Графиня Суровая - обновление

Да, барыня говорила про благодарность, но чтобы вот так, сразу, без разговоров, без всего, честно рассчитаться...

Да они подсознательно не ждали от барыни честности, максимум — по сотне рублей на человека. И вот такая сумма...

Это как обычному человеку на карточку двадцать миллионов кинуть. Понятно, он их пристроит — когда от шока отойдет. *

*— а то и больше. 200 г хлеба — копейка, годовой оклад губернатора в провинции около 2000 р. Считай, десятилетка губернаторства (с учетом воровства чиновников — пятилетка), прим. авт.

— Барыня, — Матвей медленно, глядя на Варю, как на икону, опустился на колени. — Вы... гоните — не уйду!

Варя потерла лицо руками.

— Не буду я никого гнать! Мне свои люди нужны, а мы уже друг друга проверили. Согласитесь при мне остаться — рада буду.

Согласятся?

Удивил Федот, который подошел к Варе и, прихрамывая, опустился на одно колено. Поднес ее руку к своим губам.

Не как прекрасная дама и поклонник. Как вассал и сюзерен.

— Отслужим, Варвара Ивановна.

Варя смахнула слезинку в сторону. И ее проняло.

— Ну а коли так... мы сейчас опять в Москву едем, там я домик прикуплю, чтобы было, куда возвратиться, детей забираем — и вперед! Тимофей, Григорий, вы сможете дождаться нас здесь, в столице? Комнаты оплачены, чего им пустовать?

— Сможем, барыня. А что делать надобно?

— Надо, — задумалась Варя. — Я брату обещала, ну и так... я попробую повидаться с дочерью, а если не получится, мне очень нужна будет ваша помощь. А пока — собираемся. Завтра я в Смольный, а послезавтра уезжаем в Москву, чего тянуть?

Никто не спорил.

Уже позднее Матвей и Игнат переговорят и решат прикупить в Москве доходный дом. Так будет и где родных поселить, и доход будет у них, какой-никакой. Управляющего наймут, да и пусть он работает.

Уже позднее, вечером, трое отставников переговорят, и решат, что они от барыни никуда. А Даша и попросту отдала деньги Варе обратно. Ей и тратить-то такое некуда, и при себе держать опасно...

Варя вздохнула и пообещала все сохранить. Вот, Иван подрастет, ему пригодится.

А завтра — опять тяжелый день. Хотя и не такой, как сегодня. Но Варе нравилось.

И она поймала себя на мысли, что вот здесь и сейчас ей... лучше! Да, она старше, и дети у нее есть, и проблемы есть, и вообще... лучше бы, конечно, попасть в тело Екатерины Второй, к примеру, там она бы — УХ! Но выбирала не она, а значит, работаем с тем, что есть!

И ей интересно. И весело... здесь и сейчас она живет полной жизнью. И это — главное.

* * *

Варя, конечно, не стала сразу лезть в окно. Вместо этого она честь по чести, на следующий день направилась в Смольный.

Ждать ее не заставили, и сразу же провели к начальнице, стоило только доложить.

Софья Делафон Варвару разозлила с первой же минуты. Кажется, неприязнь эта была вполне взаимна. Варе она напомнила комендантшу общежития. С точки зрения девушки — зануду мерзотную.

Есть такие...

Правила же можно соблюдать по-разному! Можно букву, можно дух. Вот, ТА тетка предпочитала соблюдать букву, и девушка от нее натерпелась во времена оны.

Ну а Софья Ивановна просто сравнила Варвару со своей дочерью, поняла, что Мари проигрывает решительно, даже несмотря на возраст, и разозлилась.

Сверкнули клинки невидимых шпаг.

Пока еще не схватка, пока еще противники примеряются друг к другу, прощупывают...

— Что привело вас сюда, госпожа Суворова?

Варя сощурилась.

— Ваша светлость.

— Простите?

— Вы так плохо знаете табель о рангах? Как же вы детей учите?

— Я учу их благонравию и порядочности, которых им не могут преподать развратные матери.

Если бы Варя вспомнила о том, в чем ее обвиняют, она бы разозлилась. Но девушка даже и не подумала.

Ну какой разврат? Она же никогда...

— О, протестанты первые по доброте и порядочности. Ваши братья по вере разрушали монастыри? А Ирландию вообще кровью залили!

Софья Ивановна вспыхнула. Ну... было! Правда, во времена Кромвеля, но протестанты с тех времен не сильно изменились.

— Это древняя история!

— Правильно, — кивнула Варя. — Потому позовите мою дочь, будьте любезны. Я хочу с ней поговорить.

— Никак не могу.

— Почему?

— Потому что ваш супруг запретил Наташеньке видеться с вами, разговаривать, передавать письма...

— Я — ее мать.

— С которой собирается развестись благочестивый человек.

Варя фыркнула.

— Вы, любезнейшая, свечку держали?

Где-то звенели и гремели невидимые шпаги, безжалостно сталкиваясь, высекая снопы искр...*

*— автор в курсе, что приличные дуэли проводятся без особого лязга, но звучит ведь красиво? Прим. авт.

— Весь Петербург знает о вашей нечистоплотности!

— Заблуждение есть то, что всем известно. Вы пригласите мою дочь — или мне отправиться к императрице с жалобой на Вас?

— Хоть в Высший суд!

— Только после вас, любезнейшая. Только после вас.

Софья Ивановна сверкнула глазами.

— Убирайтесь! Или я прикажу вас выставить!

Варя усмехнулась.

— Прикажите. И будете героиней скандала. А вам нельзя, вам возвращаться некуда, разве что на могилку к мужу-безумцу. Интересно, ваш зять об этом знает?

— Не ваше дело!!!

— А вашего зятя, да?

— Вон отсюда! — взвизгнула Софья Ивановна.

Варя пожала плечами и поднялась.

— Не визжи. Печенка лопнет.

Ага, предупредила.

Софья Ивановна завизжала еще громче.

Варя подхватила со стола графин с водой, да и выплеснула его на директрису. И вышла, оставив ту обтекать.

Определенно, надо искать обходные пути. Не задался у нее диалог с начальством местного детдома.

* * *

— Тимофей, ты меня понял, — Варя смотрела жестко. — Сделаешь?

— Сделаю, барыня. Только вы все напишите.

— Обязательно.

Оставлять ребенка такой грымзе?

За это ей муженек еще ответит!

— Барыня, а вы знаете, что супруг ваш в Петербурге?

— Да? — Варя пожала плечами. — Может быть.

— Не желаете с ним повидаться?

— Зачем? — искренне удивилась Варя. — Тимофей, ты сделай, как я прошу, Гриша с тобой останется, и я вам еще задание дам. А мы съездим в Москву и вернемся.

— Будет исполнено, барыня. А кого искать-то надо?

— Тимофей, мне нужен специалист по подделке документов.

Тимофей к запросам барыни отнесся спокойно. Нужен? Вот и отлично! А какой и зачем?

Варя пожала плечами.

— Хороший. Но если что — я не буду подделывать ничего российского. То есть не стану нарушать законы родной страны.

Это уже было приятнее. Тимофей уже привык, барыня как говорит, так и делает. А другие страны...

Авантюра с ожерельем ему весьма понравилась. И деньги, которые были отложены — тоже.

По двадцать тысяч на каждого.

Ему, Грише, Игнату, Федоту, Матвею, Даше — Варвара лично раздала в руки. Ей, конечно, досталась львиная доля, но тут уж никто не протестовал. Без нее вообще ничего бы не было. Она знала, куда ехать, куда идти, что делать, она все организовала...

Тимофей к своим деньгам пока не притронулся.

Куда ему потратить такую сумму? Кому из купцов в дело вложить?

Но... ему просто не хотелось. Доходный дом купить?

Он справится, безусловно. Только вот рано ему на землю оседать. Ему бы еще погулять лет десять — двадцать, с такой-то барыней! То казалось, жизнь закончена, а пришла, вот, Варвара Ивановна, и все забурлило, закипело вокруг... как же ему этого не хватало!

— Поищу, барыня. А что подделывать-то надо будет? Ассигнаты?

— Нет. Карты. Письма. Отчеты экспедиций.

— Хммм... это вам кто образованный нужен.

Варя пожала плечами.

— Лучше даже, если будет иностранец. Англичанин там, или еще кто. Американец, англичанин, вот таких искать надо. Там придется писать на английском и французском, и много.

Тимофей кивнул.

— Найдем, барыня.

— Вот и отлично. Ищите, а мы в Москву.

На следующий день и выехали. А чего тянуть? По снежку сани бодро летят, а что потряхивает... это вибромассаж! Антицеллюлитный!

* * *

Варя не знала, как быть с младшими детьми. Брать с собой?

Оставить?

Но... они в Париже не так, чтобы надолго. Ее афера рассчитана на два-три месяца, может, на полгода, потом придется драпать так, чтобы пятки дымились. И пережидать где-то подальше от ля бель франс. Старшая дочь по сегодняшним меркам, уже человек взрослый и сообразительный, если она поедет, ей все объяснить можно будет. А вот младенцы...

Помогла Даша.

— Варвара Ивановна, ежели вы думаете, что малышей с собой тащить не след — не надо. Я б предложила их в имение отправить. Кормилица справится, да я еще с матерью Матвея поговорила, ее нанять можно за малышами приглядывать. Она вам по гроб жизни благодарна, и за сына, и за все... у нее там беда. К дочери ее барин Ахметов приглядывался, уж с управляющим сговаривался ее купить, а у него девки долго не живут.

— С-скот, — процедила Варя.

Даша кивнула.

Варя-то и половины не знала о потайной жизни барской, не рассказывают о таком в школах.

И о пытках, и о казнях, и о насилии, и о том, как детей топили, словно щенков, как собаками людей травили, как... да не одну страницу можно жестокостями исписать. Вседозволенность — штука жуткая. Салтычиха — личность в истории не уникальная, просто она получила от императрицы. А сколько было тех, кто НЕ получил?

Очень много. Иногда крестьяне помещиков на вилы вздевали — по заслугам.

Впрочем, Европа в этом отношении была не лучше. Стоило только вспомнить огораживание, и волосы на голове шевелились. Или революцию.

— Кой-кого можно в городской дом определить, пусть там служат, а детей в имение.

Варя кивнула.

— Хорошо. Давай так и сделаем.

Даша решительно кивнула.

Ей хотелось находиться рядом со своим малышом, воспитывать его, кормить, тетешкать, песенки петь, убаюкивать...

Жизнь внесла свои правки.

Кормить не получилось, молока у Даши толком не было. А все остальное... у нее больше есть, чем у многих других. Даша понимала, скажи она хоть слово, и барыня тут же ее в имение отправит, к детям. Не упрекнет, не обидится, и доверять будет, как раньше, и заботиться. Но Даша сама не могла так поступить.

Как же она... бросит?

С маленьким она пока не так, чтобы нужна, а вот барыне без нее не обойтись.

— Поедем, барыня. Ежели вы говорите, что вскорости вернемся...

— Да, — кивнула Варя. — Край — к себе детей выпишем. Кстати! У меня хорошая идея! Можно в Париж с собой детей не брать, поселить в той же Швейцарии! Там и чисто и тихо, и мы считай, рядом будем? Доехать, проведать, вернуться?

Даша подумала.

— Ехать будем медленно.

— А куда нам торопиться?

— А...

— Все продумано. Ну, и потом я еще подумаю... не переживай, какое-то время у нас будет!

Даша и не переживала. Она уже поняла, что хозяйка просто так не скажет. Авантюристка она, конечно, но... ожерелье они добыли! И деньги у них есть!

Так что...

— Швейцария? Отличная идея, барыня.

Варя довольно улыбнулась.

Вперед и только вперед!

* * *

— Матушка, прошу тебя, дозволь развестись!*

*— прошение Александр Васильевич подавал, а вот о деталях история умалчивает. Так, обрывки найти удалось. Простите автора и Муза за буйную фантазию. Прим. авт.

Ее императорское величество смотрела строго. И выглядела роскошно, голубая и бежевая парча, меха, бриллианты — величие в чистом виде.

Александр Васильевич в парадном мундире, конечно, соответствовал, но чувствовал себя немного неуютно. Не привык он к такому, в сражении оно — проще.

— Что ж тебя опять не устраивает, друг мой? — Екатерина говорила радушно, ей было любопытно. — и пяти лет не прошло, мечтал ты развестись, и вот, опять?

— Государыня, Варвара Ивановна неверна мне. Прошлый раз она клялась, что более это не повторится, но вдругорядь она изменила мне с секунд-майором Иваном Ефремовым, сыном Сырохневым. Подал я прошение в Синод, но сейчас, зайдя туда, узнал, что мне в разводе отказано!

— Есть ли свидетели измене? Ты, батюшка, уж больно горяч! Может ведь и такое случиться, что не было ничего. Ну какой женщине не хочется немного внимания, флирта...

Екатерина вообще не понимала, в чем тут вопрос. И ее супружеская жизнь благочестием не отличалась, и вообще...

Ежели разводить всех, кто друг другу изменил, поди, в Петербурге ни одной женатой пары не останется! Даже если что и было... ты жену поймал?

Нет?

Ну и живи спокойно, тебе ж никто не мешает завести любовницу! Радуйся жизни и не мешай другим!

— Нет очевидцев, государыня. Но и жить я так не могу более, и прошу тебя решение верное учинить, а буде Варвара Ивановна лгать станет, могу я ее изобличить свидетельством!

— Ты, генерал, хочешь, чтобы я церкви решение диктовала? То уж их дела, духовные, а я в них встревать права не имею. Подумай, с духовником своим поговори, Господь нам терпеть и прощать велел.

— Нет на то более моей мочи, матушка!

— Остынь, генерал, потом вдругорядь поговорим.

Александр Васильевич мог только повиноваться. Но... кто сказал, что ему это понравилось?

* * *

— Сестренка, я все сделаю.

Андрей Иванович, получив цель в жизни, воспрял, и был бодр и весел.

Надо ему поехать в Москву, и купить дом, и придумать, как взять в путешествие двоих детей? И обеспечить их кормилицей, и еще чем необходимым? Да со всем его удовольствием!

Да, с кормилицей решить надо, у нее же свой ребенок есть тоже. Или для малышей козу взять... двух или трех, или как-то попросить кормилицу ехать с ними... ненадолго, но тоже вопрос? Но с этим Даша справится.

Варя пока оставалась в Москве. Дома она не ездила, не смотрела, разбирается она в них плохо, пусть Андрей побегает. Ему это в удовольствие. А она должна найти кое-что другое. Варю интересовала Аляска!

Все, все, что можно получить на эту тему, карты, отчеты экспедиций, хоть какие-то сведения!

Географию она отлично знала. Не портить же себе аттестат тройками? Так что...

И где Аляска, и что там, и как, и где Берингов пролив, и примерно, где найти золото... Просто Варя отлично понимала, что при нынешнем развитии науки и техники это нереально.

Если вспомнить любимого ей Джека Лондона, герои плыли из Сан-Франциско, потом долго топали по суше... экипировка у них была примитивная. Но уровень цивилизации чуточку другой. До Аляски можно было добраться, не потратив на это три года. А сейчас там добывать золото просто нерентабельно!

Разве что для Канады, а вот все остальные страны... ну, неудобно оттуда таскать! Сколько ни вложишь, половину разворуют, а вторую просто отберут по дороге. Скажем честно, когда Испания тырила золото майя и ацтеков, им было чуточку попроще. Да, конечно, Атлантический океан, но будем справедливы — это ни разу не Северный Ледовитый. И не Берингово Море, и не Охотское, не Чукотское... кстати, те же чукчи! И вообще, местные жители!

Американцы выиграли у индейцев за счет 'великого уравнителя' Кольта. А если брать пищали и кремневые ружья, которые есть сейчас... пока ты выстрелишь, любой индеец из тебя ежика сделает.