. Да и жили они уединённо, в столице так ни разу и не побывали, Мари ко двору не представили, — зачастила леди София. — Виктор твою сестру видел пару раз — на свадьбе, да на похоронах... О! Ральф любил рисовать. Он даже картину мне подарил, когда они с Мари в гости приезжали! Сейчас покажу!

— Тётушка, — окликнула разошедшуюся родственницу Лилиана. — Я ещё ни на что не согласилась.

— Но...

— Как вы объясните слугам и соседям моё внезапное исчезновение? С чего ради я, вдруг, сбежала с бароном Эдвер?

— Ну, ты же танцевала с ним пару раз на балах. Много ли надо молодой девушке, чтобы влюбиться?

— Танцевала, танцевала и сбежала? — скептически хмыкнула Лил.

— Для всех ты уехала в гости к своей подруге по пансиону.

— Поздно вечером, на ночь глядя?

— Дни стоят жаркие, ночи прохладные, — неуверенно предположила леди София. — В любом случае Мари невыгодно бросать тень на твою безупречную репутацию. Она же теперь носит твоё имя.

— Что же вы с ней натворили, — простонала Лилиана, ложась на кровать и пряча голову под подушку. — Оставьте меня одну.

— Надеюсь, ты примешь правильное решение, — с порога громко прошептала тётушка.

В ответ ей прилетела та самая подушка, под которой спряталась племянница. Правда, угодила она в спешно закрытую дверь.

* * *

На следующее утро дорожный экипаж отъехал от замка семьи Геридж. Слугам и невдомёк было, что две сестры-близняшки поменялись местами, а заодно и судьбами. Лилиана старательно играла жестоко и эгоистично навязанную ей роль.

Полгода назад нелюбимый муж Марианы маркиз Ральф Стейн неудачно упал с лошади и сломал себе шею, освободив молодую жену от ненавистного брака. За год супружества детей у Мари с Ральфом не появилось, и девушка чувствовала себя совершенно свободной, если бы не одно НО. Старший брат Ральфа неожиданно вспомнил о таком устаревшем брачном обычае как левират и решил взять невестку себе в жёны. Мариана была в отчаянии. Девушка давно, ещё до замужества, была в люблена в барона Эдвер и теперь рассчитывала, наконец-то, соединиться с ним. Поэтому-то она и решила в одностороннем порядке поменяться местом, а заодно и судьбой со своей сестрой-близняшкой ...

Прошёл дождь, омыв листву и немного развезя дорогу. Зато колёса экипажа перестали поднимать пыль, и Лилиана могла смело выглядывать из окна, не опасаясь ощутить на зубах неприятный скрип. Светлые берёзовые рощи розовели в лучах закатного солнца, зеленели огромные поля, за которыми темнел лес. Имения здесь, в отличие от прибрежной зоны, располагались на большом расстоянии друг от друга, а потому местность казалась безлюдной. Будущее пугало, поэтому девушка старалась не думать о том, что её ждёт, сосредотачиваясь на окружающем великолепии природы.

Родители Мари и Лил погибли, когда девочкам было всего пять лет. Корабль, на котором они отправились в столицу, поскольку так было гораздо быстрее, чем по суше, разбился о скалы во время внезапно налетевшего шторма. Близняшки остались на попечении сестры отца, старой девы леди Софии. Когда Лилиане исполнилось семь лет, тётушка, решив, что ей не под силу справляться сразу с двумя девочками, отправила одну из них, более шуструю, в пансион для способных девиц. Так в народе называлось учебно-воспитательное заведение сестёр Рошер для девушек из богатых, но не знатных семей. Обучение стоило недёшево, а знать предпочитала домашнее образование. Последнее леди Софию ничуть не смутило. Несмотря на то, что племянницы были похожи друг на друга как две капли воды, её сердце вместило лишь одну из них — Мариану. Её-то София и оставила при себе на домашнем обучении, а Лил сдала в пансион.

Это заведение было уникальным в своём роде, открытое силами двух благородных дам, задумавших непросто обучать девиц таким женским профессиям, как гувернантка и экономка, но давать им весьма широкое образование. Языки, пение, игра на музыкальных инструментах, рисование, грамота, математика, этикет, танцы — далеко не весь перечень предметов, по которым занимались девушки. В результате такой насыщенной образовательной программы выпускницы были нарасхват. Приглашая к себе в дом гувернантку, прошедшую обучение в пансионе сестёр Рошер, дама получала не просто наставницу для своей дочери, но и достойную компаньонку, которая развивала у девицы вкус, могла сделать ей чудесную прическу и пошить изысканный наряд. Очень удобно. К профессии экономки относились более настороженно, так как привыкли в этом статусе видеть женщину пожилую, поднявшуюся по карьерной лестнице вверх от простой служанки и за счёт этого знавшую всю подноготную вверенного ей хозяйства. Однако на практике оказалось, что бойкая девица с новаторскими нововведениями способна и достойно управлять имением, и экономить при этом средства на его содержание.

Лил не грозило стать ни той, ни другой, зато она двенадцать лет провела вдали от сестры, приезжая лишь летом на каникулы. Ей оставался последний год учёбы, когда Мариана вышла замуж. Лилиане даже не довелось побывать на свадьбе, поскольку тётушка не сочла нужным посылать за ней экипаж. И вот теперь Лил ехала к ничего не подозревающему о подмене маркизу Виктору Стейну, за которого ей предстояло выйти замуж вместо сестры.

* * *

Трёхэтажный особняк, сложенный из светло-серого камня утопал в зелени огромных старых лип. Сквозь их густую листву с трудом проникал свет заходящего солнца, и в подъездной аллее было темно как в каменном туннеле. Карета, обогнув фонтан в виде обнажённой девушки с кувшином, остановилась перед парадным входом. Странно, но никто не спешил встречать уставшую с дороги невесту. Кучеру, лакею и горничной Нати пришлось самим выгружать вещи госпожи. Лилиана, твердя про себя, что теперь она Мариана, поднялась по лестнице, ведущей к парадному входу, и открыла массивную дверь. В просторном холле было пусто, однако откуда-то доносились приглушённые голоса. Послышались торопливые шаги, кто-то очень спешил. В холле появилась худощавая женщина средних лет в чепце и переднике, её глаза округлились от волнения, а лицо было белым как мел.

— Ваше сиятельство, как хорошо, что вы приехали! — женщина подбежала к Лилиане и сделала учтивый реверанс. — Молю вас, помогите нам, образумьте вашего жениха.

— Что случилось? — заволновалась Лил, опасаясь, что женщина вот-вот упадёт в обморок, настолько бледным было её лицо.

— Он надумал метать ножи в живую мишень!

— Этого не может быть! — воскликнула Лилиана, а про себя подумала: "Неужели мой жених настолько жесток?".

— К сожалению, это так. Просто, Его сиятельство много выпили, а друг Его сиятельства маркиз Ревьер надоумил его метать ножи в яблоко на голове у служанки. Никто не хочет идти, а я никого не могу заставить. Неужели мне придётся идти самой!

Женщина едва не плакала.

— Как тебя зовут? — мягко поинтересовалась Лил, лихорадочно обдумывая ситуацию.

— Роза, Ваше сиятельство.

— Я кое-что придумала, Роза. Принеси комплект одежды горничной, который подойдёт мне по размеру.

— Зачем?

— Если будешь задавать вопросы и тянуть время, то сама пойдёшь к графу с яблоками, — пригрозила Лил.

Пока Роза бегала за одеждой, Лил мерила шагами холл, размышляя о том, как раз и навсегда отучить жениха от подобных жестоких забав. Девушка и сама умела превосходно метать ножи. Её научил этому управляющий их поместьем и страстный охотник Лука. Озорница Лилиана гораздо больше любила играть с деревенскими мальчишками в салочки и лазить по деревьям, чем степенно прогуливаться с тётушкой по саду. Последнее было повинностью Марианы.

— Леди Мари, что вы задумали?! — возмутилась горничная Нати.

Всю дорогу Лилиана изображала перед слугами, чтобы те ничего не заподозрили, капризулю-неженку сестру и ужасно от этого устала.

— Роза, покажи Нати мои комнаты, пусть разбирает вещи, — приказала Лил вернувшейся с одеждой женщине.

Когда Роза отвела Нати наверх, а лакея и кучера определила на служебную половину, она помогла Лил переодеться. Пряча тёмно-рыжие волосы под кружевной чепец, Лил раздумывала, насколько хорошо запомнил Виктор Мари за те пару раз, которые её видел?

— Давай яблоки. Господа уже заждались, — приказала она Розе.

— Может не надо? — неуверенно пискнула та и всё-таки вручила Лил увесистое серебряное блюдо с яблоками.

— Сама пойдёшь? — хитро прищурилась девушка.

Роза отрицательно замотала головой в ответ, да так, что чепец едва не слетел у неё с головы.

— Провожай.

Они прошли вглубь холла за лестницу, ведущую на второй этаж, и остановились перед высокими двустворчатыми дверями. Роза глазами преданной собаки, всё-таки не готовой следовать за хозяином на верную смерть, смотрела на Лилиану. Не видя больше смысла тянуть время, девушка толкнула дверь ногой.

Главным украшением просторного помещения, в котором она очутилась, были развешанные по стенам чучела голов диких зверей. С одной стороны оскалил пасть волк, с другой грозил клыками кабан. Над большим камином развесил рога лось. В углу так и вовсе стоял медведь в грозной позе готового к нападению хищника. Окажись Лилиана здесь одна, она бы с восторгом принялась изучать все эти экспонаты, но пятеро молодых мужчин, расположившихся у камина вокруг круглого стола, полностью завладели её вниманием.